Эмоции в глубине

      Летние дни проходили незаметно. Лань Хуань заполнял время медитациями в глубине леса. Зачастую не ел около недели, и возвращался в свою обитель только на ночь. Затерявшись в своих мыслях, почти забыв, что есть реальный мир, он настроился только на себя.        Сичэнь много думал. Но это ни к чему не приводило. Мысли путались, и если он вот-вот приходил к ответу, тут же всплывали в мыслях правила клана. В конечном итоге, он так запутался, что вовсе больше ничего не хотел.       Его спокойствие вновь возвращалось к нему, а рассудок наконец прояснялся.       Он думал, что все стало как прежде, а потому вышел из места, где провел почти все лето. Он шел по каменной дорожке, думая, что наконец увидит брата, когда к нему подошёл молодой адепт. – Цзэу-цзюнь, рад наконец Вас встретить, мне сказали, что раньше осени Вы не появитесь, – выказал почтение юноша, возвращаясь к своему пути.       Лань Сичэнь не успел удивиться подобному и ступить на оживленную адептами территорию, как возле него оказался Лань Сычжуй. – Глава Ордена, вы вернулись? Как раз вовремя, гости только размещаются, – он поклонился Лань Сичэню. – Гости? – тихим, почти осипшим, голосом спросил его мужчина. – Ученики, – повторил юноша.       Лань Хуань решил не тратить время на разговор, и уверенным шагом направился в сторону, куда указал адепт. Действительно, некоторые молодые люди ещё не переоделись в белую одежду клана ГуСу. Одни сидели возле деревьев, другие на небольших лавочках. Одна фигура в золотом явно выделялась из «толпы», владея острым языком, что сейчас умело выговаривал слова, препираясь с адептом в белоснежных одеждах и лобной лентой. – Цзинъи, – окликнул юношу Сычжуй. Двое парней разом посмотрели на него, а затем перевели взгляд на мужчину рядом. Взяв мечи в руки и согнувшись в поклоне, они начали медленно подходить. – Цзинь Лин, ты решил показать себя? Думаешь, можно было прийти в Облачные глубины с собакой? – послышался знакомый недовольный голос. – Фея — мой сторож. Она охраняет лучше чем дюжина опытных адептов! – Цзинь Лин надул губы, сложив руки на груди. – Глава Ордена Цзинь, в Облачных Глубинах Вам ничто не угрожает, – тихим и смиренным голосом заметил Лань Сычжуй. – Глава Ордена? Разве Глава Ордена может позволить себе такое поведение? Если отважился поехать учиться, то соблюдай правила, – Цзян Чэн выглядел строже обычного, и хоть из его уст не вылетало подобное «ноги переломаю», весь его вид говорил, что он как натянутая тетива. – Но их три тысячи, разве можно все запомнить? – проворчал себе под нос Цзинь Лин. – Вы не знали. Но думаю собаку можно разместить там, где раньше находился ослик Учителя Вэя, – решил сменить на более важную тему А-Юань. – Нельзя, Ханьгуан-цзюнь с Вэй Усянем вернулись. Если он увидит собаку, то Облачные Глубины ещё несколько дней будут помнить его крики, – отозвался на это Цзинъи. – Цзэу-цзюнь, что скажете?       Лань Хуань совершенно не знал на это ответа. Сейчас он был занят сохранением невозмутимого выражения лица. Надеяться, что после нескольких месяцев все прекратится – было глупо. Его и сейчас очень волнует фигура напротив. То, как он двигается, как смотрит на племянника, что тому говорит. Его движения – немного резкие, настоящие, не мираж. Его недовольный взгляд вновь отозвался ударом в сердце. Ничего не прошло, все как прежде. И пусть его будут наказывать кнутом, как брата, он все равно будет рассматривать это лицо, касаться тела, хотеть узнать душу. – Я думаю, что если собака важна, то господин Цзинь может оставить ее у себя, пока господин Вэй гостит в Облачных глубинах, – наконец отозвался Лань Сичэнь, смотря на Цзян Чэна. Тот и бровью не повел, лишь хмыкнул и взяв племянника под локоть, скрылся из виду, лишь его раздраженные замечания доносились до острого слуха Лань Сичэня. – Цзэу-цзюнь, я оповещу учителя о Вашем возвращении, – поклонился Лань Юань.       