Найди

— Кричер, скажи мне, своей хозяйке, как умер Регулус Блэк? — произнесла Вальбурга вкрадчиво, как пиранья, неподвижно зависшая в воде в ожидании добычи. Эльф, которого не просто вызвали в столовую посреди явно неприятного, тяжелого разговора, но и приказали появиться, и до того чувствовал неладное, но после подобного вопроса и вовсе затрясся, не зная, что ему делать. Как же брат Регулус нашел такие слова, что эльф даже любимой хозяйке не рассказал? — Кррричччеррр не может, Кричеру запретили! — чуть не завывая, на выдохе произнес эльф. Андромеда выдохнула. Шоу начинается. Вот уж чего-чего в своем доме тетя Вальбурга никогда терпеть не могла, так это чужой власти. Дядя, пока был жив, представлял Блэков в Министерстве и Палате лордов, везде, даже в Лютном, Блэков знали, в первую очередь, по главе семейства. Но вот дома главной всегда была Вальбурга. — Кто же тебе запретил, если твоя единственная хозяйка сейчас я? — уже почти переходя с шипения на крик, переспросила тетя. — Хозяин Регулус запретил мне говорить, еще когда был жив! — непривычно повизгивая и даже чуть сморщиваясь, едва выдавил из себя эльф. Кричер никогда глуп не был и знал, что Вальбурга будет давить до последнего, даже если после допроса придется повесить голову Кричера на стену — она не успокоится. Даже по менее важному вопросу она бы выведывала ответ столько, сколько понадобится. Когда же дело коснулось ее сына — любимого сына, к которому она всегда была гораздо более лояльна, чем к любому другому члену семьи — то эльф мог даже не надеятся выбраться из передряги целым. — Но он умер. И ты обязан рассказать мне, как! — доставая палочку из чехла, прокричала Вальбурга. «Она что, пытать его сейчас будет?!» — взвыл в голове хоркрукс. «Ну да. Тетя Вальбурга довольно ортодоксальна в своих взглядах на мир. Я даже не удивлюсь, если она его сейчас убьет», — морщась, с пренебрежением проговорила Андромеда. Кричера она не любила совершенно, но такой неприятной смерти вредный эльф точно не заслуживал. И видимо, хоркрукс был того же мнения. «Останови ее! Хоть как-нибудь останови! Он же живой!» — надрывался в голове ведьмы голос. «Чисто теоретически, он ее собственность. И по законам тете ничего не будет, потому никаких проблем с Министерством, — вздохнув, перечислила Андромеда. — Останавливать же я ее не буду по тому, что это перенаправит ее агрессию на меня. А я сюда явилась не для того, чтобы получить дюжину проклятий от двух неслабеньких ведьм. Нарцисса к тете присоединится точно, можешь не переживать. А вот сдюжу ли я даже в глухой обороне против их двоих — это большой вопрос». «Права была Гермиона…» — как-то непонятно пробурчала душа. Душа попыталась перехватить управление, и на мгновение тело даже двинулось ближе к Вальбурге, намереваясь схватить ту за палочку. Но Андромеда среагировала быстро, и со стороны этот странный порыв должен был выглядеть так, будто она просто решила подвинуться ближе к столу. Впрочем, Нарцисса посмотрела на ее маневр с большим подозрением, и вот как раз это было очень плохо. — Рассказывай! Рассказывай немедленно, — рычала Вальбурга, сжимая палочку и заставляя эльфа корчиться под действием круциатуса. Это был, конечно, перебор. Но помочь бестолковому эльфу было решительно невозможно — тот даже не любил Регулуса, а просто бредил им. Помнится, когда Вальбурга на семнадцатилетие подарила эльфа Регу, решив оставить себе только старую, умершую еще зимой, домовушку, Кричер чуть не сошел с ума от счастья. По столовой разнеслись душераздирающие крики. Но Вальбурга продолжала, с каждой минутой все усиливая заклинание. Нарцисса же стояла вся белая, как павлины Малфой-менора, и явно боялась даже дышать. «Сколько же ты видела пыток, сестренка? Что, недружелюбный из Волдеморта вышел хозяин? Не прощает ошибок?» — вдруг подумалось Андромеде. «Конечно, Волдеморт! Я вспомнила, вспомнила! — радость хоркрукса на фоне криков погибающего в муках эльфа и яростного грома голоса Вальбурга смотрелась дико. — Скажи эльфу, что знаешь, как исполнить последнее желание Регулуса! Только быстрее, пока он еще жив, — забеспокоилась тут же душа». «И как его исполнить? Что за желание-то?» — удивленно переспросила Андромеда. Раньше ни о каком желании и речи не велось. «Все потом, — снова зачастил голос. — Сначала скажи, а потом я все объясню». Андромеда вздохнула. Эльфа было жалко. Что важнее — эльф был нужен для подтверждения сведений. Конечно, само его не желание говорить уже наводило на мысли, отталкиваясь от которых уже можно было приступать к поискам пещеры, но если бы домовик все-таки все подтвердил сам, выглядело бы намного более достоверно. — Я знаю, как выполнить последнее желание Регулуса, — спокойно произнесла она. Как всегда, в шуме работало не перекрикивание всех, а спокойствие и сила в голосе. Видимо, где-то на подсознательном уровне люди прислушивались к такой манере речи. Помогло и сейчас. Эльф перестал кричать и стал пытаться что-то сказать. Вальбурга, оценивающе взглянув на племянницу, разводить скандал из-за не к месту, по ее мнению, сказанной реплики не стала. «Отлично! Теперь повторяй за мной, — обрадовано воскликнул хоркрукс. — Медальон можно уничтожить Адским пламенем, и я сделаю это, если расскажешь историю смерти Регулуса Блэка». — Медальон можно уничтожить Адским пламенем. И мы обязательно сделаем это, если расскажешь историю смерти Регулуса Блэка, — как можно более спокойно, не обращая внимание на взгляды тети и сестры, проговорила Андромеда. «Почему ты не сказала «я»? Тогда бы эльф мгновенно привязался к тебе. У нас был бы личные эльф, круто же!» — хотел попрекнуть Андромеду хоркрукс. «А пламя адское ты вызывать будешь? Потому что лично я не умею,» — с легкой ехидцей ответила женщина. — Я расскажу, — чуть отдышавшись, потеряно произнес эльф.