A quid pro quo

Гамильтон поднимался на борт самолета во второй раз в своей жизни, испытывая странное чувство дежавю. Сидя на борту небольшой "стальной птицы" впервые, он ясно осознавал то, что его жизнь повернется на сто восемьдесят градусов и никогда не станет прежней, ни при каких условиях. Тогда это было объяснимо, все же, парень покидал родные места, скорее всего, навсегда и испытывал щемящее сердце предвкушение, но сейчас эта появившаяся уверенность в скорых изменениях отнюдь не радовала. Томас, видимо, озабоченный хмурым видом напарника, аккуратно тронул его за локоть, от чего задумавшийся Алекс чуть не подпрыгнул. - Александр, все хорошо? - Парень натянул расслабленную улыбку и махнул рукой, стараясь успокоить приятеля, но получилось плохо. - Ты... боишься летать? - Неподдельное беспокойство в голосе и отсутствие даже намека на ехидство во взгляде виргинца приятно согрело сердце, и Гамильтон слегка улыбнулся, но уже по настоящему. - Нет, не в этом дело. Летать мне даже нравится. - Он повернулся к иллюминатору, разглядывая небо и одновременно размышляя, стоит ли открываться Томасу или нет. - Понимаешь, у меня такое ощущение, будто скоро все изменится. Что это путешествие не пройдет даром, но я понятия не имею, в хорошем или плохом смысле. Я также себя чувствовал, когда летел в Нью-Йорк, но тогда это было нормальной реакцией, а сейчас... - Парень замолк, надеясь, что собеседник его понял. - Александр, тебе не обязательно в этом участвовать. Ты в любой момент можешь уйти. - Я не могу тебя кинуть! - Возразил Алекс, вновь поворачиваясь к виргинцу. - Почему? Нас ничего не связывает, кроме устной договоренности, да и то, если ты захочешь - я забуду все, что было. - И наше перемирие тоже? - Внезапно, даже для себя, выдал Гамильтон. - Нет. - Твердо ответил Томас, не отводя взгляда. - Мы больше не враги и не станем ими снова, после всего, что было. - Вот поэтому я тебя и не брошу. - Отрезал Александр. - Друзья так не поступают. - А мы друзья? - Между парнями повисла неловкая тишина. - Просто большую часть времени ты ведешь себя как деловой партнер, не более. Я запутался, кто мы: друзья, помогающие в беде или юрист и его клиент. - Я бы не поехал отдирать от дверей бывшей бухого клиента. - Веско заметил Александр, выделив статус, а потом отвернулся, ставя точку в разговоре. Беседа его утомила, но не истощила, к тому же, им давно следовало поговорить. Теперь, когда все прояснилось, груз на плечах будто стал немного легче, и он смог расслабиться, отдаваясь манящей дреме.

***

Проснулся Гамильтон от раздражающей тряски, почему-то, его голова лежала на плече Томаса, который сейчас напряженно оглядывался по сторонам. Вдруг самолет мотнуло настолько сильно, что Алекс ударился бы головой о стену, не обхвати его за плечи Джефферсон. - Что происходит? - Окончательно стряхнув сон и не спеша отстраняться от друга, спросил Алекс. - Просто турбулентность, такое бывает. - Отмахнулся виргинец, стараясь звучать непринужденно. На самом деле, его тоже на секунду вывела из себя внезапная непогода, но он привык к перелетам, так что успокоился довольно быстро. Гамильтон же так и не сбросил руку, обхватывающую его плечи, напряженно ожидая следующего толчка, но его не последовало. - Успокойся, пронесло. Можешь спать дальше, так уж и быть, даже на моем плече. Или можем посмотреть фильм. - Нет, я пас. - Александр не преминул воспользоваться предложением и с комфортом устроился, почти сразу отключаясь.

