Я — с Земли

      Через три дня Мэл разбудил меня рано утром и сказал собираться. Я побрился, надел свою одежду, в которой прибыл в Форамен, и, собрав в дорогу немного провианта и наполнив фляжки водой, сказал, что готов выдвигаться. Шпион кивнул мне, и мы вышли к сараю, из которого Мэл… вывел двух лошадей?       — Ты уже и лошадей приготовить успел? — удивился я.       — Да, я связался с Его Высочеством принцем Майклом, который любезно отправил мне этих красавиц, — спокойно ответил Мэл, ставя ногу в стремя. — Если ты заметил, одна из них — твоя бывшая спутница. Так что тебе будет просто, ибо она уже немного, но доверяет тебе.       Я слабо улыбнулся и взобрался на лошадь.       — Сколько нам добираться до столицы? — поинтересовался я.       — Дня три пробудем в пути, а вблизи города остановимся. Надо будет кое-что обсудить.       Я лишь кивнул ему, и мы двинулись в сторону столицы. Как только мы немного продвинулись от хижины, я оглянулся через плечо, провожая взглядом своё очередное временное пристанище. Мэл это заметил и окликнул меня.       — Что, человек, грустно?       — Да, ещё одно неплохое место, которое я покидаю, — вздохнул я.       — Не переживай. Если турнир закончится твоим триумфом, мы вернёмся сюда снова, — заключил диминис.       — Надеюсь, что всё действительно так и будет, — усмехнулся я. — Ибо не хочется в поединке с первым же соперником лишиться рук или того хуже головы.       — Не потеряешь, если будешь внимательным. Не зевай, а то улетишь! — Он ударил поводьями по шее лошади и, сильнее нажав на её бока, помчался галопом.       — Эй, подожди! — Он что, думает, я настолько отличный наездник, чтобы мчаться на коне? — Ну, я не дам тебе далеко уйти от меня, Мэл.       Глубоко выдохнув, я ударил поводьями и поскакал вслед за «наставником», стараясь удержаться на лошади. Благо моя спутница была натренирована и сама скакала по тропе, мне практически не приходилось направлять её вправо или влево. Я практически дышал Мэлу в спину, пока мы оба мчались по дороге. И если он был почти не напряжён в управлении лошадью, то я чуть ли не застыл в одной позе, стараясь удержаться в седле и не сорваться вниз, под копыта.       Через каждые минут сорок или пятьдесят мне приходилось замедлять лошадь, чтобы она немного отдохнула от галопа, а также мои спина и конечности расслабились. В моменты перехода с галопа на рысь я хлопал спутницу по плечу, отчего она довольно фырчала. «Довольно податливая кобыла, — подумал я. — На доверие другого скакуна я потратил бы не менее двух месяцев, чтобы он меня хотя бы рысью вёз на себе».       Ближе к ночи мы остановились на большой равнине. К тому моменту, как я догнал Мэла, он уже успел привязать свою лошадь к импровизированной «стоянке» и развести костёр. Завидев меня, он широко улыбнулся.       — О, а вот и ты, Джеймс. Мы с Милли уже успели заскучать без тебя. — Мэл подошёл к Милли и, достав из седельной сумки яблоко, скормил его животному. Кобыла, съев угощение, довольно кивнула, и диминис погладил её по плечу.       — Ну извини, я первый раз скачу галопом на лошади. Мне постоянно приходилось останавливаться, чтобы не только она отдохнула, но и я сам. Напряжение при галопе нереальное.       — Привыкай, Джеймс. Нам ещё два дня придётся провести в пути. — Мэл подошёл к моей кобыле и, достав ещё одно яблоко, покормил её. — А эта кобылка довольно хороша для дальних путешествий. За что тебе досталось такое счастье, я не знаю, — усмехнулся шпион.       — Животное хорошее, податливое, а мне больше и не надо, — сухо ответил я, поглаживая спутницу по плечу.       — У этого «животного», как ты выразился, имя есть, — поправил меня шпион.       — И как же её зовут?— поинтересовался я.       — Тия, представительница королевских конюшен, — гордо сказал Мэл.       — Понятно. — Я покачал головой от его пафоса — Ну, значит, я буду заботиться об этой Тие.       — Уж постарайся. А теперь давай поедим и ляжем спать. Нам завтра ещё весь день ехать.       Я согласился с ним, и мы, достав из сумок провиант, приступили к ужину.

* * *

      Ночью меня разбудило ржание Милли. «Она чего-то испугалась?» — подумал я, потирая глаза. Но не успел я подойти к ней, как увидел, как к нам приближаются три огромные фигуры. Я только хотел разбудить Мэла, но тот уже вскочил на ноги и держал наготове оружие. Я также выхватил меч и выставил его вперёд. Эти твари были метра в три ростом, с непропорционально длинными когтистыми лапами, а выглядели как оборотни с оленьими рогами на голове. Из их ртов текла кровь, а глаза горели ядовито-зелёным.       — Что это за твари, Мэл? — напрягся я.       — Бесы, — тихо ответил диминис. — Обычно они выходят лишь в моменты, когда Нити окрашена кровью, и редко обитают в этих лесах. Но, как видишь, нам не повезло.       Один из бесов вскинул голову и издал душераздирающий вой, после которого двое других помчались на нас, очень быстро сокращая расстояние между нами. «Без магии здесь не обойтись, — подумал я. — Не буду справляться — использую первородную сферу или даже магию времени».       Бес только замахнулся на меня, как я выставил щит из воды. Щит выдержал удар, и тварь, не ожидав такого, похоже, удивилась. Это мой шанс! Я прошмыгнул под его ногами, параллельно перерезав ему сухожилия между пяткой и голенью. Бес взвыл от боли и замахнулся другой своей лапой, которую я также отвёл от себя щитом. Я сгенерировал поток магии в свободной руке и направил сильную водную струю прямо в морду этого создания. Оно пыталось уйти от потока, но я лишь усилил его, чем сбил тварь с ног и даже немного протащил его по земле. Представив перед собой сферу с первородной магией, я получил её в руке и, поглотив ту, создал вокруг твари водный пузырь и сразу начал наполнять его водой.       Мэл уже успел отрубить другому бесу кисть и часть предплечья, как на него ринулся третий бес. Я понимал, что не успею добежать до него, поэтому создал второй пузырь и, когда тварь оказалась в ловушке, также начал наполнять его. Мы с Мэлом успели пересечься взглядами, и тот, кивнув мне, использовал магию огня и, воспламенив свой меч, отсёк этой мрази голову от тела. Из шеи фонтаном пошла бурая кровь, больше похожая на смолу, и зверь упал замертво. Я выдохнул и продолжал держать пузыри, которые уже заполнились водой. Двое ублюдков всё ещё бились в попытках вырваться из пузыря, но с каждой секундой без воздуха их удары ослабевали, пока они полностью не обмякли в своих «водных камерах». Подождав ещё секунд десять, я лопнул пузыри, и ещё два трупа упали на мокрую траву.       Я выдохнул и, вытерев пот со лба, подошёл к одной из этих тварей. Сняв перчатку, я выставил лезвие и, быстрым ударом пробив ему грудину, ударил прямо в сердце. Зверь даже не дёрнулся, вот и славно. Я подошёл к Тие и, вытащив из сумки чистую тряпку, принялся вытирать с лезвия его чёрную кровь. Мэл подошёл ко мне и, тяжело дыша, сел на свой спальный мешок.       — Отличный бой, Джеймс. Утопить бесов в пузырях было очень умно. А теперь нам нужно побыстрее убираться отсюда, — вздохнул диминис. — В дороге будем до утра, так что собирайся.       — Да уж. Мне тоже не в радость спать рядом с трупами, — нервно усмехнулся я.       — Насчёт тел даже не волнуйся.       Мэл достал из-за пазухи мешочек и, высыпав на ладонь, белый порошок, посыпал им тела бесов. Они сразу стали распадаться, а их частицы — испаряться в воздухе. После того как тела «разложились», мы собрали свои пожитки, прыгнули на лошадей и поскакали подальше отсюда.       Лишь к утру мы наткнулись на небольшую деревеньку, около которой была табличка: «Патридум». Это даже не деревня, а очень маленькое село: пять домов, один колодец и один двор, вокруг которого и стоят эти дома. На удивление, местные жители уже не спали, а вовсю работали: кто-то полол грядки, кто-то убирал гнилые листья, а кто-то доил корову. Мальчишки, едва завидев нас, побежали с расспросами, кто мы и откуда. Мэл просто ответил, что хотел бы увидеться с главой деревни. Один из мальчиков показал пальцем на дом прямо перед нами, возле которого на лавке сидел пожилой мужчина. Мы спешились и, взяв лошадей за поводья, пошли к старосте.       — Здравствуйте, сэр, — начал диминис.       — Приветствую вас, молодой человек. Добро пожаловать в Патридум. Давно нашу деревеньку не навещали случайные путники. Что привело вас сюда?       — Нам бы отдохнуть после ночи, староста. На волков наткнулись, почти сутки без сна, — соврал ему Мэл.       — Вот оно что… Да, в наших лесах и не такое водится. Некоторые говорят, что даже бесов видели. — Староста покачал головой. — Хорошо, я распоряжусь, чтобы вам выделили спальное место. Но взамен я попрошу вас разобраться с одним человеком, который скоро может сюда заявиться.       — С бандитами, что ли? — спросил я.       — Именно так. Если вы слышали про Менага, то наверняка знаете и про Кавалле, его правую руку. С недавнего времени этот выродок вместе со своей бандой повадился в окрестные земли, чтобы собирать со всех «плату». У нас почти ничего нет, а они могут забрать если не деньгами или товарами, то жизнями наших женщин и детей.       — Не вопрос… извините, как вас? — уточнил Мэл.       — Донован, господин, — ответил староста.       — Просто Мэл, — попросил шпион.       — Хорошо.       Староста встал с лавки и, опёршись на трость, проследовал в дом. Мы привязали лошадей около его хижины, и только Мэл хотел пойти за ним, как я похлопал его по плечу. Он обернулся на меня с непонимающим взглядом.       — Наконец, отдохнём, мастер, — улыбнулся я, положив руку на рукоять.       Он лишь моргнул и, еле заметно метнув взгляд на мой жест, слабо кивнул. Мы прошли в дом, где были две кровати, пара подушек и здоровый сундук посередине. Донован попросил нас располагаться и вышел из дома. Но только я хотел сесть на кровать, как снаружи раздалась какая-то возня. Мэл это тоже услышал, и в следующее мгновение два здоровых мужика ворвались в дом с топорами наперевес.       — Вот вы и попались, бандиты, — злобно сказал один из них и улыбнулся своими кривыми зубами.       — Да что с ними разговаривать? Кончай их! — сказал второй и бросился на нас.       И только он замахнулся на нас, как Мэл молниеносно выхватил меч и проткнул «бугая» в грудь. Первый испугался от такого и, выронив топор из рук, побежал прочь. Диминис лишь покачал головой и вытащил из тела соперника свой клинок. Тот стоял на коленях и тяжело дышал, держась рукой за рану.       — Мне залечить его порез? — спросил я, снимая перчатку с целой руки.       — Да, пожалуй.       Я кивнул и, убрав руку мужика от раны — тот уже почти и не сопротивлялся — наколдовал поток и начал залечивать ранение. От этого вида он начал чаще дышать. «Видимо, до этого он никогда не видел магию, — размышлял я. — Либо в деревнях подобную практику действительно считают колдовством». Рана быстро затянулась, но встать ему было трудно. Мы вдвоём подняли его за плечи и уложили на кровать. Мэл пошарил в своей сумке и поставил на сундук склянку с зельем.       — Ну что, поехали дальше? — спросил я у Мэла. — Помогать людям, что пытались нас убить, лично у меня нет никакого желания.       — Взаимно, человек. Мне даже будет не жалко, если их всё же вырежут или продадут в рабство, — гневно ответил диминис и плюнул себе под ноги.       — Жёстко, зато правда, — усмехнулся я.       Мы вышли из дома и только хотели отвязать лошадей, как увидели, что все спрятались по своим домам. И лишь Донован остался смотреть на нас с онемевшим взглядом.       — Раз у вас хватило наглости попытаться убить тех, кто согласился вам помочь, то вы и сами справитесь с бандитами. — Мы взобрались на лошадей и чуть ли не в один голос сказали: — Всего наилучшего.       Ударив поводьями, мы помчались подальше от этой проклятой деревушки.

