Кризис. Книга 2: Ascendant

— Обвиняемый Малфой, без вещей на выход. Люциус послушно поднялся навстречу конвойной группе. Он знал, что сейчас, перед заседанием, ему предстоит разговор с адвокатом. Последовал привычный ритуал поворота к стене со сцепленными на затылке руками и провала в мягкий темный омут Обскуро. Сон за прошедшую ночь так и не пришел в том виде, в каком человек его ждет, чтобы очистить и успокоить разум. Несколько раз Малфой погружался в зыбкую болезненную полудрему, встречавшую его одним и тем же видением. Нарцисса протягивает к нему руку, словно приглашая следовать за собой, но вдруг резко отталкивает и, повернувшись, скрывается за сдвинувшимися дверями. Люциус осознавал, что это конец, что ей категорически не нужно уходить туда, за сомкнувшуюся бело-желтую пластиковую завесу, но артикуляция словно отключилась, даже рвущийся отчаянный крик не мог прорвать эти путы молчания. Зловещее видение возвращалось раз за разом, испаряясь черной дымкой на грани яви, не собираясь отпускать жертву. Бывший Пожиратель смерти по опыту знал, что ночью охрану лучше не беспокоить глупой просьбой о снотворном зелье. Если рассчитываешь встретить утро в состоянии шевельнуть хотя бы одной левой. Что ж, даже в очень раннем пробуждении есть своя польза — у Малфоя оказалось более чем достаточно времени, чтобы принять душ и встретить сотрудников Конвойного подразделения при полном параде. А уж выбирать было из чего — Нарцисса регулярно передавала мужу через адвоката необходимое и она же следила за поставкой свежих обедов из ресторана. Накануне предварительного слушания Скалаускас прозрачно намекнул подопечному, что не следует дразнить гусей, щеголяя перед вершителями судьбы в вызывающе дорогих одеждах и благоухая элитным парфюмом. Впрочем даже наименее дорогой из имеющихся у Люциуса костюмов мог вызвать нервную дрожь не только у мракоборцев с их вечными вычетами из жалования, но и у судей. Малфой не знал, чего успел добиться Альгимантас и удастся ли защитнику с первого раза вырвать его, Люциуса из лап «светлых». За последнее время пообщаться им наедине удавалось редко. Чаще всего при беседе в комнате присутствовал аврор. Впрочем, даже получив разрешение переговорить наедине, расслабляться не стоило. Во-первых, не было никакой гарантии, что они действительно одни — мракоборец мог спокойно сидеть в углу под чарами сокрытия. Во-вторых авроры редко упускали возможность погреть уши об адвокатские разговоры. Тем более, если дело касалось Пожирателей смерти. Когда чары слепоты рассеялись, Люциус ощутил, как его душу наполняет странное чувство некоего отупения, когда даже страх смерти отступает даже не на второй, а на десятый план и ее начинаешь бояться не больше, чем вымокнуть под дождем. Как в битве за Хогвартс. Но тогда он потерял счет времени, а здесь… Скоро все действительно закончится. Без всяких «но». Только бы после последнего слова ему разрешили повидаться с Нарциссой и Драко. Люциус многократно представлял себе, что и как он им скажет, но сейчас память будто все стерла. И снова бесконечные коридоры. Низкий потолок, тяжелый, спертый воздух. Наконец интерьеры сменились на более ухоженные и светлые, замелькали символы Министерства. Группа остановилась у тяжелой двери, которая медленно поехала в сторону. — Проходите, обвиняемый. Не задерживаться, на пороге не стоять. — Как самочувствие, как настрой? — деловито поинтересовался адвокат после того, как они в последний раз озвучили установленные прежде договоренности. — Мне охранник сказал, вам было нехорошо накануне. Поначалу я думал перенести заседание именно из-за вашего здоровья, теперь же необходимости просить об этом нет. Если только вы в состоянии присутствовать на процессе. — Благодарю, мистер Скалаускас, по-настоящему плохо мне еще не было, — кивнул Люциус. — Все же, думаю, от зелий вы не откажетесь, — Альгимантас раскрыл свой кожаный портфель. — Успокоительная настойка, держите. Зелье против мигрени примете на всякий случай? Пять минут — и не страшен любой приступ. — Был бы весьма признателен. Подождите…что? — вскинул голову Люциус. Зелье против мигрени, рекордно быстрого действия. Обычное, продающееся в аптеках, действует только через двадцать минут, да и ощущения после приема все равно оставляют желать лучшего. Голова не заболит, но