Иной взгляд

Лошадь бежала быстрой энергичной рысью, вслушиваясь в команды хозяина, иностранные резкие слова и мимолетные движения поводьями. Из-за сильного натяжения «управления» лошадью, во рту трензель покрылся пеной «безумия», недовольства животного, прижатые уши и резкое торможение, чтобы подняться на дыбы для более эффективного зрелища двух «молодожёнов» посреди полнолуния. Дернув поводьями в сторону барса, для толчка трензеля по зубам, лошадь приземлилась, продолжая фыркать и не стоять на месте. Альбинос ссутулился, оценивая из подлобья обстановку нагнетающей атмосферы. В нескольких метрах от их приземления около обрыва к реке, черными языками маня к себе, за руками деревьев начиналось бескрайнее поле и каменистые горы, чьи красоты никогда в жизни не видывала барса. Прижав уши, тигр соскочил со своего места восседания получасовой езды по знакомым тропам, похлопал лошадь по шее, шепча неразборчивые слова, дабы успокоить испугавшееся животное и посмотрев в ее глаза, будто пытаясь увидеть в них отражение будущего иль подсказку. Снял с нее «снаряжение» и привязал к недалеко стоящему дереву, подальше от обрыва. Спокойное холоднокровие тигра кололо по душе Хикари, впечатавшаяся в углу телеги с завернутыми одеялами и оружием Хатори, с опаской поблескивающим серебряными кончиками стрел. Девушка не знала, что и сказать, лишь наматывала на кудри мысль о том, кого больше должен успокаивать этот полосатый дьявол! Лошадь или ее? Но в итоге набрав побольше воздуха в легкие и смотря в таинственные глаза прошлого спасителя пятнистой шкуры, твердо спросила, молясь о не дрожании голоса: «Куда мы едим?» Хатори не спеша подошел к будущей «кровати» двух потерянных в лесу, взглянул на трясущиеся сжатые ладошки девушки и, поправив капюшон для продолжения скрытия лица, которое Хикари так и не разглядела, произнес: «Сейчас мы стоим на месте до восхода солнца, ибо холодной ночью ехать лишь беды собирать» «А при восходе солнца, куда двинемся в добрый путь то? – с сарказмом подчеркнула Хикари, держа свой гнев в норах души, поддавшись вперед к скрытому лицу и лишь поблескивающим глазам, продолжила - почему твой друг…» «Достаточно! – сделал шаг вперед и взмахнул рукой тигр, пролетев ею около шокированной барсы, - слишком много вопросов для такой юной как ты. Меньше знаешь, крепче спишь. Поэтому разворачивай одеяло и закрывай глаза, пока я сторожу твой сон» После окончания своего увлекательного подытоженного предложения на счет персоны пятнистой, Хатори схватил свой лук и чехол со стрелами, лежавшие около ног барсы, прожигающей удаляющуюся спину черного фурри, скрывавшего свой лик. Дойдя до дерева, где была привязана лошадь, тигр оттолкнувшись от земли схватился рукой за крепкую ветку и, подтянувшись взлетел, приземлившись на грубую старую кору. Хикари продолжая, сжавшись сидеть в углу, с неким интересом наблюдала за ловким взмыванием вверх силуэта развивающейся одежды и капюшона хозяина. «Эгоист!» - прошипела Хикари, увидев, как тигр скрылся в густой листве, сидя на ветке и держа лук наготове в случае появления хищников. Девушка нехотя развернула одеяло, щурясь от некого запаха, слабо отходившего от него, но увидев засохшие пятна на ткани, резко отстранилась, поняв что обладателем запаха оказалась кровь. *** После увиденный картины сон окончательно выветрился из головы, ударив по сознанию о немедленном бегстве. Но я понимала о моей безысходности в данном положении. Глаза совершенно не видывали этих мест за всю мою жизнь. Конечно, я могла бы найти выход по тропам, луне или солнцу, но мысль из меня не вылетала лишь одна, а вдруг пристрелит он меня, когда ломанусь вниз по оврагу в реку? Но зачем тогда он спасал мою шкуру, обрабатывал раны? Защитил от микота? Он убийца, холоднокровный и безликий. Оставив покрывало в покое, свернув его в исходное положение, я подползла к другой стороне телеги и, упав, легла клубочком, притворяясь засыпавшей невинной девушкой, добычей для любых лап и рук. Закрыв глаза, бешенным ритмом сердца мозг управлял нитями будущей минуты, разрабатывая план побега. Приоткрыв один глаз, я посмотрела на его силуэт, видневшийся с довольно приличной высоты, с которой он не так быстро спустится, а падать вниз на жесткую траву тигр не посмеет. Не думаю что моя шкура дороже его самой. С другой стороны, полосатый с легкостью