Сакура в цвету

На следующий день Чимина собирают к дроу. Омегу моют, красят и одевают в самое дорогое платье из всех. Намджун смотрит на всё это молча, сложив руки за спиной, а Джин хочет его ударить, да посильнее. Как можно смотреть на это с таким спокойствием? Его брата вот-вот увезут в другую империю и будут делать с ним всякие похабные вещи? Дроу? Джин не знает, что это за существа, но Чонгук упоминал, что они — тёмные эльфы. Злые существа со страшными глазами. Чимин вёл себя сдержанно. Улыбался счастливо, не ревел, зная, что обратно не вернётся. Это было довольно странно, учитывая, что милашка Чимин боялся многого, а кровожадных дроу — нет. Самого Джина наряжать не стали. Дали ему платье придворного из жёсткой ткани и без украшений, не разукрашивали лицо, словно кукле, поэтому омега остался доволен. Чонгук до последнего порывался привести его волосы в порядок, но Джин ловко улизнул и скрылся в карете. Чимин был прекрасен в длинном белом платье, будто невеста. Уткнув глаза в пол, он шёл прямо, сел в карету напротив старшего омеги и тяжело вздохнул. Намджун стоял на балконе и смотрел на них. Даже не удосужился попрощаться с братом. Из замка вышел Тэхён, ведя на поводке рядом с собой большого серого волка. Тот шёл медленно, склонив голову вниз, а его жёлтые глаза смотрели лишь вперёд. Джин напрягся, когда зверь остановился возле кареты, и Тэхён принялся отстёгивать его. — Это Ёнтан. Он будет сопровождать вас до замка дроу, — сказал альфа, и волк легко запрыгнул в карету и уселся рядом с Чимином. Мальчишка звонко рассмеялся, когда волк лизнул его в щёку, и обнял его за мохнатую шею. Животное слегка покосилось своими жёлтыми глазами на Джина и едва заметно оскалилось. Страх, что этот волчище перегрызёт ему глотку, пока он будет спать, нагрянул неожиданно. Омега тяжело вздохнул, прижимаясь боком к стеклу и отводя взгляд в окно. Волк, видимо, не почувствовав в нём угрозы для молодого эльфа, зевнул и уложил голову на сложенные лапы. Слуги открыли большие ворота из чёрных прутьев, и карета медленно выехала. Намджун проводил их взглядом до тех пор, пока карета не скрылась между деревьями… *** Джин тяжело вздохнул, рассматривая однотонный лес перед собой. Деревья сменялись другими деревьями, небо отсюда не было видно, а запах сакуры затерялся между сосен. Чимин уже задремал, облокотившись о волка, который не спешил закрывать глаза. Он внимательно изучал Джина, даже не моргал, лишь изредка приподнимался, чтобы не дать Чимину упасть. Когда начало вечереть, а Чимин уже проснулся, карета остановилась. Джин высунул голову из окна. — Что-то случилось? Солдаты, что сопровождали их, начали слезать с лошадей. Их было трое, и все они были рослыми мужчинами. — Дальше нельзя. Начало темнеть, а там живут разбойники. Переждем здесь и отправимся дальше утром, — сказал один из стражников, стягивая с плеча лук. Джин тяжело вздохнул и выбрался наружу. Они остановились у тихой речушки, что мирно бежала вперёд, облизывая большие камни на берегах. Чимин выскочил из кареты, волк последовал за ним, и они вместе направились к ручью. Мальчишка, приподняв белое платье, вошёл в воду по щиколотку и поежился. — Холодновато, — тихо сказал он и улыбнулся. Ёнтан ухватился за край платья зубами и потянул эльфа на себя. — Ну всё, иду, иду… Стражники развели костёр и вежливо пригласили омег поближе. Чимин с аппетитом уплетал за обе щеки хлеб без соли, который нашёлся у старого беты, что вёз их. В сумках, что везли альфы, были фрукты: яблоки, виноград, груши… Да уж, таким не наешься. Джин слушал байки мужчин об их походах; о войнах, пройденных бок о бок со своим Императором; и прекрасных русалках, что водятся на дальних водах. — Красивые такие, с огненными волосами. Будто горят под водой адским пламенем. А глаза у