Untitled(Pregnant)

Cherry Lips — Vanotek feat. Mikayla Happy ever after You never get it right I follow my old patterns Don't know how to disguise I go after roses Left with the thorns I always do the same But I guess I needed more

Ким Тэхён — подросток-омега. Паренёк, казалось бы смышлёный, но первая любовь кружит ему голову. В семнадцать лет он знакомится со своим истинным, который, к слову, был совершеннолетним. Стоит ли упоминать, что Тэхён стал скатываться по учёбе, часто не ночевал дома, и, естественно, родители забили тревогу. Они запретили встречаться с альфой, который портил их ребёнка. Конечно, после запрета пошли упрёки и бунт: Тэхён не стал послушно сидеть и ждать не пойми чего. Он решает действовать, поэтому ситуация обостряется ещё хуже. Как в старых американских фильмах про глупых девчонок, где они по дурости попадают на вечеринку и случайно залетают от своего «любимого» человека. Обычно сценарий здесь не блещет сюжетом: кто-то делает аборт, кто-то с раскаянием приходит к родителям. Тэхён выбирает свой путь и ругается с родителями в пух и прах. — … Если ты переступишь сейчас порог дома, можешь больше не возвращаться, — сквозь зубы строго ставит ультиматум отец, мать с раскрасневшимися глазами от слёз умоляет не делать поспешных решений, но Тэхён непоколебим, он делает свой выбор. Ким Тэхён уходит из дома из-за альфы. С этого момента его жизнь меняется до неузнаваемости. Он переезжает к своему альфе — Чонсу. В начале они живут как в сказке, альфа забирает его со школы, друзья-подруги завистливо шепчутся за спиной, Тэхён наслаждается взрослой жизнью. Тогда он не знал, что под сердцем носит ребёнка. Узнает об этом при школьном осмотре. Весной, всегда в школе делали расширенное комплексное обследование. Доктор деликатно тогда спросил, знает ли он о своём интересном положении, как итог: пятнадцатая неделя беременности, шок, слёзы и вопли альфы. Жизнь — странная штука. Вот ты счастлив и, скорее всего, думаешь — вот оно, твоё заслуженное счастье, но нет… Чонсу оказывается тем ещё подонком, что совершенно не похож на того самого любимого человека, который во время сплетения тел признавался в вечной любви, который брал так нежно, что, казалось, держит в руках фарфоровую куклу. Тэхён чувствовал себя в его объятиях любимым, он любил и считал, что являлся таковым… Но как показало время, всё было ложью. Чонсу потребовал аборт, Тэхён сам ведь думал об этом и заранее узнал о тонкостях этого дела. Аборт после девятого месяца был невозможен; у парней-омег был один исход после такой операции… Летальный исход. — Ты понимаешь, что слишком рано для этого? — Мне будет как раз восемнадцать. А там, после его рождения ещё полгодика, и я закончу школу… — Не неси чушь. Я говорю тебе: избавься от него! — буквально шипит Чонсу. Тэхён впервые боится не за себя, и его пробирает дрожь от адреналина, что кипятком прошёлся по его венам. К этому чувству добавляется и злость на себя, на альфу — на всех. Нервы на пределе. — Раньше надо было думать, когда трахал меня без защиты… — шипит Ким кошкой, на такое заявление альфа хватает его за грудки и почти рычит в лицо. — А ты и не против был, когда я тебя трахал. И, заметь, не раз, — злая усмешка расползается по лицу Чонсу, впервые Тэхён не узнаёт того человека, которого полюбил. — Ты…ты… — Да, я. Раз такой умный, чего сам не предохранялся? Обычно, если не хотят залёта, то предупреждают об этом заранее, казалось, будто ты принимаешь противозачаточные. Уж извини, моей вины здесь нет, ноги развёл ты сам. У омеги не находится и слова на такое обвинение, кажется, будто его как котёнка мордой тычут в собственное дерьмо. Что самое страшное — Чонсу в действительности был прав. Он мог бы не встречаться с ним, он мог отложить все чувства, он мог не спать ни с кем, он мог бы не уходить из дома родителей, он мог послушать их… Он должен был, но облажался. Горячие капли обиды текут по лицу, он всё проебал… Ноги подкашиваются от обилия негативных чувств и паники, но ему не даёт упасть чужая сильная хватка. — Детка, просто избавься от ненужного, и всё будет как прежде, — внезапно мягким голосом произносит Чонсу, нежно стирая солёные капли тыльной стороной ладони, — А если нет, то вали со своим гадёнышом на все четыре стороны! — уже рявкает альфа, ударяя кулаком в стену в паре сантиметров от головы омеги. Тэхёну дико страшно и больно от ужасных слов, адресованных его будущему малышу; ему становится дурно, он автоматом хватается за живот и таки теряет равновесие. Отец был прав, он ничтожество, раз повёлся на такого долбоящера… Тэхён решает просто съехать тихо, нет ему жизни с тем, кто считает плод их любви — мерзостью… Попросту, альфа бросает его на произвол судьбы, требуя избавиться от ребёнка, он прямо заявил, что не хочет иметь с ним никаких дел, пока он в положении, и плевал он на здоровье Тэхёна. Ким быстро собирает и так немногочисленные свои вещи; убегает в сторону родительского дома. Он долго бродит снаружи, не решаясь зайти внутрь. Кажется, что за время его отсутствия изменилось всё и выглядит чужим. Небольшой дом в уютном жилом квадрате частных участков чувствуется не родным, да и гордость с обидой пополам не дают сделать и шага. Тэ даже не борется с собой, чтобы уйти. Несколько дней ему приходится перекантоваться у друзей, затем он, не желая быть обузой, ищет, куда бы заныкаться на время, вроде Чонсу не горел желанием его искать, родители — тем более. С каждым днём карманные деньги испаряются все быстрее, и приходит мысль, что найти подработку было бы хорошей идеей. Гуляя после изнурительного мыслительного процесса, омега натыкается на лапшичную, что находится недалеко от школы. Ким надевает маску, чтобы проходящие мимо ученики не зацикливались на нём, и устраивается на работу к дедушке Мин. Отличный старик, но суровый дядя к работникам. Каждый день становится игрой. На выживание.