Может, мне и нравится боль, но не такая...

После вчерашнего случая с дракой я долго не мог отойти от шока. Мне было страшно, ведь эти парни могли убить меня. Но еще больше меня удивил тот факт, что Руслан спас меня. Я не особо слышал его последние слова перед уходом, поскольку моё сердце забилось настолько сильно, что я уже ничего не слышал, кроме стуков в ушах. Я никогда не сомневался, что в Тушенцове осталось что-то хорошее, и осознавать этот факт на деле — очень приятно. Я всегда пытался наладить с ним отношения, хоть, у меня и была некая боязнь, но сейчас, я будто забыл о чувстве страха. Хочется продолжать добиваться его. Добиваться Руслана. Донести, наконец, что мне важно наше общение. Весь вчерашний день я просто лежал на кровати размышляя о случившимся. Честно говоря, я даже не знаю, как добиваться любви от такого жестокого человека. Если раньше у меня была мимолётная надежда, что я смогу что-то сделать без посторонней помощи, то сейчас… Даже не знаю. Моя неуверенность в себе мешает измениться ради него и стать любимым, чего мне так хотелось. Как же хочется перестать быть таким слабым и показать Руслану, что я чего-то стою. Но…он, наверняка, плевать на меня хотел. А зачем тогда спасать? Может, причина в другом? Чёрт, почему я сидел тогда в шоке, словно 12-ти летняя девочка, и даже не смог услышать его последние слова перед уходом? Я настолько много думал об этом, что даже не заметил, как уже дошёл до школы. Удивительно, даже без происшествий. Нужно ведь ещё как-то отблагодарить Руслана… Из-за всего этого я не спал половину ночи, и утро было для меня пыткой. Выглядел я, мягко говоря, не очень. Наверняка, одноклассники буду опять расспрашивать меня, а друзья Руслана пошутят над моим видом. В любом случае, сейчас нужно быстрее переодеваться и идти на первый урок, так как осталось всего 6 минут. Не успел я накинуть рюкзак на плечо, как его сразу резко выхватили. — Ой, давай, я позабочусь о тебе. Он, наверное, тяжёлый. — я чётко слышал сарказм в словах Руслана, но я явно не ожидал, что он высыпет все мои учебники на пол и кинет пустой рюкзак мне в лицо. Хотя, чему я удивляюсь? Это ещё цветочки… — Р-руслан, я опаздываю, не лезь сейчас ко мне, пожалуйста… — мне было страшно вымолвить хоть одно слово в его сторону, но почему-то я всё же ответил русому и начал собирать свои вещи обратно. — Что? Я тебя не расслышал. Ты сказал «Руслан, прости меня за то, что я — жалкий червяк, мешаю всем своим существованием»? — с издёвкой проговорил Тушенцов. — Н-не… — мне не дали договорить и мой «друг» ударил кулаком по стене, чуть не попав мне в лицо и прижал меня к стене, когда я только поднялся с пола. — Не слышу. — Р-руслан… Прости меня… за то, что я — жалкий червяк… М-мешаю всем своим существованием… — мне было стыдно говорить такое, но у меня не было выбора. Я был слабее его. Он бы просто на просто размазал меня по стенке, к которой сейчас прижимает моё дрожащее от страха тело… — Какой хороший мальчик. Хочешь, дам тебе подарок? Я сегодня добрый. — хоть он и состроил милое личико, я точно знал, что добром это не кончится, но всё равно согласился… — Да… Он встал ко мне вплотную, и я начал задыхаться. Что он задумал? И почему он так близко? Какого чёрта я покраснел в такой ужасной ситуации? — А я вижу, ты жаждешь увидеть его. Ну так, получи. — Тушенцов ударил меня коленом в живот, от чего я еле сдерживал слёзы и попытку нагнуться, схватившись за повреждённое место. Русый отошёл от меня и плюнул на мой портфель, помахав мне рукой в след. Я пытался сдерживать свои эмоции и собрался духом. Нужно быстрее идти в класс…