* * *

      — Я всё ещё не верю, что нас пытались убить за то, что мы хотели кому-то помочь… — ходил я взад-вперёд у нашего нового места ночлега и продолжал недоумевать. — Вот так и помогай людям… Если вам протягивают руку помощи, а вы её кусаете, то ебитесь с этим сами!       — Угомонись, человек. Был бы на моём месте Дерек или Фил, от жителей деревни не осталось бы и мокрого места… — Мэл выдохнул. — Ладно, неважно. Завтра мы уже будем на месте проведения турнира. И вот что важное тебе нужно знать.       — Итак? — спросил я, садясь у костра.       — Тебе нельзя будет пользоваться никакой магией. Но это ты и так знаешь. Дальше тебе нужно отдать мне свой ала, а также тот камень рефугиума. Верные гончие Келлуса почуят магию внутри этого камешка, а что до тебя, так нужно будет наложить печать, блокирующую магию, но не видимую для этих гончих.       — Хорошо. — Я протянул ему ала и камень. — А если вдруг мне нужно будет срочно сбежать оттуда?       — А ты не делай глупостей, чтобы не пришлось сбегать. Спокойно туда зайдёшь и спокойно выйдешь. — Его рука загорелась белым пламенем, и ала с камнем исчезли.       — Что ты… — только я хотел возмутиться, как диминис меня перебил.       — Не бойся, я просто переместил их в сарай. Заберёшь после турнира. — Я с облегчением выдохнул. — Главное, помни: тебя могут попросить в конце финальной дуэли убить оппонента. Я бы посоветовал не делать этого.       — Чтобы показать милосердие? — съязвил я.       — Чтобы показать, что ты честен в поединке, — поправил меня Мэл. — Твоя задача — победить в поединке, а не убивать оппонента.       — Мудрые слова, — согласился я.       — Ну, раз мы всё обсудили, наложим на тебя блокирующую печать.       Мэл потёр ладони и прислонил одну из них к моей груди. Закрыв глаза, он прошептал заклинание, и вокруг меня образовалось небольшое свечение. После того, как шпион убрал от меня руку, я почувствовал небольшое покалывание внутри.       — Теперь попробуй создать поток, — попросил Мэл.       Я только хотел выпустить из руки частицы, но ничего не получилось. Снова попробовал. Опять ничего не произошло. Я закрыл глаза и представил перед собой сферу. От этой попытки мои мозги пронзила острая боль.       — Не волнуйся, так и должно быть. А теперь я, пожалуй, лягу спать, — вздохнул диминис и забрался в спальный мешок.       — Я пока посмотрю за лошадьми, — почти промычал я, потирая лоб.       — Только не слишком долго, завтра у тебя великий день. — Мэл кивнул и отвернулся.       Я слабо усмехнулся и просто смотрел на то, как горит огонь. Весьма расслабляющее зрелище…       — Не сказала бы, что самое расслабляющее, — послышался голос рядом.       — А вот и ты… — сказал я про себя и повернулся в сторону «богини», всё ещё ощущая небольшую пульсацию в затылке. — Пожалуй, я буду говорить с тобой через голос в голове, чтобы Мэл ничего не заподозрил.       — Как хочешь, Джеймс, — улыбнулась мне Селена, поглаживая Милли. — Этот Мэл довольно мудрый диминис. Я рада, что Майкл попросил именно его присмотреть за тобой.       — Присмотреть? — удивился я. — А ничего, что он проводил со мной изнурительные тренировки, причём не только физические?       — Он закалял твои тело и дух, а также готовил к грядущему испытанию, — констатировала богиня. — К тому же, недавно ты вспомнил свою возлюбленную, когда был в борделе. Почему именно её?       — Я вспомнил её, потому что снова ощутил интимную близость с девушкой, — парировал я. — Да, она была шлюхой, и, к тому же, подопечной Мэла, но знаешь, я не виню её за это. Она отлично отыграла свою роль, — ядовито улыбнулся я.       — Впервые слышу от тебя такой цинизм, Джеймс, — посмеялась Селена. — Но я не осуждаю тебя. Когда-нибудь это должно было произойти.       — Что именно? — Я приподнял бровь.       — Сам потом догадаешься. Ты же у меня умный мальчик. — Она потрепала мои волосы, сказав последние слова голосом моей матери.       — Тебе необязательно было делать голос, как у Мелиссы… — Я отвёл взгляд.       — Хорошо, больше не буду, — улыбнулась мне богиня.       — Поверю тебе, «богиня», — съязвил я. — Скажи мне вот что: стоит ли мне чего-нибудь опасаться на том турнире?       — Разве что последнего соперника. Он силён и очень хорошо вооружён. Даже если обезоружишь, просто так не сдастся. Поэтому держи свой «причиндал» наготове. — Она провела ладонью по протезу.       — Предлагаешь использовать лезвие? — спросил я.       — Нет, сам протез. А как именно, сам поймёшь. На этом я пока покину тебя, человек. Удачи на турнире, — сказала она и растворилась в ночной тишине.

