Кристина

19

Кто водит дружбу с ведьмой, тот сам немного ведьма. Я пытаюсь понять, куда мне идти. Я вроде бы слышала знакомый голос. Мамин. Она звала меня, прям как в детстве, когда будила по утрам в школу. Может быть это и есть детство? Может мне суждено застрять в этих воспоминаниях и остаться здесь навеки? А может это не мои воспоминания? Не моё детство? Не мой мир? Ты видела этих существ? Тварей из параллельного мира? Оборотни, мертвяки, вампиры, призраки и ещё сколь невесть существ, обитающих здесь во мгле? В мире людей они не могли причинить вреда, пока ты… не поверишь. А коль поверишь — пиши пропало. Как я или Ева. Бедная Ева, ей совсем не повезло. Почему я вспомнила о ней? Она пропала много лет назад. Никто ничего о ней больше не слышал. Так почему я вспоминаю о ней именно сейчас? Потому что утащившие её твари здесь. Во тьме. Они вокруг. Повсюду. И здесь они сильнее и лапы у них настоящие.

***

День пятый

Евгения Артёмовна, отметившая пять дней назад свой юбилей, всё это время сидела на корвалоле. Она плакала и молилась, молилась и снова плакала. Её единственная любимая доченька, самый дорогой и жизни человек, она… (она не может произнести этого страшного, для любого родителя, слова) она… просто решила пошутить над нами. Уехала с друзьями и вскоре вернётся… она… не могла так поступить… она… может я сплю и мне просто снится кошмар? Все эти дни она практически жила в кабинете следователя Клементова, пытаясь хоть как-то помочь с поиском. Но уже на четвёртый день у неё стали сдавать нервы. В какой-то момент Евгения Артёмовна не выдержала и обругала следователя, за то, что он ничего не делает. Она несколько долгих минут красноречиво кричала на него, обливаясь слезами. Клементов терпеливо выслушал ругань и предложил ей отправиться домой и хорошенько отоспаться, а ему позволить выполнять свою работу. Следователю пришлось звонить Андрею, чтобы тот забрал её. И вот теперь, стоя на коленях перед иконой Божьей Матери в церкви, она просила помощи, просила вернуть её дочь живой и невредимой. Просила прощения за свои грехи, уверенная, Бог отнял её дочь в наказание, за то, что она столкнула пьяного гражданского мужа с балкона. Где же ты, доченька моя? Возвращайся поскорей домой.

***

Впервые за четырнадцать месяцев Арсений неожиданно пришёл в себя, но лишь на короткое время. Он глубоко вздохнул, несколько раз моргнул и даже поднял руку, но в этот момент никого рядом не было. В его мозгу пронеслась мысль, которая и заставила его очнуться на короткое время. Мысль была свежая, стремительная, как дуновение ветра в погожий жаркий день. И одновременно тревожной, и тяжёлой, как грозовая туча. А ещё она была болезненной, как укол. Он подумал:

«Она не пришла…»

А потом снова отключился, впал в небытие, вернулся на дно своего Тихого океана.

