Горящий остов

Взрыв. И за секунду зелёную опушку обволакивает взвесь песка, сухого грунта и придорожной пыли. Хината закашливается и прикрывает рот ладошкой. Сознательно тормозит себя. Нельзя использовать силу своих глаз и выдать себя в первую же серьёзную атаку. Поэтому она пытается восстановить в голове примерное положение Хатори и хоть как-то сориентироваться в пространстве. Эх… сейчас бы сюда Кибу с Акамару и их острый нюх. Но времени на сожаления нет, а на западе от неё уже раздаются звуки боя. Хината кинулась в сторону предполагаемого нахождения Хатори, сокрушаясь, что совсем мало занималась с холодным оружием. Катана или танто сейчас ей бы точно не помешали. Мелкий гравий под ногами и отсутствие нормального обзора затрудняли поиски, к тому же то тут, то там попадались разлетевшиеся в разные стороны от взрыва куски повозки: где-то часть брезентового тента, где-то остатки колеса, и то, от чего сердце Хинаты защемило — обуглившаяся местами одежда… На её удачу искусственный туман начал рассеиваться, и впереди замаячило тёмно-синее хаори, Хината прибавила шаг и пыталась не отвлекаться на раздающиеся отовсюду выкрики сражающихся. Охрана Хатори как-никак тренированные самураи. А у неё была лишь одна задача. Рослый незнакомец с повязкой на левом глазу почти зажал Хатори у ближайшего клёна, приставив острый клинок к его горлу. Времени на раздумья больше нет, и Хината мчится к ним, одним чётким ударом с разбега врезается в лодыжку нападающего. От неожиданности тот роняет клинок, Хатори же, воспользовавшись общей суматохой, отпрыгивает назад и поднимает лежавшее на дороге танто. — Ксо, — незнакомец пытается подняться с пыльной грунтовки, но Хината прижимает его горло остатком доски от телеги и, тяжело дыша, пытается удержать на земле. — Хрррррр, — он буквально рычит сквозь зубы, — подвинься, девочка! Ей бы хватило пары атак мягкой ладонью, и этот бугай вырубился бы уже через несколько минут. Но приказ есть приказ, и она, как верный своей деревне солдат, не может ослушаться. Никто не должен знать, что шиноби Конохи и сын дайме, нарушая с десяток дипломатических договорённостей, тайком пробираются в один из Храмов. Нападающий вырывает руку, чтобы ударить ей под дых, — приходится изворачиваться, но доску от его шеи она не отнимает, надо всего лишь его обездвижить. Он, похоже, здесь за главного. А стоит лишить банду главаря, как они разом ретируются обратно в логово. По крайней мере, ей хотелось так думать. Пальцы начинали кровоточить от впивающихся в них торчащих из доски заноз, а главарь никак не хотел сдаваться, вырываясь из её не самого крепкого захвата. Неожиданно кто-то сзади хватает её за волосы и тащит назад. Кажется, ещё секунда, и их вырвут под корень, да ещё и со скальпом. Стон боли срывается с девичьих губ, но даже пока её тащат оголившейся из-под футболки спиной по каменистому грунту, оцарапывая нежную кожу, она ищет глазами Хатори. У Хинаты внутри всё будто сжимается и даже не от физической боли (к ней-то она как раз привыкла), а от накатывающего волнами страха. Она должна справиться, уберечь Хатори и разобраться с нападающими. Картинка в голове никак не сложится — вряд ли нападающие просто разбойники, иначе уже забрали бы всё, что плохо лежит и скрылись в лесу, но вместо этого они уже полчаса как ведут бой и упорно хотят захватить Хатори. Неужели знают, кто он на самом деле? Горечь прокатывается по горлу склизким комом, а затылок противно ноет от удара. Кем бы ни были эти нападающие, они явно не церемонятся. Громкий хохот раздаётся слева, где стоит один из двух бугаев, что буквально оторвали её от своего главаря, не забыв при этом протащить её по неровной грунтовке и приложить головой о ствол многолетнего дуба. Теперь же, воспользовавшись её замешательством и секундной потерей ориентации из-за удара, они начали привязывать её к дереву. Хината даже не старалась вырвать руки из захвата — испуганно искала Хатори взглядом. Но перед ней предстал тот самый главарь, раздраженно потирая красную шею. Видимо, она