* * *

      И вот оно, место проведения турнира. «Добрались», — сказал я про себя, слезая с Тии. Располагалось оно вблизи столицы. На подъезде к арене нас остановили стражники и, проверив нас и лошадей на наличие посторонних предметов, а также заставив сторожевых псов попытаться выявить у нас магию, мы заплатили один золотой за возможность пройти на турнир и пошли дальше. Место было довольно обширное: сама арена, выполненная из дерева и металла, с высокими трибунами, рассчитанными не меньше, чем на сотню-другую человек, небольшая тренировочная площадка, на которой можно потренироваться, а также множество палаток, в которых располагались участники, их оружейники или, возможно, наставники. Особенно мне бросился в глаза воин в белых тяжёлых латах, большим щитом, что стоял рядом с деревянной оружейной стойкой, двуручным мечом, который был похож на цвайхендер. Как он вообще держал его в руке? Но, присмотревшись к его лицу, я вспомнил, где его видел. Это был тот бородатый мужик, что драл ту девицу в гостинице Форамена. Надеюсь, он не запомнил меня, когда я ворвался в его комнату.       — Кого-то знакомого увидел, человек? — Мэл толкнул меня в плечо.       — Да. Видишь вон того здоровяка? — Я показал взглядом на него. — Он был в Форамене, ещё в день нашей встречи.       — А, ты про Юджина, что ли? — Мэл, похоже, сразу понял, о ком я говорю. — Да, это местный чемпион. Юджин Перерождённый.       — Перерождённый? — Я приподнял бровь.       — Да, в одной из битв он был смертельно ранен, — начал диминис. — Он пролежал без сознания около месяца, но после вышел из сна. Для его взвода это было чудо. С тех пор ходят слухи, что ему любое ранение нипочём.       — Ну да, с такой-то бронёй так точно, — усмехнулся я.       — У него очень развита мускулатура и тактика. Если ты с ним столкнёшься в финале, то тебе придётся очень тяжко. Он становился победителем турнира пять раз подряд, — заключил Мэл.       — Хм… Ладно, буду пытаться искать уязвимости в его броне, — сказал я ему, потерев лоб.       — Не волнуйся, он не будет драться в своих латах, ибо это было бы очень нечестно, — успокоил меня диминис. — Как и все, он наденет гамбезон или акетон. Но не шибко расслабляйся от этого факта.       — Понятно. — Я кивнул ему. — А ты останешься здесь, чтобы посмотреть турнир?       — Конечно, останусь. Не совсем вежливо было бы оставлять своего ученика одного и не проследить, чтобы он выполнил свою задачу как надо, — улыбнулся мне Мэл.       — Разумеется, — вздохнул я. — Ладно, идём, запишемся на турнир.       Мы подошли ко входу на арену, у которой стоял деревянный стол, за которым сидел писарь и что-то записывал на листе бумаги. Завидев нас, он отложил перо и поприветствовал нас:       — Добро пожаловать на турнир имени Его Величества Келлуса Гневного, мастер Мэл. Что вам угодно?       — Здравствуйте, мой ученик хотел бы записаться на турнир, чтобы проверить свои навыки, — ответил ему Мэл.       — Разумеется, господин Мэл. — Писарь повернулся ко мне. — Как ваше имя?       — Джеймс. Джеймс Уильямсон, прибыл из Сагитты, — коротко ответил я.       — Отлично. Итак, Джеймс из Сагитты, сегодня вас определят в пару к другому участнику турнира. После этого начнутся отборочные бои. Побеждённый участник выбывает из дальнейших состязаний. Каждый этап будет проходить в отдельный день. Пока что, — он заглянул в свои бумаги и пробежался пером по списку имён, — у нас записано девятнадцать человек вместе с вами. Значит, турнир окончится примерно на четвёртый или пятый день. Удачи вам в турнире! — закончил писарь.       — Спасибо, — сказал за меня Мэл. — Какую палатку мы можем занять?       — Любую свободную, — кратко ответил тот. — Также необходимо заплатить взнос за участие в турнире. Двадцать золотых.       — Хорошо. — Мэл обратился ко мне. — Не бойся, Джеймс, я заплачу.       Я удивлённо посмотрел на Мэла, потом на писаря, когда мой наставник отсчитывал монетки. Выложив нужную сумму, писарь забрал деньги и кивнул.       — Пошли, ученик, — позвал меня Мэл, и я, широко улыбнувшись, последовал за ним.       Найдя свободную палатку, мы положили внутрь вещи и, привязав лошадей, сели на небольшие лежанки.       — Итак, пока что всё понятно. Сначала отборочные, потом основной этап. И, судя по твоему лицу, ты очень удивлён тому, что я заплатил за тебя, — посмеялся с меня шпион.       — Да, мне было очень приятно, но очень странно от того факта, что ты заплатил из своего кармана, — всё ещё улыбаясь, ответил я.       — Не из своего, человек. Отнюдь не из своего. Из твоих денег. Я запросил у тебя большие деньги не чтобы стрясти с тебя их, а чтобы довести тебя до этого этапа, — пояснил Мэл.       — Спасибо, Мэл. — Я протянул ему руку.       — Рано благодаришь, человек, но ладно. — Он пожал её. — Тебе ещё надо турнир пережить. Однако, если будет определённое количество участников по истечении дня, то в финале могут и объявить резню, — сказал Мэл, потирая подбородок.       — Резню? — удивился я.       — Да. Если в последний день турнира останется три участника, то начнётся бой насмерть. И вот там тебе придётся всё же забрать жизни. Но я уверен, ты с этим справишься, — приободрил меня Мэл.       — Не будем пока забегать вперёд, наставник. Лучше скажи, откуда тебя здесь знают. Не зря тебя назвали мастером Мэлом.       — В один из периодов своей жизни я был личным телохранителем одного дворянина, как раз проживающего в столице, — начал рассказывать Мэл. — Я жил при богатом дворе с прорвой прислуги, ел шикарную еду и ни в чём себе не отказывал. Он так расхвалил меня своим друзьям-аристократам, что после того, как я ушёл от Мартина — так его звали — мне стали сыпаться заказы на охрану различных караванов и военных колонн. В то время я получал очень много золота. Но со временем перестал это делать, и теперь беру только крупные заказы.       — Ну да, чем только мастер-мечник ни займётся на своём пути… Ладно, хватит ностальгии по ушедшему, давай ещё раз отработаем приёмы, чтобы быть наверняка готовым ко всему, — сказал я, поднимаясь с лежанки.       — Неплохой настрой, человек. Мне уже нравится результат этого турнира, — улыбнулся мне Мэл, и мы направились на тренировку.