20

День шестой

Днём Андрею пришлось-таки дать официальное заявление перед телекамерами, по настоянию главного литературного редактора своей жены. Он подтвердил пропажу Кристины, ответил на вопросы журналистов и попросил помощи у людей, у всех, кто располагает хоть какой-то информацией. А уже вечером дремлющую тишину разорвал телефонный звонок. Андрей находился в другой комнате, смотрел какой-то фильм по телеку и первая пришедшая мысль — это звонит Кристина. Но естественно это была не она, а следователь. Андрей ответил и не сразу понял, что тот ему сказал. — Что вы сказали, я не расслышал? — Говорю, мы нашли её, — голос следователя доносился словно с другой планеты и на другом языке. — Нашли? — выдавил Андрей, всё ещё не осознавая смысла этого слова. — Да, вы должны подъехать в участок. Сможете? — Где она? — наконец-то до него дошло; речь о его жене. — Всё расскажу, как подъедите, — и Клементов просто отключился. И Андрей даже не понял, какой у того был голос. Встревоженный? Печальный? Или довольный? Жива ли Кристина? Не раздумывая, Андрей влез в одежду и, чуть не забыв ключи от машины, выбежал из дому. Всю дорогу до участка он чувствовал себя, как на иголках. Он готовился к самому худшему. Сразу с порога Клементов, попросил его не волноваться, что добавило ещё больше волнений, а уже после произнёс решающую фразу: — Ваша жена жива. Андрей буквально плюхнулся на рядом стоящий стул, а если бы стула не было, приземлился бы прямо на пол. — — Слава Богу, — облегчённо выдавил он, держась за сердце, — Где она? — В больнице. Она находится в реанимации в тяжёлом состоянии, — с сочувствием огорошил Клементов, выходя из-за своего рабочего стола, — Вы сейчас готовы поехать туда или лучше завтра? — Что? Конечно, — Андрей рассеянно поднялся, — Скажите, что произошло? Что случилось с моей женой? — Я всё расскажу по дороге, — пообещал следователь, накидывая курточку и собирая какие-то бумаги в портфель, ключи, сотовый. Отключил свет. Они вышли из кабинета, и следователь запер дверь на ключ. — Едим в первую городскую, — сказал Клементов, как только они сели в автомобиль Андрея. Какое-то время они молчали, каждый думая о своём, — На самом деле я и сам мало, что знаю. Около двух часов назад в полицию поступил вызов из городской клинической больницы, сказали, что на скорой им доставили женщину похожую на пропавшую Кристину Левиц. Собственно, это всё. До больницы ехать было от силы минут двадцать, но за столь короткое время, Андрей успел уже столько всего надумать, что голова начала болеть. В коридоре первой городской больницы их встретила медсестра, она проводила их на третий этаж в отделение реанимации, выдав каждому по белому халату и бахилы. Там их встретил врач, крупный мужчина, больше напоминающий спортсмена, ежели доктора, и какой-то старик, которого Андрей не сразу узнал, но старик этот, точно знал Андрея, так как поздоровался с ним по имени и отчеству. Клементов представился доктору, показал корочку и представил Андрея. Вчетвером они прошли по мрачным и неприветливым больничным покоям, где каждый шаг пропитан утратой и скорбью. Они прошли через дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещён». — Значит, доставили её в восемь сорок пять вечера, — пояснил доктор, открывая широкие двери и пропуская всех вперёд, — Сразу скажу состояние тяжёлое, но стабильное. — Вы вызвали скорую? — обратился к старику Клементов. Старик кивнул, и следователь отвел его в сторону для разговора, а врач повёл Андрея в палату под номером четыре. — Она в коме, — сразу предупредил доктор и открыл дверь, за которой бил яркий свет потолочных ламп, словно проход в рай. Андрей вошёл в палату, не чувствуя собственных ног, поначалу не признавая в лежачем человеке свою жену. Лицо, руки покрывали красно-синие