Inevitability

***Через пару часов после инцидента***

      Альфу в бессознательном состоянии положили в палату. Чимина на пару с Тэ и Джином отпоили успокоительным зельем.       А тем временем в коридоре больничного крыла собрался целый консилиум из преподавателей во главе с директором. — Я вообще не врубаюсь что тут происходит, — русоволосый расслабленно лежит на груди своей розовой мумии, блаженно прикрыв глаза. В голове клубился вязкий туман, мешающий разогнать мыслительный процесс до нормального уровня. Мощное зелье у них, однако. — Ну что тут непонятного? — Растягивая слоги лепечет шатен. — Чонгук оказался оборотнем, а наш маленький Чиминни — его истинным. — Оу… А я то думал меня судьба истинным наказала. — Хихикает младший, не до конца осознавая происходящее. — Как думаешь, булочка уже догадалась? — он оглядывается на спящего лучшего друга. После пережитого стресса, порции необходимых лекарств и почти убойной дозы успокоительного, было бы странно обнаружить его бодрствующим. Шатен хмурится, пытаясь просчитать вероятность выдвинутого вопроса. — Скорее нет, чем да. — Старший рассеянно перебирает русые мягкие прядки, немного залипнув на том, как они переливаются в свете тусклой лампы, стоящей на прикроватной тумбочке. — Гораздо больше меня волнует как эти двое теперь поступят. — Ну, а что тут думать? Им не ужиться вместе. — Тэхён сладко зевает в конце фразы. Он слишком хочет спать, чтобы продолжать рассуждать. — Не уверен, что у них будет выбор… — В состоянии полудрёмы бубнит Джин уже спящему слизеринцу.

***

      Когда Чимин просыпается следующим утром, то совсем не ожидает увидеть рядом с собой сборище народу. Профессора зельеварения и трансфигурации, директор, трое каких-то совсем незнакомых людей… Омега чуть ли не подпрыгивает и испуганно жмётся к стенке, завидев Чонгука, сидящего на стуле у противоположной стены. — Не беспокойтесь, мистер Пак, мы приняли необходимые меры, чтобы обезопасить вас и мистера Чона от необдуманных поступков. — Ласково произносит мадам Помфри, поставив на прикроватную тумбочку зелье. — И вам тоже следует выпить это, чтобы и вы могли участвовать в разговоре.       Блондин, смущаясь чужого присутствия, как можно оперативнее откупоривает пузырёк, и в один большой глоток его осушает, морщась от горьковатого привкуса. — Теперь самое время рассказать мальчикам для чего мы все тут собрались. — Рассудительный тон профессора Дамблдора разрушил момент неловкого молчания. — Но, полагаю, что никому не дано сделать этого лучше, чем приглашенному специалисту.— Мужчина переводит взгляд на стройную женщину с мягкими чертами лица и белыми как снег волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Судя по одежде, она являлась целителем. А лёгкие паутинки морщин, почти скрытые круги под глазами и цепкий внимательный взгляд, свидетельствовали о тяжёлой работе и многих годах практики. — Благодарю вас, господин директор, — произносит она низким голосом, что совершенно не соответствует хрупкому телосложению. — Абигейл Барлоу — специалист по узам. В мою специализацию входят связующие проклятья и их патология. Так же диагностика и стабилизация уникальных тонких многогранных связей с нерушимым долгосрочным эффектом, которые в простонародье называют истинностью, — чопорно выдаёт блондинка, сжимая в руках кожаный портфель, который омега заметил только сейчас. — Подождите, — обескураженно выпаливает Пак, борясь со своим плохим самочувствием. Симптомы течки всё ещё дают о себе знать: голова кружится и отказывается как следует воспринимать информацию, внизу живота пульсирует болью, а на простыне очень медленно и верно продолжает расползаться влажное липкое пятно. — Что вы хотите этим сказать? И какое отношение это имеет к тому, что Чонгук вчера обратился в волка и пришёл сюда? — Мистер Пак, прошу вас проявить терпение и чуть больше сдержанности. — Укоризненно вставляет профессор Макгонагал, поправляя свои очки. У профессора трансфигурации был довольно измотанный вид. — Прошу прощения, — пристыженно отводит взгляд блондин. Ему всё ещё ничего не понятно, хочется выгнать всех присутствующих, позвать друзей и долго красочно жаловаться. Препарат, что ему дали, начинает действовать — голова становится более ясной и нутро чует неладное более остро. Пак чувствует тяжелую атмосферу, царящую в помещении. Лёгкие обжигает кофейным запахом с момента пробуждения, но уже не так остро как несколько минут назад.       