* * *

      На следующий день начались отборочные поединки. Участников набралось на пятнадцать пар. «Значит, может быть отборочный этап, где какой-нибудь участник пропустит бой и будет сражаться через день, — думал я про себя. — Интересный будет турнир». Первый бой, открывающий состязания, был мой. «Какая удача», — пробурчал я. Моим оппонентом был мечник по имени Марк. Как только мы встали посередине арены, я увидел в его взгляде не то страх, не то слабую надежду на победу. Трибуны были заполнены зрителями, а на отдельном «балкончике» были аристократы и боевые мастера. Среди них сидел и сам Мэл, как и подобает уровню его мастерства.       — Итак, турнир начинается! — объявил глашатай. — Первыми участниками выступают Джеймс Уильямсон из Сагитты и Марк Светлый из Карнариума. Участники, поклонитесь друг другу в знак уважения оппоненту.       Мы поклонились и отошли друг от друга на десять шагов.       — Обнажить оружие!       Я достал свой меч и выставил его вперёд.       — Да начнётся дуэль! — прокричал глашатай, и вся трибуна оживилась.       Я не слушал их, а полностью сосредоточился на бое. Только начал медленно подходить к сопернику, как Марк, едва дуэль началась, побежал на меня, замахнувшись мечом. «Глупо, парень, очень глупо», — пронеслось у меня в голове. Я взял клинок двумя руками и встал в стойку. Едва дуэлянт приготовился сделать удар, как я взмахнул мечом и, сделав рубящий удар по диагонали, отразил его атаку. Он немного отпрял от меня, чем я и воспользовался, ударив прямо по гарде, и выбил оружие из руки соперника. После чего выставил меч остриём вперёд, почти касаясь его шеи. Марку ничего не оставалось, как поднять руки вверх.       Прозвучала труба, обозначающая концовку дуэли. Трибуны почти затрещали от радостных возгласов и аплодисментов.       — Марк Светлый выбывает из турнира! — объявил глашатай. — Ура Джеймсу Уильямсону!       От возгласов и приободряющих криков мне стало приятно на душе. Я убрал оружие и протянул руку Марку.       — Неплохая дуэль, Светлый.       Он очень удивился моему жесту, но принял его, пожав мне руку.       — Ещё никто после победы надо мной не выражал мне признание, — почти шёпотом произнёс Марк.       — Ну, значит я первый на твоём боевом пути, кто уважает тебя даже за проигрыш, — улыбнулся я ему.       Он поклонился мне и ушёл. Я тоже покинул арену и пошёл к воротам, чтобы попасть на трибуны. Стража указала мне путь, и через три минуты я занял первое свободное место и стал наблюдать за другими дуэлянтами. Толпа на трибунах также пристально следила за участниками, кто-то даже передавал между собой мешочки с монетами. Эх, ставки на поединки… Куда же без них, особенно на средневековых турнирах.       Участники турнира не использовали одни и те же тактики ведения боя: некоторые применяли только стандартные атаки и пируэты, другие выжидали, пока соперник сам нападёт, но самой интересной схваткой была между Юджином и Аланом. Его дуэль была длинной, я бы даже сказал, немного затянутой. Оба махали мечами на истощение, пока минут через восемь Алан сам не ослабил хватку, и Юджин одним взмахом отрубил ему одну из рук. Тот сразу повалился на спину и завопил от боли, а на трибунах тем временем все улыбались и радовались кровопролитию. «Да уж, средневековые поединки во всей своей красе… Но вряд ли Фистро хотел, чтобы я увидел данные бои и кровожадность зрителей, — подумал я. — Посмотрим, что будет дальше».       По окончании первого дня мы с Мэлом встретились в палатке. Я чистил меч, когда он радостный подошёл ко мне.       — Совсем неплохо, ученик, — начал он. — Очень даже хорошо. Парой взмахов одолел соперника. Тобой даже заинтересовался капитан стражи.       — Неужели? — усмехнулся я, начищая спуски меча.       — Да. Тебя же тренировал не какой-то там человек, а я, — с наигранной гордостью сказал Мэл. — А это уже многое значит.       — Ну хорошо, если так. А ставки на меня делали? — поинтересовался я, приподняв бровь и улыбнувшись.       — О, ещё какие, Джеймс. — Он с улыбкой вытащил из кармана кошель и потряс им. Звон монет грел мне слух и сердце. — Сорок золотых за твою победу. Дойдёшь до финала — все деньги, что я получу, будут твоими.       — Замётано, наставник, — засмеялся я. — А больше всего ставят на Юджина, я прав?       — Да, но выручка с таких ставок пока минимальная. Самая высокая прибыль будет лишь к четвёртому дню, когда будут предфинальные дуэли. Эх, озолотишься, человек… — мечтательно сказал Мэл, подперев подбородок кулаком и посмотрев вдаль.       — Рано загадывать, Мэл. Этот Юджин действительно кажется сильным, — задумался я. — А если объявят резню, он явно сразу переключится на меня. Третий участник точно не будет его интересовать.       — Значит мы будем каждый день тренироваться, чтобы ты точно его одолел. К тому же, если ты помнишь нашу дуэль, то я схватил твой меч рукой и держал его так несколько секунд. В Перерождённом силы не меньше, смотри как бы он не выхватил твой меч и не заколол тебя им же. Хотя на последнем турнире он вообще обезглавил своего соперника.       Я нервно сглотнул. Обезглавливание… Ну а чего я ожидал от средневековых дуэлей?       — Значит, идём на тренировочную площадку? — задал я риторический вопрос.       — Ещё как идём. Ты же не хочешь потерять голову? — зловеще улыбнулся Мэл. Я лишь мотнул головой. — Правильный ответ, человек. — Он кивнул, и мы отправились на тренировку.

* * *

      Спустя минут тридцать очередной отработки атакующих и защитных ударов Мэл убрал меч на пояс и, подойдя к оружейной стойке, взял тренировочное оружие и встал в защитную стойку. Я последовал его примеру и взял деревянный меч. Встав друг напротив друга, Мэл начал говорить:       — А теперь, человек, немного теории: когда соперник замахивается на тебя, ты можешь увернуться от его удара, это понятно. Но зачастую он может нанести ещё один удар, и ты уже не увернёшься. Поэтому ты можешь попытаться либо отразить атаку мечом, либо в момент удара схватить врага за руки и повалить на спину, либо постараться схватить лезвие и держать его как можно дольше. Либо отвести его ботинком, но не советую этого делать — у тебя не будет столько времени, и тебе могут сразу отрубить часть ноги. Все понятно? — Я молча кивнул. — Очень хорошо. В ситуации, когда лезвие можно схватить, тебе может помочь твоя «рука». Но сначала покажу тебе, как это происходит. Попробуй нанести удар, а затем соверши ещё одну атаку.       Я сделал, как он и просил: удар. Он уклонился. Затем резко после этого ещё один удар, пока он не успел встать. И вот он снова схватился за меч рукой и держит его.       — Вот, теперь я бью своим мечом по твоей руке, — он выхватил меч и ударил по моему предплечью. Сука, больно, даже если это деревянный меч, — и ты лишаешься конечности.       — Понял, мастер, — ответил я, потирая целую конечность. — Не хотелось бы лишиться ещё одной руки.       — Не лишишься, если будешь внимателен. — Он убрал тренировочное оружие на стойку. — Итак, приёмы отработали, теперь пойдём, отдохнём.       Когда Мэл зашёл в палатку, то сразу полез в свой рюкзак, из которого вытащил две бутылки. Ну кто бы сомневался…       — Думаю, кружки найдём. А не найдём — будем пить по очереди, — посмеялся диминис.       — Ну конечно, куда же без выпивки… — Я закатил глаза.       — Это винум, человек, а не обычное людское вино, — хищно улыбнулся Мэл.       — Как ты… Хотя да, глупый вопрос. — Я потёр лоб. — Ладно, пойдем, сядем куда-нибудь и выпьем.       Искать долго не пришлось — ближе к центру палаток был небольшой костёр с несколькими брёвнами вокруг него, на которых сидели остальные участники турнира и оживлённо что-то обсуждали, некоторые из них тоже что-то выпивали. Завидев нас, Юджин прервал свой рассказ и встал, приветствуя нас:       — О, это же мастер Мэл и его ученик, который одним ударом одолел того хлюпика, — весело засмеялся он.       — Можно и так сказать, Юджин, — ответит Мэл бородачу. — Позволишь к вам присоединиться?       — Разумеется, сэр. Присаживайтесь, и ты… Эмм, извини, как тебя?       — Джеймс, — улыбнулся я.       — Джеймс, да. Видел, вы на тренировочной площадке отрабатывали какой-то странный приём, — начал Перерождённый, когда мы присели рядом с другими участниками. — Что это было?       — Просто показывал Джеймсу выход из ситуации, когда противник может нанести двойную атаку, не более, — ответил Мэл. — Джеймс у нас мальчик забывчивый, всё-то ему нужно напоминать. — Он погладил меня по голове, отчего все вокруг костра засмеялись.       — Да ничуть, наставник. Я помню, после одного похода в таверну мне пришлось вас тащить до дома на своей спине, — парировал я. — А наутро вы даже не помнили, как уходили в город.       — Не помню такого, значит не было, — попытался отвертеться Мэл. — Ты лучше расскажи нам, как ходил в тот бордель. А то стоны той шлюхи мешали моему процессу, — прыснул он в кулак, откупорив бутылку с напитком.       Все оживились и посмотрели на меня.       — Вам так интересно послушать, как я трахался в борделе? — развёл я руками в легком недоумении. Все кивнули в ответ. — Да всё было просто: сначала нежные поцелуи, затем она взяла в рот, потом прыгала на мне как сумасшедшая. Ну и в ванне мы тоже порезвились. Вроде ничего не забыл.       — Ну, раз мастер говорит про сладострастные стоны шлюхи, значит ей было приятно не меньше, чем тебе, — усмехнулся Айзек, участник турнира со шрамом во всю щёку.       — Мне кажется, она просто очень хорошо играла свою роль, вот и всё, — ответил я. — Мастер, передайте мне бутылку. А то в горле пересохло.       Мэл протянул мне бутылку, и едва я поднёс её ко рту, на мгновение принюхался. Да, это был тот самый винум, который я пил в первый вечер пребывания в этом мире. Я сделал глоток и ощутил приятный, терпкий вкус напитка, который не был слишком резким, как местное вино.       — Неплохое вино, наставник, — довольно улыбнулся я. — Намного лучше, чем в Форамене.       — Ты сказал Форамен? — переспросил Юджин.       — Да… а что? — Я напрягся. Если он вспомнил меня, то…       — Да просто в один из дней, когда я развлекался с девицей в одной из гостиниц, какой-то козёл тихо вошёл в комнату и так же тихо вышел. К сожалению, я не разглядел его лица, — рассказал он. «Фух, — выдохнул я, — не вспомнил».       — Ну, такое тоже бывает, — сказал ещё один участник, которого звали Марвин. — Меня вообще поймали в постели с девушкой моего соседа, а я на тот момент вообще не знал, что они вместе. Она так напилась, что сама затащила меня в свой дом.       — Ну да, так мы тебе и поверили, Марвин, — захохотал Юджин. — Она да сама повела тебя в койку… Девки просто так не раздвигают ноги перед кем попало, кроме тех, которым лишь бы вставили. — От его слов мне стало смешно. — Теперь ты, Джеймс, расскажи что-нибудь.       — Ну… — И что мне рассказывать? Как таковых весёлых историй у меня нет. — Пожалуй, расскажу про своего давнего друга, Фредерика. Он был сыном одного аристократа, мы пересеклись в Сагитте и очень хорошо разобщались. Раз в неделю так точно мы засиживались в кабаках, но в один момент он повёл нас в бордель. — На этих словах все начали пристально слушать меня, даже Мэл. — Мы выбрали себе девочек, и как только я начал процесс со своей, из соседней комнаты послышался звонкий смех. Мне и шлюхе стало интересно, в чём дело, и мы выглянули в коридор, где смеялась «партнерша» Фредерика. Я поинтересовался, в чём же дело, и оказалось, что у него хрен… И нихрена.       После моих слов все разразились хохотом.       — Да, не позавидуешь бедолаге, — отозвался Мэл.       — Ещё как, он потом месяц отходил от этого «первого опыта», — добавил я.       Остаток вечера мы провели за беседами о смешных случаях из жизни. В основном говорил Мэл, рассказывая о своей работе телохранителем. Возможно, он многое просто выдумал, но даже если это была ложь, звучало очень убедительно. Юджин тоже в стороне не сидел и разговаривал о службе в королевской гвардии и битвах во славу короля Келлуса. Он оказался очень опытным солдатом, знающим и тактики боя, и искусство управления целым войском. Однако подробности были весьма кровавыми: отрубленные конечности, публичные казни, которые его и заставляли проводить. И при всех его речах он умудрялся улыбаться. «Суровый ублюдок, — подумал я. — Самая жестокая битва будет между нами двумя, с этим не поспоришь».       Ближе к ночи мы разошлись, Юджин лично пожал руку мне и Мэлу, сказав напоследок, что очень ждёт поединка со мной. В ответ я сказал, что тоже этого жду.       — Не хотелось бы проиграть этому выродку с многолетним опытом, — прошептал я диминису, — а то и умереть от его рук.       — Не проиграешь, — был его ответ. — У меня всё схвачено.       — Ловлю на слове, Мэл.

