Тайны дневника Гермионы

1 Марта. Рон отметил свои двадцать лет. Он решил провести день рождения в кругу семьи. Были только Уизли, Гарри и я. Приехали Билл и Флёр, Джордж и Перси. Драко остался дома. Рон его, в общем-то, и не приглашал. Мой муж был этому только рад. Джинни и Молли, как всегда, закатили настоящий пир, было столько невероятных вкусностей! За столом все оживлённо беседовали. Рон и Гарри рассказывали забавные истории о своей жизни в общежитии мракоборческого центра. У них там, и правда, не скучно! Джинни не сводила глаз с Гарри. Молли и Артур от души смеялись над шутками мальчиков. Но Джордж… Да, он улыбался. Он даже участвовал в разговорах, иногда шутил. Но глаза его плакали. Без слёз, лишь своими опустившимися вниз уголками. Глубокими морщинками, спускающимися тонкими дорожками. Иногда Молли задерживала на нём взгляд, и её глаза становились такими же, как у сына. Когда она исчезла из вида, это сразу стало заметно. Я подумала, что нужна помощь на кухне и пошла туда. Я услышала лишь один всхлип, тихий, незаметный, и хозяйка дома предстала передо мной с сияющей улыбкой.  — Дорогая! Как ты вовремя! Пора подавать праздничный десерт! Возьми-ка! Она левитировала в мои руки большой поднос чайных пар.  — Молли… — тихо начала я.  — Если однажды тебе кто-нибудь скажет, что в большой семье легче переносят потерю детей, не верь, детка. Она сказала это с лучезарной улыбкой. Так улыбаться может только эта сильная, маленькая женщина — мать. И не было слёз ни в её глазах, ни в голосе. Они были в воздухе. Они были у меня в горле. А за столом все снова смеялись. Мы были, как всегда, большой дружной семьёй. К ночи я, Гарри и Рон стояли на крыльце, наслаждаясь этим родным воздухом.  — Джордж совсем скис, — нехотя произнёс Рон. — Уже столько времени прошло, а ему, как-то не лучше.  — Ему одиноко, — вздохнул Гарри.  — Женился бы хоть, что ли. Всё бы легче, чем одному-то, — переживал Рон.  — Это да, — Гарри тоже загрустил.  — У тебя подружки хорошей не найдётся?  — У меня? — я ужасно удивилась. — А-то вы не знаете, что у меня нет подруг, кроме Джинни.  — Кто тебя знает, может уже обзавелась, — не унимался Рон. Я промолчала.  — Может, у Милли есть подруга? — вдруг спросил Гарри.  — Что? — я уставилась на Рона. — Ты встречаешься с рыжей? Ой, прости, с Милли, — мне стало так неловко. Рон бросил на меня извиняющий взгляд и пожал плечами.  — Да, не знаю пока. Мы всего-то пару раз пересекались, — Рон явно смутился. — В принципе, у неё три подруги: Рубби, Изабель и Диана.  — Вот! — воскликнула я. — Диана в самый раз! — я поняла, что он имеет в виду ту самую шатенку из отдела кадров.  — Да, только, как ты себе это представляешь? Я сам-то их знаю какие-то два дня.  — Давайте не будем торопить события! — рационально начал Гарри. — Это какие-то подростковые фантазии.  — Да. Атмосфера так влияет, — улыбнулась я.  — Ну, если что, мы этот вариант не исключаем, — усмехнулся Рон. Нам было так хорошо втроём, словно мы снова стали детьми. Вспоминали Хогвартс, наших друзей, сокурсников, учителей. Скоро три года, как погиб профессор Дамблдор. Решили, что в день его памяти 30 июня, обязательно соберёмся у Белой гробницы и оповестим об этом всех сокурсников. Так не хотелось расставаться! Мы так любили болтать по ночам, планировать свои детские шалости, мечтать о будущем. Но мне пора было возвращаться. А оказавшись дома, я почувствовала себя такой счастливой! У меня теперь три семьи. Это моё самое большое богатство! 10 Марта. Я стала чаще смотреть на себя в зеркало. Кручусь перед ним, задрав майку. Но животик всё такой же маленький. Он не растёт совсем. Малышу уже, наверное, месяца два. Жду не дождусь, когда мой плоский животик начнёт округляться. Мне даже немного жаль, что нет никаких признаков: ни токсикоза, ни раздражения. Слышала, некоторым бывает очень плохо, но это не про меня. Хотя, есть одно изменение — это моя грудь. Я даже не знаю, хорошо это или плохо, но она такая чувствительная, не возможно дотронуться! Когда Драко касается её, меня, как будто бьёт током! Поначалу, его это даже пугало, думал, что мне больно. Но это не совсем так. Это какое-то двоякое состояние. Во время близости это так усиливает ощущения, что я испытываю разрядку по несколько раз! Это бывает просто невероятно! Раньше не было такого. И вообще, грудь, как будто стала больше немного. Соски ярче. Ох! Мой муж смотрит на них с таким восхищением, что я даже ревную! Так ему и сказала, что он их любит больше, чем меня! А он только посмеивается:  — Что же делать, если теперь это самая выдающаяся твоя часть! Хотелось дать ему подзатыльник! Но я ограничилась надутыми губами. Драко нежно расцеловал моё лицо, губы, шею, смеялся и говорил, что любит все мои части одинаково, чем раздразнил ещё больше! Может моя обидчивость тоже побочный эффект беременности? Как бы мне не стать злюкой из-за этого.