Целительница прочищает горло, дабы вновь привлечь всеобщее внимание, чего с лёгкостью добивается. — Итак, как вы уже могли догадаться, — обращается она к студентам, поочерёдно одаривая взглядом каждого. — Я прибыла сюда не случайно. Признаться ваш, мальчики, случай действительно уникален и в моей практике встречался лишь дважды с совершенно противоположными исходами. Но, думаю, у вас всё получится, — блондинка кидает мимолетный взгляд на пару молодых людей и едва заметно им улыбается. Между тем, омегу совершенно не прельщает перспектива ни одного из «противоположных результатов», пусть он пока ещё не понял в чём дело. Внимание переключается на совершенно отстраненного Чона, пялящегося в одну точку. Смотря на это все, вывода напрашивалось два: либо альфу так хорошо напичкали лекарствами (а возможно и применили парочку заклинаний), либо он просто знает суть проблемы (и судя по его виду они в полной заднице). Чим начинает изрядно так нервничать, но открыть рот и выразить свои переживания напополам с ещё одной претензией, не даёт подавшая голос девушка с длинными вьющимися тёмно-каштановыми волосами и глазами орехового цвета. — Нам стоит сказать мистеру Паку главную новость, а не вести пространные разговоры издалека. В конце-концов, он единственный, кто до сих пор находится в неведении. И вряд ли ему нравится подобный расклад. — У девушки был очень приятный и мелодичный голос, чем-то отдалённо напоминающий тот, что принадлежит его матери. Когда она закончила фразу, мадам Помфри сделала шаг вперёд, перетягивая внимание на себя. — Мистер Пак, Чон Чонгук является вашей истиной парой. — Женщина подарила ему глубоко сочувствующий взгляд. — Мы сообщили вашим семьям о случившемся. Уверена, они прибудут сюда в ближайшее время.       Кажется, внутри Чимина что-то надломилось. Пока он точно не знает что, но оно определённо очень важное. Такого просто не может быть. Это нереально. Судьба не могла так над ними посмеяться. Они с Гуком терпеть друг друга не могут и скорее всего убьют друг друга к концу следующей недели. — Я бы на вашем месте не стала ставить настолько пессимистичные прогнозы, — слегка улыбается Абигейл Барлоу. — В истинности гораздо больше положительных моментов, чем вы можете себе представить. — Видимо, блондин последнюю свою мысль всё-таки произнёс вслух. От накатившего смущения у него начинают гореть уши. У омеги дикое желание вернуться во вчерашний день, вместо вечеринки сходить на озеро и там же утопиться. А ещё его с головой накрывает волна страха. Потому что неизвестность пугает его больше всего. Когда Тэ и Хосок оказались истинными никаких врачей им не вызывали. Да вообще никого не вызывали. А ещё Хосок на оборотня не похож от слова совсем. — Это каких же? — саркастично выдаёт альфа, сложив руки на груди и впервые подав голос. — Жить бок о бок с тем, к кому всю жизнь испытываешь неприязнь? — Ваша связь ещё не настолько крепка, чтобы вы могли ощутить это на физическом или духовном уровне, — спокойно пожимает плечами целительница. — Однако, об этом говорить пока ещё рано. Видите ли, как правило истинными становятся существа разной гендерной принадлежности, но одной расы. У таких пар гораздо большая вероятность построить счастливую семейную жизнь и дать сильное жизнеспособное потомство. Так же у них всегда есть возможность выбора. Они могут как остаться с тем, кто предназначен судьбой, так и выбрать кого-то другого, — женщина прерывается на несколько мгновений, чтобы удостовериться в том, что мальчики её внимательно слушают. — Но в этом мире существуют и исключения, — продолжает она дрогнувшим голосом. — Не часто, но истинной парой становятся два омеги или два альфы, реже встречается связь с большим количеством партнёров, например, трое или четверо. Самыми редкими и опасными для пар случаями