Мужчина кивнул, давая понять, что разговор окончен, и направился к холодному источнику. Он не особо выделял времени для своего тела, как и голоса – ведь продолжительное время молчал. Теперь же ему пришлось провести в воде не меньше полутора часов.       Сидя за небольшим столиком он внимательно слушал своего дядю, как ему казалось. Но его взгляд все равно иногда проходился по гордому мужчине возле. В такие моменты он совершенно забывал о каких связях говорит Цижень, и что от него требуется. – Из-за отказа Ордена Цзян, клан Цзинь согласился сотрудничать с нами. Но так как Глава Ордена Цзинь приехал на обучение и не может заниматься ничем, кроме него, он попросил главу Клана Цзян выполнить его обязанности. – объяснил учитель. – Но разве Орден Цзинь может участвовать в охоте?       Из-за смерти верховного заклинателя, как и после аннигиляции солнца – приняли решения дать людям немного отдыха. И если раньше это была Охота на горе Бай Фэн, то сейчас Кланы решили посоревноваться. Два ордена могут помогать друг другу с тем или иным делом на протяжение трёх месяцев. Построения, охота, убийства различных чудищ, сооружение артефактов – после истечения времени подсчитываются. У кого больше – тот и забирает себе ценный подарок на свой выбор. Орден Лань рассчитывал на месяц отправить своих юных адептов на территорию без гор, дабы там они обучились усмирять свой дух в непривычной обстановке. – Орден Цзинь как и новый верховный заклинатель могут принять участие, но до недавнего времени им не с кем было сотрудничать. После отказа кланом Цзян, мы предложили свою помощь, – подробно разъяснил Цижень. Цзян Чэн молча наблюдал как его будущий партнёр размышляет над сложившейся ситуацией, но после продолжительного молчания его терпению подходил конец. – Орден Цзинь не подготовился к охоте и строительству зданий для ее облегчения. Но Вэй Усянь согласился помочь с артефактами. Также он предложил Призрачного генерала для расследования крупных убийств чудовищами, но я отказался, – его раздраженный взгляд упёрся в лицо Лань Сичэня, который внимательно на него смотрел. – В таком случае нам стоит отослать адептов для охоты. Если артефактами займётся Вэй Усянь, Лань Ванцзи может помочь ему. Думаю, тогда нам придется выполнить то, что мог сделать Вэнь Нин, – наконец ответил Лань Сичэнь. Он ещё не до конца понимал, что именно делает, но навязчивая мысль о том, что они будут только вдвоем, кричала внутри него. – Остальное вы можете обсудить вдвоем, – распорядился Цижень. Лань Сичэнь и Цзян Чэн учтиво поклонились и вышли на свежий воздух. Лань Хуань повел их мимо учеников, почти к выходу, но после свернул влево. – Я не понимаю, почему этим должны заниматься мы вдвоем, – выказал свое очередное недовольство Цзян Чэн. – Мы не можем послать на это адептов, мой брат будет заниматься другим. Вы сами отказались от помощи Призрачного генерала, – стараясь не смотреть так явно, ответил Лань Сичэнь. Глава Ордена Цзян лишь хмыкнул. – Надеюсь с этим не возникнет проблем, – и тот снова покинул Лань Сичэня.       Лань Хуань понял о чем он говорит. Но разве мог он сказать, что они будут всегда, когда тот рядом. Разве мог признаться, что понял свои чувства? Как можно заставить такого человека чувствовать, если он сам не хочет? Но кто сказал, что не хочет? У него отобрали все самое дорогое, предали, оставили беспомощным – если это его реакция на все, можно ли ее изменить? Можно заставить довериться? Хватит ли того времени, чтобы узнать его лучше? Чтобы тот узнал его лучше?