* * *

      На следующий день испытания объявили о том, что вследствие нечётного количества участников будет проведена жеребьёвка. Четырнадцать участников будут сражаться в семи поединках, а пятнадцатый проходит в следующий этап. Затем подошёл один из стражников с чёрным ящиком, из которого необходимо было вытащить бумажку с написанным на них цифрой. Моя бумажка была с цифрой «4». Число «11», которое означало прохождение в следующий этап, попалось, вот же удивление, Юджину. Он очень удивился, когда узнал, что пропустит бой, но лишь сказал, что, цитирую, «таковы правила». Хотя по его лицу было видно, что он немного, но расстроился. Второй бой у меня состоялся с Марвином.       С ним было намного интереснее, чем с Марком: дуэлянт вместо лобовой атаки намеренно провоцировал меня на действия, после чего отходил или перекатывался, пытаясь после этого ударить меня по ногам. Этот бой можно было назвать брачными играми кузнечиков, не иначе. С трибун слышались крики в духе «раздави его!», «поруби его на куски!» и так далее. «Они так хотели крови и зрелищ… В финале вы точно их получите», — подумал я.       Марвин продолжал истощать мою выносливость, при этом постоянно атакуя, но и сам изматывал себя не меньше. Однако, в один момент он всё же оступился и, попытавшись снова вывести меня на провокацию, споткнулся и повалился на бок, чем я и воспользовался, моментально сократив расстояние между нами и ударив по рукояти меча. Оружие вылетело у него из руки, и Марвин поднял руку вверх, показывая, что сдаётся.       — Ну ты и кузнечик, Марвин, — усмехнулся я, вытирая потный лоб.       — Но я почти вымотал тебя. Ещё бы чуть-чуть, и ты сам бы оступился, — улыбнулся оппонент.       — Согласен. Хороший был бой. — Я протянул ему руку.       — Отличный. — Он пожал её.

* * *

      Четвёртый день состязаний. Полуфинал. Остались я, Юджин, Айзек и Дункан. Меня поставили в пару с Айзеком, а Юджина — с Дунканом. Первыми сражались Юджин и Дункан. На трибунах было всё так же оживлённо. По словам Мэла, на меня ставят всё больше и больше денег. И хоть я и не планирую осесть в землях Флюмина, но неплохой бонус в виде набитого монетами кошелька мне точно не будет лишним.       В предфинальном бою Юджин был более резким в движениях, но выверял каждое своё действие. Дункан почти не мог уследить за ним, настолько быстро его соперник двигался. И хоть целью дуэли не ставилось убийство противника, но никто в целом и не запрещал это делать. Юджин понял это ещё в первой дуэли, и при очередной атаке он настолько сильно ударил по мечу дуэлянта, что тот сломался пополам и импульсом оттолкнул Дункана. А после Юджин нанёс колющий удар и проткнул беднягу насквозь. Дункан упал на землю и начал трястись в конвульсиях, безуспешно зажимая рану, пока под ним растекалась лужа крови.       Юджин ликовал от своей победы, пока зрители восторженно кричали с трибун. После того как Юджина провозгласили победителем в дуэли, он ушёл, и на арену выбежала стража, чтобы унести тело мёртвого парня.       — Бедный Дункан… А ведь я только вчера с ним общался… — почти с пустым взглядом говорил Айзек.       — Не ты один сейчас в шоке, Айзек, — проговорил я. — А мы с тобой бьёмся следующими.       — Следующие участники: Джеймс Уильямсон и Айзек Райт.       Мы вышли на середину поля и встали друг напротив друга. Было видно, как он не хотел сражаться. Поклонившись и отойдя друг от друга, я обнажил оружие и встал в стойку. Айзек вытащил меч и, вытянув руку, бросил его рядом с собой. «Ну, это было ожидаемо», — подумал я.       — Айзек, подними оружие и сражайся! — крикнул я.       — Я не буду драться с тобой, — ответил он и поднял руки вверх. — Я сдаюсь.       — Айзек Райт выбывает из турнира! В финал проходит Джеймс Уильямсон!       По трибунам пошли осуждающие возгласы: парня называли трусом, хлюпиком, слабаком. Мэл от данной ситуации прикрыл глаза рукой. Я не стал с ним спорить, а просто убрал меч и сказал напоследок:       — Я надеялся, ты хоть попытаешься. Но не осуждаю тебя. Удачи на пути, Райт, — сказал я и ушёл.       — Завтра состоится финальный поединок между Джеймсом Уильямсоном и Юджином Перерождённым! — объявил глашатай. — Участников просим разойтись по палаткам до завтрашнего дня.       Я вышел с арены и направился к нашей палатке, где меня уже ждал Мэл.       — Не ожидал, что твой бой будет настолько коротким, — расстроенно начал диминис.       — Я надеюсь, тебе понятно, почему Айзек так сделал, — ответил я, садясь на лежанку.       — Да. Чтобы сохранить свою жизнь. Но, с другой стороны, он пожертвовал твоей жизнью, чтобы спасти свою, — усмехнулся Мэл. — Никому не хочется умирать от рук такого бойца, как Юджин Перерождённый.       — Завтра никто из людей не умрёт, — твёрдо ответил я ему.       — Сильные слова, человек. Смотри, не разочаруй меня, а также короля. Ведь завтра он лично прибудет сюда, чтобы посмотреть на финал турнира. — Он приблизился ко мне. — И он будет надеяться на кровопролитие. Декапитация того бедолаги произошла исключительно по инициативе Юджина, но это очень сильно развеселило Келлуса. — Он плюнул в сторону. — Жестокий выродок…       — Ещё раз: завтра никто из людей не умрёт. Сам всё увидишь, — загадочно улыбнулся я ему.