побежит за мной по веткам, ведь в густом лесу все деревья крепки. Дождаться когда мы доедим до незнакомого города? Возможно этот план лучше, но опять одно но – кто знает, куда привезут меня? А я не ориентируюсь в совсем незнакомой местности! Судорожно взмахнув хвостом своей проблеме, я зажмурилась и уткнулась носом в перепачканную жилетку и рубашку, кончиками ушей почувствовав волну лунного ветра. Укрыв хвостом ноги я проклинала свою судьбу, проклинала встречу с неким черным дьяволом, проклинала этот лес. *** «Выспалась? - первое, что услышала Хикари, приоткрыв глаза от ярких лучей утреннего солнца, - долго же вы спите миледи» Вздрогнув от прикосновения некой ткани к своему телу, девушка резко посмотрела на одеяние, лежавшее на ней. Черная с капюшоном жилетка хозяина согревала вздыбленную серую шерстку Хикари от ночного холода, аккуратно свернув одеяло в противоположный конец телеги. В негодовании девушка приподняла голову и оттолкнула одежду, боясь подумать о следующих словах альбиноса, боясь увидеть его лицо. Но тигр видимо обладал чтением мыслей, спокойно их озвучив: «Некогда хищники напали, подарив раны на моем теле, из-за чего придя домой укутался в это одеяло, - повернув голову к девушке, не смевшей взглянуть на прошлого спасителя, тигр продолжил – ночью ты съёжилась как птенец в яйце, не мог смотреть на мучения позвоночника, а леди брезгливая и недоверчивая к странным вещам. Про свое оружие можешь забыть, ибо лук разгрыз Кандр, а стрелы я положил в свой чехол» Почувствовав как телега шатается из стороны в сторону, барса привстала и оглянулась с шоком в душе, узрев простор полей, окружавший со всех сторон. Оглядка по бесконечному простору длилась недолго благодаря нагнетающей усталости от голода, рвавший желудок по частям от кислоты. С округленными глазами девушка вернулась в исходное положение тела, то есть, скрючившись и спрятав мордочку под хвостом, думая о самых худших последствиях, не желая даже взглянуть на лицо юноши, хоть любопытство и толкало голову наверх. Великие думанья Хикари украшали звуки копыт по зеленой сочной траве, фырканье чавкающей длинные стебельки лошади и легкий утренний ветерок, ласкающий прижатые ушки. Сердце колотилось от вновь угнетающей тишины альбиноса, его спокойствия. «Чертов дьявол со льдом в душе!» - огрызнулась про себя девушка и замерла глазами на точке лежащего лука, вспомнив недавно увиденный сон, - на меня напал маг, вскоре появился некий спаситель в черном, в результате применении магии показав белую с кофейными полосками руку, с холодом в бесцветных глазах. Но тот тигр знал меня, если исходить из его же слов» Пытаясь выудить улов из своих безжалостных догадок, барса сжалась от резкой боли в животе, зажмурившись и издав стон. «Не мучай себя и поешь - навострив ушки, сказал тигр, протянув к отвернувшейся Хикари листья некой травы, - благодаря ней ты забудешь на некоторое время о голоде» Девушка не подымая головы, замотала из стороны в сторону лицом, не веря ни единому вылетавшему острому слову Хатори. Альбинос рыкнув, отпустил поводья и, наклонившись к вздыбленной пятнистой шерсти протянул листья к сморщенному носу: «Раз не доверяешь мне, то могу пред твоими голубыми очами разжевать и проглотить!» - не на шутку рассердился полосатый, тенью продолжая нависать над девушкой, чьи глаза от последних слов открылись в мгновение ока. Когда Хатори вернулся на свое место кучера, взяв поводья и начав показывать «пиршество», Хикари приподнялась и решилась с опаской взглянуть на бывшего спасителя. Начав с повисшего его хвоста и перейдя к глазам, девушка замерла, встретив бесцветный взгляд. Дыхание даже прекратилось, прикусив губу и сжав рубашку руками барса махнула хвостом в его сторону, убедившись о безопасном завтраке, заметив глоток тигра. Альбинос отвернулся, не выдержав столь долгого взгляда Хикари, пронизывающий до самых костей. Хикари, воспользовавшись моментом, разглядывала экземпляр, столь редкий в ее родных местах. Стройное тело, сильные руки, вытянутое лицо, острые скулы и волосы, державшиеся при помощи одной заплетенной косички, длинною до плеч, придавали ему вид из далеких краев. «Вы с севера? – наклонив голову, поинтересовалась пятнистая, нахмурив лицо, - вы также немного плохо говорите на моем родном языке» Мертвая тишина, в которой не хватало стрекотания