них голубые, красивые, но такие грустные… — Почему грустные? — спросил Чимин, стряхивая с платья хлебные крошки. — Так ведь они одиноки. Мужиков у них нет, утопленников раньше много было. Говорили, их русалки топили. Сейчас никто к дальним водам не приближается. Есть дураки, которые решаются поймать русалку, да та легко серебряную сеть разгрызает и уплывает. Одни убытки. Джин тихо цокнул языком. Что за глупые сказки? Русалки? Ха, не смешите честных людей. Сокджин даже в эльфов не до конца поверил, а вы про русалок говорите. Ёнтан начал настойчиво тащить Чимина к карете, и тот послушно последовал за ним. Джин через какое-то время сходил к нему, тот уже спал, тихо сопя в мохнатую шею волка. Последний, судя по ровному дыханию и закрытым глазам, тоже спал. Джин вернулся к огню и сел поблизости. Стражники уже спали, завернувшись в тёплые пледы, и омега, нащупав под рукой свой, завернулся в него. Алые языки пламени колыхались, плюясь искрами вверх и даря тепло земле вокруг. Сокджин на секунду прикрыл глаза и прислушался. Тишина, лишь слабое потрескивание дров в костре. Джин медленно открыл глаза и увидел впереди себя Ёнтана. Волк проворно оглядел всех спящих, а сам омега застыл, прижавшись к дереву спиной и прикрыв глаза. Через пару минут омега уже открыл глаза и никого не увидел. Это же волк. Он, наверное, пошёл на охоту или по делам в лес. Джин вздохнул. Не его это дело. Пусть лишь эта псина-переросток вернётся назад к утру, чтобы охранять их дальше. Джин снова утыкается глазами в пламя, широко зевает и неожиданно слышит громкий всплеск. Дернувшись, омега резко поднимается на ноги, плед спадает на землю, и парень устремляется в сторону звука. Он старается двигаться тихо и вдруг понимает, что следовало бы разбудить стражников. Вокруг темно, неизвестно, кто там плескается в реке. Русалка? Пфф! Джин подходит ближе и прячется в кустах колючек. Осторожно выглядывает из своего укрытия и видит высокого худого юношу. Он стоит в воде по колено, ведёт по смуглому телу руками и смотрит на луну. Он улыбается, и Сокджин отчётливо видит небольшие белые клыки. Омега не знает кто это, и хочет вернуться назад в лагерь и разбудить стражников, но маленькая ветка под его ногой предательски хрустит, ломаясь. Загадочный юноша резко оборачивается, и Джин дёргается, поднимаясь. Юноша секунду глядит на него, а затем спускается в воду по пояс и испуганно смотрит на Джина. — Я не… Джин вздрагивает и подходит к самому краю берега. — Кто ты? Юноша медленно опускает голову и ведёт рукой по ровной глади воды. —Я Ёнтан. — Ты? Парень кивает. Он отходит ещё дальше, и вода уже достаёт до его груди. Сразу видно, что он боится. — Я не причиню тебе вреда, Ёнтан, — тихо говорит омега, присаживаясь на корточки. — Как ты смог стать человеком? — Я оборотень, хён. Мальчик ёжится, поднимая голову к небу. Лунный свет небрежно обхватывает его худое тело, ласково ложась на тонкие плечи и прямую спину. — Оборотень? А Тэхён знает, что ты так умеешь? — Сокджин улыбается, когда Ёнтан наклоняет голову набок, как делают щенки. — Он мой хозяин. И, разумеется, он знает. Ёнтан замолкает, и Джин тяжело вздыхает. — Ты замёрз? Юноша кивает. — Я сейчас вернусь, — говорит омега и быстро скрывается. Через минуту возвращается с пледом в руках, который он осторожно кладёт на берег и отворачивается. Оборотень полностью обнажён, и Джин не хочет смущать его ещё больше. Он и так с трудом идёт на контакт. Тихо шагая по воде, оборотень выбирается на берег, хватает ловко плед, укутывается и отходит на несколько шагов в сторону. Джин, услышав шорох ткани, неуверенно обернулся. Ёнтан укутался в плед по самый нос, были видны лишь яркие жёлтые глаза и серая макушка. — Значит, ты оборотень? — Сокджин осторожно садится на землю, подбирая платье под