является истинность между существами разных расовых принадлежностей. Проблема заключается в различиях между этими существами и гораздо большей силе их связи. Например, у оборотня два совершенно противоположных энергетических уровня: первый соответствует человеческой сути, второй — волчьей. У человека этот уровень один, но он связан с ними обоими, равно как и с ним связаны все ипостаси оборотня. Так же ликантропы являются моногамными существами и после встречи с истинной парой остаются верными ей до конца. В то время как большинство людей не ограничивают себя в количестве партнёров. — Этим и опасна наша ситуация? — отстранённо перебивает омега, смотря на побледневшего в процессе чужого рассказа Чона. — Если я отвергну Чонгука, то нанесу ему вред? — Не совсем так, мистер Пак, — как ни в чём не бывало продолжает женщина, в который раз не обратив внимание на чужую неучтивость. — В вашем случае, при осознанном отказе от связи пострадаете вы оба. Как я уже сказала, ваши узы изначально более глубокие и крепкие, чем в подавляюще большем количестве случаев. Они похожи на невидимые прочные нити, соединяющие ваши души. Некоторые из них уже протянуты между вами и только время покажет: станут они прочным канатом, подарив вам счастье; или обрубятся вашими усилиями ещё в самом начале, травмировав вас обоих. — Мисс Барлоу, вы их пугаете. Не уверена, что такой метод подачи информации принесёт пользу, — качает головой девушка с каштановыми волосами, нахмурившись. — К тому же мы с Ником здесь, чтобы помочь мальчикам адаптироваться к ситуации. — Она солнечно улыбается и берет стоящего рядом с ней рыжеволосого мужчину с мрачным выражением лица за руку, смотря прямо Чимину в глаза. — Меня зовут Амелия, а это мой муж Николас. И пять лет назад мы были в той же ситуации, что и вы. Уверяю вас, всё не настолько страшно насколько кажется на первый взгляд. — Мистер и миссис Клауд согласились оказать посильную помощь в укреплении ваших уз и принятии друг друга в целом. К тому же, мистер Клауд тоже является оборотнем и может научить мистера Чона необходимым вещам и той степени самоконтроля, которая является обязательной для безопасности окружающих и его самого. Вам предстоит проделать большую работу… — Мисс Барлоу вновь не успевает завершить свою речь. — А у нас спросить никто не пожелал?! — взрывается наконец Чонгук. На протяжении всего этого времени он стойко сдерживался от того, чтобы не выплеснуть бурлящие внутри него эмоции, но всё полетело к чертям как только до него дошло, что к нему ещё и няньку приставить собираются. Волку внутри было плевать на то, что происходит сейчас. Зверь рвал и метал, несмотря на количество влитых в человека лекарств, всё к своему омеге рвался. Ещё и понимать почему к нему притронуться нельзя отказывался. — Боюсь, у вас нет выбора, — категорично и резко заявила целительница. — С самого рождения вы и мистер Пак находитесь на одном корабле, которому не суждено пристать ни к одному берегу. И либо вы вместе руководите этим кораблём и плывёте дальше, либо он утонет вместе с вами, — серьёзно заключает она. — Моя работа тут на сегодня окончена, но я буду появляться здесь три раза в неделю, проводить осмотр и опрос. До встречи, мальчики. — Женщина прощается с остальными и исчезает за дверью палаты вместе с директором. — Мы получили все необходимые рекомендации от мисс Барлоу задолго до разговора. — Нарушает неловкую тишину профессор Макгонагалл, смотря на свои сцепленные в замок ладони. — Поэтому вы с мистером Чоном будете переселены в одну из свободных квартир преподавательского крыла. Мистер и миссис Клауд так же будут жить по соседству во избежание различных инцидентов. — А это ещё зачем? — в один голос произносят студенты и тут же прожигают друг друга яростными взглядами. Где-то недалеко от выхода раздался тихий женский смешок. — Полагаю, вы достаточно взрослые люди, чтобы не спорить с рекомендациями целителя, — ядовито усмехаясь, произносит с особым нажимом профессор Снейп, до этого момента сохранявший абсолютное молчание. Его холодная насмешка до мурашек пробрала даже Чимина, отбив всё желание спорить.