кузнечика. «Хатори, - спустя несколько мгновений, наконец, сказал альбинос, затянув поводья от появившейся горки, с нажимом добавив – с севера, ты права» Чтобы приключение в некуда вновь не приобретало беззвучие, девушка, зная ответ на свой вопрос открыла рот: «Тогда откуда вы, Хатори, знаете мой язык?» - отодвинувшись к другому углу, чтобы получше видеть красивое лицо тигра, но в тоже время, боясь встречи белых глаз. «Я такой же, как и вы, леди, охотник и путешественник, знающий, что такое холод, голод и пустой кошелек» Вспомнив о своей спасенной шкуре от крылатых Кандров, Хикари решила отблагодарить тигра, но резко вспомнив с переменившимся лицом к гневу о его содеянных делах, а именно открытый обзор для его глаз своего тела, выкидыванием чехла и единственного лука, на который так долго копились деньги, украдкой отцовского ножа и стрел внука дяди Бэра, то можно с легкостью дуновением пылинки слова «спасибо» забыть из сознания об этой светлой мысли. Что уж говорить о медленном движении среди полей в неизвестно куда. А про убийство микота и вовсе можно послать этого тигра куда подальше! Заметив, как девушка отвернулась в сторону восходящего солнца, обняв руками ноги и пуская молнии в глазах, тигр с издевкой произнес, не отрывая взгляда от столь чудесной картины, нервно прижав уши: «Что на этот раз, леди?» «Почему вы такой?» - нехотя с горькой нотой Хикари озвучила свой вопрос, сквозь зубы, сдерживая волну лавы. «Извините, леди, какой конкретно? Я не подхожу под критерии вашего идеального юноши?» Подняв уши от вновь прозвучавшего вопроса высокомерного тигра, не желавшего поставить точку на ответе, Хикари мгновенно встала и подошла вплотную к лениво наблюдавшему за событиями альбиносу, с некой ухмылкой в улыбке с наслаждением поддавшись к нависшему морщинистому лицу пятнистой: «Мистер, - с сарказмом произнесла она, показав и свой длинный язык о слове «леди» в каждом его новом предложении, - вы посмели раздеть меня в своем доме, забрали к себе нож и стрелы, убили своего друга и, в конце концов, везете без соглашения мою шкуру в бескрайнюю точку!» «И какие выводы можете сделать в мою сторону?» - ослепительно улыбнулся полосатый, глазами опускаясь с голубых глаз вниз по шее и «наслаждаясь» вздыбленной шерстью девушки. «Вы эгоист, Хатори, не желающий отвечать на мои вопросы и не думающий о моем положении в данный момент!» - разгорелась девушка, выпрямившись и скрестив руки. «Разве вы, леди, беременны?» - театрально изобразил Хатори удивление. Хикари рыкнула и замахнулась рукой для удара по белоснежному затылку, но Хатори успел перехватить слабую кисть и опрокинуть на свои колени, нагнувшись к перепуганным глазам и дрожащим губам: «Узнаешь мое прошлое, не сомкнешь глаз с ярких лучей солнца, услышишь ответы на все свои вопросы, пожалеешь о том, что узнала меня» - сверкнув глазами на этот раз, тигр поставил перед барсой жирную точку. *** Ночь выдалась весьма интересным зрелищем, если не считать мои прошлые деньки в сплошном одиночестве среди веток деревьев, зеленой травы и мелодией утреннего солнца с безликой ночью. Сев напряженно на верхние крепкие ветки, обвив ноги хвостом от наступающего холода данной местности около реки, я навострил уши и для большей безопасности натянул стрелу, издав звук затянутой тетивы, нарушавшей всю прелесть стрекотания кузнечиков. Полная луна выглянула из густой листвы, осветив место, где съёжившись калачиком, пыталась уснуть девушка, не знавшая как подобрать хвост для укрытия ног и шмыгающего носа. Моим любопытным и весьма дурманящим обзором мешали мысли, лезшие по поводу обрабатывания ран барсы. Я не мог оставить гноиться их в перепачканной одежде и в иглах ель. В конце концов, мои глаза вдоволь насмотрелись женским обнаженным телом, поэтому не составит труда сделать как лучше измотавшейся девушке. Но черт, почему я не мог снять с нее жилетку и рубашку? Почему мое сознание вонзало стрелы в мое сердце? Но все же, с горем пополам руки потянулись к ней и закрыв глаза я снял одежду, после чего вытерев полотенцами кровоточащие дыры. Стараясь не опускать глаза ниже шеи, хоть прекрасно открывался обзор, взяв вымытые разорванные белые тряпки, я принялся старательно наматывать их вокруг начала соединения кости руки и плеча, плавно переходя к нему, обхватывая шею и продолжаясь на второй руке. Вот