Кристина

71

- Ты подписал? - Евгения Артёмовна глядела во все глаза на своего зятя и не верила, - Подисал собственного брата? Андрей отвел глаза в сторону. Последние дни выдались тяжёлыми. Ему пришлось оббегать все инстанции, чтобы взять опекунство над Никиткой. Сам же Никитка заболел и почти всю неделю темпиратрил. Его инфантильные родители долго не думали, им было даже страшно представить, что к ним в дом привезут больного, который не может сомастоятельно есть и дует под себя. И под благородным предлогом, якобы не желают мучений своему сыну (на самом деле себе) подписали согласие на автоназию. Андрей тоже подписал. Он видел своего брата, ему показывали МРТ его головного мозга, ему рассказываали о таких больных. И в чудеса он не верил. - Уже прошло больше года, - с безднадёжностью в голосе отозвался он. Никитку он отвез к родителям. Его мать работала педиатром, поэтому знала как лечить острые респираторные вирусные инфекции, - По статистике, если в течение года... - Это останется на твоей совести, - жёстко безприкословно отрезала тёща, - Но мою дочь я не позволю отключить. Тебе ясно? - Вам придётся забрать её домой. Вы это понимаете? Я не смогу ухаживать за ней и за ребёнком. Он имел наглость прийти с этим к тёще в дом. После того как на поверхность выплыли его измены, они практически не общались. А если пересикались в Центре Дубова, то лишь сухо обмениливались приветствиями. - Конечно, я это понимаю. - с укором ответила она, не впустив зята дальше коридора, - И я заберу её. Будь уверен когда она очнётся, я не стану вываливать всю эту грязь, котроую ты натворил. Но со временем... Андрей уже хотел поблагодарить её, но поторипился. - Но со временем, когда она будет готова, она узнает обо всём. И об этом тоже. Андрей всё понимал и не смел судить её за такие грубые слова в его адрес. Он бы и сам себя хорошенько обматерил и отдубасил как надо. Но возможно маленький трусливый мальчишка, который прятался глубюоко в его подсознании тщательно старался ищбежать этого, ведь если Кристину отключат, то она ничего не узнает и ему не придётся оправдывать. Конечно, в этом он не мог признаться даже сам себе. - Что ж, ваше право- решив больше не спорить, Андрей развернулся к двери, и сказал напоследок, - Надесь Бог услышит ваши молитвы. Андрей подписал соглсие на автоназию и Арсения должны были отключить двадцать пятого мая. То есть через неделю. Оставшееся время отводилось родственикам на прощание. Неделя, то есть 168 часов в мире Эро никак не могли соотнестись со временем в мире Плито. Время в мире духов плавало, колеблилось, рвалось. Сфера Времени спрятанная в Подкореке Забытия, вращалась не правильно. Создаели уже давно перестали за ней следить. И неделя на Земле, могла равняться минуте в Забытие и наоборот, когда фаза сдвигалась и Сфера начинала глючить - дни в Забытие могли тянуться годами, как на Земле не проходило и минуты. Был ли то плюс для Крис и Сени? Как знать... как знать...

