Бесконечное падение

      Уже в дверях, ненавязчиво заставив направиться вперёд Варсуса и Эссиорха, Адонис поймал Дафну за запястье и потянул чуть в сторону. Светлая дёрнулась, тут же рывком развернувшись.       — Интересно, ты очень смелая или глупая? — негромко сказал тёмный, уже отпустив её, но не сводя изучающего взгляда.       Дафна едва не поёжилась, почувствовав себя пойманным насекомым, которое разглядывают под лупой. Она тут же скрестила на груди руки, будто готовилась защищаться.       — Не знаю, о чём ты, но это грубо, — отрезала светлая и тут же поддела: — И разве так нужно обращаться с девушками?       На Адониса её слова впечатления не произвели, он только нетерпеливо дёрнул головой, пытаясь откинуть упавшую на лицо прядь.       — Теперь-то ты можешь вернуться в Эдем на случай… непредвиденных обстоятельств? — быстро спросил он, как будто исключал возможность отрицательного ответа.       Дафне вопрос не понравился. Ей захотелось полюбопытствовать, какие конкретно обстоятельства подразумевал тёмный. Чего он вообще добивался?       — Почему ты так хочешь избавиться от меня? — вырвалось резко у светлой.       — Это не то, что я имею в виду.       — Ладно, не отвечай. Я знаю.       — Правда?       У Дафны чесались костяшки пальцев. Это к какой-то погоде? Зачем он спрашивает, как будто издевается?       Светлой не хотелось больше ничего понимать. Только вернуться обратно к выходу из помещения. И она почти это сделала.       — Ты не понимаешь… — прервал её Адонис, вновь заставляя обратить на себя внимание.       — Нет, ты не понимаешь! — взорвалась Дафна, безотчётно шагая на него. — Я не могу оставить Варсуса, когда мы только… ну, сам знаешь.       Тёмный тут же изобразил на своём лице проблеск немыслимых мук, едва не впечатав в него ладонь. Выглядел он так, будто уже несколько раз пожалел, что затеял беседу.       — Тебе не кажется, что есть вещи поважнее бега за понравившимся парнем? — уточнил он с вежливостью безумного мясника. — Например, сохранение твоей жизни.       Дафна отчего-то вдруг нервно рассмеялась.       — А ты сам-то не хочешь никуда исчезнуть? — спросила она, вскоре успокоившись.       — Если бы не я, вы были бы уже мертвы, — отрезал тёмный, явно теряя терпение.       — Это не делает тебя самым умным и не даёт тебе права решать…       — Хочешь поспорить, кто из нас больше дурак? — перебил Адонис с каменным выражением лица.       Светлая на миг нахмурилась, моргнула, будто пыталась осознать, что происходит, куда они вообще свернули и что ей ответить. Каким-то своим кусочком она чувствовала, что начинает вести себя как ребёнок, но остановиться не получалось.       Думать долго тоже не выходило.       — Или дурочка… — задумчиво протянула светлая.       Адонис вздохнул.       — Это ты верно подметила.       Настала неловкая пауза. Дафна отчасти задавалась вопросом, как же так вышло, что их ещё не хватились остальные? Все внезапно стали такими робкими, когда её втягивают в разговор один на один? Кто-нибудь?       Никто, конечно, не появился. Только Адонис всё продолжал не сводить с неё глаз.       — Чего ты хочешь? — спросила светлая, всеми силами стараясь подавить бурлящее забродившим бульоном раздражение.       Судя по лицу Адониса, тот уже мечтал её собственноручно закопать где-нибудь под окном своего же дома просто потому, что было бы лень тащиться в глухую чащу. Поймав себя на этой идее, Дафна лишний раз убедилась, что ей нужно в кровать.       — Разве я уже не сказал? — процедил он сквозь зубы, стараясь держать себя в руках из последних сил. — Подумай ещё раз. Просто вернись в Эдем. Это пойдёт всем на пользу.       Дафна резко отстранилась, хватаясь за ручку двери.       — Вернусь, — уже шагая в открытый проём и обернувшись, бросила она. — Когда придёт время. Оно не сейчас.       На этой ноте она взмахнула растрёпанными волосами, демонстративно хлопнула дверью и поспешила нагнать остальных, будто так она могла убежать от неясного неприятного послевкусия разговора. Хотя тёмный больше не стал её донимать, ей ещё долго мерещился настойчивый пасмурный взгляд. Хотелось стряхнуть его, как тяжесть с плеч.       Может, оттого Дафна почувствовала себя чуть более беспечной, будто снова стала девчонкой-подростком, или просто потому, что ей хотелось немного радости, но она сама схватила отвлёкшегося Варсуса за руку, заставив остановиться посреди тротуара, и, не дав опомниться, потянула на себя, не оставляя иного выбора, кроме как сократить растояние совсем. Она замерла, когда их губы были всего в одном дыхании. Пальцы впеплялись в затылок. Чувствовалось тепло.       — Может, ты?.. — невинно начала было Дафна.       — Помогу закрепить успех? — уточнил пастушок и, не дожидаясь ответа, поцеловал её.       Дафна захлебнулась этим ощущением, его запахом с тонкими нотками томатного соуса, пьянящим осознанием, что они занимаются этим у всех на виду, будто делая это более реальным, а не всего лишь прекрасным сном, случившемся с ней в бреду среди кошмара. Ей чудилось: она не сможет разжать свои пальцы, чтоб отпустить его.       Варсус отстранился первым, когда стал кончаться воздух. Дафна с испугавшим её, непонятным отчаянием вцепилась в его ладонь и позволила себе счастливо улыбнуться.       Она не хотела сейчас наблюдать Эссиорха и уж тем более слушать его комментарии, зато выразительно посмотрела на Адониса, будто пыталась что-то донести. Она подавила исключительно детское желание показать язык и заставила себя отвернуться.       Быть может, это всего лишь пузырьки газировки ударили ей в голову.

***

      Вопреки собственным же словам, сразу отправляться в постель Дафна оказалась не готова. Не говоря уже о том, что возвращаться ей было вроде как некуда. Если, конечно, она не хотела поскорее столкнуться с Мефодием. Она ещё была настроена выудить из черепушки отдельные мысли, как вдруг оказалось, что она посапывает там же, где только на пару минут позволила себе прилечь: на диване в гостиной. Вернувшийся к ней Депресняк отчего-то теперь всё жался к боку. То и дело светлая мелко вздрагивала во сне, хотя ей даже ничего не снилось.       Адонис утеплил её пушистым пледом вместе с выпустившим когти и зловеще покосившимся на него котом и осторожно прикрыл за собой дверь.       День наконец-то вспомнил, что неплохо бы завершиться, но солнце поспешило не столько к горизонту, сколько в пуховую перину ливневых туч. Они затянули небо неожиданно, будто бы кто-то развесил декорации, заставив пейзаж внизу помрачнеть. Ветер тревожно свистел, ударялся о водостоки, с хлопками трепал деревья. Облака держались до последнего, будто бы сами были несколько обескуражены тем, что такой светлый день должен получить подобный финал, а потом разом каплями рухнули в стёкла — казалось, выбьют. Стук этот крепче затягивал светлую в сон.       Варсус настроен был куда решительнее. Тот факт, что Дафна временно стала недоступна, был очень кстати. Он без энтузиазма болтал ложкой кофе. В горло напиток как-то не лез, и Варсус уже начал задаваться вопросом, зачем он вообще его взял. Расположился он за письменным столом в уже знакомой ему по не столь далёкому пробуждению комнате, внутренне готовясь… к чему-то. Адонис ненадолго удалился, чтобы то ли поставить чайник, то ли выключить утюг: пастушок был слишком занят своими размышлениями, чтобы придать значение сказанному. Или оценить его адекватность, если на то пошло.       В первый раз он чуть не ударился лбом о столешницу, начав клевать носом. Гладкая деревяшка вдруг показась ему возмутительно глупой.       