Одинокие сердца

Переплетение рук, ног, запах его тела, который напоминал Егору почему-то запах бабушкиного постельного белья после стирки и море одновременно. Это заставляло его сердце стучать как бешеное, ведь то были дорогие воспоминания из детства. Он целовал его так жадно, будто у них осталось десять минут, а после их разлучат, и они никогда больше не увидятся. — Я хочу тебя почувствовать в себе, — Данила тихо прошептал ему на ухо, и Егор моментально растерялся. — Но вдруг тебе будет больно? И я… я неопытен, у меня никогда не было с парнем! — Заткнись и действуй! — сказал Поперечный, прижимая его к себе. Егор стал аккуратно входить. Он боялся сделать Даниле больно — мысль об этом сводила его с ума. Крид старался двигаться медленно, и вдруг, закусив губу, Данила застонал. Больше не было Егора и Поперечного — они стали одним целым. Запах Данилы, его стоны — всё, что принадлежало ему, стало общим. Всё, даже его тело, которым Егор теперь владел. А всё, что было у Егора, теперь принадлежало Поперечному. Он любил его… — Я сейчас кончу, — томно произнёс Крид. Он уже хотел вынуть член, но Даня заблокировал его ногами. Ещё один толчок, и Егор кончил в него. Растерявшись, он вскрикнул: — Что ты сделал?! — Я же сказал, что хочу почувствовать тебя в себе, — надменно и спокойно ответил рыжий, после чего, притянув Егора к себе, поцеловал его. И это был самый долгий поцелуй в его жизни. Крид лег рядом, и минут через десять Даня засопел в его объятиях — маленький рыжий ребёнок, который отчаянно не хотел взрослеть, выстраивая стены из сарказма и язвительных шуток. Он не хотел, чтобы кто-то прикасался к его миру. Тот был слишком хрупким: одно неправильное движение, одна фраза «я не люблю тебя» могла разрушить этот мир навсегда. Утро началось с громкого стука в дверь. — Даня, ты ещё спишь?! Уже двенадцать, твою мать! Мы договаривались на одиннадцать! Открывай!!! Опять бухал?! — слышался звонкий женский голос за дверью. — Кто это? — растерянно спросил Егор у Поперечного. Тот едва протер глаза, но, услышав крик, резко проснулся. — Блять, это Инга! — в ужасе сказал Поперечный. — Какая ещё, нахуй, Инга? — в непонимании спросил Егор. — Моя подруга ещё со школы! Девчонка хорошая, но язык — как помело! С этими словами Даня спрыгнул с кровати и быстро засунул все вещи Егора под одеяло. После он рванул к шкафу-купе и, распахнув дверцу, дал Криду недвусмысленный намек. — Ну уж нет! Я туда не полезу! — надменно сказал Крид. — Хорошо, замечательно! В следующий раз встретимся в приюте для гомиков! Потому что после того как она увидит тебя здесь, она растрезвонит об этом всем через три минуты. У тебя отменится куча концертов, а вся толпа преданных поклонниц, мечтающих сменить фамилию на Булаткину, моментально разбежится. Это приведет к творческому кризису, а тот, в свою очередь, к финансовому краху — и вот ты уже никому не нужен и… — Ладно! — крикнул Егор с недовольным лицом. Ну это пиздец! Он в номере Поперечного залезает к нему в шкаф. Егор думал, что был на дне, когда тот узнал его в баре, но, похоже, со дна постучали! Даня уже собирался закрыть дверь, как Крид спросил: — А если бы я разорился, ты бы содержал меня? — Тебя?! Я?! Серьёзно?! — удивлённо переспросил Данила, делая паузу после каждого слова. — Ты что думаешь, я Ротенберг? Все знают, с какой скоростью ты передвигаешься! С этими словами Поперечный стал закрывать шкаф, но Егор не дал, просунув ладонь между дверцами. — Что?! При чём здесь скорость? Я на самом деле не быстро езжу… — Ага, тыщу баксов в час — это ещё как быстро! Всё, молчи! — резюмировал Данила, закрыв шкаф. — Ты что, спал? — спросила Инга, едва он открыл дверь. — Да-а… я это… устал! — ответил Данила, почесывая затылок. — Жрать меньше надо, устал он! Ты обещал, что мы погуляем по городу! — продолжила девушка, направляясь к окну. — Сейчас погуляем, я только оденусь, — ответил Данила, поднимая одежду с пола, пока Инга с любопытством изучала пейзаж за окном, будто тот должен был ей о чём-то рассказать. Лицо её выглядело недовольным и задумчивым. Данила уже почти натянул штаны, когда она спросила: — Ты, кстати, знаешь, что Егор остановился в этом отеле? — Егор?.. Какой Егор? — спокойно ответил рыжий, делая вид, что не понимает, о ком речь. У Инги на лице застыло выражение в стиле «в смысле какой Егор, ты что, тупой?». — Крид, конечно! А кто ещё?! — Ах, Крид… — улыбаясь, протянул Данила. — Да, Крид! — отрезала Инга. — Нет, не знал, — резюмировал Поперечный. — Хм… — Инга снова повернулась к окну. — И что все находят в этом смазливом парнишке?.. Клянусь, не понимаю, у кого на него может встать?! Уверена, с ним бесплатно никто не трахается. — Во-о-от сука! — не сдержавшись, выкрикнул Егор и сразу же закрыл себе рот обеими руками. — Что это было?! — удивлённо спросила Инга, глядя в потолок. — Э… что? Где? — сделав непонимающее лицо, отозвался Данила. — Ты слышал?! «Мне пизда, — сказал про себя Крид, стоя в шкафу. — Мне просто пизда! Сейчас она найдет меня, и я умру со стыда!» — Что слышал? — с недоумением ответил Поперечный. — Мне показалось, что я слышала чей-то голос! — сказала Инга, пристально осматривая номер. — Чей-то голос? — уточнил Данила. — Да, голос! — резко ответила девушка. — Ты что, под колёсами?! — спросила она, вглядываясь в лицо Поперечного. — Я отчетливо слышала… — А, это… соседи! — перебив Ингу, сказал Данила. — Тонкие стены. Всю ночь не мог уснуть, знаешь ли: то разговоры, то стоны… Пока Даня это говорил, Инга ходила по номеру и изучающим взглядом всё рассматривала. — Да? — вдруг удивленно спросила она. Поперечный кивнул. — Ну ладно, наверное, ты прав… — резюмировала девушка, а после добавила: — Ну что, идём? — Да, я готов! Они направились к двери, и Инга продолжила: — Знаешь, я правда не понимаю, зачем тебе стебать этого Егора. Он не достоин твоих шуток. Ты слышал его песни?! Ну это же дно… Они вышли в коридор, и дверь захлопнулась.