Дорога на Север

Дорога через лес была тяжела. Ноги путались в невысокой густой траве, цеплялись за густые черничники и притаившиеся в мягком мху корни. Глаза уставали от царящего в лесу сумрака: солнце плохо пробивалось сквозь густые кроны дубов, буков и кленов. Зато все вокруг дышало незыблемым покоем и спокойным величием. Звенели птичьи голоса перекличками дроздов, сорок, кукушек. Пестрели оперением слетающие под ноги трясогузки, и тихо и нежно пели по утрам соловьи. Для привычного к морскому простору и жесткому северному ветру Тора местное умиротворение было в диковинку. Словно он, свернув с дороги попал в неизведанный доселе мир. Пожалуй, не лежи на его сердце тень боли, это чувство бы пугало. Но сейчас, когда все мысли вольно или невольно возвращались к Локи, лесная тишина успокаивала. Вот уже неделю Тор блуждал по этой зеленой пуще. Местных земель сын Одина совсем не знал и потому полностью положился на свою удачу, решив, что раз Боги ткнули его носом в братовы руны, значит и дорогу к нему помогут найти. Так что он забирался все дальше и дальше в лес, уходя от обжитых мест. Если бы не тоска и переживания о Локи, путь его можно было бы назвать легким и приятным. Пропитание Тор находил себе охотой на шустрых кроликов или на ленивых глухарей. Ночевать устраивался в раскидистых корнях древних деревьев. А идти старался вдоль течения ручьев, что в итоге его и подвело. Тор не сразу заметил, что мох под ногами сменился: стал влажным и глубже проваливался под его тяжелым шагом. Могучие деревья словно раздвинулись, дав больше света, а навстречу стали попадаться стройные березки и осинки. Ручеек звонко петлял между ними, переливчато журчал летней песней, скрываясь за заполонившим берега норичником. И только провалившись по колено в прохладную грязноватую воду, Тор осознал, что неверный проводник завел его в болото. Глухо выругавшись, он выдернул ногу и осмотрелся. Ручеек вливался в небольшое заболоченное озерцо, поросшее цветущим белокрыльником. По берегам его густо заплелась сыть, перемежаемая плотными пучками осоки, между ними кокетливо желтели ярко желтые лютики. Над цветами и водой сонно вилась мошкара, а в отдалении глухо и важно квакала жаба. Тор хмыкнул на все это, сделал шаг и по пояс провалился в открывшийся бочаг. - Да чтоб тебя, - выплюнул он, чтобы скрыть собственный испуг. Сапоги стремительно намокли и потяжелели. Тор повозил ногами, в тщетной попытке найти дно и с ужасом понял, что его тянет вниз. Попробовал зацепиться руками за траву вокруг, но та не держала, вырываясь с корнями. Тогда он замер, заставляя себя дышать глубоко и ровно. Медленно обвел глазами поляну, но не увидел, чем можно спастись. А потом словно в спину что-то толкнуло. Тор вдруг вспомнил про лук и братов посох, так и болтающиеся за спиной. Очень медленно он вытянул длинную палку, уложив с одной стороны от себя. Затем проделал тоже самое с луком. Ухватился за импровизированные полозья и, молясь всем известным богам, потянул себя вверх. Лук и посох просели под его весом, но не провались и не сломались. Медленно и очень неохотно жадная топь выпустила свою несостоявшуюся жертву. С Тора семь потов сошло, прежде чем он ползком добрался до надёжного корня дуба, выпирающего из земли и устроился на нем. Переведя дух, он привалился к стволу и стянул правый сапог, вытряхивая из него болотную жижу. - А я уж думал, спасу тебя – сочтемся, - квакнул кто-то справа, заставив его подскочить и схватиться за изгвазданный тиной меч. - А ты, богатырь, даже сапог в болоте не потерял, - хмыкнул Водяной, выбираясь из бочага на поросшую