72

Крис согнулась в три погибели, плотно зажав уши руками, хотя это мало помогло. Тропа сводила с ума. Электростатистический треск здешней окружающей среды буквально въедался в мозг. Это был переход из одной реальности в другую. Крис осторожно убрала урки, когда ощутила что окружение успокоилось, перестало вибрировать. Она выпрямилась, готовясь к новым ужасам. - Нет, только не это, - вырвалось у её. Лучше уж бродить среди трупов. Заброшенный Дом Пенсионеров стоял на Тропе, как древний готический замок на холме. Заброшка стала больше, приобрела дополнительные этажи, но по-прежнему была такой же уродливой, серой и недостроенной. Пустые окна - глазницы в обглоданном черепе, молча приглашали войти. Ещё один раз. В последний раз. Ведь эта Заброшка жила в ней столько лет. Она и сама превратилась в Заброшку. Крис почувствовала, как колени подогнулись. Тропа извивалась, словно подталкивала её. Сверху упали несколько больших капель. Всё как в тот день, верно? Крис посеменила к Заброшке. Сердце бешено колотилось в груди. Ей придётся встериться со своими страхами один на один. Тропа знает все твои мысли, поэтому будь осторожнее. Дождь набирал обороты. Большие капли буквально взрывались мини-вызрывами, когда касались Тропы. Одежда намокла. Сразу стало холодно. Она забежала внутрь Заброшки, но на тепло внутри здания надеятся е приходилось. Оно ведь продувалось со всех сторон. Её встретили голые бетонные стены немой тоской, будто впрошая: "Где же ты так долго прпадала? Мы ведь скучали." Крис огляделась и сразу поняла, что коридоры удлинились, потолки стали выше. Это не то место. Однозначно не то. Тропа пытается её обмануть? Пытается заставить бояться? Тропа нарочито искожает из-за посредственности её детской памяти. Ведь когда Крис находилась здесь в предыдущий раз, он а была ребёнком и тогда Заброшка казалась ей просто огромной. Да, но не настолько. Она двинулась впрёд вдоль длинного коридора. Что ей стоит ожидать? Того же самого? Она с опаской полядывала в сторону окон. Краем глаза уловила какое-то движение. Обернулась. В дальнем конце коридора стоял какой-то человек (человек ли?). Силуэт мужской. Нужно бежать! Срочно бежать! Бежатьбежатьбежать!!! Панически завопил её внутрений голос. И она ринулась к лестнице на второй этаж. Ещё одной встречи с мертвяками её рассудок просто не выдержит. Крис боялась повернуться, но слышала как тяжёлые хромающие шаги торопяться за ней. Нужно спрятаться! Срочно спрятаться! Крис взбежала на второй этаж и поняла, что лестницы ведущий на третий этаж просто нет. Конечно, её нет. И никогда не было. Крис обогнула несколько стен и спряталась за одной, притаив дыхание. Если метрвяк поднимется, она просто побежит к противоположной лестнице и сбежит на первый этаж. Так можно бегать вечно. Но встречаться с мертвецами снова, она желанием не горела. И пусть Тропа взорвётся от злости, ей всё равно. Крис усышала неторопливый хруст старой осыпавшейся штукатурки. Мертвяк медленно но верно поднимался по ступеням. Крис осторожно выглянула, увидела как уже большая часть торса появилась из прохода. Она посмотрела в другую сторону, оценивая свои шансы. Успеет ли она добежать до второй лестницы? Метрвяк с сине-коричневой кожей в оборванной одёжке полсностю поднялся на второй этаж, постоял и подумал прежде чем выбрать правельное направление. Крис выругалась про себя и побежала ко второй лестнице, но не успела проебжать и двух метров, как увидела косматые грязные головы сразу нескольких мертвяков. Крис резко затормозила, упав на левое бедро и проехавшись ладонями по острому строительному мусору. - Что б тебя! Один мертвяк позади, трое спешат - спереди. Куда бежать? Не успела Крис полностью подняться, как чья-то хватка вцепилась ей в руку. Безобразная ручища в лохматой одежде, торчала из горы мысора, вонзив свои грязные ноги ей в кожу. - Отвали! Отвали! - Завопила Крис и дернула рукой, что было мочи. Ей удалось вырваться. Она отлетела в сторону, приложтвшись спиной к холодной стине. Мертвяк