***

Они не стали останавливаться в роскошном отеле, чтобы не привлекать внимания, но и жертвовать комфортом не хотелось, так что, договорившись, они выбрали небольшую квартирку, со всеми удобствами. Сначала хозяйка отказывалась, настаивая на том, что она должна найти жильцов, которые въедут надолго, а не на неопределенное количество времени, но Гамильтон быстро уболтал старушку, пока Джефферсон закатывал глаза и хмыкал в сторонке. Конечно же, незаметно, чтобы не портить впечатление. - Что же, теперь у нас есть жилье, а значит, нужно определяться с дальнейшими планами. - Преувеличенно оптимистично заявил Алекс, устраиваясь на высоком стуле на кухне, пока Томас разбирался с поздним завтраком. - Что будем делать? - Питер сейчас дома? - Да. - Гамильтон разочарованно вздохнул. Конечно, рассчитывать на это не стоило, но было бы большой удачей, если бы старший Джефферсон уехал, а они бы просто пришли в родовое гнездо Томаса и нашли всю нужную информацию. Видимо, на этот раз фортуна от них отвернулась. - Жаль. Ладно, насколько я выяснил, твой отец не так уж хорошо скрывал следы поначалу, так что пара статей в местных газетах про него проскальзывали? - Это произошло всего пару раз, и то звон монет все уладил. Не помню, что случилось с газетами. Уничтожили, наверное. - Нам нужно с чего-то начинать. - Пожал плечами Александр. - Идем в издательство. - Алекс, я даже не закончил готовить. - Парень остановился, недоуменно хлопая глазами. Совсем забыл, что Томас, вообще-то, не стоял без дела. - А, точно. Ладно, я схожу сам, так будет даже лучше. Тебе вообще светиться не стоит, но мне нужно будет его подкупить. - Серьезно? Ты даже не поешь? - Укоризненно спросил виргинец спину уже уходящего Гамильтона. - Кошелек мой возьми. Трудоголик. - Последнее добавил уже себе под нос, но звучало больше как оскорбление. За полчаса болтовни и легкого флирта с женщиной средних лет, являющейся секретаршей нынешнего руководителя, Александр узнал немного больше об истории, которую ему поведал друг. Оказалось, после той обвиняющей статьи, журналиста, написавшего ее, с позором выгнали, разослав отвратительные рекомендации во все местные редакции и лишив тем самым любимой работы и жены, которая подала на развод в тот самый момент, когда узнала, что муж теперь безработный. Произошло это лет восемь назад, и на это Алекс мысленно выругался, снаружи все еще улыбаясь. Срок долгий, но это лучше, чем ничего. Вызнав адрес бывшего работника газеты и подмигнув женщине, он ушел, завуалированно попросив, чтобы об этом разговоре никто не узнал, на что секретарь сразу согласилась, глупо улыбаясь. Гамильтон заметил, что обручального кольца на пальце нет, а женщина эта явно из тех, кто замужество считает своей главной целью. Неудивительно, что она кидается на каждого. Дом нужного ему человека находился почти на другом конце города, так что добираться пришлось на автобусе. Алекса охватил азарт расследования, но маленький червячок беспокойства все равно подтачивал его показную уверенность, а ладони вспотели. Прикрыв глаза и делая глубокие вдохи, он старательно пытался успокоиться и, как ни странно, получилось. Спустя некоторое время парень по прежнему волновался, но внешне это не проявлялось никак. "Вовремя. Судя по всему, мне выходить на следующей остановке" - Гамильтон покинул транспорт и стал неспешно прогуливаться по улице, одновременно выискивая нужный ему дом. В последствии выяснилось, что он пропустил его два раза, но в итоге парень победно улыбнулся и направился к двери со звонком. Честно, Алекс ожидал увидеть обрюзгшего, полного, с потухшими глазами человека, но журналист был совсем не таким. Светлые, почти блондинистые волосы аккуратно уложены, зелено-серые глаза заинтересованы нежданным посетителем, но сложенные на груди руки говорят о скрытом напряжении, лицо гладко выбрито, а одежда, хоть и не парадная, но явно наглаженная и постиранная. Выглядел бывший работник газеты сурово, несмотря на отсутствие явной мускулатуры, в нем чувствовался стержень. Дружелюбно улыбнувшись, парень протянул мужчине ладонь для рукопожатия. - Александр Гамильтон. - Лукас Кравиц. - Рука мужчины оказалась сильной и шероховатой от мозолей. - Чем обязан? - Думаю, вы помните какое дело лишило вас работы восемь лет назад. - Слова уже вылетели изо рта, когда парень осознал, что не