сочной осокой кочку. - А, это ты, - Тор выдохнул и опустился обратно на корень. – Я думал ты у невских берегов живешь. - Так и есть, - Водяной важно сложил перепончатые лапки на выпирающем животе. – Да вот к свояку заглянул. Он тут жаловался, что за зиму все лягушки перемерли подо льдом. Помогал новых выводить. - Нету мне дела до ваших лягушачьих свадеб, - буркнул Тор и вывернул второй сапог. - Да какие же тут свадьбы? – всплеснул руками Водяной. – Похороны сплошные! - Тем более. Тор снял пояс, пытаясь посчитать причинённый ущерб. Меч и ножны были в тине. Кошель с рунами Локи промок, и он поспешил убедиться, что сами деревянные знаки не пострадали. Кошелек, со скудной мелочью тоже весь был перепачкан грязью. А Водяной все продолжал сидеть на кочке, грея зеленую шкуру на солнце и щуря на Тора огромные глаза. - Че смотришь? – недружелюбно спросил у него Тор. Отчего-то купание в болоте окончательно утопило всякое хорошее настроение. - Тебе дивлюсь. - А что мне дивиться? - Что же такой богатырь как ты, забыл в таком глухом месте? - Брата ищу, - мрачно ответил. – Мара его забрала. А я выручать иду. - И что же ты, богатырь, - голос Водяного стал странно настороженным, - к самой Маре в логово пойдешь? - А и пойду, - Тор сдвинул брови. – Вот только дорогу верную найду… Водяной замолчал, закачался на своих лапках-ножках, и до Тора вдруг дошло. - А ты ведь знаешь к Маре дорогу… - Знаю. - Отведи меня к Маре. - Вот уж дудки. - Ты мне службу должен! – Тор вскочил на ноги. Водяной вжал голову в плечи, но упрямо отказался. - Не поведу. Что я тебе, дурак? На верную гибель в ее царство соваться… - Но там же Локи! - Твой брат – твои проблемы! - Слушай, - Тор начал свирепеть. – Невский хозяин, коли ты такой трус, то хотя бы дорогу мне покажи. А с Марой я сам справлюсь. Водяной фыркнул. - Сам ты разве что с девкой на сеновале справишься, и то не со всякой, - Водяной вздохнул. – Сядь лучше, да слушай. Ты хоть знаешь кто она такая, Мара? - Ну… - Тор прикинул, что удавить болотную гниду всегда успеет и сразу успокоился. Встряхнул головой и сел обратно на корень, припоминая про Мару. – Богиня какая-то здешняя… - Мара тебе не просто какая-то богиня, - Водяной покачал головой. – Мара богиня зимы, старшая дочь Сварога и Лады. Из трех сестер – самая сильная и самая злая. Тор на это лишь плечами пожал. - А зачем такой сильной богине зимы вообще понадобился Локи? Ну вернее гданьская княжна. - Княжна? – Водяной сбился стращающего и благоговейного тона и нахмурился. – Слышал я от свояка новости… Говорят княжна по зиме смеялась, что своей красотой Маре нос утрет. А Мара… она как всякая девка обидчива сильно. Вот она и застудила Гданськ. Велела князю дочку отдать зиме, а то она и его уморит и весь город. - А Князь решил Мару обмануть, - Тор вздохнул и покачал головой. - Обмануть? - Подсунул Маре моего брата вместо княжны. - Ох ты ж… Как же Зима с обиды лютовать будет, - Водяной насупился. – Хорошо. Покажу я тебе дорогу до Мары. Может ты ее и усмирить сможешь. А то она от обиды всех со света сживет. - Правда? Проведешь? – Тор сразу воспрянул духом и выжидающе уставился на Водяного. - Проведу. И даже подучу, что делать надо, чтобы ледяной статуей не стать. - Тебе то с того какая польза будет? – вдруг спохватился Тор, вспомнив, что нечисть ничего не станет делать за так. - А ты сам как думаешь? Мара когда на людей гневается нас различает? Зима жестока, всех метет, не смотрит. Она тут с Перуном Громовержцем войну затеяла. Идолы его перебила по зиме. Так по болотам столько жизни передохло, что хоть плачь. Рыба забилась в ил, да