Targaryen Restoration

…С пятой попытки нож наконец удалось выдернуть, и он полетел на землю. Его лезвие было всё в кроваво-красном соке, словно им только что кого-то зарезали. Эймон отдёрнул руку от ствола огромного чардрева, еле разлепил пальцы, перемазанные в том же соке, и от души выругался. Теперь попробуй ототри… Он потряс ладонью и снова ругнулся. Неприятное ощущение — не зря он обычно предпочитал держаться от этих диковинных северных деревьев подальше. Вот только сегодня Лианне приспичило пойти не в Западный или Восточный двор, как обычно, а в замковую богорощу, чтобы там потренироваться в метании ножей. И ведь сколько раз Эймон ей повторял: не годится метать ножи в чардрева, которые к тому же обладают таким липким соком. Но нет, упрямой младшей сестрице ничего не докажешь. Ей-то не докажешь, а вляпался, как всегда, Эймон. — Ну ничего, — вслух проговорил кронпринц, стараясь не обращать внимания на вновь слипшиеся пальцы. Было похоже, что его ранили в руку. — Вот сама попробует, что из этого получается, и больше не будет делать глупости. — …А я тебе говорю, это очень удобно! И к тому же тут нет никого… Весёлый голос Лианны, раздавшийся прямо за спиной, заставил Эймона дёрнуться и обернуться. Длинные, доходившие ему до плеч серебряные кудри, которые он сегодня неосмотрительно не дал Миссандее заплести, резко подлетели в воздух, а через миг богорощу огласил громкий вопль. Принцесса согнулась от хохота, глядя, как её брат пытается высвободить пряди, попавшие в стекающий по стволу сок чардрева, который имел свойство быстро застывать. Естественно, ничего не получалось. — А я тебе говорила, Эйм: нечего в богороще красоваться — ты не на приёме, подбери волосы, — наставительно проговорила Лианна и тряхнула каштановой головой, где почти никогда не бывало вороньего гнезда. Эймон только фыркнул, дёрнулся и охнул от боли. Волосы прилипли очень неудобно, сзади, и теперь ему приходилось изгибать шею, чтобы не слишком тянуть за них. Принц попробовал выгнуться и дотянуться до затылка, но опять ничего не вышло. — Постой. — Сестра придержала его за плечо. — Давай помогу. — Не вздумай обрезать, — прошипел Эймон, сверкая серо-стальными глазами. — Предпочтёшь остаться тут, пока это не понадобится? — усмехнулась Лиа, но свой кинжал, который уж было достала из ножен, всё же спрятала. — Хотя ты прав: такую красоту резать, пожалуй, нельзя. Она мягко коснулась затылка Эймона, поддерживая, чтобы брату было удобнее, и принялась осторожно отлеплять его от чардрева. Несколько раз дёрнула так, что у принца заслезились глаза, но он мужественно не проронил ни звука. Только жмурился и молчал, чувствуя, как Лианна, успокаивая, поглаживает его затылок. — Ну вот и всё. Она помогла Эймону выпрямиться, и тот со стоном принялся разминать затёкшую шею. Потом коснулся волос — на добрую четверть они были словно вымазаны в крови — и вздохнул. — Вымоешь как следует, и всё сойдёт, — успокоила его сестра. Эймон только опять фыркнул. — А я, если надо, помогу. Оттого, что Лианна стояла слишком близко, её горячий шёпот коснулся уха брата, а губы мазнули по слипшимся локонам, и Эймон невольно задрожал. Волосы у него и вправду были истинно таргариенские: длиной до плеч, объёмные, они напоминали снег на вершине горы, а когда на них попадал солнечный свет, ещё и блестели золотом. Залюбовавшись, Лианна прикрыла глаза и запустила в них свои пальцы: мягкие пряди приятно скользили по коже, словно шёлк. Девочка сглотнула, всё ещё поглаживая кожу головы брата кончиками пальцев, и посмотрела в его лицо — кажется, он даже испытывал удовольствие от этого. Почти всегда, понимая, что брат красив и привлекателен, Лианна втайне завидовала ему: она считала несправедливым, что Эймон больше неё похож на валирийца, пусть даже ему самому было далеко до Джиора — копии матери. Но в данный момент принцесса почему-то зависти не испытывала: с замиранием сердца рассматривая такие знакомые и родные черты лица, она не чувствовала ничего, кроме восхищения. Не в силах больше бороться с собой, она непроизвольно дотронулась губами до виска Эймона, всё ещё продолжая поглаживать его серебряные локоны там, где они не были затронуты соком чардрева. Ощутив прикосновение гладких губ, кронпринц тут же открыл глаза, в которых виднелось то ли непонимание, то ли удивление. — Ты чего это? — хрипло прошептал он, устремив взгляд на сестру. — Ничего. Мне… мне нравится, когда ты так пахнешь, — отозвалась Лиа, смущённо улыбаясь. — Сильнее даже, чем когда ты моешься тем травяным мылом из Простора, что привёз в подарок маме лорд Уиллас Тирелл. — Надо будет как-нибудь самим наведаться в Простор, — улыбнулся Эймон и, благодарно проведя ладонью по плечу сестры, поспешно отстранился, не обращая внимания на её обиженную гримасу. — Идём в замок, поможешь мне вымыть волосы. — Хорошо. — Лианна как зачарованная шагнула вслед за ним. — А метать ножи в богороще мы больше не будем, — прищурился Эймон. — Как скажешь, братец, — улыбнулась в ответ принцесса.