Where's your God?

— Не то, чтобы я злорадствовал, но ты знал, если продолжишь жить так, как ты жил, рано или поздно ты падешь, — Люцифер сидел на горячем камне, растянув свои обгоревшие черные крылья на ближайшие два метра. Это первое, что услышал Ита после того, как очнуться. Он все еще медленно приходил в себя, мигая и отворачиваясь в бок от настойчивого яркого света — одинокой красной луны, которая, как ни странно, была единственным источником света во всем Аду, если не считать бесчисленные яркие вспышки огня, которые хаотично зажигались и моментально тухли, не давая достаточного света, чтобы осветить огромную территорию. — Я в Аду? — Итуриэль мгновенно вскочил, слегка пошатнувшись. Падший не знал, что у ангелов может болеть голова, пока та не начала раскалываться, стоило тому резко встать. — Не пятизвездочный отель, но ты привыкнешь, — Люцифер оттолкнулся от камня, подходя ближе к брату, его огромные крылья шлейфом следовали за ним. Итуриэль замер, неторопливо поворачивая голову в бок, боясь увидеть то, что находится за спиной вместо привычных белых крыльев. Его некогда пушистые крылья сейчас больше походили на два уголька, которые все еще где-то горели, отчего Ита почувствовал едкий запах горелого, резко ударивший в нос. Он расправил их и яркая и острая боль незамедлительно пронзила его тело, отдаваясь даже в кончиках длинных пальцев. Он глухо заскулил, зажмуривая глаза. — Будут еще какое-то время болеть, лучше спрячь их. В Аду не госпиталь, лучше им пока не находиться на раскаленном воздухе. Итуриэль послушно спрятал их, чувствуя, что боль немного притупляется. — Ну и как тебе прыжок в серу? — Люцифер встал рядом с падшим, оглядывая того на другие повреждения, которые могли бы быть после затяжного падения из Рая в Ад. — Я вот сделал сальто, перед тем как полететь вниз. — Меня столкнули, — Итуриэль оглядел брата с ног до головы. Люцифер был все также прекрасен, как и в день восстания, так и после нахождения здесь, разве что его огромные черные крылья немного пугали Итуриэля. Что же, ему придется привыкнуть, ведь он имеет точно такие же теперь. — Дай угадаю, — Люцифер подпер острый подбородок большим и указательным пальцем, вспоминая, кто из его братьев и сестер был способен столкнуть Итуриэля с обрыва. — Михаил? — Гавриил. — Неожиданно, — черные брови Люцифера удивленно приподнялись. — Вот лично меня столкнул Михаил. — Я помню. У вас с ним постоянно были разногласия. — Отвратительный архангел, он настоящая заноза в заднице! Итуриэль молча кивнул. Он отвечал отстраненно, не желая разговаривать вообще, особенно с падшим архангелом. Люцифер это понимал, сам проходил через такое, но ему никто не помогал и Самаэль твердо решил помочь встать на ноги своему брату, даже если тому потребуются столетия, все равно они не куда не спешили, а в аду время идет наредкость быстро, если не подниматься наверх — в мир смертных. — Самаэль… — Люцифер. Я сменил имя, мое прежнее не подходило под это место. — Где демоны или грешники? Я думал, они кишат здесь, — Итуриэль огляделся, замечая лишь непроглядную мглу вокруг. Люцифер усмехнулся, поворачиваясь к брату полубоком. — Они, как бы сказать, бояться нас. Видишь ли, я и ты были когда-то ангелами, источниками света и добра и прочей ереси. Сейчас мы падшие, но это все равно пугает их, поэтому тебя здесь не тронут, — Люцифер зажег небольшой огонь в паре метров, на свету показались пару ужасающих лиц, искаженные в полукрике. — Такого здесь слишком много, потому, что, поздравляю, ты в Аду, поэтому старайся освещать свой путь. Демоны коварные существа, не жди от них ничего хорошего. Они не спеша двинулись в глубь ада, а Люцифер восторженно отзывался о каждом камушке. За многие тысячелетия он подустал молчать, Люцифер не находил в демонах хороших слушателей, а Итуриэль должен быть неплохим собеседником, особенно сейчас, когда с ним можно много чего обсудить.