поуходила на юг. Змеи еле выползли. Тьфу, пропасть, одним словом. Не сидится богам спокойно, а нам расхлебывай. Грей, корми, размножай… Одной мошкаре хорошо. - Так это Мара была… а в Новгороде решили, что Лоухи… - растерялся Тор. - Лоухи… - Водяной нахмурился. – Это северная колдунья? Так что ей со здешними богами делить? У них на севере свои дела. У нас свои. Ты Зимы-то не путай, а то ног не унесешь коли не то ляпнешь. - Понял, - буркнул Тор. Тор быстро собрал свои пожитки. Повесил пояс, проверил кошели и меч. Прицепил к спине посох и лук. – Куда идти? - Я тебе покажу, - хмыкнул Водяной и подошел к тому самому бочажку. - Ты шутишь? – Тор недоверчиво подошел к той самой луже. Только теперь там была не густая болотная жижа, а прозрачная вода. Словно в колодце – глубоком-глубоком. - Нет. А собрался ты оделся, - Водяной посмотрел на Тора строго. – Раздевайся, да все свои вещички, все до единой, наизнанку выворачивай и обратно надевай. - Зачем это? – опешил. - А как ты в Навь собрался попадать? – фыркнул Водяной и притопнул. – Делай что говорю. А то полетишь вниз головой как утопленничек и обратно не вернешься. - Хорошо-хорошо, - поспешил заверить Тор. Надевать одежду шиворот на выворот было и неудобно, и неприятно, но с переодеванием он справился довольно быстро. Повесил обратно сумки, пояс под бдительным взглядом Водянова прицепил обратной стороной и теперь правая рука неудобно цеплялась за рукоять при каждом движении. - Хорош, молодец, - хмыкнул Водяной. – А теперь зажмурься и ныряй! И Водяной первым сиганул в прозрачную воду, мгновенно исчезнув. Тор несколько вздохов простоял над бочажком, собираясь с духом, а потом зажмурился и прыгнул. Он еще почувствовал, как плеснула вода под сапогами, а потом словно вихрем подхватило. Закружило, замотало и понесло. - Что, богатырь, испугался? – раздалось рядом насмешливое кваканье Водяного. - Отстань, - буркнул Тор, чувствуя, как крутит желудок. Глубоко вздохнул сухой и пыльный воздух и открыл глаза. - Вот она, Навь, - с гордостью протянул Водяной. - Да уж, - протянул Тор, потрясенно оглядываясь. Он бы и без представления не спутал бы два мира. Навь была серая и тихая. Они с Водяным стояли на вершине лысого холма, а вокруг стелилась жухлая сухая трава то ли бурая, то ли рыжая. И над всем этим серело небо, затянутое тонкими облаками, через которые едва-едва светило солнце. - Ты привыкай, богатырь, - посоветовал Водяной. – Навь – мир мертвых. Им солнце без надобности. Это только у кого из богов, будет посветлее. А так, вот она… земля по ту сторону. - И как же я здесь найду Мару, - Тор снова обвел пустоши потрясенным взглядом и поежился. - А мы с тобой не Мару искать будем, - покачал головой Водяной. – Мара, она ведь девка вздорная. Обидчивая. К ней подход нужно вызнать, прежде чем в логово ее соваться. - И куда же ты меня тогда направишь? – нахмурился Тор. - К мужу ее. Кому как не ему знать, как со стервой-зимой сладить? - И кто же ее муж? – Тор, поправил сумки и вздохну. Путь видать предстоял долгий. - Чернобог. - Кто? - Чернобог, ее муж, - усмехнулся Водяной. – Ну пойдем, молодец, коли не струхнул. А, впрочем, что уж теперь? Ты, дружок, по своей воле в Навь пришел. Теперь тебе всего две дороги, или ты своего брата найдешь и Мара вас отпустит, или ты сам тут навеки вечные останешься. - Ты не болтай давай, - нахмурился Тор, чувствуя, как по спине побежали предательские мурашки. – А веди. А то смотрю больно ты болтлив. Он поторопил Водяного подпихнув коленом в спину. Тот недовольно заворчал, но неспешно заскакал вперед, взметывая вверх облачка серой пыли.