скажите, как я могу сконцентрироваться на лесных звуках, если мой разум постоянно впечатывал в памяти ее тело? Именно ее, а не тех девушек, с которыми я проводил ночи. Когда луна сменила свое положение с верхушек «рыцарей» к горизонту дальнего леса, я убедился об отсутствии хищников и спустился вниз, бесшумно ступая по влажной от недавнего дождя траве. Погладив шею лошади, лениво жующей траву и поднявшей голову для приветствия хозяина, я подошел к телеге и тепло улыбнулся, скорее коварно, когда увидел хмурое лицо девушки, хвост, щекотавший ее ноздри и сжавшиеся ладошки под складками жилетки. Несколько секунд наблюдая за подёргиванием невинного тела из-за ветерка, я, закатив глаза, вспомнив картину в доме, убрал капюшон с головы и, сняв рубашку, укрыл барсу. Теплая улыбка появилась на моем лице, увидев, как ее ручки укутались под мою одежду. Последний раз, навострив уши в сторону минувшей чащи леса, я сверкнул глазами отблеском луны и, пытаясь не издать звука скрипа телеги, в которую я пытался залезть. Устроившись напротив девушки в расстоянии с диаметр головы, чтобы в случае чего успеть проснуться от гневного взгляда девушки и отскочить в сторонку. К сожалению, размер нашей «кареты» не позволял уместиться в другом месте, то есть подальше от женского пола, но почему то меня самого тянуло к ней. К ее нежной душе, как я ощущал, разглядывая сморщенное лицо. Странно все казалось мне в эти минуты, думал я, придвинувшись к ней лицом поближе, закрыв глаза и накручивая клубок: «Не пропадает чувство, что я с ней имел некие крепкие связи» К огромному сожалению мой сон продлился недолго, благодаря щелчку внутри меня, издавшийся из-за испуганно поднятой головы лошади, настороженно смотревшей в место, откуда начался наш путь. Место, откуда плавно к облакам тянулся зеленоватый дым. Пристав, я с внутренним ужасом понял по запаху о принадлежности колдовства, а это означало лишь одно – маги, которые не упустят шанс наиграться мною и пятнистой. Но раскрывать все мои карты перед этой девушкой я не хотел и не собирался, зачем ей знать мое истинное лицо? Поэтому, отвязав поводья лошади и прыгнув на место кучера, я приказал ехать рысью к открытой местности, где по знакомым тропам мы сможешь добраться до ближайшего города Рэк. Там я разрушу наши начинающиеся «отношения» с девушкой, не дав ей привыкнуть ко мне, но, во всяком случае, душа слишком быстро запечатлела ее образ в одурманенной голове столь неожиданным событиям в моей никчемной жизни. Навострив уши в сторону минувшей опасности, я старался сохранять спокойствие и не показывать нарастающую панику сердца. Однажды мне приходилось иметь дело с многими магами и благодаря некоторым удачным диалогам я не плохо зарабатывал деньги, но тайное всегда становится явью и теперь на полосатую белоснежную шкуру идет охота «черных» магов, которые раскусили дело альбиноса. Обернувшись, я последний раз посмотрел на дым и почувствовал, как лошадь ступает на мягкую траву, облившуюся золотыми лучами солнца. Лошадь зафыркала от нагнетающей усталости в ногах из-за долгой пробежки и повернувшись к ее голове, зажмурив глаза от яркого света, привыкнув к лесной темноте, я приказал ей идти шагом, позволив успевать нагнуться для срывания травы. С облегчением выдохнув, я украдкой глянул на «соню», продолжающую спать, как будто столь энергичная тряска убаюкивала ее всю рысь лошади. Но с другой стороны я понимал тот факт, что ее измученное тело тянуло в горизонтальной поверхности, голодный больной желудок, как я думал, вдвойне припечатывал к сознанию усталость. Как я хотел извиниться за свое содеянное, то, как я посмел раздеть ее, понимая что мои грязные руки не должны коснуться ее хрупкости, то, как я посеял в ней недоверие ко мне из-за мертвого микота. Но я не мог рассказать ей все, что я совершил, не мог, ибо скрытная душа привыкла находиться в густой тени. Сердце жали острые ветки игл, причиняя боль. Убийство некого друга являлось единственным выходом из данного положения в доме. Я ни чем не мог ему помочь, кроме как прекратить его муки. Что касается девушки, чье имя ,спасибо Осане, я так и не узнал, буду относиться с холодом и жесткостью, ибо я не могу позволить себе укреплять взгляд на ней, не позволить ей остаться со мной. Ведь с ней мы так похожи, мы оба не имеем дом и скитаемся по горизонту мира. ***