всё-таки хорошенько поцарапала её доской. — Кто ты, ками-сама, такая?! — бугаи смирно встали за её спиной, закончив вязать узлы, а главарь всячески пытался привлечь внимание. Хината же пыталась не отвлекаться и хоть как-то сдержать нарастающую внутри панику. — На меня смотри! — звонкая пощечина, и кожа на щеке словно загорается пламенем. Только сейчас она начинает медленно осознавать, что просто так отсюда им не выбраться, а установившаяся тишина кажется поистине зловещей. Хината фокусирует взгляд на мужчине, что, кажется, выше её на полторы головы и выглядит словно каменная глыба. Изо рта тонкой струйкой течёт алая кровь, капля за каплей падая на примятую траву. Она просчитывает варианты: если использовать дзюцу, то их просто нельзя будет оставлять в живых, но если всё будет продолжаться так и дальше, то и она на этом свете не задержится. — Повторяю вопрос, кто ты такая?! — главарь злится, кричит ей практически в ухо, так близко, что до нежной кожи долетают капли его слюны. Она вся съёживается, пытаясь отстраниться, молчать больше не получится. Мужчина требует ответов, а его верные соратники только и ждут подходящего момента, чтобы кинуться истязать хрупкую девушку. Глубокий вдох, от которого в левом боку начинает нещадно колоть. Всё-таки удар не прошёл бесследно. Но сейчас ей просто нельзя отвлекаться на боль, где-то там ждёт её помощи Хатори. Как же жаль, что рядом нет Саске… его не хватало как никогда. Кажется, сожаление растекается с кровью по телу, одновременно с накатившей волной обидой. Как он мог бросить их, оставить миссию? Хотя в случае с Учиха именно такого поведения и следовало ожидать. Сердце словно защемило от всплывшей в голове картинки того самого утра, когда она открыла глаза под раскидистым деревом, обнаружив лишь потухший костёр и дурацкую записку. А ведь ей даже на мгновение показалось, что они могут… подружиться? Или его своеобразное участие в её жизни лишь из-за её безответных чувств к Наруто? Переживает за друга? Или ждёт повода поиздеваться? Горечь обиды сменяется злостью. Она сказала, что не попросит его помощи, значит так и будет. Ни вслух, ни на периферии сознания Хината не допустит даже мысли об этом. Она сжимает кулаки, несмотря на плотные канаты, раздирающие кожу запястий, прогоняет чакру по каналам. Делает очередной глубокий вдох и резко, сосредоточив немного чакры в кулаках, разрывает одним движением рук связывающие её путы. Хината так много тренировалась в своё время с братом, что и без бьякугана помнит основные точки сосредоточения энергий на теле человека. Ей бы только добраться до его шеи… Но пособники не дремлют, пытаясь задержать её и загородить своего главаря. — Чертова девчонка! — слышится слева. Приходится пригнуться, чтобы увернуться от летящих в неё самодельных сюрикенов. Знали бы они, сколько раз ей приходилось залечивать раны от настоящих орудий, не пытались бы даже использовать настолько примитивные атаки. Разодранная местами футболка колышется от резких, но точных движений, а главарь лишь следит за её схваткой со своими разбойниками. Если бы она готова была убить их, они бы уже были мертвы. Разница в уровне подготовки была заметна невооруженным взглядом. Но Хината до щемящего сердца не хотела марать свои нежные руки кровью, а они словно не понимали нависшей над ними угрозы. Нападали со спины, пытались оглушить, один даже выхватил из-за пазухи острый кинжал. Но наследница клана Хьюга могла выстоять и против целой банды таких же разбойников с большой дороги. Поэтому использовала по большей части лишь блоки и слабые атаки, когда боковым зрением заметила, как массивная фигура отдаляется в сторону леса. «Неужели решил сбежать?» — проносится в голове. Но мелькнувшее между стволов синее хаори развеяло её сомнения. «Хатори…». В такие моменты ей казалось, что тело двигается автономно, потеряв связь с сознанием. Словно не её правая рука блокирует удар, вырывая клинок из рук нападающего, перекидывает подобно жонглеру нож в левую руку и тут же буквально по самую