гематомы, голова перебинтована. Оба глаза заплыли. Губы рваные. Его сердце сжалось в комок, и он почувствовал, как пол уходит из-под ног. — Кто это сделал? — Вцепившись руками за изножье койки, выдавил он. Врач естественно ничего не ответил. Андрей, заставил своё тело подойти ближе к обезображенной женщине, даже отдалённо не похожей на Кристину, или ему просто хотелось верить, что это не она. Это какая-то ошибка. Зачем кому-то нападать на неё? Под цикличное пикание компьютера, измеряющее сердцебиение, Андрей дотронулся до её руки. — Господи, кто мог сотворить такое? — сам у себя вопрошал он. На сей раз доктор ответил. — В этом будет разбираться полиция. В этот момент в палату заглянул следователь и подозвал Андрея. Он нехотя отпустил холодную невесомую руку жены и вышел из палаты. Старика в коридоре уже не было. — Вы узнали этого человека? — спросил Клементов. — Этого старика? — Да. Скворцова Михаила Геннадьевича. Андрей кивнул. Он и вправду его где-то его видел. Да и имя ему знакомо. Вот только он никак не мог вспомнить где конкретно. — Это сторож садового общества «Цветочная Поляна». — пояснил следователь, и Андрей тут же вспомнил. — Да, точно. — У вас там ведь дача, верно? — Клементов спрятал руки в карманы. — Да. — Ну так вот. Скворцов заметил подозрительный автомобиль несколько дней назад, который проехал через закрытую дорогу. Ещё он сказал, что эта же машина приезжала, месяц назад. В ней находились молодая женщина и мужчина кавказской национальности. И как вы думаете по чьим пропускам они проехали? — короткая пауза, — По вашим. В тот день дежурил другой сторож, который лично с вами не знаком, поэтому и пропустил их по вашим пропускам. Скворцов показал журнал записей, сделанный в тот день. Видимо они изучали местность, — подытожил Клементов. Андрей завис, не понимая к чему клонит полицейский. — Но… Как? — У меня такой же вопрос. Как ваши дачные пропуска могли оказаться у похитителей? — Я… — Андрей схватился за голову, та казалось вот-вот лопнет от напряжения, — Не представляю, как такое возможно. — Необходимо вспомнить кто бывал у вас в гостях. И проверьте, может ваши пропуска на месте. — Хорошо. Я ведь работаю с утра и до вечера. Может к Кристине кто-нибудь приходил, — растерянно проговорил Андрей. — Но у неё мы сейчас спросить ничего не можем, — отозвался Клементов, как будто подозревая в чём-то самого Андрея. — Её нашли в нашем домике? — шмыгнув носом, спросил Андрей. — Нет, в заброшенном доме на самой окраине. Её специально избивали таким образом, чтобы она не умерла, но получила тяжелейшие травмы для здоровья. Удары в основном приходились в область виска, — сказал Клеметов и Андрей ощутил, как сердце вновь защемило. А после пришла злость. — Я их убью, твари! — гневно бросил он. — Вам нужно сейчас держать себя в руках. Нам ничего ещё толком неизвестно, — следователь ненадолго положил руку на плечо Андрея, видимо в попытках охладить его приступ гнева. — Вы видели, что они с ней сделали? Таких сволочей нужно расстреливать. Тут из палаты вышел доктор. — Я могу ещё с ней побыть? — обратился к нему Андрей. — Увы, нет. Не больше пяти минут в день, — холодно бросил врач и отправился по своим делам. — Скажите, она выкарабкается? — успел спросить ему вслед Андрей. — Всё что сможем, сделаем. Остальное в руках Божьих, — на ходу ответил врач, даже не обернувшись. Клементов вновь похлопал Андрея по плечу и проводил к выходу. На улице на них налетели репортёры с камерами и микрофонами. И откуда они только взялись? Всех интересовало, правда ли Кристину Левиц нашли, и она сейчас находится без сознания в крайне тяжелом состоянии? Андрей был так опустошен, что не смог ответить ни на один вопрос. Его выручил следователь и со словами «Никаких комментариев!» провёл до автомобиля.

