Гарри Поттер: правда в прошлом.

***

      Поттер сидел напротив Дамблдора и судорожно придумывал ответ на вопрос профессора. Но главным было другое: откуда он вообще узнал о мантии? Гарри был уверен, что он не общался с его семьей, иначе мальчик знал бы об этом, тем более его род никогда не пересекался с Дамблдорами. И мысли его он прочесть определенно не мог. Поттер многое знал о легилиментах, в конце концов библиотека Блэков познакомила его со многими видами колдовства. И Гарри понимал, что вторжение в свой разум он точно заметил бы. — Я не понимаю, о чем вы говорите. — спокойно заговорил Поттер. — Что за мантия, сэр? — профессор усмехнулся, сложив руки перед собой на стол и скрестив пальцы, внимательно смотря на Гарри. — Я был лучшим другом Грин-де-Вальда много лет. — тихо заговорил он. — Пока он не решил, что хочет власти. В юности мы увлекались артефактами и разумеется, знали сказку о трех братьях. Спустя пару лет мы узнали, что сказка вполне себе реальная. Единственный артефакт, который мы смогли отследить — это палочка. — Все еще не понимаю, причем здесь я. — отметил Поттер. Он напрягся, услышав, что профессор был дружен с его врагом. К чему были эти слова? Гарри нужно было убегать, или остаться и дослушать до конца? — Палочку смог найти Геллерт, и стал ее хозяином. Камень оказался у потомков Слизерина. Твой друг, Том, наследник и воскрешающий камень мог бы принадлежать ему. Но мне доподлинно известно, что Грин-де-Вальд смог обмануть мистера Рэддла и завладеть семейной реликвией Мраксов. А о последнем брате было ничего неизвестно. И мы задумались: какой род в Англии самый скрытный? Род, который даже в общей книге скрыт ото всех, даже от тех, кто с ним в родстве? И ответ был очевиден: Поттеры. Геллерт много раз предлагал твоему отцу союз и поддержку в обмен на мантию. И что было в итоге тебе прекрасно известно. — А кем был третий брат? — спросил Гарри, поняв, что дальше притворяться незнайкой было глупо. — Игнотус Певерелл. — спокойно ответил ему Дамблдор. — Как ты думаешь, Гарри, сможешь ли ты защититься от Геллерта? — Не думаю. А что вы предлагаете? Отдать вам мантию и остаться беззащитным перед Темным Лордом? — с усмешкой спросил его Поттер. Профессор широко улыбнулся, откинувшись на спинку стула. — Нет, конечно. Мантия в чужих руках не работает так, как должно. Она убьет всех, в ком не течет кровь Поттеров. Твоя тетя уже не сможет ей владеть. Она теперь Блэк. Ты последний владелец мантии смерти. И забирать у тебя твою защиту я не собираюсь. Но мне нужно, чтобы все думали, что ты отдал ее мне для изучения. — Зачем вам это? — спросил Гарри, прищурившись. — Чтобы выманить Геллерта. Конечно, сперва он уедет из Британии, продолжив свою бурную деятельность в Германии, но потом, когда наберется сил, чтобы сразиться… Тогда я смогу либо победить его… — Либо умереть. — закончил за него Поттер. — И вы не боитесь смерти? — Альбус улыбнулся, внимательно глядя на мальчика. — Для высокоразвитого разума смерть является всего лишь новым приключением. — заметил Дамблдор. — Так что нет, я не боюсь. Но на самом деле мне не хотелось бы проиграть Геллерту. А для этого нужно вернуть Тома в род Мракс. Таким образом камень вновь вернется к нему. — И как это сделать? — спросил Гарри, закусив губу. — Когда я найду решение, то сообщу тебе. А пока расскажи своим друзьям о том, что отдал мне мантию для изучения. Даже если они будут уговаривать тебя забрать ее назад, не соглашайся. И ни в коем случае не говори им правду. — Почему? — удивленно спросил Поттер. — Потому что детям нельзя верить. Они легкомысленно относятся к секретам и могут случайно поделиться ими с родителями или родственниками. — Тогда почему вы верите мне? — Потому что тебе некому рассказывать. — с улыбкой ответил ему Дамблдор. — Даже если тебе все поклянутся в верности ты все равно будешь закрытым одиночкой. Такова натура всех Поттеров. — Вы знали моего отца? — спросил Гарри, внимательно глядя на профессора. — Мы учились вместе. На одном факультете, к тому же. Но у него не было друзей. Общался лишь со своей сестрой и иногда Блэками, когда твоя тетя заключила