рукоять вонзает его в плечо другого бандита. Тот отшатывается от неё с непонимающим взором и сжимает другой рукой раненое плечо, тогда как второй лишь в панике округляет глаза. — Уходите, — Хината хрипит и пытается отдышаться; если они не внемлют её словам сейчас, то придётся идти на крайние меры. К счастью, оба оказываются не более чем трусами, надеющимися вдвоём одолеть на первый взгляд хрупкую девушку. Буквально минута, и их силуэты скрываются на лесной опушке. Кажется, даже сбегая, они не забыли схватить пару мешков с награбленным. Но это уже мало волнует чуть запыхавшуюся Хинату, секунда на размышления — и вот она уже несётся в другую сторону, туда, где, по её мнению, должны были быть главарь с Хатори. И без того рваная одежда цепляется за вездесущие сучки, а местами опавшая листва шуршит под ногами, выдавая её с головой. — Опять ты! — рычит главарь и несётся в её сторону. Она уходит от атаки, спрятавшись за стволом многолетнего дуба, пока разъярённый главарь наносил удары по дереву. — Хината, уходи! — слышится голос Хатори. Ухмылка расползается по лицу помимо её воли, она как-никак куноичи и ни за что не провалит эту миссию. Убережёт Хатори любой ценой. Кажется, главарь был настолько уверен в собственной непобедимости и её ничтожности, что даже не пытался увернуться от прямого удара прямо под дых. И каково же было его удивление, когда Хината словно обвела его вокруг пальца имитацией атаки и оказалась за его спиной. А там уже хватило прицельного удара под самое колено, и вот уже почти двухметровый амбал валяется у её ног. Не став совершать своих же ошибок, Хината склоняется над ним и, нажав всего несколько точек на шее, погружает некогда грозного соперника в глубокий сон. Она отползает от него в другую сторону, облокотившись на ближайшее дерево, и делает один глубокий вдох за другим. Веки тяжелеют, а усталость опускается на плечи неподъёмным грузом. Однако удовлетворение от собственных действий приятно греет душу. Им бы сейчас немного отдохнуть и помчаться в точку сбора. Главарь очнётся нескоро, они успеют уйти достаточно далеко. Остаётся надеяться, что Хатори не сильно пострадал, а со своими ранами она как-нибудь справится… Звук лезвия, скользящего из ножен, вырывает её из собственных рассуждений, а крик вырывается из горла позже, чем следовало: — Нет! — рука тянется в сторону Хатори, что склоняется над поверженным противником. Но тот словно и не слышит её. Одно движение, и бурая кровь из горла лежавшего главаря орошает опавшую листву. Хината не успевает подняться со своего места, как Хатори оборачивается к ней, вытирая лезвие подолом, отчего синяя ткань обретает совершенно иной оттенок. — Пойдём, Хината-сан. — Но… — она не может оторвать испуганного взгляда от истекающего кровью противника; кажется, он даже пытается что-то сказать из последних сил. — Д-д-д-де-во… кх-кх-кх …ка, — Хината несётся к нему, не обращая внимания на раздражённый взгляд Хатори, — он… он… Ей пришлось вспоминать все свои скудные знания по ирьёниндзюцу, но руки-таки загораются зелёным свечением. Может, он потерял не так много крови, может, она успеет её остановить… Хината зажмуривается от резкого звука, но рук не убирает. Слёзы застилают глаза, а осознание, что лечить больше некого, пронзает подобно электрическому разряду. — Хватит, Хината-сан, — его голос кажется каким-то искусственным, ненастоящим, словно с металлическим призвуком, — нам пора уходить. Ей через силу приходится распахнуть лавандовые глаза, но лучше бы она этого не делала — из груди главаря торчит то самое танто, а Хатори удаляется в сторону дороги в хаори, окрашенном чужой кровью. Пустота расползается по телу, словно все силы разом покинули её. Как куноичи она не раз и не два встречалась лицом к лицу со смертью. Но ничто не расстраивало её так, как ненужные жертвы. Она ладонью прикрывает глаза главаря и на негнущихся ногах спешит за Хатори. Кажется, её миссия обрастает новыми подробностями. Ей придётся защищать ужасного человека. Но приказы ведь не обсуждаются?

