Ваш лечащий врач - Верховный Маг Земли.

Он терпеть не мог суточные дежурства и хвалил небеса за то, что ему их не ставили тогда, когда он был самым перспективным в этом госпитале, у него были богатые и интересные клиенты, запутанные медицинские случаи и никаких приёмных отделений. Так. Раз в квартал, когда совсем не хватало рук и то, в такие моменты на лице гениального нейрохирурга появлялись все сто пятьдесят оттенков недовольства и раздражения. Он искренне верил в то, что его талант, его неповторимый гений не для того, чтобы вправлять сустав пьянице, который не поделил с собутыльниками закуску, доставать детали «лего» из носа двухлетки за который не досмотрела не путёвая мамаша, не для того он оттачивал своё мастерство, постигал самые тонкие и сложные азы нейрохирургии и изучал новые методики и даже разрабатывал свои. Но это было тогда. Сейчас он за Кристину. А её ночные и суточные дежурства никуда не делись, а значит, сидеть ему в клинике аж до утра. А сейчас только пять вечера и кажется, он только вышел из операционной после двойной операции, а уже прошло три часа. Успел пообщаться с Тором, вытащить осколок из глаза старушки у которой лопнуло стекло в очках, успел даже откачать горе-суицидника. И кто так вены режет? — пренебрежительно думает Стрэндж, накладывая повязки. Идиота уводят в отделение, а Стивен падает на стул. Даже проверка семнадцатого измерения, где водились гарпии и фурии не могла сравниться с суточным дежурством, да ещё и с субботы на воскресенье. Слава небесам — завтра его выходной. Кофе со вкусом, который отдалённо напоминал ему плесень, которую они с Вонгом два месяца выдворяли из ванной в Храме, пить ему совсем не хотелось, но нельзя было покинуть пост и пойти купить нормальный напиток в кофейне. Хорошо есть магия. Он выливает больничный кофе в раковину и ополоснув стакан, наколдовывает себе американо с молоком и без сахара. Отлично, то, что нужно. Его вызывают в начале восьмого. В коридоре… Кажется, его зовут Клинт, — думает маг, подходя к человеку в кожаной куртке, — а рядом Скотт, — он смотрит на второго, более тощего с коротко подстриженными волосами. — О, Стрэндж, — значит пациент не Ленг. Он встаёт и пожимает чародею руку, — его прихватило на задании. На моё присутствие в больнице в качестве врача реагируют спокойно, — рассуждает хирург, — Ванда? Барнс? Уилсон? Или Тор? Да ладно, не суть. — Брось, Скотт, у меня просто болит живот, — отмахивался Соколиный глаз, — добрый вечер, Стивен, — он смотрит на непривычно одетого чародея, — может просто таблетку какую дадите? — Он потерял сознание и если бы я его не прикрыл, то привёз бы скорее его тело, чем самого Клинта, — отзывается Скотт. Он в костюме для изменения размера, хорошо хоть без шлема, а то Ева, которая устало зевает итак смотрит на них косо. — Ладно, пошли, посмотрю, что у тебя с животом, — Стивен указывает на дверь кабинета, — ты, жди здесь, — наказывает он Скотту и тот послушно садиться назад на диванчик. — Да, брось, Стрэндж, — не смотря на адскую боль, которая пронизывает всю брюшную полость, Бартон стоит на ногах и продолжает сопротивляться. Не любит он врачей. Никаких. Ни с магическими способностями, ни без них. Для него они все на одно лицо, а особенно хирурги, с их любовью что-то отрезать. — Сделаю вид, что я этого не слышал, — бежит вода, маг моет руки, — на кушетку. — Просто дай мне чёртов анальгин, Стивен, — рычит, стиснув зубы от боли, Клинт, держась за дверной косяк. — Я просто осмотрю твой живот и всё, — Стивен невозмутим и спокоен. В голове точная диагностика острого живота, возможные диагнозы и да, ходы оперативных