помолвку с Сириусом. Остальные для него не представляли никакого интереса. Он учился, был лучшим по многим предметам, часто бывал в библиотеке и иногда нарушал правила, гуляя ночью по Замку. Ты очень похож на него, Гарри. — Поттер пожал плечами, задумчиво закусив губу. — Я хочу быть другим. Хочу верить Тому и Эдварду. Но если я ошибусь в них так же, как вы в своем друге? — Знаешь, несмотря на то, что мы больше с ним не друзья, а скорее враги, я ни минуты не жалею о том, что раньше он был самым близким для меня человеком. Пусть у меня и была сестра с братом. Но Геллерт меня… — Понимал. Том такой же. Как вы думаете, он станет как Грин-де-Вальд? — спросил он Дамблдора. — Таким — нет. Но я верю в людей, может он станет намного хуже. Тем более ты его поддерживаешь. Поттеры никогда не помогали Темным Лордам или властям. Они всегда оставались в стороне от всего этого. — Но Том может стать лучше. Как и я. Буду отличаться от всей моей семьи. Может это и было ошибкой моих предков? Иначе бы я не остался последним из рода. — заметил Поттер, на что Дамблдор лишь покачал головой, грустно улыбнувшись. — Идите к своим друзьям, мистер Поттер. И подумайте, кто из них сможет стать вашим якорем, а кто — кандалами?       Гарри кивнул профессору и ушел из кабинета, обдумывая их разговор. Он знал о его семье преступно много. А Поттер не знал практически ничего. И это его злило. Даже больше предположения Дамблдора о том, что Гарри одинок. — Ну и о чем вы так долго разговаривали? — Том стоял у окна, недалеко от кабинета и ждал его. Медичи нигде не было.       Юный волшебник встал рядом с ним, смотря в окно. На улице никого не было. Пустая земля перед замком, которая была ярко-зеленой и притягивала взор. Такая яркость на сером фоне неба и дождя хоть как-то компенсировала общий вид. Поттер задумчиво закусил губу, обдумывая свой ответ. Что ему сказать Тому? Правду? Он мог ему верить, обет его сбережет от предательства. Но хотел ли он сам рассказать это правду Тому? — О мантии. Мы договорились с ним о том, чтобы я рассказал всем, что отдал ее ему для изучения. — Рэддл удивленно посмотрел на Гарри. А Поттер глубоко вдохнул, понимая, что он поступил правильно, рассказав Тому о замысле Дамблдора. — Он выманивает Грин-де-Вальда? И почему ты рассказал мне о плане? — спросил его юный маг, глядя на профиль Поттера. Гарри все еще смотрел на улицу, оглядывая Запретный Лес, который простирался перед Хогвартсом. — Ты под клятвой. Пока что верить я могу только тебе. — Том хмыкнул, внимательно глядя на Поттера.       Он не верил в то, что Гарри так наивен, раз верит ему. Да, клятва защищала многое, но не все. Но это искренность подкупала его. Рэддл понимал, что сам уже не хочет искать выход из этой ситуации. Он интуитивно понимал, что поступил верно, встав на сторону Поттера. К тому же его сила, о которой говорилось лишь в легендах, привлекала его. Это могло помочь ему в достижении его целей. Единственный живой некромант был на его стороне. Его союзником. Только подобный Поттеру мог быть равным ему. Более никто не достоин. — А как же Эдвард? — Гарри пожал плечами, продолжая смотреть в окно. Погода была дождливой, серой и отталкивающей для большинства людей. Но Поттер любил дождь. — Пока что я могу верить лишь тебе. А о Медичи я не хочу говорить. В конце концов время покажет. — Том кивнул, взяв сумку с подоконника и кивнув Поттеру в сторону коридора, чтобы они начали движение. — Ты не боишься, что от такого слуха на тебя кто-то решит напасть? — спросил Рэддл, идя рядом с ним в сторону библиотеки.       Они говорили тихо, но Гарри все же переживал из-за портретов. Он хорошо знал, что они болтливы и обожают сплетничать. Но они говорили слишком тихо для них. И нарисованные маги недовольно что-то ворчали, не имея возможности подслушать разговор двух юных магов. — Нет. Вряд ли кто-то решиться на подобное в школе. А за ее пределами нужно был настороже. Даже дома. — Том усмехнулся, глядя на перешептывающиеся картины на стенах. — А что мне сказать Темному Лорду? — спросил он, закусив губу.       