стоило начинать настолько прямо. Было видно, что мужчина не рад незнакомым на своем пороге и хочет выставить его, так что Алекс решил сыграть на интриге, заинтересовать собеседника. Идея могла сработать, только слова стоило подобрать другие, потому что сейчас лицо мужчины исказилось гримасой ярости. - Пошел. Вон. - С чувством и расстановкой прорычал он и уже хотел уйти, но Гамильтон предпринял попытку остановить ускользающий источник информации. - Стойте! Я не собираюсь вас обвинять, мне нужна помощь. - Хозяин дома остановился, посмотрев на парня с блеснувшим в глазах интересом. - Я на вашей стороне. - Несколько напряженных секунд журналист сканировал Александра взглядом, будто вытаскивая наружу все потаенные тайны, а потом вздохнул и открыл дверь. - Заходи. - Бросил мужчина, исчезая в дверном проеме. Чая ему никто не предложил, но Алекса и не настаивал. Он устроился на одном из кресел в минималистичной, но все равно уютной гостиной, непринужденно осматривая помещение. Имитация камина с висящим над ней телевизором, диван и два кресла глубокого синего цвета из замши, учитывая остутствие пятен и протертостей, можно было определить, что детей в этом доме нет, стены белого цвета украшали пара картин с изображением одинокого корабля в бескрайнем, бушующем море и какой-то современный город с множеством стеклянных многоэтажных зданий. Еще в комнате стоял шахматный столик металлического цвета, но на этом интерьер гостиной заканчивался. - Сколько тебе обещали, парень? - Хозяин опустился на диван, одновременно включая телевизор. - Достаточно. - Гамильтон пожал плечами. - У вас были доказательства? Чем вы подкрепляли статью? - Были. - Мужчина едко усмехнулся. - Как видишь, мне это не помогло. - Живете вы неплохо. - Талантливый человек талантлив во всем, без куска хлеба я надолго не остался. Что касается статьи... Александр, оно тебе надо? Зачем ты в это полез? Хочешь остаться ни с чем? - Журналист внимательно посмотрел ему в глаза, будто испытывая. - Мне терять нечего. - Прямолинейно ответил парень. - Есть. Как минимум жизнь. - Мистер Кравиц, я пришел не за этим. Если вы не хотите помогать мне, я уйду. Но что вам стоит найти сохранившуюся копию и обмолвиться парой предложений? - Видит Бог, я пытался. - Подавив тяжелый вздох, хозяин дома удалился минут на семь, пока Гамильтон рассеянно смотрел какой-то боевик. - Держи. Я записал, к кому следует обратиться, у кого могут быть яйца пойти против Джефферсона. Хотя, как по мне, никакая любовь такого риска не стоит. - Любовь? - Наверное, стоило пропустить оговорку мимо ушей, поблагодарить и уйти, не раздражая больше никого своим присутствием, но любопытство взяло верх. - Ты не профессиональный адвокат, это видно невооруженным взглядом. Скорее всего, студент, неожиданно решивший ввязаться в это, но ты похож на того, кто адекватно расценивает шансы. Ты пойдёшь на риск, безусловно, но в то же время понимаешь, что это не твоего полета птица. Значит, есть какой-то внешний фактор. Вероятнее всего любовь или дружба. - Наблюдательность врожденная или издержка профессии? - Александр усмехнулся, про себя присвистнув. - Скорее второе. Всегда начеку и внимателен к деталям, даже учитывая, что я давно не работаю. - Попробуйте писать детективы. Думаю, выйдет неплохо. Распрощавшись с журналистом, Александр двинулся в сторону автобусной остановки, размышляя, стоит ли сейчас ехать к первому предположительному союзнику, скрупулезно прочитать статью или рассказать все Томасу? Посоветовавшись с самим собой, парень принял решение сначала структурировать все имеющиеся доказательства, проработать информацию из провалившегося разоблачения, а потом уже ехать к кому-либо. Но перво-наперво стоило позвонить другу и узнать, как дела. - Алло, Алекс? - Раздался заспанный голос. - Привет, я кое-что нашел, приеду и расскажу поподробнее. Надеюсь, ты никуда не совался? - Ты имеешь ввиду не гипнотизировал ли я дверь своего дома, ожидая, пока отец выйдет и выбьет из меня дерьмо? Нет, я проспал весь день и чувствую себя отвратительно. - Что ж, в каком-то смысле это даже хорошо. Я буду примерно через час, в принципе, можешь спать дальше, мешать не буду. - Ты ключ взял? - Спросил Джефферсон, а Алекс будто наяву увидел, как он слегка изгибает брови. - Да, он у меня. - Губы изогнула полуулыбка. - Отлично, тогда до встречи.