***

Весь урок я сидел в не самом лучшем состоянии. Конечно, были одноклассники, которые интересовались, что со мной случилось. Хотя я прекрасно понимал, что, скорее всего, им было не интересно и они спрашивали ради вежливости, но, всё же, было приятно. Про всё, что сейчас происходит со мной и Русланом знали буквально несколько человек — Даша Каплан, Лиза Неред, Никита Гридин, и, наверное, товарищи русого. Весь урок меня расспрашивала Лиза, которая, как назло, села со мной за одну парту. Скрывать всю ситуацию не было смысла, как и рассказывать. Наши отношения с Русланом — не такой уж и большой секрет, но, с другой стороны, девочки ведь не смогут мне помочь. Наконец, урок был закончен, чего я так долго ждал. Как-то не очень здорово слушать рассказы учительницы про предстоящие экзамены, и параллельно думать о том, почему Руслана нет в кабинете, хотя я видел его 20 минут назад. Голова просто раскалывалась от всех этих звуков вперемешку с головокружением от недосыпа. После урока всё же пришлось объяснить Лизе и Даше причину моего сегодняшнего состояния. — Может, мы сможем помочь тебе? — с ноткой надежды в голосе спрашивала блондинка. — Очень интересно, чем же ты поможешь? Тут дело в его характере, а не в чем-то другом, Даша. Не думаю, что ты сможешь поменять его. — раздражённо пробубнил я. Мне действительно было приятно проявление заботы со стороны моих подруг, но не сейчас. Сейчас они тупо планируют чем-то помочь мне, хотя в душе, наверняка, сами понимают, что это невозможно в такой ситуации. — Юлик, давай, ты… Немного подождёшь нас? Мне просто срочно надо кое-что обговорить с Дашей. — сказала Лиза. Не знаю, что они там придумали, но не отпускать их поговорить будет глупо. — Конечно, я не против. Я к кабинету сейчас пойду, там встретимся. — Ага, давай. Пока они отходили от меня, единственное, что я смог услышать, так это Лизину фразу «Даш, я придумала, короче». Конечно, мне было интересно, что придумала Лиза, но я сразу понял, что если девушки отошли от меня, значит, мне явно не надо сейчас слушать их разговоры. Я был абсолютно не против этого просто потому, что уже давно потерял надежду. Надежду вернуть нашу дружбу с Русланом. Ладно, дружбу. Хотя бы поговорить с ним, узнать, что вообще происходит последние несколько лет, и почему такое случилось. Ведь проблема действительно может быть во мне, а я даже не подозреваю об этом. Учитель позвал нас в кабинет на 5 минут раньше, поскольку намечалась контрольная. Лиза с Дашей немного опоздали, но успели войти в кабинет до звонка и подготовиться к контрольной. Лиза, как всегда, села со мной. За минуту до звонка учитель пригласил нас к своему столу, чтобы мы посмотрели оценки за прошлую работу, которую часть класса не писала из-за поездки в музей. Я посмотрел на свою оценку, которая, на самом деле, была для меня не очень важна, и пошёл обратно к парте. — Лиза? Зачем ты взяла мой телефон? — я был удивлен, поскольку, как бы хорошо мы ни общались, я не даю никогда и никому свой телефон. — А-а…я… Я хотела найти ответы к контрольной, у меня интернет закончился, деньги надо будет положить. — несмотря на то, как мастерски Лиза умела врать, сейчас она почему-то выглядела очень растерянной и смущённой. Естественно, я догадался, что никакая контрольная ей не нужна была. Я постарался сдержать эмоции, и не начинать эти дет.садовские разборки на публике. Это ведь... всего лишь телефон, верно? Наконец, урок был закончен. Толпа ребят, в прямом смысле этого слова, вывалилась из кабинета с весьма смешными неразборчивыми звуками. Некоторые даже оставили свои работы на парте, лишь бы быстрее выбежать. Кстати говоря, про наши контрольные. — Лиз? — окликнул я девушку, что шла впереди меня. — А? — русая остановилась и подошла ко мне. — Слушай, так ты же искала в моём телефоне ответы. А почему ты не воспользовалась ими? — до меня только сейчас дошло, что на Лизиной половине парты я не увидел каких-то шпаргалок или любых других вещей, на которые она могла записать ответы. — Короче, я думала, что когда вы все пойдёте смотреть оценки, учитель меня не увидит, и я быстро загуглю ответы. Но ребята слишком быстро отошли от учителя, я просто не успела переписать ответы. — быстро протараторила девушка. Уже как второй раз я заметил, что она явно волнуется и из-за этого будто чеканит все слова. Я действительно не понимал, что вообще происходит. Единственное, о чем я мог догадаться, это то, что разговор девочек после первого урока явно связан с телефоном. Не знаю, как, но это связано, и я действительно уверен в этом. — А, ясно. Слушай, мне там к географичке сходить нужно, спросить про прошлую работу. Увидимся на уроке, окей? — мне пришлось соврать ей, чтобы не продолжать диалог. Моё состояние заметно ухудшилось за последний урок, и думать одновременно о нескольких вещах было просто невыносимо. Конечно же, идти мне нужно было не к географичке. Я решил пойти домой, поскольку еще пять уроков я просто-напросто не продержусь. Оглянувшись назад и убедившись, что Лиза или Даша не идут за мной, я пошел забирать свою куртку, чтобы, наконец, уйти из этого заведения. Не успел я начать на ходу натягивать на себя куртку, как вдруг в меня врезалась запыхавшаяся блондинка. — Юлик! Всю перемену тебя ищу! Ты куда? — все еще пытаясь отдышаться сказала Каплан. — Даш, пожалуйста, давай не сейчас. У меня болит голова, и я очень сильно хочу уйти домой. — Прошу, всего одна минута, и я отстану от тебя. Умоляю, это серьезно очень важно. — Хорошо, только, прошу, быстрее. — я не знаю, почему я согласился. Наверное, потому, что она говорила достаточно серьезно и убедительно. Возможно, это действительно что-то важное. По крайней мере, я надеюсь на это. — Юль, я знаю, ты сейчас плохо себя чувствуешь. Но, пожалуйста, найди в себе силы прийти сегодня за школу в 17:00 ровно. Клянусь, это важно. Можно сказать, вопрос жизни и смерти. — Даш, ты серьезно сейчас? — я был крайне удивлён её словам. Она серьезно надеется что в таком состоянии я куда-то пойду? — Блять, я не знаю, что там у тебя опять. Если я приду, и это окажется какой-то розыгрыш или шутка, я...я не знаю, что сделаю с тобой, Каплан. — Спасибо, спасибо! — девушка кинулась на меня с объятьями и побежала на урок, напоследок крикнув «Удачи». Я вообще не понимаю, что сегодня происходит. Слишком много информации за всего лишь 3 часа. Состояние самого утра было очень слабое, но такой поток информации и размышлений сейчас просто добьёт меня. Думаю, нужно быстрее одеваться и идти домой, чтобы хоть как-то восстановиться. Сколько ещё времени осталось? Пять с половиной часов? Отлично. Надеюсь, этого времени мне хватит.