колени. Мальчишка какое-то время медлит, теребит плед между тонкими пальцами, а затем присаживается неподалёку от старшего на колени и опускает голову. — Да. — А Император? Он знает? Ёнтан вздрагивает. — Если он узнает, что я омега, то он отдаст меня в свой гарем. Я не хочу, чтобы альфа пришёл и забрал меня вопреки моему желанию. У оборотней так не принято. Джин тяжело вздохнул, прикрывая глаза. Он совсем запутался. — То есть ты живёшь при дворе, и Намджун не знает, что ты можешь становиться человеком? Юноша спешно кивает. — А Тэхён тебя прикрывает? — Да. Порыв ветра легко гладит воду, создавая небольшие волны, и Ёнтан ёжится, утыкаясь носом в плед. — Значит, ты так и собираешься прятаться во дворце? — Я не прячусь. Тэхён пообещал, что найдёт способ вернуть меня к своим. Но я знаю, что оборотней почти не осталось. Император лично убил одного на моих глазах. Сокджин шумно хмыкает, поглядывая на жёлтую яркую луну. Та будто смеётся над ними, обливая желтоватой краской, а звезды насмешливо водят хороводы вокруг ночного светила. Лунная дорожка танцует на волнах, а вода тихонько журчит на порогах. — Я никому не расскажу, — тихо говорит Джин, улыбаясь. — Хочу, чтобы ты не переживал по этому поводу, Ёнтан. Оборотень улыбается и сдержанно кивает. — Спасибо тебе. Из лагеря слышится крик и лязг металла. — Что это?! — Джин резко поднимается на ноги, и Ёнтан следует его примеру. Он принюхивается и прислушивается, будто самая настоящая собака, и дергается вперёд. — Там оборотень! — и бежит вперёд. Джин с секунду глядит, как край пледа волочится по земле, а затем бежит следом. — Постой, там может быть опасно! — кричит омега, но оборотень всё равно бежит. Крики становятся громче, и Джин останавливается резко и принимается судорожно хвататься за волосы. Такой шанс сбежать отсюда подальше! А потом что? Что он будет делать в незнакомом ему мире среди всевозможных существ, которые жаждут убивать друг друга? Из лагеря снова доносится крик, и Джин бежит туда, забив на свои страхи. В свете костра и нескольких факелов омега видит много высоких мужчин. Лезвия мечей блестят в свете костра. Сокджин видит Чимина, которого держит невысокий парень с тёмными волосами. Эльф дёргается, но человек ещё сильнее прижимает его к груди и что-то шипит на ухо. Рядом валяются уже связанные стражники. Джин даже не сразу замечает Ёнтана. Тот, забившись под колёса кареты, трясётся, смотря на мужчину перед собой. Тот имеет тёмные волосы и знакомый затылок. — О, смотрите, ещё один! — один из них, наконец, заметил Джина. — Эй, друг, у нас ещё один! — громко говорит мужчина, что удерживает Чимина. Последний всё ещё слабо дёргается, и Джин понимает, что он вот-вот упадёт в обморок от страха. — Какой милашка! Мужчина отворачивается от Ёнтана, и тот тихонько всхлипывает. Толпа мужиков, весело смеясь, тыкает в Джина, и тот неожиданно для самого себя пятится назад. В свете костра он видит лицо человека, с которым встречался уже достаточно большое время в своём времени. Хосок хмурится, внимательно разглядывая омегу, пытаясь понять, кажется ему или нет. Джину определённо не кажется, потому что парень перед ним — это Чон Хосок, айдол в своём времени и его парень… *** Юнги улыбается, смотря, как Хосок появляется из ниоткуда, и сразу же начинает недовольно бурчать. В его руке небольшое зеркало, треснутое вдоль оправы, и айфон. Уши недовольно подрагивают, а хвост липнет к ноге и трется о джинсы. Юнги хочет сказать, чтобы младший переоделся в одежду этого времени, потому что футболка и джинсы смотрятся странно здесь, но почему не решается, видя злобу полукровки. — Опять недовольный, — тихо говорит Юнги, беря в руки меч. Он осторожно точит его, косясь в сторону лучшего друга. Хосок бросает телефон на траву рядом с сидящим мужчиной. — Не