21

Кристина почувствовала приятное ощущение спиной, будто парила над мягкой шелестящей травой. Она открыла глаза и первое что увидела — это сетку красного цвета, словно очутилась в мире компьютерной графики, где умелые программисты вот-вот начнут создавать удивительных персонажей. Сетка рассеялась в считанные секунды и Крис увидела голубое небо, яркое слепящее пятно — солнце. Какое-то время она не могла пошевелиться, пока ей в голову не пришла ужасающая мысль. Она в пустыне, лежит среди разлагающихся трупов, а спину ей поедают личинки. Она и сама труп. Кристина резко села. В ушах зазвенело. Слава Господу, никакой пустыни и никаких трупов. Она облегчённо выдохнула. Что-то всё равно было не так. Её окружала цветочная поляна. Как она тут очутилась? И почему на ней нет одежды? Сон… Просто красивый сон. Крис поднялась на ноги, оглядывая окружающее её пространство и вроде бы всё, как должно быть. Нет… Цветочная поляна растянулась на добрые несколько километров в диаметре, но там, где должно было быть продолжение, например, лес или горы, ничего не было. Точнее было, голубое небо, плавно переходящее в космическую черноту. Очень реалистичный сон. Крис двинулась вперёд. Уже через пару шагов, ей пришлось согнуться пополам от жуткой стреляющей боли в голове. В её мозгу словно пронеслись авто-гоночные машины на самых высоких скоростях, сопровождаемые громкими возгласами болельщиков. — Боже, как же больно! — вскрикнула она. Боль ушла также неожиданно, как и наступила. Но отдалённое эхо ещё пульсировало, отдавая в черепную коробку. Крис осторожно выпрямилась, боясь спровоцировать повторный приступ боли. Она зашагала вперёд, но остановилась, заметив, что за той космической чернотой, которая кольцом окружала поляну, как будто что-то притаилось. Крис не решалась снова пойти вперёд, да и зачем, если там ничего нет? Вдруг там обрыв? Чернота залоснилась, как шёлк… и она непонятно почему ощутила возбуждение. Возбуждение было таким сильным, что заставило её припасть к земле. Её будто ласкала чья-то невидимая рука. Она посмотрела вниз, готовая поклясться, что почувствовала, как чьи-то пальцы нырнули ей во влагалище, потом нащупали бугорок и, легонько надавливая, принялись совершать круговые движения. Крис застонала, не замечая, как из черноты появились фигуры. Их большие тела опирались на огромные лохматые лапы. Но Крис не видела, она чувствовала, что больше всего на свете, ей хочется кончить. Такого удовольствия она никогда не испытывала. Ещё немного… Во сне она никогда не кончала, это невозможно. Ещё чуть-чуть… Много раз она просыпалась от сильнейшего возбуждения, но никогда не испытывала оргазма во сне. Невидимые пальцы продолжали проникать внутрь, так искусно и приятно, заставляя Крис выгибаться и стонать… Никогда… … И она кончила. Осознать, что с ней только что случилось, времени не оказалось. Земля заходила ходуном. Чудища, которые только выглянули из своих потайных углов, скрылись обратно. Крис в ужасе осознала, земля переворачивается, в прямом смысле этого слова. Один край поднимается, а другой опускается. Крис успела вцепиться пальцами в землю. Земля превратилась в одну единственную плоскость и теперь зачем-то переворачивалась. Небо и солнце оставалось на месте. А земля пребывала в движение и уже вот-вот встанет на девяносто градусов и что потом? Крис не удержится и полетит внизу, в черноту, в самую чёрную, самую непроглядную черноту, кишащую монстрами, против всех законов физики. Земля затряслась, ей на голову посыпалась трава, куски земли. А потом нечто невообразимо огромное пронеслось возле неё. Рука? Чья-то огромная здоровенная ручища, покрытая грубыми наростами, словно задеревенелыми корнями. И в момент, когда плоская земля начала переваливать вращение за девяносто градусов, Крис полетела прямиком в пропасть, эта самая здоровенная ручища, умело поймала её. Крис только и успела заметить огромного великана. Стокилометровое человекоподобное существо, покрытое корнеобразными наростами. Здоровое каменное лицо покрывал лишайник, а в пустых глазницах горели по два огненных вращающихся шара, вместо зрачков. На голове вместо волос высились скалистые горы и Крис готова была поклясться, как увидела, ссыпающийся снег, прямо из пустоты на его макушку. Но спас он её не для того, чтобы унести в безопасное место. Нет, совсем не для этого. Великан размахнулся и что есть силы запустил Кристиной, словно она спортивный снаряд. И она понеслась сквозь пелену вселенной со скоростью света.

***

У Андрея уже вторые сутки жутко болела голова. Вчера на выходе из дома, его подкараулил частный детектив, он сунул визитку, со словами: «Подумайте над моим предложением. У нас работают только первоклассные специалисты. Мы найдём преступников за считанные дни, пока менты протирают штаны в своих кабинетах». Андрей вроде бы обещал подумать над его предложением, но голова в последние дни совсем не варила. Он только и делал, что думал. К Кристине его не пускали, лишь на какие-то жалкие несколько минут, а врачи ничего толкового не говорили. Его это бесило. В интернете началась какая-то паника, кто-то написал про какого-то маньяка-убийцу и многие подхватили эту версию. Кто-то зачем-то написал, что Левиц уже мертва и народ просто обманывают. Снова звонила разгневанная Гала, ей требовалось, чтобы Андрей в срочном порядке дал сообщение в общественность официально на телевидении, иначе поток негативных комментариев не прекратиться. Но он не мог, не мог выйти на люди и сказать, знаете, моя жена сейчас при смерти, потому что какие-то уроды славно над ней поиздевались. Но в какой-то момент он сам позвонил главному редактору их городского телевидения и назначил время для встречи. Молодые парень и девушка прибыли прямо к нему домой, где и взяли короткое интервью. Он не особо запомнил разговор, который продлился минут двадцать от силы. Видимо не узнав ничего нового журналистка и, оператор вскоре удалились. Но теперь хотя бы народ узнает правду из его уст, а не из комментариев слишком уж умных фантазёров.