Пусть он и выбрал Поттера, но Грин-де-Вальд все еще имел на него определенное влияние. Каким бы ни был он человеком, он вытащил его из приюта и обучил всему, что должен знать волшебник. Но Рэддл знал, что он нужен ему как инструмент, орудие для достижения своих целей. Том должен был стать близким человеком для Поттера и забрать у него мантию. Пусть они так и не узнали, как это сделать. Так что в последнем приказе прозвучала другая мысль: доставить Гарри вместе с артефактом к нему. — Что мантия пока что у Дамблдора. И профессор явно хочет подчинить ее себе. Думаю такая информация заставит его действовать. — Ты хочешь, чтобы он напал как можно быстрее? — уточнил он, закусив губу. — Пока мантия не у тебя, он не появиться. Грин-де-Вальд знает, как подчинить себе этот артефакт. И понимает, что Дамблдор подобного не сделает. И ему нужна не только мантия. Но и ты. — Я знаю. И пока мантия у профессора, меня он не тронет. В конце концов шантажировать Дамблдора ему нечем. — А если он похитит тебя и вступит в переговоры с ним? Профессор может и поддаться, раскрыв правду. — Тогда нам нужно продумать все возможные варианты, Том. Пусть мы и дети, но не глупцы. И в этом наш козырь, Рэддл. Нас недооценивают, так почему бы на этом не сыграть? — Ты прав, Поттер. Но сперва нам нужно быть уверенными в том, что план сработает так, как мы того желаем. — Гарри кивнул, сжав локоть Тома и останавливая его недалеко от входа в гостиную Слизерина. — Не говори ни о чем Эдварду. — сказал Поттер, серьезно глядя в глаза Рэддлу. — Чем меньше людей знает о плане, тем больше шансов, что он сработает. — Том кивнул, и они дошли до входа, назвав пароль и зайдя в помещение.       В гостиной их уже ждал Медичи, сидя рядом с Малфоем, который о чем-то рассказывал ему. Юные волшебники прошли по помещению, и сели возле камина, недалеко от своих сокурсников. Эдвард кивнул им с улыбкой и продолжил что-то обсуждать с Абраксом. Поттер спокойно глянул на него, махнув рукой и уставился на Рэддла. — Как думаешь, лучше сейчас начать писать эссе по трансфигурации или отложить на выходные? — неожиданно задал вопрос Том. Гарри удивленно приподнял бровь, но видя, что волшебник не собирается продолжать говорить, пожал плечами. — Если хочешь написать хорошую работу, то нужно дополнительная литература. — заметил он. — Хочешь пойти в библиотеку? — Почему нет. Эдвард, пойдешь с нами? — спросил он, переведя свое внимание на Медичи. Тот глянул на них и отрицательно мотнул головой. — Нет, хочу отдохнуть от трансфигурации. Займусь зельями, а для них мне дополнительная литература не нужна. — мальчишки кивнули ему и встали, чтобы зайти в свою комнату и оставить лишние вещи.       Они молча выложили все ненужное из своих сумок, оставив учебник по трансфигурации и пергамент с пером и чернильницей. Гарри поправил палочку в чехле и переглянувшись с Томом, кивнул ему и они вышли из комнаты.       В библиотеке было не особо много людей, но все же староста Гриффиндора была уже здесь, впрочем как и всегда. МакГонагалл любила учиться, что было странно для представителя алознаменного факультета, обычно это было привилегией когтевранцев. Мальчики переглянулись и сели за свободный стол у окна. Разложив свои вещи, они направились к книжным стеллажам, ища необходимое. — Ты хотел еще о чем-то поговорить? — спросил Поттер, когда они сели за стол, и начали пролистывать найденную литературу для эссе. — Нет, просто я хотел побыть с тобой вдвоем. — - ответил ему Рэддл, нахмурившись. — Другие ученики меня раздражают, а ты все знаешь обо мне, и с тобой мне приятней находится. А одному почему-то не хочется. — Я тебя понимаю. — с улыбкой сказал ему Гарри. — Что ж, как думаешь, формула превращения жука в пуговицу правильная? — Том фыркнул, и потянул учебник к себе.       Они довольно быстро справились с заданием, но остались в библиотеке, решив найти что-нибудь интересное для себя. Все же у них еще было время до ужина. Том в итоге взял книги по ментальной магии, а Гарри по ритуальной. Конечно, это было больше похоже на художественную литературу, чем на учебник, все же в общем доступе ничего особо серьезного не было, но для общего развития им это подходило.