***

Когда Гамильтон вернулся домой, стараясь ступать как можно тише, он совсем не ожидал увидеть виргинца, свернувшегося на диване в явно неудобной позе, что, впрочем, не мешало ему видеть десятый сон. Оказалось, сон у кудрявого довольно чуткий, поэтому он подорвался, резко садясь на кровати в поисках источника звука, которым была обычная скрпинувшая половица. - Ты чего на диване спишь? Там как бы кровать есть. - Алекс махнул в сторону спальни. - Она одна. Думал, ты вернешься усталый. - Томас пожал плечами, протирая осоловевшие глаза. - Святой ты наш. - Фыркнул Гамильтон, садясь рядом. - Сибарит у нас ты, к тому же, я на этом диване хотя бы ноги вытянуть могу. - Что ж, спорить не в моих интересах, так что я даже твои подколы пропущу мимо ушей. - После это фразы виргинец вмиг стал серьезным. - Что ты нашел? Александр выложил все, а потом достал копию статьи, и они вместе принялись изучать ее. Точнее, Джефферсон просто прочитал, а Алекс устроился за письменным столом, взяв тетрадь и структурируя информацию по типу "уже известно, бесполезно, может помочь". Джефферсон решил не прерывать друга, но спустя часа два его терпения подошло к концу. - Гамильтон, вообще-то, человеческому организму недостаточно солнечной энергии для пропитания. - Парень облокотился на спинку стула, на котором сидел, сгорбившись, Александр. - Я закончу и пойду поем, не веди себя как наседка. - Лаконично отозвался парень, не отрываясь от работы. - У тебя есть двадцать минут. - И что потом? - Заинтригованный, Алекс даже обернулся, приподняв бровь и провокационно усмехнувшись. - Вытащу из-за стола и запихну еду в рот. - Блевотину со стен сам соскребать будешь. - Заявил друг, вновь отворачиваясь. Неожиданно, заявление виргинца заставило улыбнуться, но всерьез Гамильтон его не воспринял. Зря. - Джефферсон, какого... ! Стул бесцеремонно отодвинули, а Александра перехватили за талию, вздергивая наверх. Он настолько опешил, что пару мгновений просто хватал ртом воздух, не находя не то что цензурных, а в принципе слов, чтобы описать ситуацию. Парень никогда не воспринимал абсурдные угрозы Томаса всерьез, но, видимо, стоило. - Раз уж ты встал, то иди и поешь, пока я не привел в исполнение вторую часть обещания. - Ты переходишь границы! - Прошипел Алекс, отталкивая собеседника, правда, не сильно. - Мне не нужно, чтобы ты свалился в голодный обморок! - Джефферсон тоже перешел на змеиный язык. - У тебя итак неидеальное здоровье, а ты делаешь еще хуже. Интересно, ты этого реально не понимаешь или тупо забил, потому что так проще? - Заткнись. - Внезапно перед глазами замаячило воспоминание о том, как он оказался на чердаке. Чуть не сдох с голоду, его спасло чудо, за которое парень до сих пор не знал, кого благодарить. Судя по всему, его величество случай. Картинки из прошлого до сих пор отзывались болезненной тяжестью внутри, так что Алекс прикрыл глаза, прогоняя их прочь. - Александр? - Видимо, он выпал из разговора слишком надолго, раз в голосе кудрявого проскользнули нотки беспокойства. - Все замечательно. - Бросил Гамильтон, покидая гостиную. Все таки, виргинец был прав - он заработался, а ел в последний раз в самолете. Забавно, но даже зная, что такое настоящий голод, когда вокруг ничего, что может заставить желудок прекратить переваривать самого себя, Александр никогда особо не заботился о своем рационе. Перебивался чем придется, хотя, обычно, люди, попавшие в экстренную ситуацию, стараются всячески избегать даже напоминания о ней. Он же, наступив на грабли, с разбегу прыгал на них еще раз. С отношениями тоже самое. С их расставания с Марией прошло около месяца, может меньше, парень давно потерялся в числах, а он то и дело ловил себя на неоднозначном чувстве к своему "сожителю". Проснувшись в самолете на его плече, Гамильтон ощутил странное тепло, а забота, хоть и своеобразная, вызывала улыбку, в чем он, кончено же, не признавался. Даже самому себе. Особенно самому себе. Все эти ощущения еще не сложились в полную картину, они фиксировались на уровне подсознания, пока парень был занят более насущными делами. В последнее время Алекс вообще избегал целенаправленно думать об отношениях. - Прости. - Джефферсон подкрался так внезапно, что Алекс вздрогнул. - Ты взрослый человек, я не должен был... - Ты прав. - Заметив изумленный взгляд Томаса, Гамильтон примиряюще улыбнулся. - Я серьезно, ты был прав. Это не значит, что мне понравилось твое поведение, но я знаю, что по другому порой не достучаться. - Инцидент исчерпан? - По деловому уточнил кудрявый. - Да. Томас кивнул и покинул кухню, решив не мешать. Он уже сто раз пожалел о своей выходке, ему совсем не хотелось, чтобы Александр держал на него обиду, к тому же, они совсем недавно назвались друзьями. Виргинец очень не хотел рушить эту хрупкую связь между ними, напротив, он всем сердцем желал ее укрепить. Вот только не знал как. Нужно ли для этого что-то делать или положиться на интуицию и посмотреть, что покажет время? Джефферсон нелегко сходился с людьми, одной из причин этого было простое отсутствие желания, но сейчас все было с точностью да наоборот. Так и не придя к точному выводу, парень устроился на диване, переключая каналы. Позже к нему присоединился Гамильтон, вскоре начавший комментировать действия персонажей в отнюдь не лестной форме. После тридцати минут фильма они оба уже ухохатывались, одновременно решая отложить все проблемы на потом, а этот вечер потратить на пустую болтовню и смех. Завтра они вновь будут бороться с несправедливостью и размышлять насчет бренности бытия, но сегодня у них выходной.