Во второй раз он предусмотрительно подставил предплечья, чтобы опустить тяжёлую голову на них, слабо соображая, что вместо кофе нужно было телепортировать энергетик. Хотя какая разница? Лично Варсус не знал. Слово «энергетик» тоже показалось ему донельзя идиотским.       Третьего раза не было, потому что пастушок был вымотан даже больше Дафны.       Темнота набросилась на него, как дичайшая собака с бездонной пустотою в желудке. Даже сама она будто была одним сплошным желудком. Она ждала его. Она жаждала. Растрескала мир вокруг, захрустела им, заглушая звуки дождя.       Варсус не понял, что он спит. На самом деле, он осознать ещё ничего не успел. Даже себя. Или то, что должно быть страшно.       Вода ударялась в стекло порывами, толкаемая ветром, точно кто-то с размаху пинал недовольные тучи, никак не срывающиеся на гром. Варсус полуоткрыл глаза, на миг выхватив взглядом поверхность стола, и снова позволил векам опуститься, не найдя причины этого не делать.       Возможно, темнота была достаточно терпеливой. Быть может, она даже понимала, что существуют вещи, которые стоят терпения. Или, что вероятней, для неё просто не было особой разницы между «сейчас» и «потом». Итак, она просто была. Всего лишь в его грудной клетке. Но кого вообще волнуют подобные мелочи, в конце концов?       Чуть пошевелившись, Варсус отметил, что рот его был приоткрыт и с губ позорно успела капнуть слюна.       Мысли путались, словно склеенное упаковкой липкой жвачки месиво разномастных фрагментов. Он и думал даже порывами, отдельными длительностями вместо цельной мелодии. Терял ощущение того, где он находится. Хотелось только одного.       Или нет. Вообще-то он уже смутно начал осознавать…       Стук вставшей в раму двери заставил его подскочить, часто заморгав на несколько секунд, будто веки нужно было разработать.       — Может, ты всё же нормально ляжешь поспать? — уточнил возвышавшийся над ним Адонис.       Варсус окинул взглядом комнату, будто припоминая. Неужели он только что выпадал из реальности? Казалось, он только и успел, что опуститься головой на конечности.       — Поставил утюг? — нашёлся с ответным вопросом пастушок.       Адонис вскинул брови в каком-то неясном выражении, намекавшем Варсусу, что он сморозил что-то не то.       — Мне опасно ложиться спать, ты же знаешь, — после паузы нехотя выдавил пастушок уже тише.       — Не то чтобы у тебя был выбор, — успокоил его Адонис.       Варсус хотел было спросить, что он имел в виду, но вместо этого вдруг сдался, сам не зная, почему.       Странный всё-таки выдался вечер.       — А ты… — сглотнув, на грани шёпота попросил пастушок, — можешь разбудить меня, если увидишь, что я задыхаюсь?       Он ощущал себя несколько уязвимым от этих слов. Стоило ли требовать подобного?       Врочем, Адонис, конечно, мог.       Как в замедленной съёмке, под непрекращающийся шум снаружи, чувствуя себя персонажем какого-то фильма, Варсус растянулся на кровати поверх одеяла, надеясь, что так процесс не продлится больше, чем следовало. Не то чтобы это действительно имело смысл.       Тонуть в подушке было так славно. Ноздри уловили еле слышимый аромат. Варсус старался не думать о том, что в нужный момент Адонис тоже может дремать и всё пропустить. Силы окончательно покинули его.       Адонис с минуту смотрел на пастушка всё с того же места возле стола, словно решаясь на что-то. Машинально щёлкнул выключателем, отправляя на покой люстру. Сделал несколько неспешных шагов в направлении шкафа, взглядом поймал отражение в зеркале, развернулся к окну, пошатнувшись. И, будто внезапно потерял равновесие, осел на пол, обняв колени и глядя в ещё только начавшую сгущаться тьму.