7 дней

Несмотря на то, что день уже начался косо и криво, пока ничего критического не происходило. Юнги успел на пару и благополучно дописал итог, сдав работу далеко не самым последним. Пришлось соврать Намджуну, что вызывали из-за личного дела, ведь недавно он посылал заявку о смене места жительства. Не мог же он сказать, что будет встречаться с мужиком, который бесит до нервных приступов. Да и Джун только посмеялся бы над ним, сказал бы, что он придурок, и Чимин ничего не сделает, но, а что если? Что если сделает? Теперь подобные мысли станут спутниками на эту долгую неделю. И снова аудитория-амфитеатр, и снова Юнги сонный, и снова самые скучные полтора часа в его жизни. На этот раз парни взобрались на самый верх, на галерку. Намджуну все равно, он сейчас вновь заткнет наушниками уши и будет заниматься своими делами, а вот Юнги, конечно же, спать. После трехчасовой пары у них был час перерыва, который они провели в университетской столовке вместе с группой. Джун бодро разговаривал с парнями, обсуждая пятничный батл, на котором «обязательно нужно присутствовать» - так сказал Ким. Окей, нужно – так нужно. Юнги не против, только дайте ему сегодня выспаться! Таким образом, спал он и в столовой, пока друг не толкнул под бок. Наверное, Мин поступил очень нагло, заняв три кресла вместо одного, но ему нужно! Хотелось выспаться лежа. Пусть это не очень удобно, стыки неприятно вдаются в бока, но желание хоть немного вздремнуть намного сильнее! Уснул парень еще до прихода преподавателя, а Намджун, проявляя немного уважения, выслушал его вступление, и лишь только после этого абстрагировался музыкой. Профессор Квон принес лист формата а4 и прилепил его на доску, говоря, что здесь распределенные пары для составления отчета, с которыми студенты могут ознакомиться после лекции. Так же было сказано, что сегодня начитка пройдет без перерыва. Очень много информации, которую жизненно необходимо разобрать. Ну, разве что нашим будущим предпринимателям. На кой черт это музыкантам? Потому не удивительно, что они взобрались повыше и подальше от профессора, чтобы, как и Намджун, заниматься своими делами. Джун размял шею, звучно прохрустев ею, на что обратил внимание парень, сидящий рядом – сокурсник. Затем, размял спину и, наконец, руки. До конца лекции двадцать минут. Голова побаливает, а вакуумные наушники, кажется, уже натерли уши. Вся лента новостей во всех соцсетях пролистаны несколько раз, прочитана новая глава манхвы, пересмотрены все видео на ютюбе. Скучно. Джун отрешенно взглянул на профессора, скручивая наушники. Похоже, он рассказывал какую-то смешную историю, ведь нижняя половина, которая внимательно его слушала и которая не являлась музыкантами, рассмеялись. Классно, любит Джун шутки, которые не понимает. Цокнув языком, он растянул губы, превращая их в тонкую полосу и обнажая ямочки, и отрицательно покачал головой, отмечая, что у людей с техническим складом ума все непонятно. Другое дело гуманитарий. Он хмыкнул и взглянул на Юнги. Намджун не помнил, садился ли кто-то с краю с ними на ряду, но сейчас Мин не только тело, но и ноги умостил на откидные сиденья, а ступни свисали в проходе около стены. Он лежал полубоком, скрестив руки на груди, как египетская статуэтка, и уткнувшись носом в мягкую обивку, тихо посапывал. – Чем он ночами занимается? – шепчет рядом сидящий парень, кивая на Юнги. – Работает, – тихо объясняет Намджун, так как подобное анабиозное состояние друга не для кого из курса уже не является удивительным или чем-то необычным. Это Юнги не знает, но на курсе он достаточно популярен. Несмотря на то, что Мин ни с кем не общается так хорошо, как с Джуном, каждый хоть раз о нем слышал. Кто-то даже завидовал, ведь у этого парня природный талант к написанию музыки. Но сам Юнги так не считал. Все время говорил Намджуну, что ему нужно совершенствоваться, а Джун только соглашался, не распыляясь на комплименты. Когда-то, на далеком первом курсе он пытался переубедить Юна. Навыки его тогда были еще не так хороши, как сейчас, но уже заметно выделялись на фоне остальных. У Кима не получилось. Ну, больше он и не пытался. Истинный друг. Что касается Намджуна, так и он был не промах. Еще один одаренный от природы. Люди относились к нему так же, как и к Юнги. Завидовали, восхищались, просили поделиться какими-то секретами, но какие секреты, если он слушает, слышит и делает, зная наверняка, что в итоге получится что-то крутое. Вкладывал всего себя в работу, старался изо всех сил и получал хороший результат. Юнги вздрогнул и резко поднял голову. Пробуждение грозилось быть болезненным из-за удара о столешницу, но привычкам Намджуна нужно отдать должное. После того как Мин вздрогнул, он просунул руку между столом и головой, потому удар пришелся в мягкую ладонь. Юнги постоянно на лекциях вначале вздрагивал, а потом задирал голову, так что у Кима было достаточно времени и практики, чтобы довести свои действия до автоматизма. Мин нахмурился - искусственный свет казался слишком ярким, и, поднявшись, сел рядом с другом. – Выспался? – тихо интересуется он и аккуратно поправляет торчащие пряди миновских волос со своей стороны. Юнги кивает несколько