таскал бы ты такие вещи сюда. И тычет в айфон. Хосок тяжело вздыхает. — Джин всё ещё не отвечает. Он бросил меня. — Ты много времени бываешь здесь. Твоему парню это явно не нравится. — А мне не нравится то, как он себя ведёт, — говорит Хосок. — Когда я впервые его встретил, то думал, что он интересный. А оказался скучным недавакой. Юнги усмехается. — И поэтому ты зачастил сюда? — Мне просто скучно с ним. Мне не хочется его обижать, он довольно милый, и такие кому-нибудь нравятся, но не мне, — проговаривает шатен, протирая зеркало. То ярко блестит, не считая тонкой трещины, которая с краю расходится едва заметной паутиной. — Тебя просто бесит то, что он кинул тебя неожиданно, — хитрый Юнги все понимает. Хосок хмурится и отворачивается. — Да пошёл ты к чёрту, Шуга. Юнги смеётся. — Не упоминай мой сценический псевдоним, друг. Мы связаны одной тайной, — и тыкает острием меча на зеркало. Хосок тяжело вздыхает и кивает. — И телефон прибери. Когда начинает темнеть, они берут оружие и выдвигаются. Этой ночью им предстояло ограбить таверну на краю деревни неподалёку, но вместо этого они наткнулись на лагерь. Стражники-эльфы спали достаточно крепко, и Юнги шустро связал их по рукам и ногам. Остальные начали рыться в сумках и карете. Раздался немного девчачий крик, и Юнги обернулся к карете, откуда вытащили низкого милого юношу с длинными светлыми волосами в белом платье. По розовым ушкам мужчина понял, что перед ними никто иной, как эльф. Достаточно прыткий эльф, судя по тому, как он с лёгкостью вывернулся из разбойничьих рук. Юнги резко перехватил тонкие запястья юноши, развернул его и прижал к себе. — Не дёргайся, иначе отрежу твои уши, — прошептал мужчина, но эльф продолжил вырываться. Послышались шаги, и все обернулись в сторону берега, откуда показался ещё один юноша. Он, закутавшись в плед, замер на холодном большом камне, принюхался шумно и было бросился бежать наутёк, как вдруг рядом с ним неожиданно оказался Хосок. Он ухватил мальчишку за плечо, сильно сжал, подтащил ближе к карете и толкнул на землю. Юноша забился в угол, перебирая ногами и смотря испуганно на мужчину, что склонился к нему. — Ну и кто тут у нас? — он принюхался, прикрывая глаза, а затем улыбнулся. — Оборотень? Да ещё и сучка? Хосок прикоснулся пальцем к холодной щеке и всмотрелся в глаза напротив. — Чего же ты забыл здесь, мелкий? Ребёнок же совсем. Послышались крики, и Чон тихо зарычал, поднимаясь на ноги и оборачиваясь. В рыжем пламени костра Хосок видит знакомое лицо. Джин стоит напротив, выпучив глаза и слегка приоткрыв рот. Он удивлён не меньше, чем сам альфа. — Хосок? — вскрикивает омега, дергаясь к альфе и хватая его за грудки. — Это ты? Ты? Чон застывает на месте, вдыхая знакомый запах омеги, с которым у него были отношения, и внимательно смотрит в глаза напротив. Это действительно Ким Сокджин. Но что он здесь делает? — Ты его знаешь, Хоуп? — спрашивает Юнги, продолжая держать эльфа за плечи. Хосок хмурится и толкает омегу в грудь. — Я его не знаю, — громко говорит он. — Схватить его. Сокджина хватают другие разбойники, связывают его руки и бросают на землю. Он смотрит слезящимися глазами на Хосока, который связывает Ёнтана, и тихо всхлипывает. Почему он себя так ведёт? Это же Хосок, его Хосок… Разбойники прочёсывают карету сверху донизу, ища что-то. В итоге они забирают лошадей, вытаскивают несколько платьев из дорогой ткани, снимают с рыдающего Чимина браслет с яркими небольшими камнями. — А что с ними делать? Юнги оборачивается на омег и улыбается. — Убить? Хосок подходит к другу и кладёт ему руку на плечо. — Они из эльфов. Их будут искать, — говорит Чон, смотря на Чимина. — Он выглядит, будто сын какого-то влиятельного чувака. — Куда вы направлялись? — спрашивает Юнги, присаживаясь на корточки перед