Чистота

Оказалось, от удовольствия все-таки невозможно отправиться на тот свет. Да и зная У Сяня, так просто никого из близких он бы туда не отпустил. Повязка легко соскользнула с лица, но Ван Цзи не торопился открывать глаза и вовсе не потому, что яркие солнечные лучи слепили даже сквозь опущенные веки. Он боялся снова увидеть Старейшину И Лин вместо своего Вэй Ина. Однако когда тот вдруг решил подхватить его на руки, Нефрит сразу же распахнул глаза. – А-Сянь, я могу идти сам! – воскликнул он и с облегчением увидел, что мужчина открыто и искренне улыбается, а кругом светлый и чистый двор без следа тьмы, которая недавно в нем бушевала. Наваждение прошло без следа. Похоже, многое ему просто померещилось. Например, то, как в беспросветной тьме потонул не только дом вместе с воротами и наружными стенами, но и само солнце. С завязанными глазами все чувствовалось немного иначе. – Но ты же позволишь мне поухаживать за тобой, правда? – спросил Вэй У Сянь, спустив Нефрита на землю, но не спеша отпускать из рук. – Хотя я не откажусь от небольшой помощи с ведрами. Надо все-таки завести пару дражайших друзей на тот случай, когда А-Туна нет поблизости. – Я лучше буду носить ведра сам, – непререкаемо заявил Ван Цзи, на что получил игривый поцелуй в нос. – Ты не хочешь одеться? Старейшина только фыркнул: к чему излишняя скромность, когда они совершенно одни? Кроме того, если даже какой-то безумец проберется незамеченным мимо своры У Сяня и мертвых птиц, а потом расскажет об увиденном в стенах дома Старейшины И Лин, во всей Поднебесной едва ли сыщется человек, который ему поверит. Это ведь будут не всеми любимые россказни о том, что в плену Два Нефрита подвергались жестоким пыткам. В итоге, чтобы пресечь сплетни, которые нет-нет, да гуляли по Облачным Глубинам, несмотря на запрет, и пересказывались адептами шепотом, Си Чэнь чуть ли не силком притащил брата на холодный источник среди дня, когда стоящее высоко солнце помогало быстрее отогреться, выбравшись из воды. Ван Цзи предпочитал проводить там время рано утром или вечером незадолго до комендантского часа, чтобы иметь возможность побыть наедине со своими мыслями. Меры были крайними, но их без одежды увидело достаточно заклинателей, чтобы опровергнуть слухи об истязаниях. Естественно, на светлой от природы коже не было ни следов кандалов, в которые молодых людей никогда не заковывали, ни заживших ожогов и ран, ни даже рубцов от порки, которой Ван Цзи действительно подвергался. Благо, к тому моменту все следы, оставленные Вэй Ином, уже сошли. Ван Цзи слегка качнул головой, отгоняя воспоминания о холодном источнике заодно со смущением. Глупо было стесняться взгляда мужа после того, как несколько минут назад они предавались страсти. А если быть совсем честным – хотя бы с собой – то ему не впервой было разгуливать у колодца в таком виде. – Подожди, – попросил Нефрит. Прежде чем идти за водой, он дисциплинированно собрал раскиданную по траве одежду – ноги и руки все еще немного дрожали, так что дело шло не слишком быстро. Впрочем, У Сянь и не думал поторапливать его, с интересом наблюдая за тем, как Ван Цзи укладывает поверх всего остального черный шелк так, чтобы не заляпать ханьфу еще больше. Пятна на нем нужно было поскорее застирать, чтобы не загубить дорогую ткань. Заклинатели быстро набрали полные ведра воды, благо недавние дожди наполнили колодец чуть ли не до краев. А вот когда Ван Цзи увидел, как ловко Старейшина нанизывает их на жердь с засечками, ему сделалось не по себе. Раньше на той же палке воду таскали мертвецы. Он не боялся дражайших друзей мужа, но при одной мысли о них становилось неприятно. С трудом переборов себя, Нефрит все-таки протянул руку к черной деревяшке и ненадолго задержал пальцы в цуне от нее, однако не почувствовал тяжелой ауры. Все-таки это была другая жердь и все, кто ею пользовался, были живыми людьми. – А-Чжань, что-то не так? – Вэй Ин поднял ведра вместе с ним и привычно водрузил груз на плечо. Слегка обернулся. – Ты так притих. Устал? – А ты нет? – Нефрит постарался хоть немного приободриться. – Я хотел кое-что спросить, о