тупить будешь весь день. И если бы заторможенность была единственным побочным эффектом. Постоянно его принимать нельзя из-за риска развития тремора в будущем, что прямо пишут в прилагающейся к пузырьку инструкции. То, что сейчас предлагал защитник, действовало гораздо мягче, но при этом быстрее, эффективнее и без побочных неприятностей. Но получить это зелье Скалаускас мог только от одного человека. Того, кого Люциус уже почти согласился считать погибшим. Альгимантас, по-видимому, неверно истолковал замешательство подопечного и пояснил: — Я не передавал вам его раньше потому, что не мог. Вы же знаете, зелье не патентовано, в официальном обороте его нет. Попади флакон в руки авроров, а именно так бы рано или поздно и случилось — и у меня возникли бы нешуточные проблемы. — Нет-нет, мистер Скалаускас, — Люциус закашлялся, — я имел в виду… Северус жив?! — Ну, разумеется. Жив-здоров, чего и вам желает. Если не ошибаюсь, подошел срок окончания аврорского надзора за ним. Если ему позволят выступить на процессе, он скажет то, что нам нужно. Пейте-пейте… Люциус чуть было не расплескал на себя содержимое фиала. Он во всех красках и подробностях вспомнил ночь на второе мая и само сражение. Тело превратилось в один пульсирующий сгусток боли и только дух, несломленный и ясный, держал ослабевшую и почти уничтоженную плоть. … Волан-де-Морт снова начал проявлять признаки раздражения и решил еще раз поговорить с опальным приспешником о жизни. Точнее — о лояльности. Измученный и разоруженный Малфой не знал, сколько он продержится в битве на беспалочковой магии, а потому решил, что терять ему нечего. Если бы можно было узнать, что там с Драко! Но Темный лорд не спешил атаковать Хогвартс. Малфой даже примерно не представлял, который час. Да и вообще, надоедливые часы можно было бы выбросить за бесполезностью. Время словно растворилось, хотя умные книги обещали подобное только к Судному дню. Может не так оно и плохо, пронеслось где-то на задворках разума. Интересно, старение тоже отменяется? -… Если твой сын погиб, я тут ни при чем, Люциус, — резанул высокий ледяной голос. — Сам видишь, его нет среди остальных слизеринцев. Может он вообще переметнулся к Поттеру? — Нет, нет, Владыка, это не так…он бы никогда… — Счастлив твой бог, если это действительно не так! — жуткие змеиные глаза, в которых рубиновым огнем плавилась нечеловеческая злоба, впивались, казалось, в самое сердце. Люциус постарался, чтобы его голос звучал ровно: — Владыка, простите меня… Поттера ведь могут убить и другие. Может быть, надежнее было бы вам пойти в замок и отыскать его там, сразиться с ним? — А зачем? — с жуткой мягкостью прошелестел Волан-де-Морт, механически поигрывая палочкой. — Он сам придет, ножками, причем еще до рассвета. Не пытайся врать мне, Люциус, в замок ты рвешься не за Поттером, а за сыном, которого надеешься спасти. Малфой приготовился к еще одному Круцио Максима. Но его не последовало — Темного владыку явно потянуло на сюрпризы. Когда прозвучал приказ немедленно найти и привести Снейпа, Люциуса накрыло недоброе предчувствие. Не пытаясь возражать, маг поднялся на ноги и направился к выходу, отдергивая истрепанный рукав и обнажая предплечье с Черной меткой, приходившей Пожирателям на помощь даже когда не было волшебной палочки. Есть один вариант и Малфой от души надеялся, что он сработает. -Северус Снейп. Потекли мгновения. Наконец змейка подняла свою гладкую, зеленоватую с черным головку и, выгибая кольчатое тельце, казалось, из самой плоти хозяина, крепко обвилась вокруг запястья и увлекла Малфоя в поток магии. Не он один шел по душу зельевара, как выяснилось. Когда пространство вновь приняло прежнюю форму, Люциус чуть не налетел на обеих Кэрроу, а потом уже заметил и Снейпа, мантия которого сливалась с обступившей тьмой. Луна плотно увязла в тучах, дул ветер. — Ух ты, кто к нам пожаловал! — прищурился Амикус прежде чем Люциус успел открыть рот. — Командовать не биться, это уметь надо, да, Малфой? А, впрочем, тебе Повелитель уже и палочку доверить не решается. Дожили! — он взорвался жиденьким нервным хохотом. — Замолчи. Северус, идём. Срочное дело. Владыка хочет видеть тебя, прямо сейчас. Люциус скривился, словно от очередной вспышки боли и поднес руку к заплывшему глазу, точно собираясь потереть