Ein heller Schein am Firmament

      Дверь квартиры распахнулась широким жестом. Пауль вышел и доверил закрыть за собой своему уже почти сожителю. Да только не успел он и одну ступеньку покорить, как его мягким протестом дёрнули назад, ухватив за запястье.       — Нет-нет, сегодня идём со мной. Сюрприз покажу, — Круспе подмигнул, улыбаясь хитрой лисой, и повёл его вниз, отпустив руку только спустя пару пролётов.       Паулю ничего не оставалось, как покорно следовать за ним. Нет, это, конечно, не отменяло вбрасывания вопросов и требования подсказок, что заранее представлялось безрезультатным, но попытка не пытка, да и лишний раз уколоть болтовнёй неприступную стену молчания не помешает. Этот самый бастион тишины шёл в метре перед ним. Его походка не была гордой или вальяжной, ни одной из тех, что довелось наблюдать доселе. Он будто крался, прокладывая путь через вражескую территорию. Попадал ли в эту область только район возле их домов или весь город, а то и мир — было не ясно. Он спешно проходил вдоль стен, резко притормаживая на поворотах и оглядываясь. Руки не болтались безвольно по сторонам, спина была малость сгорбленной от выглядываний, голова вертелась неустанно. И всё это, чтобы следить за недружественным окружением. И он не прогадал. На перекрёстке послышались чужие шаги сзади, и только обернувшись, Рихард тут же сдавленно крикнул:       — Бежим! Быстрее! — он пулей рванул с места, уносясь прочь, пока Хирше инстинктивно стартовал и помчался за ним.       — Круспе, а ну вернись! — донёсся гневный голос полицейского, преследовавшего их. Времени обдумывать близкое знакомство друга с правоохранительными органами не было. Семенящий спринтом впереди резко маневрировал, цепляясь руками за углы и столбы, всё больше отрываясь как от погони, так и от следующего за ним изо всех сил Пауля. Расстояние увеличивалось, и вот на одном из хаотичных поворотов он уже не увидел человеческого ориентира и тормознул. Охватила паника, всего на миг он почувствовал себя брошенным посреди улицы с полицаем на хвосте. Громкий шёпот, взывающий к нему, испугал ещё больше. Повернувшись, он увидел протянутую руку Рихарда из открытого окна дома прямо рядом. Он ухватился за спасительную соломинку и полез следом. Буквально втащив парня внутрь, от чего тот свалился на пол, Круспе закрыл окно и поволок не успевающего толком встать на ноги после падения дальше по помещению. Он вывел их и завернул за стену коридора, отделяющую от предыдущей комнаты, и замер, не отпуская уже, наверное, натёртое запястье.       Под обоюдную отдышку от незапланированных гонок, Пауль, наконец, смог рассмотреть обстановку, в которую они буквально ворвались. Это была просторная квартира спальни на три. Ухоженной её назвать было сложно, в особенности из-за спящих прямо на полу людей, коих там было в достатке. Похоже было на последствия весёлой вписки, на что он и сослался. Приведя дыхание в относительную норму, он тут же посчитал нужным справиться об их местонахождении, на что тут же получил безапелляционный ответ в виде ладони, зажавшей ему рот и заодно пригвоздившей к дырявой стене за спиной. Рихард цыкнул, прижав палец к губам и приблизившись почти вплотную. Его глаза горели густой травяной зеленью в десяти сантиметрах от лица любопытного паренька.       — Цвен… Эй, дай воды, — донеслось сонное бормотание сбоку, и оба повернулись на звук. Девушка лежала у стены в паре шагов от незваных гостей и слабо двигала рукой, привлекая внимание.       