***

В камине догорают остатки собранного хвороста, а рис, лежавший перед ней на тарелке, кажется совершенно безвкусным и просто не лезет в горло. — Вы бы так не пострадали, Хатори-сама, если бы рядом с Вами был настоящий профессионал, — Хэйдзе снова брюзжит буквально у неё над ухом, но она уже научилась не обращать на него внимание. — Хината-сан отлично справилась, — лениво отвечает Хатори. Все её естество противится услышанному. Она замечательно справилась! Мирные жители из их каравана вовремя разбежались, самураи Хатори достойно приняли бой, да так, что все разбойники посчитали лучшим вариантом развития событий просто сбежать с награбленным. А главаря она обездвижила. Но Хатори этого, видимо, показалось мало, раз он решил воткнуть тому прямо в сердце танто. Поэтому она не считала нужным оправдываться за несколько царапин на теле своего подопечного. Её синяки и немногочисленные ушибы были куда серьёзнее, но она даже не акцентировала на этом внимания. Надо просто не забыть перед сном обработать собственные раны, особенно глубокую царапину на спине, появившуюся после её «поездки» по камням. — Если бы рядом с Вами был тот Учиха… — завёл свою любимую песню Хэйдзе, а Хината закатила бы глаза, если бы не устала настолько, что её уже даже не раздражало это непрекращающееся ворчание. — Но его не было, — кажется, Хатори уже сам утомился от собственного советника, — а Хината-сан была. Ей было противно слышать своё имя из его уст, так что плечи сами потянулись к шее, словно защищаясь и отгораживаясь от него. Она даже села в самый дальний угол, лишь бы не пересекаться с тем, кого обязана защищать. В голове сам по себе возник образ Наруто. Что бы он сделал на её месте? Как бы выбрался из этой ситуации? Смог бы не допустить лишних жертв? Спас бы главаря, несмотря на то, что тот напал на них первым? Высказал бы Хатори всё, что думает о нём? Отказался бы от этой миссии? Сбежал бы как Саске? Что же ей делать? Ох, если бы рядом был он… она бы смогла сделать правильный выбор. Но какой же он? Сможет ли она после всего произошедшего посмотреть в глаза Наруто? Или отказ от миссии будет расценен даймё как неповиновение Конохи? К подобным выходкам Саске все уже давно привыкли, но как такое её поведение будет расценено Хокаге? Не справилась? Не смогла? — Хината? — Хатори оказывается слишком близко, отчего Хината скользит по деревянной скамье в противоположную от него сторону. Озирается по сторонам, но, видимо, пока она прикидывала варианты своего дальнейшего поведения, они остались одни в этом зале. — Я пойду, Хатори-сан, — руки неосознанно оттягивают рваную футболку в попытке прикрыть оголённый живот, но лучше от этого не стало, — пора спать. — Но ты совсем ничего не поела… — он косится на полную тарелку, правда, этой передышки хватает ненадолго. Хината пытается успокоить себя, что всё происходящее не более чем её паранойя, но ей кажется, что Хатори испепеляет её взглядом, изучает скрытые немногочисленной и, к тому же, рваной одеждой формы. Пока они шли до точки сбора, времени на переодевания не было, к тому же, вся её одежда осталась в одном из сожжённых из-за нападения обозов, что вводило скромную от природы Хинату в ступор. Дыхание учащается, а страх словно окутывает её липкими лапами. — Боишься? — он вопросительно поднимает бровь, а ультрамариновые глаза уже не кажутся