...единственный, кто остался в живых (...is the only one that still lives in the end)

      …было бы не так больно, если бы она могла поговорить об этом с кем-то, но ее мама мертва, а остальные ее родственники слишком дальние, чтобы принимать их в расчет. Она делилась с мамой всем. Или, по крайней мере, почти всем. Тем, что действительно важно.       Может, в другой жизни у нее был бы отец, и она могла бы делиться с ним, но в этой у Триш его никогда не было и никогда не будет. Ей пришлось смириться с тем, что оба родителя мертвы, так что она знала только свою маму. Не то чтобы ей сильно не хватало отца. Конечно, дети немного дразнили ее в детстве, но дети есть дети. Они всегда найдут повод посмеяться над тобой. Ее это несильно беспокоило.       После маминой смерти, когда люди из Пассионе забрали ее, всего на мгновение Триш подумала, что она могла бы расти с отцом. Босс мафии наводил ужас, но он мог бы быть добр к ней. Он не знал ее, а она не знала его, но они могли бы научиться любить друг друга как отец и дочь. Ее мама мертва, но она может найти кого-то еще.       Он не ее отец. Он просто незнакомый мужчина. Просто неприятный человек, который, возможно, в прошлом очаровал ее мать, танцевал с ней однажды, но теперь полностью погряз в своих эгоистичных амбициях. У них общие гены, но это не делает Дьяволо ее отцом.       Он глупый. Просто глупый, жадный человек, который не имеет к ней никакого отношения. Урод. То, что он такой сильный и в то же время такой глупый, выводит Триш из себя даже больше, чем если бы он был сильным, жестоким и умным. Ему стоило просто оставить ее в покое. Почему он вбил себе в голову, что она представляет для него опасность? Он сам сделал ее опасной. Будь он хоть немного умнее, просто отослал бы ее в другую страну, дал бы новое имя и остался бы жив. Продолжил бы продавать кокаин, или чем там мафия занимается дни напролет. Она не в курсе. Все мафиози, которых она знала, только умирали один за другим у нее на глазах.       Возможно, это было бы неидеально. Ее мама все еще была бы мертва. Но, может быть, остальные тогда остались бы живы.       Да, они были знакомы всего несколько дней. И она едва их знала. Некоторых из них она знала только по фамилиям. Но ей все еще больно от того, что этот человек заставил их умереть за нее.       Со временем она стала еще больше похожа на него, особенно когда ее глаза пылали гневом. Она стала носить короткие волосы, ведь длинными и распущенными они напоминали ей о нем. Она отрезала их. Без сожаления.       Она уехала из Италии. Здесь ее ничего не держало, кроме тревожной мысли, что вокруг могут быть неизвестные владельцы стендов. Перед смертью Буччеллати пообещал ей дом. Свой дом. Она подумывала остаться там, тихо жить и никого не тревожить, но навязчивое желание уехать не покидало ее.       Она побывала в том доме перед отъездом. Буччеллати оставил ей достаточно денег и поддельные документы, чтобы она могла спокойно жить много лет. Так что она поблагодарила его и навсегда покинула страну.       Триш отправилась путешествовать. Ее не особо волновало, куда именно. Она много где побывала и везде находила что-то прекрасное, несмотря на то, что все еще была зла. Да, Триш была зла и, наверно, всегда будет, но разве это неправильно? Она имеет право быть злой, после всего, что с ней произошло.       Так она стала фотографом. Человек, с которым она делила часть генов, был одержим будущим, а она жила настоящим.       И у нее отлично получалось. Она не была уверена, что любит фотографию, но у нее действительно выходило неплохо. Поэтому она стала зарабатывать этим на жизнь.       Она поднималась вверх по карьерной лестнице. Стала штатным фотографом в газете. Однажды Триш работала на каком-то фестивале искусств и увидела стенд. Тогда она чуть не размягчила череп Кишибе Рохану.       Он мудак. В лучшем случае бессердечный сукин сын. Рохан был первым владельцем стенда, не связанным с Пассионе, которого она знала. Триш даже не подозревала, что стенды есть у кого-то вне организации.       — О, твоя история такая захватывающая, — сказал он однажды, перелистывая ее так обыденно, будто просто читал книгу. А она не могла понять, зачем вообще согласилась на это.       — Интересно, чем это все кончается? Не против, если я использую часть твоей истории для своей манги? Она просто покорит читателей.       Конечно она не против. Потому что они с этим засранцем друзья, и потому что она хочет доказать себе, что не все владельцы стендов хотят навредить ей.       — Только если я одобряю все, что ты используешь. А еще процент с продаж любого мерча.       — Договорились.       Триш нравилось дружить с ним, хоть иногда он и вел себя как настоящий придурок. У него тоже был стенд, поэтому впервые за очень долгое время она могла поговорить об этом, могла рассказать, каким глупым был Дьяволо, могла высмеять всех тех убийц, которых за ней посылали.       Она не любила говорить о Буччеллати и его команде. Они ей действительно нравились. Поэтому она оставила их для себя. Они не материал для манги.       — Поехали в Японию, — предложил он однажды. — Там еще больше владельцев стендов. Ты рассказала мне свою историю, а я расскажу тебе свою.       Она согласилась. А почему бы и нет? Триш не знала язык, но Рохан провернул один из своих трюков.       Было здорово найти друзей.       Здорово осознавать, что здесь есть те, кто понимает, через что она прошла.       Триш Уна нашла семью в Морио.