Наказав другу не шевелиться и ничего не трогать, Цвен безошибочно зашёл на кухню, где набрал в стакан воды из-под крана. Озираясь по сторонам, внимание Пауля привлёк блеснувший в темноте шприц на полу. Прищуренные глаза распахнулись, мышцы лица — расслабились, отпуская нижнюю челюсть. Комок проводов в голове замкнулся, и мелькнула мысль, что Рихард, возможно, приблизился к понятию рок-звезды больше, чем он думает. Из кухни вынырнул объект его вечных измышлений со стаканом в руке, который он передал не поднимающейся с места девушке. Пауль нечитаемым из-за обилия вопросов и эмоций взглядом уставился на него, встречаясь взглядами. Светлые волосы Хайко сияли в свете фонаря, пробивавшегося из окна комнаты, в которую они ввалились, через дыру в стене коридора прямо за его затылком. В то же время Цвен сливался с царствующей вглубине квартиры тьмой и смотрелся невыносимо органично с его синяками под глазами и загнанным видом. Тот сделал вид, что не обратил внимания на непонимающе-отчуждённое выражение лица, при этом всё же поджав губы. Он выглянул из пары окон и без промедлений двинулся дальше, увлекая за собою Пауля. Ему помешало сопротивление последнего, замершего на месте и не желающего шевелиться, будто всё ещё следовал указанию.       — Я никуда не пойду, пока ты не объяснишь мне хоть что-нибудь. Где мы? Куда ты меня ведёшь? Почему тебя… а теперь и меня, преследует полиция? — Пауль взволнованно жестикулировал, разводя руки, и тараторил вопросы в случайном порядке в надежде, что хотя бы одним выстрелом из череды добьётся объяснений. Рихард отпустил его и перешёл в ответное наступление.       — Я тоже не в восторге от того, что делаю, но делаю я это для тебя, — он настойчиво ткнул недобунтаря в грудь, нахмурив брови. — И если ты сдрейфишь на финише, я не буду против, но сейчас мы идём дальше. Или ты хочешь остаться ночевать здесь? — он склонил голову и уставился на вжавшегося в стену Хирше.       Нависающий грозный взгляд холодной зелени и неприлично близкое нарушение границ личного пространства плюс перспектива в самом деле остаться в этой халупе вынудили Пауля раздражённо фыркнуть, на что Рихард призвал следовать за ним, закрывая пути для дальнейших возражений. Выйдя через чёрный ход, он повёл светловолосую хмурую тучку дальше, но уже дворами и переулками, теперь с двойной осторожностью продвигаясь к не столь заветной для него цели. Добравшись до пункта назначения, Пауль не сразу понял, куда его ведут. Да и поверил — тоже. Они шли к башне телевещания — самому высокому небоскрёбу в городе. Его шпиль с красным сигнальным фонарём манил и дразнил его каждую ночь, когда он рассматривал приевшийся пейзаж со своей крыши. И вот он здесь. Ночью. У башни. Оторопев и засмотревшись ввысь, он споткнулся и чуть было не упал, толкнувшись в спину своего провожатого, при этом нехотя отводя взгляд от гипнотизирующего здания.       Удачно добежав по неосвещённым участкам до служебного входа, Рихард достал из кармана пару железок и принялся ковыряться в замке, велев Паулю присесть и смотреть по сторонам. Тот переваривал и принимал происходящее, находя всё же силы и следить за окружением. Щёлкнул замок, и Рихард открыл дверь, сразу же затаскивая мечтательного приятеля за шкирку и мигом закрывая за собой на защёлку. Осторожничая на каждом шагу по пути наверх, они огибали открытые пространства и обходили служащих по кругу оси здания. Раз чуть было не попались, выйдя навстречу уткнувшемуся в бумажки человеку. Фортуна была благосклонна этой ночью, пробивая им путь аж до финальной двери, которую Круспе принялся вскрывать, пока Пауль стоял на шухере и трусился как осиновый лист от непривычного, мощного и продолжительного прилива адреналина. Дверь распахнулась, и оттуда повалило свежестью, прохладой и шумом улиц мегаполиса. Они добрались до мостика, опоясывающего гордо высящийся шпиль.       Выйдя наружу, Рихард инстинктивно замер, хотелось податься назад уже просто зная, насколько низко дно разверзнувшейся под ногами пропасти, но он вытолкнул себя из проёма и на согнувшихся в полуприседе ногах обошёл по кругу, убеждаясь, что они здесь одни. Как только дверь закрылась, создавая хрупкий барьер между ними и неприятностями, он натужно вздохнул и сел на пол, так неприятно демонстрирующий ему высоту через зазоры между покрытием. Пульсирующая голова с лёгким ударом прильнула затылком к прохладной металлической стене, и он прикрыл глаза, явственно ощущая твёрдую поверхность под собой.       