Отчёты за работу от сладенького персика

***

       — Ещё немного и гото-ово, — Чимин задумчиво хмурится, вновь внимательно всматриваясь в экран, где мелькали цифры отчёта. Парень вносит пару правок, проверяет ещё раз и начинает распечатывать документы. Сегодня работы было чуть больше, так как коллега по работе слегка приболел и попросил Пака помочь, уйдя с работы немного раньше. Потому парень и задерживается, решив, что работу коллеги стоило закончить и со спокойной душой делать своё, — Фу-у-ух… Вот я и свободен…        Парень откидывается на спинку кресла, выдыхая и складывая руки на животе. А пока принтер издаёт печатающие звуки, можно и расслабиться чуток: взять в руки телефон и открыв переписку, в которой Чимин зависает почти месяц.        Мой Юни: «Малыш, что тебе привезти? В Японии много всякой всячины. Что хочешь?».        Сладкий: «Тебя.»        Мой Юни: «Ох, Минни. Я-то из Японии вернусь, но с пустыми руками домой возвращаться не хочу.»        Сладкий: «Возьмёшь в руки меня, когда будешь в аэропорту. И домой с пустыми руками не вернёшься.»        Мой Юни: «Ты уверен в том, что ничего не хочешь?»        Сладкий: «Да.»        Мой Юни: «Точно?)»        Сладкий: «Точно.»        Мой Юни: «А если так? **фото**»        И тут Чимина в дрожь бросает. В приятную и очень жаркую дрожь. На фото… Боже, младшему стыдно о таком говорить и даже думать, несмотря на то, что с этим человеком он прожил порядка шести лет. Даже для Юнги это было уже слишком.        Мой Юни: «Ну и как? Нравится?»        Зачем спрашивать, если этот подкаченный, немного бледный, но безумно красивый торс, обтянутый кожанными ремнями чёрной портупеи на фото, блондин и так любит до невозможности, особенно покрывать эту кожу своими засосами в порывах страсти, скача на органе старшего в позе наездника.        В паху приятно тянет, а к щекам мгновенно приливает кровь. Чёрт, портупеи и Юнги — это как раз-таки те вещи, которые могут убить лишь одним видом. Выпуская в зажимающую рот ладонь тонкий стон и вытягиваясь на кресле. Он кладёт на стол телефон, уже опуская обе руки в зону возбуждения и сжимая обозначившуюся выпуклость.        Сладкий: «Я на работе.»        Мой Юни: «Я тоже на работе.»        Пак беспомощно стонет и вновь сжимает в руке ком возбуждения. Сил ждать до дома нет, да и этот человек так просто не отстанет, потому парень почти на онемевших ногах плетётся с телефоном в ладошке к двери и щёлкает замком, прижимаясь лбом к стене.        — Ох… — между ног до сих пор крепко стиснута маленькая ладонь, которая будто не по воле хозяина ласкает накопившиеся спазмы. Этот месяц без любимого мужчины и так дико надоел и дрочка в одиночестве особо не нравилась. Блондин поджимает коленки, сводя их вместе, и прикусывает губу, выгибаясь в спине, когда чувствует вновь окатившие кипятком спазмы. Отвлекает лишь новое уведомление о сообщении, а Чимин не может вот так разорваться. Вроде и ответить надо, но внизу просто до невозможности тяжко и горячо. Всё же он находит силы и отрывается от недосамоудовлетворения и с едва выступившими слезами пялится на пришедшее сообщение.        Мой Юни: «И почему это мы молчим? Нехорошо так поступать с папочкой. Малыш заставляет меня ждать и мне это не нравится. Я требую от тебя извинений. Живо.»        И из пухлых губ вновь вырывается тонкий стон и Чимин понимает, что просто так уже не отвертится, пока через обтянувшие большую попку брюки он нащупывает чувствительную дырочку, надавливая на неё двумя пальцами.        — Ах… — мальчишка не выдерживает и решает действовать как любимый муж. Он присаживается на кресло, и ставит перед собой телефон с включённой камерой, мысленно радуясь тому, что в офисе никого нет, ибо рабочий день закончился ещё полтора часа назад. Раз Юнги начал игру, то Пак будет уверенно идти к победе. Он находит на экране ноутбука нужную папку с музыкой и включает плавную, но современную песню которая идеально подойдёт под его задумку.        Начав видеозапись, парень специально слегка опускает сиденье кресла, а после делает пару круговых движений бёдрами, оперевшись на руку, которую он поставил между ног. Его пах запечатлён крупным планом и в обзор камеры попадает только шея так что будет, что показать, даже если Мин видел и исследовал всё.        