поднялся из мусора, будто только проснулся после долгой спячки и скинул с себя одеяло. Её окружили. Ей некуда бежать. Крис поднялась на ноги. Голова кружилась. Мертвяки были уже близко. - Тебе не убежать, - сказал тот, которого она увидела первого. Это что-то новенькое, разве мертвяки могут разговаривать? - Не подходите! - Крис схватила обломок арматуры и угрожающе выставила перед собой. - Девочка, покажи нам свою дырочку, - сказал самый высокий мертвяк и показал жёлтый беззубый оскал. - Снимай штаны! - рявкунл, тот что вылез из мусора. Он схватил себя за промежность двумя руками. Другие мертвяки одобрительно рассмеялись. Мыскулистый мертвяк расстягнул ширинку, вывалив свой причиндал. - Держите её, - приказал он. И тут до Крис дошло. Это не мертвяки. Нет. Люди. Бездомные. Бродяги. Бомжи. ЗЭКИ. Она видела на их руках татуировки. огда в заброшки были мертвяки, а здесь настоящие люди. Тот, что вылез из кучи, снова схватил её за руку. Крис с размаху двинула ему в плечо. Он заверещал и отбежал в сторону. Высокий и двое его прихвостней подбежали и попобовали схватить руки. Она бежшенно замахала арматурой. - Нет! Не трогайте меня! Кто-то ухватил её за живот, утаскивая в сторону. Она ткунла одному в глаз, другому врезала по щеке. Тому, что схватил её за талию вмазала пинком под яйца. Ей удалось вырваться. Она отбежала в сторону, не спуская их из виду. ведь они могли разделиться; одни побегут за ней, другие по второй лестнице. Как она спаслась в детстве? Это напрочь стёрлось из её памяти. - Не подходите! - глубоко дыша выпалила Крис, словно очутилась в клетке со львами. - Тебе не убежать, - развёл руками зэк, с торчащим причиндалом, - Скоро сюда придут другие. - Это мы ещё посмотрим, - сказала Крис осторожно приблизившись к окну, стараясь одновременно смотреть за зэками. И к её изумлению сейчас она находилась точно не на втором этаже. Этаж десятый не меньше. Неожиданно она не ощутила пола под ногами. Её крепко стиснули и подняли, как ребёнка. Она остервенело замахала руками, стараясь угодить гориле по любому живому месту. Но он с лёгкостью схватил кусок арматуры, вырвал из рук и отбросил в сторону. - Нет! Нет! Пусти! - завопила Крис, стараясь всеми силами высвободиться. Она дрыгалась, лягалась и пяналась, но всё тщетно. Он с лёгкостью вернул её на прежнее место, где её уже ждали пять вываленных стоячил пенисов, уродливых как елды лошадей. Но Крис не собиралась это всё переживать повторно. Грязные лица со шрамами смеялись, подходя ближе и замыкая круг. От них ваняло перегаром, мочой и гнилью. Крис вцепилась зубами в предплечье здоровяка. Тот вскрикнул, на мгновение ослабив хватку. Но и этого хватило, чтобы Крис удалось ускользнуть. Она вырвалась и побежала к окну. Всё происходило как взамедленной съёмке. Три больших шага, протянутые руки, пытающиеся ухватить её за волосы, негодующие возгласы за спиной. Нетужки, снова переживать это я не стану, подумала она и сиганула прямо в окно. А что если я не прошла испытание? ещё в полёте спросила она саму себя, разворачиваясь в воздухе. Верхние этажи Заброшки, а она выросла до размеров небоскрёба, стали рушится и огромные бетонные куски полетели вниз. Кристина зажмурилась, ожидая тогоже самого, как и в первый раз, она просто окажется на Тропе. Просто выпрыгнет. Но не тут-то было. Её приземление было твёрдым болезненным. Тело её словно примагнителось. Она ощутила удар, ощутила как вомнулась прямо в Тропу. Первые куски бетона упали через пару секунд, врезаясь в Тропу и руша её. Крис заставила себя подняться, не смотря на то, что всё вокруг подпрыгивало и в любую минуту ей на голову мог свалиться кусок бетона. Она побежала прочь, почти без сил. Ещё немного и она умрёт. Умрёт на Тропе. Стане одной из павших. Заброшка разрушалась стремительно, погребая под собой всё вокруг. Половина бетонного блока приземлилось прямо перед её лицом, оставив огромную вмятину на Тропе. Крис обогнула и побежала дальше. Когда Заброша полностью рухнет, Тропа рухнет следом за ней Крис просто не