Наказание за мир

— Кроули? На том конце провода молчали. — Кроули? — повторил Азирафаэль, присаживаясь на стул и зябко закутываясь в тонкое одеяло. — Прошу. Мне надо поговорить с тобой. Но Кроули молчал. Азирафаэль слышал его дыхание и понимал, почему — он ждал главных слов, которых ангел не мог ему подарить. — Кроули? — тихо сказал Азирафаэль. — Мне приснился кошмар. Мне… Необходимо тебя увидеть. Он еле сдержал невольный всхлип, когда с другого конца трубки до него донеслись гудки оборванной связи. Азирафаэль положил телефон на место и подтянул колени к животу, удобнее устраиваясь в небольшом кресле. Несмотря на недавнее знакомство с демоном, Азирафаэль всё равно чувствовал непреодолимую тягу к нему. Особенно сейчас, в момент слабости, вызванный страшным сном — пусть сном страшным лишь для того Азирафаэля, который любил Кроули сильнее, чем себя. Ангел вдруг понял, что память его стерли, но не смогли стереть все чувства. Оставили вместо них дыру в груди, но его подсознание, его сердце говорило с ним снами и отголосками прежних эмоций. Ведь стоило же ему закрыть глаза и отдаться в руки Кроули, как щемящее чувство в животе возвращалось с удвоенной силой, принося нежность, счастье и… боль. И сейчас, сидя в неудобном кресле, Азирафаэль бы многое отдал, чтобы воспоминания возвращались к нему не только во снах. Он мечтал о том, чтобы они вернулись насовсем. Он мечтал быть разбуженным по ночам, спасенным от кошмара самим Кроули. Чтобы не приходилось звонить и молить о помощи. Чтобы… Азирафаэль невесело усмехнулся. Да что уж там. Он — ангел, ему недоступны чувства, снящиеся ему. Всё, что ему оставалось, это жить дальше. Жить до конца времен и иногда вспоминать о демоне, что пытался покорить его сердце. Вдруг внизу хлопнула дверь, и на пороге спальни появился Кроули. Увидев сидящего в кресле ангела, запахнувшегося на манер кокона, он подбежал к нему и присел перед креслом, аккуратно вынимая ладони Азирафаэля из плена одеяла. У ангела сердце медленно бухнуло в пятки, да там и осталось в предсмертных судорогах из-за испуганных и отчаянных глаз Кроули, смотрящих на него. — Ты приехал… — наконец сказал ангел, сжимая руки Кроули. — Я не мог тебя оставить. — Кроули покрывал его ладони поцелуями и терся об них щекой, успокаивая. — У тебя часто бывают кошмары. — Но ты повесил трубку. — На тот момент я был уже на полдороги к тебе. — Кроули позволил себе легкую улыбку. — Расскажешь мне про твой сон? Азирафаэль медленно покачал головой. Кроули кивнул, явно готовый к такому ответу, и встал. Он поцеловал Азирафаэля в макушку и негромко сказал: — Иди в кровать. Я принесу чаю. Он вышел из комнаты, потому не заметил, каким нежным взглядом окинул его ангел.

...

Когда Кроули вернулся в комнату, Азирафаэль невидящим взглядом рассматривал стену перед собой. Он завернулся в одеяло, сидя в кровати, но даже не повернулся к подошедшему демону. Тот присел перед ним и негромко спросил: — Я могу дать совет? — Пожалуйста. — Азирафаэль нахмурился. — Раньше, когда… Когда я еще жил здесь, — начал Кроули, и ангел против воли уловил в его словах нестерпимую тоску. — Я часто помогал тебе после кошмаров. — И как же? — Ты рассказывал мне о нём. — Кроули внимательно следил за переменами на лице Азирафаэля. — А потом я сторожил твой сон. Я не предлагаю тебе разрешить мне остаться, но поговорить помогает всегда. Ангел поднял на него взгляд и, вздохнув, рассказал свой сон от начала до конца. Кроули молчал. Он встал и отошёл к окну, приоткрывая шторы. Потом подхватил с подоконника забытую там книгу и повертел в руках. — Мне ведь уже снилось это раньше? — спросил Азирафаэль. Кроули повернулся к нему. В темноте его глаза засверкали желтым пламенем. Впрочем, взгляд быстро потух, стоило Кроули подойти ближе к ангелу. — Это здание сгорело. Сразу перед концом света ты случайно попал в открытый портал прямиком на небеса, а твой книжный сгорел дотла. Удалось спасти лишь одну книгу — предсказания Агнессы Псих. — Этой книги не существует, — возразил Азирафаэль. — Тем не менее, я держал её в руках, когда напивался в пабе, думая, что потерял тебя. Эта книга помогла нам предотвратить конец света, но речь не об этом. — Кроули присел обратно на кровать. — Тебе снился этот кошмар каждый раз, когда ты боялся потерять меня. Каждый раз, когда думал, что что-то не в порядке. — И что же ты делал? Кроули грустно улыбнулся. Азирафаэль понимающе кивнул и взял чашку с чаем в руки, согревая их. — Азирафаэль. — Да? — Зачем ты позвал меня? — Ангел задумался, потом ответил: — Потому что я срочно должен был тебя увидеть.