омегами. Ёнтан тихо рычит на него, а Чимин недовольно фыркает. — Ты знаешь вообще кто я такой? Я брат Императора Ким Намджуна! Тебя уничтожат, как только узнают, что ты посмел на меня напасть! Юнги широко улыбается, поглаживая мальчика по плечу. — Я говорил, что отрежу тебе уши? — говорит он, и Чимин испуганно дергается, вжимаясь спиной в спину Джина. Тот сидит, отвернувшись ото всех и молчит. На душе как-то мерзко от того, что Хосок сказал такое. Быть может, он правда его не узнал? Сокджин тяжело вздыхает, опуская голову. Нет, он узнал, это было видно в его удивлённом взгляде. — Мы ехали к дроу. Юнги поднимает взгляд на тёмный затылок, обходит омег вокруг и останавливается напротив Джина. Тот сидит, склонив голову и сгорбившись. — Ты что-то сказал? Омега вздыхает и поднимает грустный взгляд на мужчину. — Мы ехали к дроу. Я сопровождал брата Императора, — тихо говорит он, через плечо оглядываясь на Чимина. Хосок складывает руки на груди. — От эльфов будет много проблем, — говорит он Юнги, и тот чешет затылок. — Зачем ему нужно к дроу? — Он обязан выйти за их Императора. — Бред, — шипит Чон, смотря на Джина. Последний отворачивает голову в сторону реки, чтобы не ловить на себе знакомый взгляд альфы. — Так или иначе, их нужно отпустить, — говорит Юнги, вставая на ноги. — Их будут искать. Хосок недовольно смотрит на него. — Ты серьёзно? Мы забрали у них лошадей. Они не доберутся к месту, их перехватит кто-нибудь другой. Нельзя отпускать их так. Юнги хмурится, смотря на омег. — И что же ты предлагаешь? — У меня есть идея, — улыбается Хосок. *** Джин кусает губу, запрыгивая на коня. Спереди сидит Хосок, который держит поводья. — Если не получится, то я посвящу тебе песню, — смеясь, говорит Юнги. Хосок тихо фыркает и пришпоривает коня. Животное дёргается и бросается вперёд. Сокджин обхватывает талию альфы, чтобы не упасть, и чувствует, как перекатываются мышцы под одеждой. Внутри теплеет, и омега начинает млеть от такого родного запаха. Они скачут долго, уже начинает расцветать. Хосок слегка притормаживает, конь переходит на шаг. — Почему ты здесь? — тихо спрашивает он. Джин хочет притвориться спящим, потому что говорить сейчас не хочется, но от Хосока исходит какой-то пугающий холод, и язык омеги сам развязывается. — Это зеркало, — шепчет он, осторожно отстраняясь. — А ты снова на репетиции? Хосок тяжело вздыхает и натягивает поводья. Конь становится на месте. — Не язви, прошу тебя, — просит альфа. — Я не знал, как сказать тебе об этом. У меня двойная жизнь, Джин. Там я айдол, здесь — разбойник. — Тебе не следовало врать. — А что я должен был сказать? Что я перемещаюсь через зеркало в другую эпоху? Ты бы сам сдал меня в психушку. Слышится вздох, и Чон сжимает зубы. — Я ненавижу, когда мне лгут. Ты же знаешь это, — грубо говорит омега. Хосок рычит на него через плечо. — А я терпеть не могу тебя. Ты скучный! — Ну и зачем же ты встречался со мной, раз я скучный?! — Да потому что обижать не хотел! Джин громко сопит, а затем всхлипывает и пытается отодвинуться. Седло небольшое, но места хватает обоим, они даже почти не соприкасаются бёдрами. Остаток дороги они молчат. Хосок думает над тем, что ему предстоит сказать Императору дроу, прокручивает в голове любой исход и план побега на всякий случай. Дроу орудуют мечами, их косые глаза не предназначены для стрельбы, поэтому они смогут выбраться из замка в целости и сохранности. Джин держится руками за края седла, пытаясь избежать любого контакта с телом альфы. Когда их ноги случайно соприкасаются, то омега вздрагивает и спешит подтянуть ноги ближе к себе. Он не знает, как вести себя дальше с Хосоком после тех слов. Стоит ли тогда вообще возвращаться в своё время? Когда полоска на горизонте загорается красным, они подъезжают к замку дроу…