вмешательств. Всё так, чертовски удобная штука эта эйдетическая память. Ты помнишь всё. Каждый орган, его клетку, самый маленький сосуд, венку, которая обволакивает большие полушария. — Стивен, не думаю, что это хорошая идея, — в голосе усмешка, в глазах страх. Его не обманешь. Он знает, когда пациент боится. Боится самого врача. — Клинт, — Стрэндж настойчив, этого ему не занимать. И дело не во всех этих высоких помогать, спасать во имя Гиппократа, дел в принципе. Он не привык отступать. Он сотни раз бы проиграл, сделай хоть одну сиюминутную слабость. Начни тратить время на сантименты, — кушетка, живо. Ты весь горишь, — рука мага оказывается на его лбу. Без градусника всё понятно. — Со мной всё нормально, — под аккомпанемент острой боли, которая заставляет его отшатнуться и едва не вписаться затылком в дверь, бормочет Клинт, скидывая руку Стрэнджа со своего лица. — Ладно, — поняв, что это не закончится, маг решает пойти ва-банк, — позову Ленга, чтобы он подержал тебя во время осмотра, — Стивен блефует, но Соколиный глаз не замечает этого, к счастью. Он не стал бы звать кого-то, не в его правилах. Всё что касается пациента, это касается только его и пациента. Точка. Аксиома. Хорошо, что Клинт не в курсе. — Всё понял, — тот отзывается недовольным рычанием и с трудом перебирая ногами, доходит до кушетки и с охами, ахами и кряхтением умудряется всё же занять горизонтальное положение, которое требует от него хирург. — Оголи живот, — достаточно строго просит Стивен, так как понимает, что по-хорошему с Клинтом не выйдет. Или грубо или труп. Простая арифметика. Тут нечего добавить. — А? — тот толи дурак, толи прикидывается и Стрэнджу снова приходится всё делать самому, не смотря на протесты Барклона. Футболка оказывается закатана до груди, что резко повышает успешность пальпации брюшной полости. — Аппендицит не удалён, — констатирует хирург сам для себя. Самоё легкое нажатие на живот отзывается ором и попытками Клинта к бегству, но он ловит взгляд мага. Попытка пресечена на корню. Хотя в таком состоянии он не добежал бы до коридора, — жди здесь. Злой, голодный, а главное, уставший Стивен Стрэндж быстрыми шагами доходит до регистратора. — Ева, готовь 5 операционную, — тараторит хирург, — у пациента в моём кабинете взять кровь ЦИТО, моча ЦИТО, УЗИ абдоминальное, кровь на время свёртываемости, группа, резус, — всё по списку и быстро. И найди мне ассистента, я мыться. — Что с ним? — девушка вопросительно смотрит на врача. — Аппендицит, поторопимся, успеем до перитонита, — он идёт к кабинету. Скотт. Он встаёт, увидев Стивена. — Что с Клинтом? Скотт переживает. Скотт волнуется. Скотт хороший друг, — мелькают вспышки мыслей в голове мага-хирурга. — Нужно резать, — у Ленга паника, — всё будет хорошо, — вроде помогло. Стивен суёт Клинту бумаги, силой заставляет подписать согласие на операцию. Тот выделывается, корчась от боли. Из коридора доносится голос Скотта. Звонит жене Клинта. Так даже лучше, у Стрэнджа нет ни сил, ни времени, ни желания делать это. — Ева подготовит тебя, — бросает хирург и идёт мыться. Времени не много, судя по результатам пальпации. — Доктор Стрэндж, — он сталкивается с администратором у входа в кабинет, — ассистировать будет Оливер Санчез. Ожоговый хирург, — она с подносом в руках. Готовится к забору крови у Клинта. Ожоговый хирург, — Стивен делает мысленный вдох, — что ж, они хороши в работе. Собраны, готовы к резким и радикальным решениям, — он доволен. Кран, вода, мыло, движения, всё на автомате, снова вода, салфетка, антисептик. Санитарка помогает ему одеться. Ладно, вдох-выдох. В игру, — мелькает в голове мага.