* * *

      — Настал час финала ежегодного турнира имени Его Величества Келлуса Гневного! — объявил глашатай, и трибуны начали сотрясаться от радостных возгласов. — И Его Величество почтил нас своим присутствием. Поприветствуем же нашего правителя! — На трибунах все захлопали в ладоши, и молодой золотоволосый юноша в королевском платье, обшитым золотом, небольшой короной на голове и мантией на спине.       — Я приветствую вас на турнире в мою честь, народ Интерфектореса! Мои приближенные сообщили мне, что сегодняшние участники достойны моего внимания. Очень надеюсь, что это так. — Он с улыбкой посмотрел на аристократов, отчего те нервно сглотнули. — Всем приятного времяпровождения на финале турнира! Да начнётся дуэль!       После его слов трибуна взорвалась криками воодушевления и хлопками в ладоши. Мне было не по себе от того, что сам король решил посмотреть на мой бой. Переведя взгляд на Мэла, который только и делал, что смотрел на меня, ободряюще кивнул мне и улыбнулся. Я моргнул ему в ответ и посмотрел на Юджина. Тот был крайне воодушевлён криками толпы.       — Страшно, парень? — хищно улыбнулся Юджин.       — Ничуть, бородатый, — широко улыбнулся я в ответ. — Славной тебе дуэли.       — Взаимно, Джеймс.       — Сегодняшняя дуэль обещает быть очень интересной. Бой между трёхкратным победителем турнира, Юджином Перерождённым, и тёмной лошадкой, Джеймсом Уильямсоном, который дошёл до финала благодаря своим навыкам. Или же это была его удача? Узнаем в ближайшие мгновения. Участники, поклонитесь друг другу!       Мы поклонились друг другу. Во время поклона я услышал, как Юджин смеётся. Так ждёт, чтобы разорвать меня? Не дождётся. Развернувшись, мы отошли друг на друга и встали на позиции.       — Обнажить оружие!       Я достал оружие и встал в защитную стойку. Он наверняка сразу атакует.       — Да начнётся дуэль!       Не успели эти слова сорваться с губ глашатая, как Юджин побежал на меня, резко меняя свою позицию. Я же внимательно следил за его действиями. Однако следующего жеста я никак не ожидал: он вытянул руку и попытался схватить меня за нагрудник, но я быстро отпрыгнул от него, что и использовал Юджин в свою пользу, сделав колющий удар, нацеленный мне в живот. Лязг металла. Отражение атаки.       — Смело, Перерождённый, — крикнул я ему.       — Рано радуешься, Джеймс, — выдохнул оппонент, и я увидел, как он заскрежетал зубами.       Он наносил удар за ударом. Каждый отдавался вибрацией в моих перчатках, он словно старался расколоть оружие, даже если такие удары повредили бы его меч. Как хорошо, что ещё до дуэли я нанёс на поверхность меча специальный состав, повышающий прочность оружия. Даже если при ударе меч Юджина сломается, мой клинок даже не треснет. Спасибо, Мэл.       Минут через десять его постоянных атак и моих отражений ударов мы оба выдохлись, но всё ещё стояли на ногах. Юджин смотрел на меня со злостью. Ещё немного, и из его ушей и рта повалил бы пар. В следующую секунду он завопил и побежал на меня, замахнувшись. Удар. Перекат. Снова удар, не успеваю уклониться. Ну, Мэл, если ты обманул меня…       Я схватил дол его меча протезом и удерживал его. Спуски меча были в нескольких сантиметрах от моей головы. Зрители были очень удивлены данным зрелищем. Итак, удар по его ноге… Он перехватил мой меч своей рукой?!       — Какого… — ошарашенно прошептал я.       — Не ожидал такого, сопляк? — оскалился Юджин. — Победа будет за мной!       — Ошибаешься, солдат, — ответил я и поднялся на ноги, не отпуская ни свой меч, ни его.       Ладно, Джеймс, это может не подействовать, но попробовать ты должен. Я на мгновение ослабил хватку и, вынырнув из-под его меча, закинул голову и со всей силы ударил лбом по его лицу. Юджин замычал и выпустил мой клинок из своей руки. Взмах меча. Удар. И вот его отрубленная кисть падает вместе с мечом. Юджин заорал от боли, но не сдался, схватив меч другой рукой. По толпе тем временем прокатилась волна восхищенных возгласов.       — Впечатляет, Юджин, — тяжело дыша, крикнул я, — но тебе лучше сдаться. Ты истекаешь кровью.       — Я не проиграю какому-то сопляку! — зарычал он в ответ.       — Ты сам сделал свой выбор, — прошептал я и приготовился к его атакам.       Однако, он смог орудовать мечом даже не основной рукой, что очень поразило меня. Но каждый его удар был смазанным и не таким сильным, как раньше. Было очевидно, что Юджин больше сосредоточен на своей культяпке, а не победе. Долго выматывать его мне не пришлось, и после очередного замаха он почти потерял равновесие, но старался идти на меня, чуть ли не переваливаясь из стороны в сторону. За ним тянулся след из крови. Мне было больно смотреть на то, как этот глупец пытается себе доказать, что он может выиграть в заведомо проигрышной ситуации. Да, его дух был силён, вот только после смерти он уже никому и ничего не докажет.       Потерявший много крови Юджин Перерождённый начал чаще дышать и, взяв меч настолько крепко, насколько это было возможно, побежал на меня. Я понял, что пора заканчивать с этим, и в момент атаки отразил её и проткнул его грудь с неистовым криком. Его тело дёрнулось, изо рта полилась кровь, и мой оппонент, выронив оружие, упал на колени. Прозвучала труба, и все зрители встали с трибуны, выкрикивая моё имя. Я уже не слышал их, а просто смотрел на умирающего оппонента, но смог выдавить из себя один вопрос, присев рядом с ним:       — Зачем ты вынудил меня это сделать, Юджин?       — Пот… тому чт-то… воин… н-не долж-жен… сдав-вать-ться… — После этих слов его голова опустилась, взгляд остекленел. Юджин Перерождённый был мёртв.       «Дурак ты, Юджин… Упёртый дурак», — пронеслось у меня в мыслях, и я вытащил клинок из его груди.       — И победителем турнира становится Джеймс Уильямсон! — закричал глашатай. — Ура чемпиону!       Убрав меч на пояс, я последний раз взглянул на труп соперника, закрыл ему глаза и, приложив кулак к груди в знак уважения павшему оппоненту, пошёл к выходу с арены. По пути я бросил взгляд на место, где сидел Мэл, но его там уже не было. «Да уж, воистину мастер», — покачал я головой.       На выходе меня встретил сам Келлус со своей свитой в виде пары аристократов и десятка стражников.       — Приветствую вас, Ваша Величество, — поклонился я.       — Здравствуйте, Джеймс, — кивнул он в ответ. — Я восхищён вашими стойкостью и владением оружием. Но мне было странно, что вы не сразу убили Юджина.       — Задача в дуэли — победить оппонента. Не так ли, Ваше Величество? — объяснил я, тяжело вздохнув. — Я не хотел его убивать, но он не оставил мне выбора. Смерть по вине своей же непреклонности… Как глупо, Ваше Величество. Если бы Юджин сразу сдался, то был бы ещё шанс спасти его, но он погиб, сражаясь за свои принципы. И в какой-то степени я даже уважаю его выбор.       — Очень благородные речи, Джеймс. Откуда вы родом? — поинтересовался Келлус.       — Сагитта, Ваше Величество, — коротко ответил я.       — Далековато… Я также слышал, что вы обучались у мастера Мэла, так? — уточнил король.       — Именно так, — кивнул я.       — Обычно не в его духе брать себе учеников, но, видимо, этот риск был более чем оправдан. Вы показали отличные результаты на турнире и вышли победителем, поэтому я приглашаю вас на приём в свой дворец. — Он указал рукой на замок. — Но прежде вас переоденут и отмоют. Не пристало чемпиону турнира быть неопрятным.       — Благодарю, Ваше Величество. — Я снова поклонился.       — Не стоит благодарностей. Господа, сопроводить Джеймса во дворец, искупать, переодеть и привести ко мне. Приём не ждёт. — Он сделал отмашку рукой, и по бокам от меня встали два аристократа.       — Идёмте, господин Джеймс.