***

      Чона выпроводили из палаты практически сразу после ухода целительницы. И вот уже полтора часа Пак лежит в позе эмбриона, раздираемый целой сотней мыслей. Что же теперь с ним будет? Какое решение примут родители? Как они с Чонгуком будут уживаться вместе, если не выдерживают друг друга больше пятнадцати минут? Нет, не так: как они будут уживаться с оборотнем Чонгуком? А если они однажды поссорятся и альфа разорвёт его на куски?       Дверь в палату резко открывается, громко стукаясь о стену. В проёме стоит злой как все черти преисподней Тэхён. Волосы растрёпаны, лицо заспанное и слегка опухшее. Русоволосый стремительно приближается к лучшему другу и с размаху плюхается на стул, пугая своими действиями старшего. — Тэ? Ч-что случилось? Почему ты в пижаме? — Ты у меня ещё и спрашиваешь?! — возмущённо верещит омега, размахивая руками в каких-то непонятных резких жестах. — В нашей спальне домовые эльфы собирают твои вещи! Скажи честно, ты уезжаешь домой? Твои родители обо всём узнали и решили тебя забрать? — Тэхён, — пытается всё объяснить блондин, но чужой словесный поток уже не остановить. — Как же я тут без тебя буду? Обещай, что будешь писать мне письма, слышишь? — младший громко, некрасиво всхлипывает и трёт глаза. — Тэхён! — уже громче зовёт Пак, но начинающаяся истерика собеседника не даёт его словам достигнуть ушей Кима. — Ты только приезжай ко мне, пожалуйста, а то я без тебя совсем не смогу! — омега утирает выступившие слёзы, когда чувствует пинок в бедро. — Ай, за что? — Да хотя бы за то, что ты на меня не реагируешь! Я никуда не уезжаю! Во всяком случае пока что.       Чимин долго и в подробностях рассказывает Киму обо всём, периодически прерывая повествование жалобами на судьбу. Даже поплакать немного успевает. — Подожди, — хмурится младший. — То есть вы теперь жить друг без друга не сможете? — Выходит, что так, — пожимает плечами блондин, борясь с сонливостью из-за принятых лекарств. — В противном случае, Барлоу не стала бы переселять нас в отдельные апартаменты и заморачиваться с подбором нянек. — Но это несправедливо! — Возмущённо вскидывается младший. — Ты не заслужил такой жизни! — Омега отводит взгляд в сторону зашторенного окна. Смотреть на друга сейчас отчего-то очень стыдно. То ли так жаль что совсем в ситуации бессилен; то ли завидно, что собственная судьба так легко от него отказаться смогла. Да, у него теперь есть замечательный Джин, в котором русоволосый тонет целиком и полностью каждый раз. Но порою Чон гнойным нарывом на его теле выскакивает — о себе напоминает. Это может быть что угодно: мимолетная встреча, похожий запах, воспоминания или брошенная в разговоре фраза. Напоминание это жалеть себя с новой силой заставляет. И Тэхён каждый раз послушно со старой ещё не зажившей раны корку сдирает, от боли задыхается, «когда-нибудь это пройдёт» — про себя повторяет. А потом вновь приходит Джин, кровотечение останавливает и прийти в себя помогает. Старший для него долгожданное тепло в этой невыносимо холодной пустыне. И пусть пока Тэ не способен ничего дать взамен, рано или поздно он будет греть своего спасителя в ответ. — Понятие справедливости относительно настолько, что ссылаться на него бессмысленно, — печально вздыхает Пак. — Мне так хочется спать, что даже переживать стало лень. Ты не обидишься, если я лягу прямо сейчас? — Чимин душераздирающе зевает и прикрывает глаза. Он так вымотан сегодняшним днём (несмотря на то, что сейчас всего лишь полдень), что не способен даже как следует укрыться. — Конечно же нет, отдыхай, — тихо шепчет Ким, поправив на друге одеяло и так же тихо выходит из комнаты.