Мальчишка вновь влияет бёдрами в такт музыке, ведя маленькими ладошками по животу, скрытому под белоснежной рубашкой, а после вновь укладывает на выпуклость, специально издав высокий стон. Чим медленно начинает расстегивать пуговицы на своей рубашке, и когда она была уже распахнута, то двумя пальцами сжимает розовый сосочек, не забыв до этого провести уже по оголившемуся животику. Не решаясь медлить ещё больше, парень быстро справляется с пряжкой ремня, приспускает брюки, являя камере всю прелесть своих стройных ножек и аккуратный член, истекающий прозрачной смазкой, с порозовевшей головкой. Пак встаёт с кресла и поворачивается к камере своей прекрасной попкой, виляя сладкими полушариями. Мальчишка приподнимает одну ногу и ставит колено на кресло, отчего в камере мелькает открывшаяся сморщенная кожица сжатого сфинктера. Он прогибается в спине, пару раз вильнув сладкими половинками, а после завёл одну руку за спину, средним пальцем разгладив повлажневшую дырочку, сначала сжав правую половинку, потом уже отпустив и шлепнув по нежной коже пару раз, как это любит делать старший. Перед глазами тут же поплыл образ его любимого парня, который вновь яростно сжимает и шлёпает сладкую попку, отчего у Чимина тут же всё потекло, отзываясь дрожью, в бёдрах, ягодицах, да и во всём теле в целом.        — Ах… Юнги-я, милый, — Пак наклоняется и постанывает, он слишком соскучился по ласке и грубости своего папочки и желал поскорее ощутить на своём теле сильные руки, а внутри горячую плоть солидных размеров. Внутри всё переворачивается от того, что долгое время не было привычной заполненности.        Первый палец проскальзывает без проблем, потому блондин тут же толкается вторым, раздвигая те внутри как ножницы, сгибая фаланги и крутя кисть в разные стороны, разглаживая подушечками эластичные стеночки. За вторым проскальзывает и третий, а за ним и четвёртый, и те спокойно помещались в паковскую дырочку, растягивая и еле доставая до простаты, что невероятно бесило мальчишку. Он вновь толкается пальцами в себя, укладывая поверх члена свою ладошку и смыкая два пальчика на основании, после начиная двигать вверх вниз, подрагивая от каждой приятной волны, прокатывающейся по телу.        Он уже и забыл, что снимает это всё на видео, планируя после отослать это Юнги в качестве извинений. Извиваясь в собственных руках, представляя, как его дырочку медленно и точно заполняет любимый мужчина, оттягивая светлые волосы, намотав их на кулак.        — Ах… Па-апочка… — парень чувствует приближающуюся разрядку, ускоряя обе руки внутри и снаружи. Когда пальчики всё же касаются и вбивают подушечки в простату, большой пальчик на стволе ласкает уретру, остальными сжимая орган по всей длине и обводя венки.        Наконец мальчишка достигает желанной разрядки и изливается на кожаное покрытие кресла, громко выдыхая юнгиево имя. Спустя пару секунд отдышки, он поворачивает голову, всё ещё виляя попкой, а после поговаривает сладкое:        — Папочка примет мои извинения? — ещё пара секунд и съёмка автоматически прерывается. Младший загнанно дышит, стараясь прийти в себя, а после быстро отправляет папочке получившееся видео, которое Мин начинает просматривать сразу после отправки.        Не прошло и пяти минут, как старший присылает ответ.        Мой Юни: «Ты будешь прощён, малыш, если повторишь это, когда я вернусь.»        Сладкий: «Прилетишь быстрее — с удовольствием повторю, милый.»        Мой Юни: «Моя хитрая детка.»        Сладкий: «Только твоя.»        Мой Юни: «Собирай вещи и иди домой, твой начальник так тебя не нагружал.»        Сладкий: «Я специально остался, чтобы совершить маленькое преступление прямо на рабочем месте, папочка.»        Мой Юни: «Либо ты сейчас собираешься, идёшь домой и ждёшь меня, либо я специально задержусь ещё на месяц за такие провокации, понял, малыш?»        Сладкий: «Я уже собираюсь, любимый. Прошу, не поступай со мной так жестоко.»        Мой Юни: «Я жду видеозвонка через двадцать минут.»        Сладкий: «Я люблю тебя, папочка.»        Мой Юни: «Будь послушный мальчиком, Чимини. Я тебя тоже люблю. Жду звонка.»