сумеет отсюда выбраться. Но этогоне произошло. За её спиной образовалась приличная груда руин, но Тропа продолжала стоять. Всё вокруг постепенно успокоилось. Крис перестала бежать как угорелая. Неужели ей удалось преодолеть ещё одно испытание? Тепеь же Тропа преобразовалась в Город создателей, точнее в руины, которые они оставили посел себя и ещё кое-что. Среди разрушенных зданий, она видела мебель, больно уж напоминающую старую мебель её мамы, когда она жила с... Из-за рузрышенных стенных блоков, вышел Оборотень. Главарь всех мертвяков на свете. Только здесь, Крис отчётливо видела кто это на самом деле. Оборотень пока что её не видел, а ей стало трудно дышать. Она словно задыхалась. Всё вокруг потемнело. Она как будто уснула и только что проснулась. Скинула с себя одеяло. Она дома. - Ты и так пропил все деньги! - до пробудившейся посреди ночи маленькой Кристины долетел материнский срывающийся голос. - Я в последний раз, - невнятный пропитый голос отчима. В нём чувствовалась и отчаяние и злоба. И он лгал, всегда лгал, повторяясь из раза в раз, - Дая хотя бы стольник. - Нету у меня! Кончились! Крис села на кровати, переживая за маму. Когда дело касалось денег, ситуация иногда доходила до рукоприкладства. - Куда дела-то! - прорычал отчим. - Не кричи, разбудишь Кристину, - умоляюще попросила мать. - Я жду, сказал, - требовательный ответ. - Нету. Звук удара. Маты. Плачь матери. Крис спрыгнула с койки и побежала в коридор. - Не трогай маму! - крикнула она, обмачив штанишки. В коридоре над её матерью возвышался монстр, это был отчим, это был Оборотень. - Я сказал, мне нужны деньги! - взревел он, даже не заметив перепуганного ребёнка. - Так иди работай! - сквозь слёзы крикнула мама, закрыввая голову руками. Оборотень снова замахнулся и нанёс удар ей по спине. Кристина не выдержала и бросилась на защиту матери, закалашматив по волосатому бедру монстра. Он злобно посмотрел на неё, схватил за шиворот, как котёнка за шкирку и бросил через весь коридор. Кристина стукнулась головой о стену и на несколько секунд даже потеряла сознание. Отчим направился к ней, желая расправиться с ней раз и навсегда. - Не тронь её, я тебе дам сто рублей. Последние. У меня больше нет, - взмолилась мать, вцепившись в ноги Оборотня. Он остановился, вновь превратившись в обычного алкаша. Мать полезла в потрёпанную временем сумку и вытащила последние смятые припрятанные на хлеб сто рублей. Отчим обрадовавшись, схватил деньги и торопливо пошёл обуваться. Мать подбежала к Кристине, та вроде бы очухалась. Она увела её обратно в кровать, поцеловала в лоб и слёзно попросила ложиться спать. Конечно, Кристина не смогла уснуть. Она лежала под одеялом, укрывшись с головой, точно зная, что отчим вернётся домой с бутылкой водки. Этой бутыки ему хватит часа на два, а потом ему потребуется ещё. И Оборотень снова вернётся. Она видела, как мать тоже легла в кровать. Она не стала ждать, когда её сожитель вернётся, просто оставила дверь незапертой. И он вернулся. навеселе, ведь впереди несколько часов безмятежной жизни. Он сходил на кухню, порылся в пустом холодильнике, сипло поматюгался, хлопнул дверцей холодильника и направился в туалет. А потом ушёл в зал. Крис видела лицо матери в темноте, большие распахнутые глаза. Она ждала. Ждала, когда он выйдет на балкон покурить. Минуты через две, послышался звук металической задвижки баллконной двери. Она всегда открывалась тяжело, приходилось приложить немало усилий, чтобы открыть балконную дверь. И мать встала. Безшумно она прошла по коридору в зал. Крис видит мамину тень, видит щуплый силуэт отчима. Видит как он держит в одной руке полную стопку, в другой - зажжённую сигарету. Он не поварачивается, потому что в его ушах звуки работающего за спиной телевизора и улицы. Он делает глоток спиртного и вновь начинает превращаться в Оборотня, вырастая в размерах, покрываясь шерстью. Морда вытягивается, а беззубый рот, становится смертельно опасным оскалом. Нет, мамочка, не ходи к нему! Слишком поздно!