* * *

      Дворец Интерфектореса был воистину величественным даже на подходах к нему: фасад был выполнен из белого камня, с красными крышами, и небольшим спуском от него, по которому меня сопровождали аристократы. Пройдя через ворота, я попал в город. Улицы были не менее оживлёнными: прилавки с провизией и одеждой, украшенные цветами и ленточками, люди по бокам улицы и в окнах домов, хлопающие, скандирующие имя Келлуса и бросающие лепестки цветов, пока мы шли ко дворцу. Мне было немного неловко от шика данного зрелища, поэтому я сделал невозмутимый вид, насколько это было возможно, и шёл рядом с аристократами, позади короля. «Торжественно и пышно, король… Великолепная работа», — улыбнулся я.       У ворот дворца нас встретила колонна стражи и красная дорожка, по которой мы шли. Когда наша демонстрация проходила мимо них, они встали по стойке смирно и не двигаясь. Только их броня еле вздымалась от вдохов и выдохов. Проследовав через ворота и войдя во дворец, мне предстали белокаменные коридоры, тускло освещённые факелами, украшенные картинами, вазами с цветами, стоящими на подставках, и щитами с гербами, в которые были воткнуты мечи и топоры. Пройдя чуть дальше, мы остановились у одной из дверей, и Келлус повернулся ко мне, указывая на дверь.       — Здесь вы сможете привести себя в порядок, Джеймс. Вам выдадут одежду, и я буду ждать вас в тронном зале, в вашем новом амплуа.       — Спасибо, Ваше Величество, — кивнул я ему.       Келлус ушёл в сопровождении аристократов, и лишь двое остались вместе со мной. Спустя минуту молодой паренёк подбежал к нам с чистым комплектом одежды. Один из аристократов принял у него вещи и кивнул ему. Мальчик поклонился и убежал. Я и аристократ зашли внутрь, но тот лишь положил вещи на столик и удалился, кивнув мне.       Я сел на небольшой табурет и снял сапоги. Немного вытянув уже свободные ноги вперёд, я потянулся и выдохнул. «Наконец, я смогу впервые за эти пять дней спокойно помыться», — довольно выдохнул я.       Раздевшись, я проследовал в небольшую комнату с ванной, душем, парой полотенец и раковиной с зеркалом. На раковине лежали помазок, крем для бритья и бритва, рукоять которой была с аккуратно вырезанным узором. Также здесь были кусок мыла, мочалка, упаковка с зубным порошком и небольшая щёточка. Краны у душа, сам душ и ванна были такими же, как в эльфийских купальнях, только выполненные из позолоченного металла. Вряд ли Гневный приказал бы сделать их из чистого золота.       Открыв кран и отрегулировав напор, я встал под него с куском мыла и мочалкой в руках и ощутил наслаждение. Горячая вода была практически идеальной температуры и так расслабляла после сегодняшней дуэли. Пока я стоял под струями воды и натирал мочалку, всё думал, о чём буду говорить с Келлусом. Найти тему для разговора было самым проблематичным. Начать говорить про нелюдей? Я могу сделать лишь хуже. Спросить про мир между расами? Глупо, он вряд ли пойдёт на перемирие с кем-либо, особенно с эльфами и зверолюдами. Ладно, хотя бы постараюсь добиться его расположения, а там уже буду смотреть по ситуации.       Помывшись, я выключил душ и, обтёршись полотенцем, подошёл к раковине. Стекло от пара уже успело запотеть, и я аккуратно вытер его боковой частью ладони, так, чтобы было видно всё лицо. Уставшее лицо, наполовину прикрытые веки, мешки под глазами, щетина… Какой кошмар. Надо найти в себе силы, чтобы не отрубиться прямо на приёме. Я включил воду в кране, намазал лицо кремом и, взяв бритву, принялся аккуратно сбривать щетину, по два-три раза проходясь по каждому месту. Сполоснув лицо после бритья, я провёл ладонью по щекам, шее и подбородку, чтобы проверить, не оставил ли я где-нибудь волосы. К счастью, всё было в порядке, и я снова умыл лицо.       Почистив зубы и прополоскав рот, я выключил воду, вытерся полотенцем поменьше и пошёл к столику с одеждой. Мои пыльная кожаная броня, в которой я сражался, скорее всего, будет выброшена. Для меня подготовили чистую рубашку, бархатный бордовый камзол, расшитый золотыми нитками, с пышными узорчатыми рукавами и воротником, такого же цвета кюлоты, высокие гольфы и бордовые туфли с золотой пряжкой. «Да, в такой одежде я ещё не появлялся на людях», — посмеялся я про себя. Тут даже были белые перчатки, великолепное прикрытие для моего протеза. Теперь у них точно не возникнет никаких вопросов.       Я оделся, причесался и вышел в коридор, за которым меня ждали те самые аристократы, что сопровождали меня сюда.       — Сэр Джеймс, вы выглядите великолепно, — сказал один из них.       — Королевский вид, сэр, — подмазался второй.       — Спасибо, господа. Идёмте же, не будем заставлять Его Величество ждать, — улыбнулся я им.       Они оба кивнули, и мы направились в тронный зал.

* * *

      Тронный зал оказался очень оживлённым местом: множество аристократов, дворян, даже военачальников. У каждого входа и выхода стояли стражники, равно как и у трона короля. По всему залу стояли столы с разнообразной едой и напитками: жареные кабаны на вертелах, рёбрышки, подложки с овощами и вазы с фруктами, кувшины с вином и огненной водой.       Проходя мимо столов со своей «свитой», я подмечал, как все обращают на меня внимание и даже прекращают свои разговоры, едва завидев нас. Мэл также был среди этих «снобов» и улыбнулся мне, приподняв бокал.       Я снова встретился с королём лицом к лицу и поклонился ему.       — Выглядите отлично, Джеймс. Намного лучше, чем в той кожаной робе, — усмехнулся Келлус, вставая со своего трона и подходя ко мне.       — Благодарю, Ваше Величество, — ответил я. — Эта одежда так прекрасно сидит на мне, словно на меня и сшили.       — Я рад, что вам нравится. Теперь этот наряд ваш. — Вот это щедрость, Келлус, не ожидал. — А теперь пришло время для награждения. Джеймс, встаньте на колено. — Я сделал, как он просит. — Властью данной мне народом Флюмина, моим покойным отцом, Беренгарием Безжалостным, с благословения Саманты Мирной, я официально провозглашаю Джеймса Уильямсона победителем ежегодного турнира и почётным гостем Интерфектореса.       После его слов в зал вошёл стражник с красной подушкой в руках и подошёл к Келлусу. Король взял с подушки золотой венок и надел мне на голову. Все находящиеся в зале захлопали в ладоши.       — Спасибо, Ваше Величество.       — Также по окончании приёма вы сможете выбрать любую вещь из моего дворца в качестве приза за победу, — объявил Гневный.       «Слишком много подарков за один день от короля, — подумал я. — Может ли быть так, что он пытается таким образом меня задобрить? Надо быть настороже».       — Теперь, Джеймс, наслаждайтесь вечером. А если вас интересуют какие-то вопросы, сможете задать их в конце вечера, — сказал Келлус.       Я поклонился ему и пошёл к Мэлу. Тот, видимо, пристально следил за нашей беседой, потому что так же пристально смотрел на меня, пока я шёл в его сторону.       — Ты словно чем-то недоволен, наставник, — усмехнулся я.       — Нет, просто мне неприятно самому видеть физиономию этого Келлуса. — Мэл отвёл взгляд и осушил бокал. — В одном из своих походов я видел, как он приказал вырезать целую деревню. Солдаты убили всех мужчин, а детей взяли в рабство. Женщин сначала насиловали на протяжении нескольких дней, а затем убивали. Мне было настолько противно смотреть на всё это, что я просто не принимал в этом участие. Командир, что был моим нанимателем, счёл меня странным, но не стал заставлять. А в конце ещё и заплатил меньше.       — Ужасы войны как они есть… — Я налил в свободный бокал огненной воды и осушил его практически залпом. — Но этому я не слишком удивлён, особенно после рассказов Юджина.       — Твой Юджин был тем ещё выродком, давай признаем, — недовольно произнёс диминис.       — Не отрицаю этого, но мне до сих пор не по себе убивать кого бы то ни было. — Я взял свиное рёбрышко и, сняв перчатку с целой руки, принялся его грызть. — Думаю, ты прекрасно понимаешь меня. Однако, одна умная мысль от него и была, пускай и на смертном одре.       — Какая же? — Наставник приподнял бровь.       — Воин не должен сдаваться, — ответил я.       — Действительно, умные слова, — согласился Мэл. — Но не от того человека ты их услышал.       — Ну, не ты их произнёс, так что… Эй, куда ты смотришь?       — Смотри, вон там, у Келлуса, — прошептал шпион.       Я повернул голову и посмотрел в сторону трона. Возле него стоял аристократ, возле которого была… девочка? Нет, не девочка. Мерфолк. Она была одета в лохмотья, на шее покоился ошейник, а ноги и руки были скованы цепями. Сзади красовался серебристый хвостик, а из растрёпанных волос торчали острые ушки. Келлус махнул рукой, и аристократ повёл её через дальнюю правую дверь.       — Мне не показалось? Это ведь… — не успел я договорить, как был перебит.       — Да. Мерфолк-ребёнок, похожа на лису. Небось из очередной вылазки людей Его Величества. — Он плюнул через плечо.       — Пожалуй, я смогу забрать её, — прошептал я.       — И как же ты… — Видимо, шестерёнки в его голове закрутились и начали свою работу, раз он сразу оживился и загадочно улыбнулся. — Молодец, Джеймс. Хвалю за смекалку. Вот только о чём ты будешь разговаривать с ним, я не совсем понимаю, — налив ещё вина и отпив из бокала, продолжил Мэл. — Если ты понял, какие бесчинства он может творить, да и любой человек в этом королевстве, то я даже не знаю, о чём ещё можно с ним разговаривать.       — Не волнуйся, я умею подбирать слова, — улыбнулся я и обновил свой фужер.

