Создано на небесах

Утро следующего дня встретило неприветливым и пасмурным небом, проливающим морось на округу. После пробуждения Кроули не сразу вспомнил, кто он теперь: какого его лицо, его тело. Потому в очередной раз завис перед стеклянной дверцей книжного шкафа, рассматривая собственное нечеткое отражение. Азирафель был всё также бесподобно открыт и обаятелен, порхая между книжных полок с кружкой дымящегося какао. Он же был тем, кто предложил отведать чудесных блинчиков в забегаловке неподалеку. Уж не известно из кого и чего их лепили, но чудеснее, по словам ангела, он уже давно ничего не ел. Разумеется, демон согласилась — тело требовало порцию кофеина, желая воскреснуть после вчерашнего. Такси поймали сразу. В кафе было пусто и глухо — нормальные люди в такую погоду либо сидели дома, либо работали. Всё-таки будний день как-никак. Так что, отыскать свободный столик не составило особого труда. Сделав заказ, ангел широко и располагающе улыбнулся тучной официантке с синими тенями, затем чуть посерьезнел, посмотрел на Кроули. Она сидела в непринужденной позе, потягивая виски и сверля скучающим взглядом швы между плитками. — А, вообще, друг мой, ты не думал, что у этого тела могут быть... может быть своё прошлое? — как-то неуверенно и вкрадчиво завёл ангел. — Какие-нибудь знакомые люди, которые в достаточной мере удивятся при встрече с тобой? Змей причмокнул и поморщился: — Ой, ну что ты начинаешь? Хорошо же сидели… Да даже если у этого бренного тела и есть какие-то знакомые, то они, скорее всего, далеко отсюда. И я никогда с ними не пересекусь, а если и пересекусь то… Она осеклась — в их сторону бойким шагом двигался высокий темноволосый парень, ослепляя жизнеутверждающей улыбкой. — Джейн! — окликнул он достаточно громко, и Кроули тут же осознала, что обращаются явно к её телу. — Джейн, привет! Пробегал мимо, смотрю в окно, а здесь ты. Сперва думал, показалось, но уж твои рыженькие кудри узнаю из тысячи. Азирафель оторвался от кекса и весь подобрался, внимательно изучая незнакомца. Паренек ловко занял свободное место рядом с ангелом. Тонкая белая футболка отчётливо очерчивала развитые мышцы, а чёрные глаза с любопытством и неким удивлением глядели на демона. — Ну, привет, — отозвалась Кроули нехотя и сделала очередной глоток. — Не знал, что ты пьешь, у тебя же, вроде как, аллергия? Сама говорила как-то… Ангел молча наблюдал за Змеем. Что-то в её поведении сейчас было не так. Будто бы подначивает его, Азирафеля. Задирает, проверяет прочность нервов. Нет бы, щелкнуть пальцами и стереть эту досадную оплошность из чужой памяти, так она решила поиграться… — Да вот, прошло как-то, знаешь, — просто ответила она. — Излечилось, так сказать. Узкие губы изогнулись в подобии улыбки, и Азирафель готов был поклясться, что между ровными рядами зубов скользнул змеиный язык. К немалому удивлению ангела, парень засмеялся. — Может, завтра выпьем по чашечке кофе? — поинтересовался он. — Я угощаю. Ну, а может, и не кофе. Он подмигнул. — Обязательно. Незнакомец вытащил из кармана телефон, быстро что-то посмотрел. — Часов в семь, в Лиз? — Идёт, — демон кивнула. — Там и встретимся, Алан. В глазах парня на секунду мелькнуло удивление и смутное недовольство, на смену которым тут же пришёл прежний жизнеутверждающий запал. — Барри, ты хотела сказать. Ладно, я побежал. До завтра! Кроули не ответила, лишь приложилась к стакану в очередной раз. Стоило двери шаркнуть, оповещая, что человек покинул заведение, как ангел взорвался: — Зачем ты это делаешь!? Он же думает, что ты — это не ты, а другой человек совсем! Ты не Джейн, ты — Кроули, демон, Змей, слуга Сатаны, чёрт бы тебя побрал, прости Господи! Зачем ты так играешь с людьми? Она отставила стакан, подалась вперед, пристально вглядываясь в блёклые глаза ангела. Голос её прозвучал спокойно, даже холодно. — Ты сам только что ответил на свой вопрос. Я — Змей и демон. Я делаю свою работу. Кроули резко поднялась и молча вышла, одарив напоследок ангела скупым прохладным взглядом. Азирафель не ответил, лишь отвернулся, надувшись, как мышь у кулька с мукой. Ровно с такой же миной ангел доел свои блинчики и, расплатившись новыми хрустящими купюрами, удалился.

***

Когда Азирафель вернулся в книжный, то с неудовольствием понял, что же именно его так удивило в поведении Змея. То, с какой легкостью она согласилась. Нет бы, сразу признаться, что парень обознался, что перед ним совсем другой человек. Так нет же! Согласилась пойти с ним на ужин. Вот так просто. Кроули ни с кем не ходит на ужин, кроме него. Вернее, до этого не ходил. Не ходил? А так ли? Ангел готов был заскулить, подобно побитой собаке. Вся эта ситуация, начиная от смены тела и пола, заканчивая ужином с каким-то неизвестным человеком, выводила его из равновесия. За остаток дня не было и маковой росинки во рту, даже какао не лезло. А подарок, принесённый Кроули, не хотелось брать в руки: так и лежал сиротливо на диване. Недовольно сопя, он склонился над очередной книгой с желанием поскорее отвлечься от этих неприятных мыслей. Змей в это время коротала вечер в баре под разнузданное нытье синюшного соседа рядом, решившего излить душу единственному слушателю. Кажется, это была седьмая рюмка? Десятая? Неважно. Нужно залить это странное пульсирующее чувство внутри. Это негодование, эту злобу, эту обиду. Почему этот глупый ангел так себя ведет? Бросается в сердцах такими словами? Каждый раз, каждый, мать его, раз. И ведь смотрит всегда так невинно-непонимающе, что хочется обнять, отгородить от остального мира, спасти его пернатую задницу и больше не давать в обиду. Очередная рюмка прокатилась раскаленным шаром по горлу, оседая приятным теплом в животе. — Вот я ему всё, — протянула Кроули, поворачиваясь к бармену, что всеми силами пытался слиться со стеллажом за спиной. — А он? А он что? Я больше никогда не буду с тобой разгова-а-аривать… Блять, чертов ангел. Парни за соседним столом заинтересовано обернулись. — Вам помочь, девушка? — Себе помоги, говнюк. Вы все говнюки, — невнятно протянула Кроули. — Все!!!