Кристина

70

Сколько будет испытаний, вы часом не помните? Нагин вроде говорила о трёх. О внутрених страхах, которые обязательно проявятся на Тропе. Все одновременно или каждый поочерёдно? Наверное, поочерёдно. Собственно ответ не заставил себя долго ждать. Это был самый жуткий кошмар, который снился ей с детства. Теперь она поняла. Каким-то образом, но ей уже тогда подсказывали что так будет, готовили. Возможно, таким образом на неё воздействовала сифра. Коменная Тропа сменилась пустынной дорогой, прохлада - знойной жарой, серость - на обжигающее солнце. Но хуже всего был запах. Смрад гниющих и разлогающихся на солнцепёке сотни тел. Крис не знала что случилось со всеми этими людьми. Что погубило их. Может война? Или какая-нибудь страшная болезнь? Всё видимое пространство до самого горизонта было успанно мертвецами. Пирушка для стервитников. Одна из птиц поедала лакомые кусочки отрывыая от плоти, почти рядом с дорогой. Зато на Тропе не единого трупика. Крис даже не замечала, как собственные ноги, пытаются поскорее унести её подальше. Она быстро шла, стараясь не смотреть по сторонам и не вдыхать глубоко пропитавшийся смертью воздух, и стараясь не думать о том, что здесь случилось. - Эй! Кто-то окликнул её. Крис развернулась, недоумённо взирая по сторонам. Среди расплавленного воздуха стояла девочка лет десяти, она казалась нечётким миражом. Она была покойницей, сомнений не было. Разбухшая и позеленевшая кожа свисала с костей, норовясь в любую секунду обнажить прогнившие кости. Одного глаза уже не было, его возможно выклевали стервятники, целый - покрылся серой плесенью. - Эй, Кристина! Крис хотела спросить, откуда та знает её имя, но вовремя сообразила, что девочка ненастоящая, а лишь воплощение Тропы. А Тропа знает о ней всё. - Вышел кто-то из тумана, - заговорила покойница отрывистым голосом, - Меч он вынул и кармана... Кристина хотела было возвразить, что в этой старинной детской считалочки немного другие слова, но вовремя прикусила язык. Может эти слова и есть самые настоящие, а в людской интрепритации намеренно или случайно изменены. - Буду резать, буду бить. Всё равно тебе водить... У Крис по коже пробежал галоп мурашек. Я не хочу с тобой дружить, подумала она. И испытала острое желание унести отсюда ноги, как можно дальше, но не смогла и сдвинуться с места. Раз кто-то заладил считалочку, значит, начинается игра. Верно? Крис обернулась по сторонам, выискивая пути ко спасению. - А на следущую ночь. Он зарезал свою дочь, - Крис заметила, как вокруг шеи девочки образовалась длинная чёрная полоса, из которой густой жижей потянулась кровь, будто гудрон, - Ну, а дочь не моя, а дочь короля, - голос её стал низким почти мужским, она зачем-то завела одну руку за спину, словно что-то пряча, - А король с ума сошёл, без штанов гулять пошёл. Будет резать, будет бить. С кем останешься - дружить? - последние два предложения они договорили в унисон. И Крис поняла, что надо бежать. У покойницы за спиной нож, и она собирается воткнуть его в горло Кристине. И только сейчас она осознала, что пустыня исчезла. Нет, не совсем исчезла - пустыня осталась, только зной сменился непогодой, небо заволокли густые тучи, на трупы лёг туман. Вокруг как-будто наступила ночь. Она резко затормозила, увидев впереди сгусток серого облачка из которо мелькала тёмная фигура. Вышел месяц из тумана... В руках незнакомца блестнуло сотриё, длинное как меч. Вынул ножик из кармана... Из облачка на тропу ступила тяжёла нога в изношенном чёрном сапоге. Крис не стала дожидаться знакомства с хозяином длинного острого меча и ринулась обратно. Пусть лучше ей встретиться с мёртвой девочкой, знающей страшные считалочки, чем с героем этих считалочек. Она развернулась и побежала обратно, спотыкаясь о собственные ноги. Нигода ещё бегать так тяжело ей не было. Десятилетней поконицы и след простыл. Сколько не беги по Трапе, тебе всё равно не убежать. Потому что это не ты движеся, а тропа под тобой. На самом деле, ты всегда остаёшься на одном и том же месте. И Крис буквально услышала, как Тропа смеётся над ней, как озлобленная беззубая старуха. И внезапно Крис осознала кое-что ещё, все эти покойники, погибшие здесь на Тропе, все те, кто так и не смог её преодолеть. Павшие на Тропе. И она может статьтодной из них. Впереди её ожидала стая самых настоящих гиен, только намного увеличенных в размерах. У гиен величеной с бурых медведий с широкими порванными пастями, изо рта капала слюна перемешанная с кровью. Крис снова затормазила, обернулась. Незнакомец полностью вышел из облака и теперь предстал во всей своей красе. Чёрный длинный плащ спрятал под собой меч, а длиннополая шляпа - лицо. Она окружена. Что теперь ей делать? Бежать в сторону прямо по трупам? Одна из гиен, та что была крупнее всех, двинулась к перепуганной Кристине, другие немедля последовали её примеру. Быть съеденной уродливыми гиенами, или пасть от меча вампира? Крис обернулась. Незнакомец в чёрном плаще уверенно шагал к ней. Полы его плаща бешенно извивались. И Крис бросилась бежать в сторону... по трупам... совершив самую страшную ошибку. Никто не может сбежать с Тропы. Онаожидала, что вот сейчас её ноги потонут в бесконечных гнилых телах, руки коснуться мягкой изъеденой опарышами плот, но вместо этого она прыгнула в туман и казалось, куда-то начала проваливаться. Тропа своеобразна. Верно? Докажи что чего-то стоишь? Для чего мне пропускать тебя в твой мир? Крис как-будто выпрыгнула, как чёрт из табакерке и снова оказалась на Тропе. Тутже принялась лихорадочно оглядываться, ожидаяя всчтречи с гиенами-людаедами или кровожадным вампиром. Но они исчезли так же как и появились. И туман и трупы испарились вместе с ними. Теперь Тропа приняла свой неброский первоночальный вид. Бесконечная и гнетущая с мёртвым солнцем на небосклоне.