Планета

      Космос – это что-то нереальное, сколько ни глазей, всё равно оторваться не можешь. Пустота завораживает, а как эти туманности мерцают – вообще сказка! Поправив дыхательную маску, я наконец-то ступил на планету Арм. Не люблю я это место, и всё тут. Для местных я тут, как какая-то диковинка: сначала пялятся, как на инопланетянина, потрогать норовят, а потом шарахаются, как от чумного. Но, как бы я их ни терпеть не мог, корабли они строят – лучшие во всей галактике.       Подмахнул я кое-какие бумажки, и вот он, мой красавец! Ну, была там одна небольшая заминка с оплатой, но спорить с этими ребятами – себе дороже выйдет. Подобрал своих пассажиров: нейканец какой-то и эльф. Как потом выяснилось, этих эльфов называют альнарцы. Очень скрытный народец, теперь понятно, почему про них никто ничего не знает.       Нейканец этот корабль мой с ног до головы окинул и сразу внутрь пошёл. Ещё и рожу кривит, водоросль морская! Андрей мне координаты этой планетки скинул, и я сразу к штурвалу. А на месте второго пилота Андрей сидит, книжку читает. Как меня увидел, такую морду состроил, как будто я у него последнюю конфету отобрал. Не любит он со мной летать, ну что поделать. Корабль рванул с места, как бешеный, только космопорт и видели. Андрей в поручень вцепился, проклиная меня и мою горе-пилотирование. Нас кидало из стороны в сторону, а чтобы развернуться в этом порту, надо быть просто Богом. Скорость бешеная, я её вообще не контролирую, только и делаю, что вихляю и платформу опасно накреняю. Ветер в ушах свистит, пейзаж планеты в одну сплошную линию сливается. И тут, вдруг, нас перестало бросать, двигатели уже не так надрываются. Меня во всём штабе сумасшедшим прозвали. Едва мы из этого порта вылетели, как рядом метеорит просвистел, прямо на нас летел. И тут я услышал не только молитвы Андрея, но и рычание какое-то, на предсмертный крик похоже. Таких кульбитов конструкторы точно в эту платформу не закладывали, но она, под моим управлением, кувыркалась, как межзвёздный истребитель. Все остались живы, но Андрей, бедняга, побледнел и зарёкся, что больше никогда в жизни на мой корабль не сядет. Через пару секунд, как мы уже подальше от порта отлетели, в рубку ворвался бледный нейканец и слегка помятый эльф.       Нейканец что-то начал говорить, руками махать, как мельница, а у Андрея истерический смех прорвался. Я на друга посмотрел, а он мне переводчик протягивает. Я его на ухо прицепил и чуть не взвыл от боли.       — И… и это профессиональный пилот?! Я ещё тогда засомневался, — нейканец, видимо, на других кораблях не летал, я ещё вполне прилично летел.       — Да чего вы так возмущаетесь, все живы-здоровы, и ладно. И позвольте узнать ваши имена, а то так и буду вас «нейканец» называть.       Нейканец выпрямился, в грудь себя кулаком ударил и представился:       — Ратурри, — и на эльфа покосился, — Архалл.       — Ну, меня вы знаете, а это мой второй пилот – Андрей.       Так, надо запомнить… Сообщение пиликнуло на браслете, я сразу его открыл и увидел прекрасную иллюстрацию того, что происходит там, куда мы летим. Ричард, выряженный в розовый защитный костюм, сидит посреди сугроба и два больших пальца показывает. Я улыбнулся, хоть кто-то отдыхает.       — Андрей, двенадцать прыжков. И сразу на планету. Чем быстрее туда доберёмся, тем быстрее оттуда свалим. Да спасёт нас Господь. Пристегните ремни, если не хотите по всему кораблю размазаться.       Андрей с тихим мужским воплем на букву «б» вцепился в штурвал.