...

— То есть твой план состоит в том, чтобы заразить население новым видом чумы? — Анафема взглянула на Кроули из-за очков и нахмурилась еще сильнее. — Ничего такого не было в записках Агнессы? — Кроули кивнул в сторону кипы листов. — Понимаешь, Кроули. — Анафема вздохнула. — Предыдущие предсказания Агнессы изучали веками, а ты хочешь, чтобы я нашла все необходимые предсказания за пару дней. — Время слегка поджимает, — съязвил демон. — Меня могут убить. — Ты хочешь убить половину населения земного шара. — Я очень надеюсь, что ты сможешь меня остановить. — Ты сумасшедший, Кроули. Влюбленный сумасшедший… — Анафема села за стол и взяла в руки верхний лист. — Дай мне ещё сутки. Потом можешь начинать. Кроули перевёл взгляд на Ньюта, всё это время стоявшего в углу комнаты. Тот перехватил его взгляд и быстро замотал руками: — Я в этом безумии не участвую. С меня хватило первого конца света. Анафема и Кроули одновременно вздохнули. Ньют возмущённо посмотрел на девушку, но та сосредоточенно читала. — Тебе всё равно придется ему помочь, Ньют, — наконец сказала она. — Мне осталось лишь найти, как. — Анафема! — Твоя невеста — умница, — заметил Кроули. — От тебя потребуется немного. Вот, смотри…

...

А через пару дней жители Лондона заметили первых крыс, пробегавших по маленьким улочкам. Они сновали под машинами, прятались в водостоке и лезли под ноги редким прохожим. Люди брезгливо обходили их и шли дальше. Кроули опустил голову, когда по дороге к Азирафаэлю увидел парочки таких, будто бы разглядывающих его из-под порога магазина. Демон снова чувствовал себя, как в четырнадцатом веке, когда Черная Смерть прошла через весь мир, унеся жизни пятидесяти миллионов людей. Хастор, причастный к этому, тогда был счастлив в первый и последний раз в жизни, а вот у Кроули было, скорее, кислое выражение лица. Он, может, и был демоном, но убийцей себя отродясь не считал. Пусть человеческая жизнь и значила мало, Кроули было неприятно наблюдать за гибнущими изо дня в день. И сейчас, наблюдая за разносчиками заразы, которых он сам же и привнёс в этот мир, ему было противно и… плохо. Азирафаэль встретил его на пороге и задумчиво сообщил: — Что-то не так. — Он выглядел расстроенным, проводя Кроули в подсобку и закрывая дверь. А увидев виноватое лицо демона, сложил руки на груди, нахмурился и спросил. — Твоих рук дело? — Что? — Кроули автоматически полез в шкафчик за виски, но спохватился и вопросительно взглянул на ангела. Тот кивнул, и демон достал бутылку и два стакана к ней. — Это… чувство. Будто какое-то напряжение висит в воздухе. — Азирафаэль присел перед Кроули. Тот протянул ему наполненный бокал и ответил: — Я расскажу тебе об этом, но не сейчас. — То есть, ты с этим связан? — Не совсем. — Кроули сморщился. — Я… не могу тебе этого объяснить. Поверь, что ничего плохого не случится… Почти ничего. — Кроули? — неспеша произнёс Азирафаэль. — Что ты натворил? Кроули взглянул на него. Он понимал, что расскажи он всю правду, ангел больше никогда не захочет его видеть, но… Но скрывать от него что-либо было ещё труднее. — Я… — Кроули выпил виски залпом и отставил стакан в сторону. — Я… — Кроули? — Азирафаэль вдруг положил руку поверх ладони демона и сжал её. Тот удивлённо посмотрел на него. — Расскажи. Вдруг я смогу помочь. — Не сможешь. — Кроули грустно покачал головой. — Только я могу это остановить. — Что, это? — Азирафаэль придвинулся ближе, все также держа руку Кроули. Видя, что тот не был намерен отвечать, ангел грустно продолжил. — А мне прошлому ты бы рассказал? Тому, кто помнил тебя? Кроули вскинул голову. — Не о том речь. — Да о том же! — Азирафаэль схватил его за плечи и встряхнул. — Ему бы ты сказал, скажи? — Тебе. — Ангел вздрогнул, осознав свою ошибку. — Я расскажу тебе, когда придёт время. Он криво ухмыльнулся и налил себе ещё виски. Потом оценил оставшееся в стакане Азирафаэля и подлил ему тоже. — Пей. Нам предстоит длинный день. Азирафаэль, всё ещё хмурившийся, покорно сделал глоток. — Что ты собрался делать? — Тебе понравится.