A World of Beta's

      – Давай проясним ситуацию, – медленно сказал Бакуго, сидя на кровати. Перед ним на коленях сидела омега версия Тодороки, которая, как он понял, функционально была женщиной. На нем был кроп топ и обтягивающие шорты, показывающие все достоинства парня: тонкую талию, округлые бедра и мягкую попу. – Ты хочешь отсосать мне, а потом просишь трахнуть тебя… причем жестко? Тот кивнул.       – Если для тебя это не будет проблемой.       – Но… почему? – спросил Бакуго. Омега постучался к нему минут десять назад. Когда Бакуго проходил мимо гостиной, тот мирно дрых на заднице Яомомо. Видимо, проснулся недавно и сразу пошел к нему.       – Потому что, – ответил Тодороки, пожимая плечами. – Ты мне нравишься, у меня проблемы с оральной фиксацией и мне нравится грубый секс. Я люблю своих Катсуки и Изуку, но… сейчас мне трудно сдерживать себя. Мы занимались сексом хотя бы через день почти полгода, а сейчас у нас даже нужных… вещей нет. Вещей? О чем он блять говорит? Тодороки вздохнул, видя замешательство парня.       – У омег маленькие пенисы, потому что… они не нужны нам, можно сказать, что они рудиментарны… Бакуго хмыкнул и потряс головой.       – А где второй?       – Катсуки? Спит, наверное. Это его хобби, – пожал плечами Шото. – Итак, ты позволишь мне или…? Бакуго выдохнул и раздвинул колени, кладя руки на бедра.       – Если так любишь члены, то пожалуйста. Трахну до звезд в глазах. Катсуки ожидал, что омега обидится и быстро передумает. Тодороки, однако, подлез ближе к кровати, расстегнул его штаны, немного стянул вниз и сразу принялся сосать.       – Нмм, а ты не из робких, да? Сразу к делу, – простонал тот и положил руку на голову Шото.       – Прелюдии – твоя фишка, – сказал Тодороки, отстранившись на секунду, а потом снова наклонился, облизав от основания до головки. Катсуки откинул голову назад, пока омега доводил его до края. Шото взял всю длину в горло и прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением члена во рту. Он мягко посасывал, проводил языком по нижней части и сглатывал вокруг головки, пока губы сжимали ствол. Ему кажется ничего не мешало дышать. Бакуго прикусывал нижнюю губу, стараясь не стонать слишком громко, и глубоко дышал. Он глянул вниз, на Тодороки, который выглядел слишком счастливым, наслаждаясь его телом.       – Ты такая шлюшка, да? Почему мне кажется, что ошейники ты носишь не просто так? Твой «альфа», наверное, тебя держит на поводке… – попытки Бакуго в оскорбления были тут же прерваны сжимающимся горлом. Тодороки не сильно втянул щеку, нагрев её причудой, а сам старался успокоить дрожащие бедра. Кажется, слова Бакуго возбудили его слишком сильно. Рукой он скользнул себе в штаны, проталкивая палец внутрь.       – О-ох, боже… – выдохнул Катсуки, чувствуя, что Тодороки нравится его привычка ругаться. – Т-ты просто сумасшедший, – его пальцы в волосах омеги сжались, из-за чего тот немного присел и расслабил горло, слюна потекла по подбородку прямо на штаны Бакуго. Тодороки отстранился, потому что хотел спросить бету, в порядке ли он и можно ли продолжать, но блондин схватил его за волосы и притянул обратно, вбиваясь в его горло. Глаза Шото закатились, на глазах появились слезы. Он уже некоторое время подготавливал себя пальцами, покачивая бёдрами, пока Бакуго трахал его рот. Тодороки хотел отключиться и наслаждаться этим, но он все же помнил, что это только начало. Оргазм был настолько сильным, что на несколько секунд Катсуки перестал дышать, в груди заболело от недостатка кислорода. Тодороки медленно отодвинулся назад, слизывая каждую капельку спермы.       – Твоё сумасшествие странно подходит моему, да? – он удовлетворенно вздохнул, кладя голову на бедро Бакуго, пока тот восстанавливал дыхание, лёжа на спине. – Я имел в виду, ты и в жизни много материшься, – он хихикнул. Шото встал на ноги, стянул с себя шорты и трусики, но оставил кроп-топ, и залез на Бакуго.       – Я… не обладаю красноречием, – сказал тот, смотря на омегу.       – Я заметил, – Тодороки закатил глаза. – Но и литературным твой язык не назовёшь. Бакуго поднял бровь, пока Тодороки склонялся над ним, поставив руки по разные стороны от его головы.       – Тебя это беспокоит?       – Вероятно, не так много, как следовало бы, – пожал плечами Шото. – Это больше… неловко и не в том смысле, который нравится мне.       – Ты супер странный, – Бакуго тихо хмыкнул. Тодороки мягко улыбнулся, наклоняясь ниже и целуя его.       – Я в курсе, – прошептал тот. – А теперь, я кажется припоминаю, что кто-то обещал мне «звезды в глазах»?       – Как раз собирался, кинканутый ты идиот, – усмехнулся Бакуго, втягивая того в долгий, грубый поцелуй и переворачивая их так, чтобы Шото оказался снизу. Катсуки быстро стянул с себя штаны, а затем и рубашку. Руки Тодороки, немного нагретые причудой, которую он сейчас с трудом контролировал, прошлись по голой груди и плечам. Он наслаждался твердостью мышц под пальцами.       – Двигайся, – приказал блондин. – Колени на пол, руки на голову. Тодороки вздрогнул всем телом, слушаясь и чувствуя как по бёдрам течёт. Он немного сдвинулся для удобства Бакуго. Блондин надавил пальцами, проверяя, и удивлённо выдохнул.       – Ты точно как девчонки внутри. Мокрый и широкий.       – Каччааааан~! – застонал Тодороки. – Не вредничай! Просто трахни меня уже, пожа-ах! Звук шлепка разлетелся по комнате.       – Кто-то давал тебе разрешение называть меня по имени? Мозг Тодороки пытался выдавить из себя что-нибудь острое в ответ, но почему-то получался только набор букв. Бакуго заметил это и попытался снова, на этот раз добавив немного причуды, оставляя на коже отпечаток ладони, и сразу же погладил его рукой. Ноги Тодороки подкосились, бедра задрожали, когда тёплая ладонь Катсуки прошлась по ожогу.       – Нихуя себе, – засмеялся Бакуго. – Ты чего…кончил из-за двух шлепков?! Тодороки что-то простонал, обмякая на полу. Только через некоторое время он наконец выдавил из себя:       – Это было… впервые, – его шлепали раньше, связывали, скидывали в пучину удовольствия и сразу же доставали обратно, но это был первый раз, когда ему и правда стало больно. Если честно, это было волнующе.       – Приготовься к поездке, Половинчатый, – усмехнулся Бакуго, хватая Тодороки за ошейник. – Я ещё не закончил. Тодороки издал задушенный всхлип, когда Катсуки резко толкнулся внутрь. Выгнул спину, он беспомощно принимал все, что мог дать ему бета. Блондин держал его на весу за ошейник и тяжело выдыхал с каждый сильным толчком. Вторая рука лежала на плече омеги. Когда он сжимал руку в кулак, Тодороки сжимался вокруг него сильнее. Он кончил, тяжело дыша. Шото почти не чувствовал своих ног и хотел бы проспать всю неделю, но был наконец-то довольным. Блондин поднял его на руки и переложил на кровать. Потом куда-то ушёл и вернулся с мокрой тёплой тканью и набором для оказания первой помощи для ожога и шеи омеги.       – Слишком? – спросил он Тодороки, втирая мазь в его шею.       – Ты просто трогаешь мою шею, а это в десять раз интимнее, чем то, что было десять минут назад, – ответил покрасневший Шото.       – Вся ваша культура странная, – сказал Бакуго, закатывая глаза. – И я имел в виду мазь, Половинчатый. Она даже для меня пахнет ужасно, так что для тебя это должно быть ещё хуже.       – Все в порядке, – тихо сказал тот, чувствуя, что медленно отключается. – Надеюсь, ты не против, если я тут посплю.       – Я не настолько мудак, чтобы выгонять человека, с которым был мой первый сексуальный опыт, из кровати, – хмыкнул в ответ Бакуго. Тодороки улыбнулся.       – Спасибо тебе, Бакуго.       – Ты можешь называть меня по имени, – пробормотал он.       – Каччан...

ಊಊಊ

Тодороки проснулся, чувствуя небольшую боль по всему телу, но в то же время отдохнувшим. Бакуго любезно вытер его мокрой тканью, так что он не спал грязным. Его волосы распушились, потому что Катсуки всю ночь перебирал их пальцами, а ещё ему было тепло – Бакуго обнимал его всю ночь. Края пластыря были видны из-под шорт, так что он одолжил спортивные штаны беты, чтобы не спускаться за своими. Они проснулись примерно в одно время, сделали разминку и вышли за завтраком. Когда открылись двери лифта, там стояли Бета!Тодороки и Омега!Бакуго.       – Утро, – Омега!Бакуго поздоровался, вытягивая руку для Тодороки. Омега подошёл к своему парню и умостился у него на плече, довольно вздыхая, пока их версии из мира бет усердно делали вид, что они не существуют.