Собирается крикнуть маленькая Кристина, но и впрям становиться слишком поздно. Оборотень учуял её. Он резко обернулся. Мать нестушевалась, сделала быстрый шаг и толкнула его в грудь. Рюмка выпала и улетела с четвёртого этажа. Следом за ней полетела и мама. Оборотень ловко схватил её за шиворот и перебросил через ограждение. - Не-е-ет! - закричала Кристина. Она выскочила из кровати, но тело тутже отказало прийдя в полный ступор. Это всё не по-настоящему. Всё было наоборот. Оборотень обернулся. Их взгляды встретились. И Крис поняла, что её очередь следующая. Отчим шагнул в зал, а маленькая Кристина бросилась к шкафу. Залезла в него и притаилась. Всё нереально. Это нереально. Здесь нереально. Крис замерла, перестав даже дышать, прислушиваясь к шагам. Он ходит по комнате, ищет её. - На Тропе всё реально, - пыслышался голос отчима. Крис зажмурилась услышав, его шаги почти рядом с дверцами шкафа. Она не должна была прятаться, она далжна была побежать к балкону и прыгнуть, точно также как сделала все предыдущае разы, но вместо этого сама себя загнала в ловушку. Дерцы распахнулись. Лохматый монстр вснунул лапу. Одежда с плечиков полетела вниз. Острые когти вонзились в кожу перепуганному ребёнку. Он поднял её кверху, чтобы видеть лицо. - Ты останешься здесь навсегда, со мной. Твоя мать убила меня. А мы встретились снова. И я заберу тебя с собой, - сказал он, расспахнув, полуную острых клыков, пасть. - Я не боюсь тебя, - вдруг сказала Кристина взрослым голосом, ощутив полное безразличие. Всё то, чего она так боялась произошло; мама погибла, сама она на краю смерти, Андрей ей изменял, у него родился сын. И они всё равно все умрут. Любой, кто родится - обречён умереть. - Я не боюсь тебя. Оборотень удивился, захлопнув пать и вроде бы уменьшился в размерах. - Ты боишься, - прошипел он жарким дыханием ей в лицо, - Боишься застрянуть здесь со мной навечно. Ведь я и есть сам ад, - он снова стал прибалять в размерах. Да, она боялась остаться с ним наедене, да ещё и навсегда. Боялась, что мама умрёт, а ей придётся жить с отчимом. - Нет, не боюсь, потому что знаю, кто съел тебя, - смело заявила она. Её ноги коснулись пола. Она снова взрослая, - Я знаю, какой Оборотень тебя съел. - Это я Оборотень. Я сам Ад! - взревел отчим, но не из-за могущественности, а от бессилия. Он уменьшился и продолжал уменьшаться в размерах. Отступая от Кристины назад, как взбесившейся осы. - Тебя съел твой отец. Ведь он тоже был Оборотнем. Он убил твою мать и твою сестру, а потом пришёл за тобой, маленький мальчик, - безжалостно говорила Крис, видя как Оборотень сначала превращается в запитого знакомого ей алкоголика, тот в сою очередь мальнького ушастого мальчишку, каким он когда-то был. Вдруг Крис стало совестно. Мальчик заплакал и теперь не выглядел каким-то пасным монстром. Хотя Тропа могла обманут её верно? Она осторожно наклонилась к мальчику. - Но я могу помочь тебе, выбраться отсюда, - сказала она, просто зная что должна сказать именно это. Ведь у этого мальчика рано умерла мама и сестра от самых страшных болезней, и он остался жить с Оборотнем, пока сам не превратился в него, - Я знаю выход. - Правда? - мальчик посмотрел на неё глазами полными грусти и надежды Она кивнула. Взяла его за руку. Тропа была в бешенстве, Крис это чувствовала. - Пойдём, - она повела мальчика в коридор, потом они вышли в подъезд. Дом задрожал, как и Заброшка, он начал рушиться. И они побежали. Тропа не смогла стерпеть такого. Она ещё никого не пропускала. И вот теперь её стены разрушены. Её воздействие ослабло. Они бежали вниз по ступеням, котрые рушились прямо у них под ногами. Сверху падали штукатурка, кирпячи, балки, деревянные перекрытия. Всё превращалось в мусор. Они выбежали наружу, чуть не оставшись заживо погребённые. И Крис буквально за мгновение успела увидеть, как мальчик сначала взлетел и тут же исчез. Она всё ещё держала руку вытянутой, на секунду замерев в удивлении. - Слава Богу, ты жива, - родной голос вернул её к реальности. Это был Сеня.