Тем временем Пауль припал к перилам и восторженно смотрел вдаль, вниз, по сторонам, комментируя про себя. Хотелось бросить хотя бы монетку и посмотреть, как долго она будет лететь с такой птичьей высоты. Она кружила голову, ветер заставлял шататься, ощущение парения в воздухе возносило и не покидал глупый статус короля мира, раз уж он весь теперь как на ладони. Парень представил себя птицей и медленно провёл взглядом от земли вверх, скользя по зданиям, светлячкам фонарей, разнообразным крышам, выстилающимся к самому горизонту, и выше, к ночному небу с редкими облаками, которые светились, отражая светошоу под собой. Паулю довелось наблюдать за перемещениями прожектора по облакам, будто инопланетный корабль нерешительно прячется позади белых перьев. А если бы луч был цветным…       — Как же красиво, — после особо продолжительного молчания констатировал он, восхищённо выдыхая и усмехаясь. — Я даже вижу свой дом!       Оглянувшись на того, кто сделал ему такой подарок, он опустился на землю от своего упоительного созерцания, и улыбка стянулась. Рихард сидел у самой стены, поджав ноги коленями к груди, и дрожащими руками пытался прикурить чуть менее дрожащую сигарету, рычащим шёпотом ругая клинящую зажигалку, что лишь выпускала искры. Приблизившись к натужно пыхтящему человеку, Пауль присел на корточки перед ним и мягко перехватил предательский предмет из его руки, в пару щелчков таки высекая огонь и поднося к кончику сигареты. Получив, наконец, доступ к спасительной порции табака, он кивнул в знак благодарности, смотря на помощника. Тот глубоко вздохнул, сочувственно глядя на раскрывшегося акрофоба, и постучал зубами в напряжённом шорохе мозгов. Решив пока оставить его наедине с единственным источником спокойствия, Пауль поднялся и ушёл из его поля зрения, дабы не нагнетать ещё больше, и вернулся к любованию панорамным видом.       Круспе смотрел вверх и только вверх, максимум слегка цепляя зрением границу небосвода, пока дыхание из рваного и частого постепенно приходило в норму не без самоубеждения. Каждую затяжку он растягивал, глубоко вдыхая и задерживая дым в лёгких, затем так же медленно выдыхая и наблюдая за быстро исчезающим сероватым ручейком. По окончании перекура, он не глядя потушил бычок о пол и оставил лежать там же, концентрируясь на ощущении твёрдой поверхности под собой. Надёжность её подвергалась сильным сомнениям, и всё же он пытался зацепиться за нужные аргументы, крепко сжимая пальцами свои колени.       — Давай помогу, — предложил подошедший к нему снова Пауль. В этот раз непонимание заиграло уже на лице Рихарда, так что пришлось уточнить. — Вставай, будем приструнять твои страхи вместе, — он протянул руку, располагающе улыбаясь.       Вставать Рихарду хотелось меньше, чем вообще здесь находиться, однако на препирательства просто не было ни сил, ни желания. Приняв поданную руку, он поднялся на ноги, тут же бросив взгляд вниз и пожалев о принятом решении. Хирше не отпустил его, а стал пятиться к перилам маленькими шажками, призывая следовать за ним. Брюнет встал истуканом и нервно замотал головой, отказываясь от дальнейшей терапии, и так мол хорошо живётся, не трогай то, что работает.       — Ну, давай же, — просящим тоном призывал Пауль. — Я же тебе доверился, когда ты таскал нас по подворотням? Вот и ты теперь доверься мне. Иди сюда, — спокойно уговаривал он застрявшего, как вкопанный, парня, легко подтягивая его за руку.       Желваки задвигались, губы сжались до онемения, и Рихард глубоко задышал носом, подступая к нему. Хотелось одновременно закрыть глаза и ни за что не терять из виду поверхность, по которой он ходит, ведь одна неровность, и он споткнётся и полетит прямиком вниз — в этом он был уверен. Осторожно делая шаги навстречу, он слышал тихое «Не смотри вниз», но не мог противиться и чувствовал подбирающееся головокружение. Его взяли за подбородок указательным и большим пальцами, приподнимая голову и повторяя указание. Только тогда он сделал последний шаг, прежде чем вновь замереть камнем, не имея ни малейшей потуги знать, как близко к краю сейчас находится. Прохладный ветерок колыхал его одежду, но уступил накатившему теплу, когда Пауль заключил его в объятия, плотно обвивая торс под руками.       — Теперь можешь смотреть, — скомандовал он и вскоре почувствовал, как его не просто взаимно обняли, а буквально сдавливают, держась как за надёжный столб. — Между тобой и пропастью за перилами стою я. Я не дам тебе качнуться и упасть, ты понимаешь это? — успокаивающе бормотал он в плечо.       Рихард качнулся, но не вперёд, а назад, пытаясь отступить, однако Пауль выставил ногу между его, принимая устойчивое положение и притягивая назад к себе.       — Ты меня слышишь? — повторил он запрос. Получив мычание в виде «угу» в ответ, он посоветовал. — Можешь начать издалека и не спеша опускаться вниз. Помни, ты не упадёшь, я тебя держу.       Он продолжал тихо говорить ему в плечо, стараясь успокоить и отвлечь, лишь иногда прерываясь и опуская голову. Руки на его лопатках медленно, но верно разжимались, по мере того как Рихард осматривал окрестности. Скорее всего останутся синяки. Забавно. Тот действительно нашёл в нём опору, прильнув всем телом, но не наваливаясь, и уже достиг взглядом площади под ними. Голову ещё вело, но это уже совсем не мешало и не заставляло думать, что одно неверное движение, и он полетит прямиком вниз. Дыхание так же незаметно сбавило обороты, как и пульс, до того бýхающий по вискам. Конечной точкой после площади была светлая макушка захватившего его препятствия. Ощутив чужое дыхание прямо на себе, Пауль поднял голову и отзеркалил улыбку брюнета.       — Хочешь теперь сам попробовать? — не давая времени ответить, он отпустил вновь напрягшегося парня, отходя в сторону. Видя, как тот сделал шаг назад, разведя руки, словно в поисках, за что бы ухватиться, он понял, что переход вышел чересчур резким, и подошёл ближе. Взяв руку Рихарда в свою, он отошёл, заводя её вбок и назад, удерживая его как за страховочный трос. — Держу.       Свободной рукой вцепившись в перила, вспыхнувший волнением человек отвёл взгляд от бездны под собой, посмотрев на удерживающего позади Хирше. Тот выставил одну ногу вперёд, как бы готовясь тянуть на себя в случае чего, устойчиво фиксируя за запястье обеими руками. Обхватив и своей ладонью чужое предплечье, Рихард повернулся и снова начал с линии горизонта, уже гораздо быстрее достигая земли под собой. До представлений себя летающим по городу было далеко и страшно, и всё же нельзя было не признать: здесь действительно дух захватывает и от красоты тоже. Внизу здания горделиво возвышаются над тобой, а здесь можно посмотреть на этих величественных гигантов свысока, заглянуть за карнизы и парапеты, которыми они старательно прикрываются.       Пауль рассматривал светлые участки, особо уделяя внимание каждой тени и точке. За время, проведённое здесь, он тщательно изучил каждый клочок, и всё, что он нашёл на расслабленных предплечьях Рихарда, — несколько родинок. Он облегчённо вздохнул.       — Будто звёздное небо разлилось под ногами, правда? — обратился он к подопечному.       — Будто на концерте, только с другой стороны. И никакие проблемы тебя сейчас не достанут, — искренне озвучил своё видение Рихард, отпуская перила. Подойдя к Паулю, он сунул освободившуюся руку в карман. — Поможешь ещё кое с чем, ангел ты мой небесный?       Круспе выудил сигарету из пачки губами и покачал перед вопросительным лицом Пауля зажигалкой, заставляя сфокусировать забегавшие по сторонам глаза, усмехаясь, когда выражение сомнения пополам с плохо скрываемой улыбкой покинуло его спутника и тот перехватил истощающийся источник огня, убеждая его выжать из себя последнее.       Утро будет самым обычным в жизни города. Птицы пробуждаются ото сна, по улицам засеменят самые ранние работающие люди, а дворник, подметающий улицу, лёгким движением забросит два окурка в совок, проходя у подножия телебашни.