его, но вместо этого провел средним пальцем по переносице от одной брови к другой, словно соединяя их невидимым отрезком и надеясь, что старый друг помнит их старый знак, о котором они условились еще в далеких семидесятых. «Смертельная опасность! Будь предельно осторожен!» Северус едва заметно кивнул: понятно. — Надо же, — не унимался Амикус. — Одна тут думала по-тихому в когтевранской гостиной отлежаться, торбой прикинувшись, — он раздраженно глянул на сестру, — другой шастает, приказы отдает. А мы тут, значица, выполняй всю черновую работу! Алекто не спускала с соратников настороженного взгляда, переводя глаза то на одного, то на другого. — Кэрроу, выскажи свои возражения, пожалуйста, непосредственно Темному лорду, — ядовито ухмыльнулся Люциус. — Он к тебе обязательно прислушается. На лужайке меж тем показалась темная фигура, за ней другая, третья. От горстки прибывших отделился невысокий силуэт в черном. Человек откинул тяжелый капюшон, и направился вперед. — Люциус, — раздался глухой голос Синклитикии Долоховой — Повелитель приказал тебе оставаться с нами до его прибытия. — Я пошел, — бросил через плечо Северус. Подробностей того, что случилось потом, Люциус не знал. И не представлял, что бы он еще мог сделать для старого друга. Известие о гибели Снейпа повергло его не в ужас, как можно было ожидать, а скорее в оторопь. Ведь не зря, в конце концов, Северус зависал в подземной лаборатории поместья и потом ежедневно заставлял Малфоев принимать какие-то пастилки, утверждая, что это сведет к минимуму яд Нагайны если вдруг что. И Снейп прекрасно отдавал себе отчет, что первым кандидатом на это «если вдруг что» был он сам. Что бы там ни писали про шпионов, в реальности на долю «шестерок» не выпадало и сотой доли книжной романтики. Участь любого тайного агента незавидна. Или он провалится, что наиболее вероятно или станет попросту мешать одному из господ. Итог в любом случае один и увы, предсказуем. А Тёмный лорд любил показательно карать провинившихся. Но ведь выжил же Артур Уизли, чтоб его разорвало. Правда, к рыжему обожателю маглодряни вовремя подоспела помощь. Как быстро нашли Северуса — Поттер, понятное дело, не в счет — еще вопрос. Даже если зельевар носил при себе противоядие, это еще не гарантировало, что он успел им воспользоваться. Достать флакон, открыть, выпить…а счет шел уже на секунды. Яд милой домашней любимицы Волан-де-Морта действовал быстро и крайне болезненно. Воистину, Снейпу удалось почти невозможное. — С одной стороны нам с вами повезло, — Альгимантас пробежал глазами вынутый из папки лист. — Артур Уизли выбыл из стана ваших противников: он благополучно сломал шею и сейчас лежит в Мунго. Но остается Бруствер. Нам стоит быть готовыми к любым провокациям. Адвокат многозначительно посмотрел на Малфоя и дождался, пока тот кивнет. — Насчет тактики молчания мы договорились. Далее. Вы же умеете противостоять сыворотке правды, — это прозвучало скорее как утверждение. — Но там все равно нужна непосредственная подготовка, психологическая в первую очередь. Меня дважды допрашивали в Министерстве с сывороткой правды, первый раз сразу после исчезновения Темного лорда. Я знал, что мне это предстоит, это важно. Если человек не готовился заранее и не знает, что было у него в напитке или еде, он развяжет язык. — Вот именно. И еще… Персиваль владеет этой техникой? — Разумеется, в противном случае я бы не доверил ему ведение моих дел по благотворительному фонду и выведению средств. Кстати, как он? — Сами понимаете, проверки, проверки… Но уже почти все закончилось, можете не беспокоиться. Так вот, авроры могут вам на суде предложить успокоительное или даже просто стакан воды. Из их рук или даже от пристава не берите ничего, обращаетесь только ко мне. Вам понятно? — Да. Альгимантас чуть помедлил и перешел к следующей теме. — Когда я шел на отчет к Брустверу, то заметил нескольких магов из России, — ровным голосом продолжил он. — Я уверен, поднимется вопрос об экстрадиции, вопреки отсутствию двустороннего договора. Да, это всё история с Каркаровым нам аукается. Мистер Малфой… — Слушаю вас. — Сейчас мы абсолютно одни и нас не подслушивают. Вне зависимости от того, что накопало обвинение, мне важно знать, кто организовал и исполнил убийство. Были ли в их числе вы? И ответ прозвучал.