* * *

      Как только приём закончился, стража попросила всех удалиться из тронного зала. Все постепенно начали уходить, Мэл сказал, что будет ждать меня у выхода из столицы. Зал постепенно опустел. Келлус подозвал меня к себе, и мы направились по коридору как раз в ту самую дверь, куда увели тут девочку.       — Итак, Джеймс, придумали, что хотели бы у меня спросить? — поинтересовался Келлус, пока мы шли по коридорам дворца в сопровождении его стражников.       — Да, Ваше Величество. Ответьте, пожалуйста, откуда в наших сердцах так много ненависти?       Мой вопрос словно поставил его в ступор.       — Довольно интересный вопрос, Джеймс. А вы сами как думаете? — ответил он вопросом на вопрос.       — Вероятно, из-за того, что это заложено в нас, нет? — Я пожал плечами. — Мама рассказывала мне, что в древности боги обманули людей, подвергая их разнообразным пыткам и превращениям. После этого образовались другие виды, чем-то похожие на нас.       — Это выродки, а не другие виды, Джеймс. Наши создатели насмехались над нами тысячелетиями. Моя семья уже несколько поколений пытается положить конец существованию других видов, ибо они не должны существовать в Новеме. — Каждое его слово было пропитано ненавистью и злобой. — Единственный вид, к которому мы не испытываем отвращения, — это оласки. Горный народ довольно неплохо занимается торговлей, поставляя нам мечи и доспехи.       — А разве не проще заключить со всеми договорённость? Худой мир намного лучше хорошей ссоры, разве нет?       — Вы верно подметили, Джеймс. Однако после восстания Флюмина правители других народов не слишком хотят иметь с нами дело. Равно как и мы с ними, — продолжал свою злобную тираду Келлус. — Поэтому мы имеем что имеем: взаимную ненависть со всех сторон, которой, видимо, не будет конца.       Значит, он уже смирился со своей участью и участью своего народа, пуская всё на самотёк… Мерзко, парень, мерзко.       — Я понял вас, Ваше Величество. Теперь мне всё стало ясно. — Я потёр лоб.       — Очень хорошо, что мы всё разрешили, Джеймс, — натянуто улыбнулся король. — Итак, вы уже решили, что хотели бы взять из моих вещей?       — Да, Ваше Величество, — кивнул я. — Помните ту девочку-мерфолка, которую привели в тронный зал во время приёма?       Келлус напрягся от моих слов.       — Разумеется. Вы хотите этого ребёнка? — удивился он.       — Именно так, Ваше Величество. Я хочу забрать ту девочку с собой.       — Вы очень интересный человек, Джеймс. Я смогу это сделать, но сначала ответьте на один вопрос: зачем она вам?       — Моя мама давно хотела себе служанку. Если я не ошибаюсь, она не сможет навредить своему хозяину?       — Не сможет, Джеймс. Её парализует, если она посмеет даже замахнуться на вас, — рассказал Келлус.       — Меня устраивает.       — Хорошо. — Он обернулся к страже. — Сопроводите его. На сим я оставляю вас, Джеймс. Удачно вам добраться до дома с этим зверёнышем. — От последних слов он усмехнулся.       — Несомненно, Ваше Величество. Благодарю за приём. — Я поклонился королю.       Келлус кивнул и удалился. Стражники повели меня дальше по коридору и указали на дверь, где, по их словам, содержалась девочка. Я открыл дверь и увидел, как в маленькой пустой комнатушке с единственным окошком, огороженном решёткой, через которое невозможно было пробраться. Посередине комнаты сидела она, и вправду лисичка: взгляд пустой, одежда рваная, волосы растрёпаны, на руках и ногах ссадины и синяки, а сама она тощая, словно её не кормили несколько недель.       — Да уж… Болезненный у тебя вид, девчуля, — сказал я и взял её за подбородок. — Не боишься меня? — Она слабо мотнула головой. — Ты понимаешь меня?! — Кивок. — Хочешь уйти? — Очередной кивок. — Тогда идём. — Я повернулся к солдатам. — Можете освободить её от цепей?       Стража кивнула и отстегнула цепи от её ручек и ножек, оставив только ошейник. Я взял ребёнка на руки и вышел из комнаты.       — Постойте, сэр. Так просто с нелюдем вы не сможете ходить по городу. Пройдёмте, мы выведем вас через другой выход.       Я кивнул и последовал за ними. Девчушка просто сидела у меня на руках, крепко прижавшись ко мне. «Не бойся, малышка, всё будет в порядке, — говорил я про себя. — Надо после встречи с Мэлом залечить ей раны и накормить».       Мы вышли к винтовой лестнице, спускаясь всё ниже и ниже. Минут пять мы просто спускались вниз. Наконец, лестница закончилась, и моему виду предстала вытянутая труба, огороженная решёткой. Миновав препятствие, один из стражников зажёг факел, и дальше я следовал по тёмному туннелю, который, казалось, был бесконечным. Лишь одинокий, тусклый свет факела освещал нам дорогу. Интересные у вас пути отхода, Ваше Величество…       Но, как оказалось, это была полноценная система из проходов, а не просто прямая труба. И, видимо, лишь определённые стражники знали правильный путь. Спустя с десяток поворотов мы снова повернули налево, и в конце этого пути я завидел ещё двух стражников, охраняющих железную дверь. Те напряглись и направили на нас свои копья. Девочка вскрикнула и сильнее прижалась ко мне.       — Вы кто такие? Что вы здесь делаете?       — Мы здесь по приказу Его Величества. Вот его распоряжение. — Стражник протянул ему грамоту.       Стражи опустили копья и, прочитав её, открыли дверь и встали по стойке смирно       — Извините, сэр Джеймс, проходите, — ответил один из них.       — Эмм… Спасибо? — непонимающе сказал я и прошёл к лестнице.       — Удачи вам, Джеймс, — крикнул один из них. — И ещё: передайте Майклу привет от Дерека.       Я на секунду остановился и обернулся, услышав его просьбу. Но сразу понял, что происходит, и кивнул ему.       — Обязательно, — сказал я, и дверь за мной закрылась.       Выйдя наружу, я ощутил свежий воздух и тёплый ночной ветерок. Этот потайной лаз действительно был недалеко от арены. Девочка уже спала у меня на руках. Я умилился её виду.       — И явил он лик свой народу, и воспряли прихожане духом, скандируя его имя, молясь ему на рассвете, превознося его как бога своего… — пафосно произнёс Мэл, выходя из-за ближайшего дерева. — Но то был не ты, Джеймс. И я очень рад, что ты смог заполучить ребёнка.       — Потише, малышка заснула, — попросил я.       — Оу… Разумеется. Держи ала, — прошептал он и протянул мне заколку.       Я нацепил лист на ухо и начал говорить через него:       — А я очень рад, что меня сопровождали твои друзья-шпионы, — улыбнулся я. — Вы очень предусмотрительны, мастер.       — Эмм… — оторопел диминис. — Среди стражи нет наших шпионов.       — Тогда почему один из них сказал передать Майклу привет от Дерека? — уточнил я с ноткой беспокойства.       — Дерек? Так он… Вот ведь Майкл, а… Получается, я не о всех шпионах знаю, — развёл он руками.       — То есть это всё же были шпионы… Не ожидал я такого от него, — сказал я, и лёгкая улыбка тронула мои губы.       — Аналогично, Джеймс, — посмеялся Мэл.       — Кстати, совсем забыл: сколько по итогу ты заработал на турнире? — поинтересовался я.       — Ха, не забыл всё же… Четыреста двадцать золотых. — Он похлопал кошелёк, покоящийся на его поясе. — И они теперь твои.       — Пожалуй, эти деньги я хотел бы потратить на эту малышку. — Я погладил девочку по голове, и она поёрзала у меня на руках. — Ты же сможешь позаботиться о ней, как вернёшь в Тессеру?       — За это не переживай, Джеймс. — Он похлопал меня по плечу. — Всё будет в лучшем виде.       Я улыбнулся ему, и Мэл, достав мой камень рефугиума, перенёс нас троих на поляну позади поместья.