ангельскими, скорее напоминая бездонную пучину океана — поглотит и не заметит. Хината шумно сглатывает, но не чувствует в себе сил, чтобы встать и уйти; если бы она его не знала, решила бы, что он шиноби, умело накладывающий гендзюцу. А чем иначе объяснить её полнейшую дезориентацию? Ладонь Хатори ложится на её колено, и крик буквально застревает в её горле. Ей бы закричать, скинуть его руку, сбежать отсюда, но она лишь неловко пытается отодвинуться. — Он хотел убить нас, — вторая рука ложится на её щеку, шершавая подушечка большого пальца скользит по ссадине, рассекающей скулу, — я лишь пытался защитить, — она задерживает дыхание и отворачивает голову в другую сторону, но Хатори и не думает сдаваться, лишь сильнее сжимая в захвате коленную чашечку, — защитить нас, Хината. Она чувствует на шее его дыхание, а сердце буквально выпрыгивает из груди. Слишком много касаний, а ведь сначала он даже понравился ей. Показался достойным человеком, однако всё произошедшее сегодня… было за гранью её представлений о хорошем человеке. — Ты обещала помочь мне, Хината, — она уверена, что он прекрасно понимает, как ей неприятны все его прикосновения, но продолжает гнуть свою линию и склоняется к самому её уху, прижимаясь к груди, — куноичи же держат своё слово? Его хаори с засохшей кровью противно оцарапывает кожу, а к горлу подкатывает мерзкий ком. Громкий звук бьющейся об каменную стену двери заставляет его отпрянуть, и Хината с благодарностью смотрит в сторону вошедшего. Саске же тяжело дышит, раздувая ноздри. Делает несколько шагов к ним, но Хатори не двигается и на сантиметр, продолжая сжимать девичью коленку. Её щёки горят так, что кажется, ещё чуть-чуть, и голова буквально закипит. Саске же походя распахивает походный плащ и лезет в карман. Ещё секунда, и на стол падает сложенный втрое лист, а плащ оказывается у Саске в руке. — Точные координаты Храма, что вы ищете. Хината старается не смотреть на него и не думать о том, как всё выглядит со стороны. Но что, если он расскажет об увиденном своему лучшему другу? Что о ней подумает Наруто? Очередная легкомысленная девушка, решившая устроить свою жизнь браком с завидным холостяком? Мысли об этом и заполняющий грудь стыд от них затмевает даже отвращение, что накрывало её от всех прикосновений Хатори. — Так вот почему Вы оставили нас, Учиха-сан, — Хатори ухмыляется. — Рылись в библиотеке, пока мы с Хинатой отбивались от многочисленных разбойников? Хината вся съёживается, а Саске изучающе осматривает смущённую девушку, цепляясь взглядом за рваную футболку, синяки и ушибы. Плащ опускается на девичьи плечи, и Хинате впервые за вечер кажется, что она наконец-таки под защитой, будто снова спряталась в панцирь. Словно это проявление своеобразной заботы вновь вернуло ей всю уверенность. Она резким движением вырвала свою коленку из цепких рук Хатори и поднялась со скамьи, но так и не решилась взглянуть на Саске. Хватало с неё его тяжёлых выдохов. — Думаю, Хинате пора спать, — безапелляционный тон Саске, кажется, удивил даже Хатори, не привыкшего к тому, что кто-то кроме него может командовать, — а мы с Вами обсудим… библиотеки. Она не стала дожидаться, пока Хатори выкажет своё недовольство или что-то возразит, и, быстро поклонившись, скрылась в глубине коридора. Хината никогда не будет просить у Саске Учиха помощи, но всегда будет её ждать.