***

      Когда Чонгук очнулся сегодняшним утром и попытался пошевелиться, всё его тело пронзила невыносимая боль. Он мало что помнил со вчерашнего вечера и первые несколько минут был совершенно сбит с толку при виде множества больничных коек и ширм. Альфа подумал, что скорее всего всё-таки смог вчера уснуть, а потом вернувшийся с вечеринки Хосок заметил его состояние и обратился в медпункт. Чуть позже появилась мадам Помфри с целым подносом препаратов и сочувствующим взглядом. Вопросы о собственном диагнозе встречались поджатыми губами и просьбой сначала принять лекарства.       После недолгого, но очень содержательного рассказа целительница оставила его наедине со своими мыслями на какое-то время. Ему всегда нравилась эта её черта — в отличии от многих работников медицинской сферы, она никогда не задавала лишних вопросов, не озвучивала смущающих предположений и всегда давала хотя бы немного времени на осознание действительности.       Это просто нереально. Он не может быть оборотнем и уж тем более Пак не мог быть его истинным. Они не способны переносить общество друг друга в одном помещении без свидетелей, общаются саркастическими замечаниями и ядовитыми подколами и постоянно соревнуются. Не важно в чём. Учёба, спорт, вещи или внимание общих знакомых — предметом их спора (а иногда и борьбы) может стать что и кто угодно. Какой смысл быть связанным с тем, кого ты ненавидишь?       Где-то внутри чёрной гадюкой в кольца сворачивается разочарование и ядом отравляет душу горечь. Он ждал от Судьбы чего угодно, но только не издевательства. А она, зараза, всё это время забавлялась, да шахматные фигуры на доске разглядывала — наблюдала за самостоятельно разворачивающимся действом. Видать, надоело. Поэтому мат своей легкой рукой поставила, чтобы новую партию начать.       Он отказывается от завтрака и напряженно ждёт своей участи. Через пару часов за ним приходит куратор его факультета и мадам Помфри.       Издевательство над собой со стороны Судьбы Чон в полной мере ощутил, когда его привели в отдельную палату, в которой лежал виновник его несчастий. Блондин был погружен в тяжёлый, беспокойный сон, какой часто наблюдается у больных пациентов при лихорадке; выглядел ещё более маленьким, чем обычно и немного бледным. В тот момент Гук впервые почувствовал то, что с таким упорством пытался отрицать. Своего волка и его невыносимую тягу к этому омеге. Даже под действием зелий зверь выворачивал его наизнанку, скрёбся когтистыми лапами о грудную клетку, и всё пытался до него дотянуться, от всех защитить.       Чону было крайне неуютно от такого количества народу в этом тесном помещении. Особенно смущало присутствие какой-то неизвестной целительницы с весьма строгим видом и двух странных незнакомцев, от одного из которых волнами исходила сила и опасность. Гриффиндорец не был глуп и мысленно готовился к худшему.       Спокойствия не прибавляло и желание избавиться от своего обострившегося до неприличия обоняния. Совсем не насыщенный и слабый в действительности, но такой сладкий аромат карамели раздражал чувствительные рецепторы и действовал на нервы.       По ходу монолога Абигейл Барлоу молодой оборотень всё больше и больше понимал, что закрыть глаза на ситуацию и разбежаться в разные стороны они со слизеринцем не смогут. Брюнет с трудом подавляет смешок, когда ловит себя на мыслях, схожих с некоторыми репликами Хосока. «Только я имею право решать: идеален для меня человек или нет».       Новость о том, что их переселяют в отдельные апартаменты, приставив к ним двух нянек, добивает Гука окончательно. Ему дают несколько часов на сборы и отправляют в башню Гриффиндора.       В гостиной факультета довольно пустынно. Видимо, вчерашняя вечеринка выдалась особенно удачной. В спальне стоит убойный (по мнению Чона) запах перегара и феромонов. Кто-то пропадает в ванной комнате, приводя себя в порядок, кто-то предпочитает ещё немного поспать. Гуку, по большому счёту, сейчас на это абсолютно плевать. Он кидает мимолетный взгляд на кровать лучшего друга, заправленную ещё вчера и облегченно вздыхает. Если у него и было желание поделиться всем с другом после больничного крыла, то по дороге в башню оно бесследно исчезло.       На сборы хватает часа. Ровно за шестьдесят минут под стройный храп уже бывших соседей, в этом помещении исчезает любое напоминание о нём. Жаль, что это не спасёт от повышенного внимания со стороны общественности. Как только все узнают — будет грандиозный скандал, он в этом уверен. Не обойдут стороной и его родителей, вполне возможно, что их попытаются сместить с занимаемых должностей. Родители. Больно сейчас об этом думать, поскольку одна его половина винит их в предательстве, другая — с пеной у рта отчаянно пытается оправдать.       Параллельно своим размышлениям брюнет следовал за домовым эльфом, что уже перенёс его вещи, любезно показал путь до новой квартиры и даже сообщил пароль. Квартира довольно просторная. Большая гостевая комната с камином, парой кресел, широким диваном, журнальным столиком; книжный шкаф, занимающий половину стены и два стола для занятий в противоположных концах комнаты. Когда альфа решил зайти в спальню, чтобы разложить вещи, то усмехнулся, не увидев ничего кроме огромных размеров кровати, двух тумбочек и шкафа. Единственным плюсом, пожалуй, была ванная с раздельным санузлом. Да и можно ли это назвать плюсом, если всё это пространство придётся делить с коротышкой.       Во всяком случае, у него есть ещё несколько дней, прежде чем здесь появится Чимин. Так же ему в ближайшее время предстоит разговор с родными. И эти двое нянек… Чонгук напряжённо растирает виски, прикрывая глаза.       Теперь уже ничего не будет как прежде.