раз, сглатывая и промачивая пересохшее горло. Он действительно выспался, но глаза пока разлеплять не хотелось, от чего те превратились в узкие щелочки. Лицо припухло после сна, а на щеке отпечаталась тонкая сеточка тряпичной обивки. Он несколько раз причмокнул и впустил руку в волосы, почесывая голову и взъерошивая и без того растрепанные локоны. – Сколько до конца? – огрубевшим голосом хрипит он. Намджун глядит на дисплей, но ответить на вопрос не успевает, потому что день, начавшийся наперекосяк, обязан быть таковым до самого конца. –… таким образом, я надеюсь, что товарищ музыкант на галерке выспался... – заявляет профессор Квон, и всем стало уж больно интересно посмотреть на этого «товарища музыканта». Все повернулись. Юнги съехал немного вниз, но все равно не спрятался от насмешливо-заинтересованных взглядов. Намджун рядом растянул широкую улыбку, но смешок сдержал, чего нельзя сказать о других студентах и, о боже, Пак Чимине! Этот сноб сидел где-то в середине аудитории, окруженный парнями и девушками своего сословия и коварно полуулыбался. Он что-то сказал одними губами и покачал головой и Юн готов был поклясться, что слово, которое он сказал, было «сладкий». Мин посчитал притвориться шлангом, словно речь шла не о нем вовсе, и не извиниться за такую дерзость, а преподаватель и не ждал ничего подобного. Просто ткнул на него, как на клоуна в цирке, и приказал смеяться. – Что же, – хмыкнул старенький профессор, – список оставляю вам для ознакомления. На этом я заканчиваю сегодняшнюю лекцию. Всем спасибо. До завтра. Аудитория превратилась в улей. Студенты загалдели, моментально начиная рассказывать о чем-то, что-то обсуждать. – Сука, – ударил Юн ладонью в ребро столешницы. – Ну, вот мог же промолчать? Так с какого он? Намджун посмеивается и пожимает плечами, закидывая в рюкзак ручку и тетрадь, которые были просто для видимости. – Давайте, товарищ музыкант, – паясничает Ким, аккуратно толкая парня под бок, – позвольте своим товарищам выйти. Ребята позади Намджуна посмеиваются и поддакивают ему. Всем весело, все смеются, а Юнги цокает, качая головой и, назло, очень и очень медленно продвигается через ряд к проходу. Вокруг листка с парами сейчас столпотворение, потому часть студентов разбились на группки и разговаривали, ожидая, когда станет немного посвободнее. Юнги с Намджуном были какое-то время наверху. Джун рассказывал про предстоящую пару по полифонии, а Юн разминал мышцы и суставы, после неудобного сна. Несколько упражнений и он практически проснулся. – …нет, думаю, будет один из нас и один из них, – медленно спускаясь по ступеням и разговаривая с Намджуном, услышал Юнги. Еще совсем недавно он бы просто не обратил внимания, но теперь, наверное, будет оборачиваться на этот голос постоянно. – Чимин-оппа, но это ведь означает, что мы будем все делать! – тянет своим тоненьким голоском какая-то брюнетка с короткой стрижкой. Юнги щурит сонные глаза и переводит взгляд на говорящего Намджуна, когда Чимин, сидевший на узкой столешнице, бросил на него мимолетный взгляд и вновь как-то недобро улыбнулся. – Ну, не знаю, Чеён, возможно, тебе повезет и попадется кто-то толковый, – пожимает плечами Пак и улыбается своей гадко-милой улыбочкой. Юн передернул плечами, а на вопрос Намджуна: «что случилось?», ответил, что еще не проснулся. Парни еще постояли около трибуны для преподавателя, продолжая все еще разговаривать о следующей, последней, паре. Юнги, честно, не хотел бросать свои испепеляющие взгляды в сторону Чимина, но его словно магнитом тянуло, а всему виной этот придурок, который, не стесняясь и не скрываясь, нагло пялился на него продолжая разговаривать со своими. И вот, наконец, настала и очередь парней узнать, кого судьба явила им в пары. Намджун нашел себя в первой десятке. – Кто… – сощурил он глаза, перечитывая имя партнера еще раз в голове. – Хираи… Хираи Момо? – Оу, это… Это я, – слышится откуда-то сбоку и парни вдвоем обращают внимание на этот голос. Невысокая светловолосая девушка робко приподняла руку и застенчиво улыбнулась. Милая. Симпатичная. Во вкусе Джуна. Хотя нельзя сказать, кто в его вкусе. В его вкусе девушки! Мина всегда забавляло смотреть, как он смущается, так и сейчас кивает, кланяется слишком часто, не зная, что сказать или сделать. Юн улыбнулся и непроизвольно облизнул нижнюю губу, закусывая ее. С такой глупой улыбкой он возвращает взгляд на листок и продолжает искать свое имя. Он внимательно пробегает по спискам, еще раз, и снова не может себя найти. Может, его здесь и вовсе нет? С этой мыслью он идет на третий заход, но тут сбоку чей-то крохотный и милый пальчик падает на первую строку, привлекая к себе внимание. Быстро ведет вниз, останавливается чуть ниже середины списка, а затем ведет в сторону. Юнги бледнеет, когда видит связку «Пак Чимин – Мин Юнги», выпрямляется и резко оборачивается, видя ну уж очень неправдоподобное удивление Чимина, находящегося слишком близко. Снова хочется его ударить. – Какое удивительное совпадение, правда? – так же удивленно тянет Пак, вскидывая вверх брови и вновь недобро улыбаясь. Ну, уж нет! Таких совпадений точно не бывает! Это все он! Все этот сноб! Юнги в этом уверен на все сто!