темной энергии. У Сянь редко в чем-то отказывал ему, но сколько бы Ван Цзи не повторял, что путь Тьмы нисколько его не прельщает, подобные вопросы неизменно вызывали у Старейшины И Лин беспокойство. Вот и сейчас он снова обернулся, будто что-то проверяя. – Ах, вот ты о чем, – пришел к каким-то своим выводам У Сянь, встретившись с ним взглядом. – Понравилось? Дело в балансе энергий – я ведь могу смещать его и в светлую, и в темную сторону – ну, и в том, что ты достаточно чуткий, чтобы улавливать такие перемены. У Ван Цзи словно гора с плеч свалилась… хотя на самом деле то были ведра с водой, которые они как раз занесли и поставили вдоль бадьи. Получить подтверждение, что это только муж делал с ним все эти вещи, было огромным облегчением. Выходит, с тех пор, как Вэй Ин узнал, как чувствуются его прикосновения, он следил за собой? Все время, когда был с Нефритом, тьма самовольно не рвалась наружу? – Мгм, – подтвердил Лань Чжань, не найдя нужных слов, чтобы поблагодарить избранника за заботу или извиниться за то, что ни о чем таком даже не подозревал. Пока Старейшина И Лин вдумчиво грел воду при помощи талисмана, для этого совершенно не приспособленного, Лань Чжань как раз успел застирать следы их близости, попавшие на его ханьфу. Теперь все было правильно и можно было расслабиться. Оставалось, как он думал, еще раз сходить за водой, чтобы наполнить огромную бадью, однако у Вэй Ина были иные планы. – Прости, если говорю очевидные вещи, но с прикосновениями дела обстоят примерно так же, как с боем на мечах, – продолжал тем временем мужчина, окунув руку в воду и слегка помешав ее. – Одного контакта может быть достаточно, чтобы определить духовную силу противника. Ван Цзи и правда слишком редко касался других, чтобы это заметить. Однако он привык доверяться своей интуиции и не видел в этом ничего дурного. Вэй Ин подтвердил, что использовав такой простой и удобный способ проверки, можно здорово обмануться и угодить впросак. – Возьмем, к примеру, А-Ли. Разве много сил нужно, чтобы пробить насквозь… – он уже привычным движением вытянул шпильку из волос супруга и направил кончик прямо тому в лицо, – …вот эту дверь? – А-Ин, нет, это же единственная моя шпилька, – Ван Цзи выхватил украшение, прежде чем его конец нацелился на означенный предмет в комнате. В способности Вэй Ина сделать то, о чем он говорил, и так не могло быть сомнений. Вэй У Сянь посмотрел на него очень долгим проницательным взглядом, но так ничего и не сказал. Просто взял ковшик, чтобы приступить к омовению, призванному не только сделать их чистыми и смыть остатки темной энергии, с чем справилась бы и пара ведер ледяной воды, опрокинутых на голову, но и доставить им обоим удовольствие. Стараниями мужа Ван Цзи уже давно уяснил: когда тебе моют голову, это очень приятно. Даже до дрожи, когда теплая вода змеится по шее и спине, а после того же места касаются ласковые губы. Недавнее беспокойство совсем прошло, уступив место разливающейся вместе с водой неге. – Такой чувствительный, – У Сянь смахнул капельку воды с кончика носа. – А если полить немного вот здесь? Ван Цзи сам не заметил, как вышло, что он оказался в объятьях супруга. Прижавшись спиной к его груди, Нефрит окончательно расслабился и откинул голову на его плечо. Теплая вода защекотала шею. Ему нравилось настроение супруга и его легкие ласки. – Закрой глаза, – шепнул Старейшина, наверное, просто для того, чтобы в них не попала вода. В отсутствие зрения все другие чувства обострялись. Он привык к этому за время путешествия из Гу Су в И Лин, а теперь открывал в знакомом нечто новое. Это было так непохоже на те жгучие, едва терпимые прикосновения, на чувство, будто тьма готова пожрать их обоих. После выворачивающего душу удовольствия тело реагировало на малейшее невесомое касание. Дыхание Ван Цзи уже слегка участилось, и он ничего не мог с этим поделать. – А-Сянь, мы разве здесь за этим? – протянул он и задержал дыхание, когда тот коснулся в очень чувствительном месте. – Еще немного и твои пальцы… – Все, что пожелаешь, – хитро отозвался Старейшина, сочтя его слова приглашением.