Тайны дневника Гермионы

6 Сентября. Я с самого утра собиралась домой. Мне казалось, что если доктор Браун меня не отпустит, я просто сбегу вместе с дочкой. Он был очень строг. Благодушие доктора оказалось временным явлением. Жаль. Он сказал, что если до обеда у меня появится молоко, то мы можем возвращаться домой. Главное, обеспечить ребёнку полноценное питание. Других причин меня задерживать у него нет. И я очень взволнованно ждала. Драко ждал вместе с нами. Он пришёл около десяти, с намерением нас забрать. Ни в какую не хотел уходить из палаты, когда пришло время кормить Грейнджи. А я страшно стеснялась. Мне казалось, что это какое-то таинство для матери и ребёнка. Драко так расстроился, что я его выгоняю. Мне даже неудобно стало. Наверное в этом нет ничего такого. И пусть бы он посмотрел, как ест его дочка. Не знаю. Я оказалась не готова и выставила его за дверь, а потом стало ужасно стыдно. Ему было неприятно, что я так поступила, но он старался меня понять. Обещала, что дома не стану от него прятаться. Мы, ведь, не чужие люди. За всё время, что Грейнджи провела с нами, она так ни разу и не заплакала. Издаёт какие-то кряхтящие звуки, когда намокнет или голодна. Я спросила об этом доктора, а он уставился на меня, как на ненормальную.  — Всех беспокоит, что ребёнок плачет! Вам так повезло, а вас это тревожит?  — Ну, мало ли, — тихо объясняла я. — Может, что-то не так с её голосом или…  — Уверяю вас! Всё с ней в порядке! Нет причин для волнения. У вашей дочки такой темперамент, видимо. Это же чудесно, что она так терпелива. Спросите своих родителей, может, это наследственное, — усмехнулся он. Не сказала бы, что нас это успокоило. Что ж! Время всё расставит по местам. Мне очень нравятся моменты, когда Грейнджи не спит. Она потягивается, машет ручками и ножками, моргает своими удивительными глазками. Мы просто заворожённо за ней наблюдаем. Драко обожает, когда она сжимает в ладошке его огромные пальцы. Да они кажутся просто великанскими, в сравнении с ней! Но бодрствует она недолго. Только пока её переодеваю и ополаскиваю после сна. Драко так любит держать её на руках! Это просто безмерная нежность, он весь светится, когда она с ним. Кажется, он полностью растворяется в ней. Говорит со мной, а от неё глаз отвести не может. Меня это так умиляет!  — Смотри, начну ревновать! — усмехнулась я. Он скептически закатил глаза.  — Гермиона, — устало вздохнул он. — Надеюсь, ты шутишь? Ну, кто может занять твоё место? Просто мне кажется, что она — это благословение. Наше! Не только моё.  — Да, не волнуйся! — улыбнулась я. — Конечно, я шучу! К середине дня у меня, вдруг, закололо в груди. Стало, даже, немножко страшно. Я замерла, соображая, что происходит.  — Ты чего? — встревожился Драко. Дочка в это время спала у него на руках.  — В груди колет, — прошептала я. — Наверное, это молоко.  — Значит, скоро домой! — он так обрадовался. Я тоже. Ужасно хотелось скорее выбраться из этой палаты!  — Мне нужно кое-что сделать. Когда будет всё готово, вернусь за вами. Собирайтесь! Он положил дочку в колыбельку, поцеловал меня и быстро вышел. Скоро малышка проснулась. Пока я её переодевала, молоко полилось. В буквальном смысле! Двумя водопадами! Я торопилась быстрее её одеть и приложить к груди. Пришлось применить «экскуро» к своей одежде. Грейнджи с удовольствием поела и снова заснула. Я собрала вещи и была очень воодушевлена! Так хотелось скорее оказаться дома, в родных стенах, с любимым мужем и дочкой. Волнение было такое, как будто всё происходит не со мной, как в сказке! Пришёл доктор Браун, удостоверился, что всё в порядке. Пожелал всего наилучшего и отпустил нас. Когда Драко вернулся, мы уже были готовы, осталось завернуть Грейнджи в тёплое одеяльце.  — Смотри, что у меня есть! — улыбнулся он и достал из кармана мыльницу на шнурке.  — Это зачем? — удивилась я.  — Только не говори, что не знаешь, что это! — усмехнулся Драко. Я присмотрелась.  — Фотоаппарат! — обрадовалась я. — Ты умеешь фотографировать?!  — Да… кто его знает! Эти магловские штучки. Но я всё делал по инструкции и плёнку ставил в темноте.  — Ох, будет обидно, если не получится.  — Да и ладно! Жили же люди без этого как-то.  — Ты бы ещё вспомнил, как люди жили без света и водопровода, — закатила я глаза.  — Не вредничай! — усмехнулся он. — Возьми Грейнджи, я попробую. Я взяла её на руки и встала у стены. Драко подошёл ближе, ещё ближе, заглядывая в маленький глазок аппарата.  — Улыбнись, мамочка! — усмехнулся он. Драко первый раз меня так назвал. Это прозвучало так мило! Я усмехнулась. Вспышка.  — Давай ещё раз! Это будет здорово! — он с нежностью смотрел на меня. — Ты красавица… Я смутилась.  — Теперь давай я! — Драко положил аппарат, я протянула ему дочку. — Куда нажимать? — он ткнул пальцем в кнопку. Я заглянула в глазок. — Ох, какие вы маленькие! — воскликнула я. — Улыбнись, папочка!  — Грейнджи, улыбнись! — шепнул он.  — Драко, не смеши! — тихо засмеялась я. — А-то не получится! Он расплылся в улыбке, я нажала кнопку.  — Ох, яркая какая! — заморгал он.  — Вот бы нас вместе кто-нибудь сфотографировал, — с досадой сказала я.  — Водителя попросим, — улыбнулся он. — Пойдём, нас уже машина ждёт. Как же хорошо было на воздухе! День такой спокойный, мягко светило солнышко. Чувствуется приближение осени, но ещё тепло и приятно. Грейнджи спала у меня на руках. Водитель ждал нас у машины. Драко передал ему фотоаппарат. Потом обнял меня. Вспышка! Ещё одна! И ещё! С разных сторон! Я испугалась!  — Садись скорее! — шепнул Драко, распахивая дверь машины. Секунда и мы внутри. Драко сел с другой стороны. Водитель, буквально, влетел в машину, и мы поехали.  — Они все тут живут, что ли? — раздражённо выпалил Драко.  — Журналисты? — вздохнула я. Драко отмахнулся.  — Забудем о них! У нас такой счастливый день, — улыбнулся он. — Наша дочь едет домой. Драко обнял меня, а другой рукой поправил на дочке шапочку.  — Наконец-то, мои девочки будут со мной. Я прижалась к его боку. Как же хорошо! Это такое блаженство, чувствовать его тепло, заботу. Почему-то, он волновался. Дышал прерывисто, как будто происходит что-то необычное.  — Драко, не волнуйся, — прошептала я. — Всё будет хорошо.  — Я знаю, — шепнул он. — Знаю. В доме было тихо. Непривычный запах. Видимо, запах больницы хорошо въелся в сознание. Тут Драко не удержался!  — Ты только не пугайся, ладно? — немного смущённо начал он. — Я не смог их остановить. Пытался, правда! — усмехнулся Драко.  — Что? — я была в полном недоумении.  — У нас там наверху Мунго на выезде.  — Ах, вот оно что! — догадалась я и закатила глаза. — И чья это идея?  — Наши родители сговорились, точнее, наши бабушки. Я улыбнулась, стало так забавно!  — Спасибо, что предупредил!  — Они хотели сюрприз устроить. Но я не был уверен, что тебе это сейчас понравится, ты устала. Какой он был милый! Я испытала такую благодарность за его заботу и чуткость!  — Всё правильно! Лучше, что я знаю. Никто не будет одарен гневным взглядом! — усмехнулась я.  — Так и думал, — выдохнул он. — Пойдём?  — Ну, пойдём! — вздохнула я. Мы поднялись по лестнице и вошли в гостиную, где нас ждала целая куча народа!  — Поздравляем! — зашипели все хором. Я не выдержала и засмеялась! Это было так трогательно! Кажется, у нас были все! Мои родители, Малфои с малышами: Нарцисса держала Ориона, Люциус Лео. Впервые увидела, чтобы Малфой старший держал ребёнка на руках. Андромеда была вместе с внуком. Гарри, Рон и Джинни. Ещё были Ирвин и Рубби.  — Кто всех позвал? — спросила я Драко.  — Моя мать приглашала, а твоя занималась угощением. Я вздохнула. Всем хотелось посмотреть на Грейнджи, а мне — её спрятать. Не понимаю, что это было за ощущение.  — Давайте сделаем фотографию, — предложил Драко. — А-то потом виновница торжества проснётся и нужно будет свернуть весь наш банкет, — усмехнулся он.  — Я сниму! — поднял руку Ирвин. — Я умею!  — Отлично! — Драко передал ему фотоаппарат. Женщины расположились на диване и кресле, которое придвинули ближе. Мужчины встали нам за спину. Я и Грейнджи в середине.  — Драко тоже должен быть рядом с дочерью! — заметила Нарцисса. Джинни моментально вскочила и встала рядом с Гарри. Потс сделал три снимка, на всякий случай. Мы вернулись к общению. Не могла дождаться, когда же проснётся Грейнджи, так хотелось уйти. Нет! Я рада была видеть всех наших родных и друзей! Но я жутко устала. Драко обнял меня и спросил:  — Ты предложила кому-то из друзей быть крёстным? Я немного подумала, и отрицательно покачала головой.  — Думала, Гарри, но Рон обидится. Он сейчас такой ранимый, а просить Рона… Это как-то… неуместно, — шепнула я.  — Согласен. Может, попросим Ирвина? Он, ведь, спас её, — с нежностью взглянул он на дочку. Это было так неожиданно, но показалось хорошей идеей.  — Мне нравится эта мысль, — улыбнулась я. — Хочешь сейчас с ним поговорить?  — Ну, да. Сейчас, как раз, очень удобно. Мы подошли к Ирвину и Рубби. От неожиданности он не знал, что ответить на наше предложение. Но ему понадобилась всего пара минут, чтобы с радостью согласиться. Мы сообщили о своём решении Джинни. Она вполне одобрительно к этому отнеслась. Мама как-то очень сочувственно смотрела на меня. Похоже, поняла, что мне нелегко даётся выносить такое количество внимания. Она рассказала, что все подарки сложены в комнате для гостей. Предлагала остаться, чтобы помочь. Но мне так хотелось остаться наедине с мужем и дочкой. И я, поблагодарив, предложила приехать к нам позже, потому что Драко взял отпуск и его помощи будет вполне достаточно. Нарцисса предлагала хорошую няню. Я, конечно, отказалась. Когда упомянула, что Драко сам вызвался помогать, она с большим сомнением приподняла бровь и посмотрела на сына с недоумением. Видимо, такого она даже представить себе не могла. Меня это позабавило, ведь, в их семье так не принято. Тем не менее, Люциус, вполне, справлялся с Лео. Видно было, что ему весь этот праздник совершенно не нужен. Он был занят сыном. Выкручивал какие-то фигуры из своих пальцев, а Лео пытался их разобрать. И когда руки Люциуса распутывались, малыш с восторгом смеялся, брал отца за руки и просил снова спутать пальцы. Как это было мило! Наверное, подумала я, всё-таки, Люциус играл с Драко в детстве. Наконец-то, Грейнджи проснулась! Она начала потягиваться, и на это фееричное зрелище сбежались все гости! Какие они были счастливые! Я поняла, что этот маленький праздник был просто необходим! Рождение ребёнка — это чудесное событие, приносящее в семью радость. Видела, как хотелось каждому подержать на руках крохотное чудо. И, наверное, я не противилась бы, просто не смогла бы! Но Драко немедленно забрал у меня Дочку, заявляя, что не на пользу малышке проходить через столько рук, которые, как минимум, всем нужно вымыть! С ним разом все согласились, совершенно одобрив решение отца. А больше всех, похоже, был доволен Люциус. Ему очень понравилось, как сын защищает своего ребёнка от повышенного внимания. Грейнджи разгулялась, начала барахтаться, тянуть в рот кулачки, и Нарцисса объявила об окончании нашего праздника, поблагодарив всех за то, что пришли. С нами быстро прощались, и камин работал на полную мощность. Остались мои родители. Мама занялась посудой, а папа возвращал гостиной исходный вид, помогая маме. Драко отдал мне дочку, а сам понёс в спальню наши вещи. Я отправилась в детскую. Когда мы вошли, я сразу начала рассказывать малышке, что это её комната, её шкафчик, кроватка, столик. Стала её переодевать и поняла, что ванная от её комнаты довольно далеко. Завернув её в чистую пелёнку, понесла в ванную, помыла. Как же приятно всё это делать дома! Я радовалась, ну, просто, как ребёнок! И вот мы сели в кресло, чтобы поесть. Молоко лилось в три ручья. Пришлось подложить сложенную пелёнку под вторую грудь, чтобы прервать этот поток. Я любовалась моей маленькой доченькой. Здесь, дома, мне всё казалось другим, как будто новый мир, в котором всё иначе, не так, как было до её рождения. И я не сразу заметила, что мы не одни. Подняла глаза. Сердце ёкнуло. Драко стоял прислонившись к дверному косяку. У него так светились глаза! Я поняла, что он здесь уже давно. Стало неудобно. Захотелось прикрыться. Наверное, у меня глаза забегали. Он быстро подошёл, присел на корточки и положил руки мне на плечи. У меня слёзы выступили.  — Пожалуйста, не стесняйся, — прошептал он. — Ты доверяешь мне? Я молча кивнула. Конечно, доверяю! Разве может быть иначе?!  — Вы прекрасны, — с нежностью шептал он. — Это самое лучшее, что я в жизни видел: моя любимая кормит мою дочь. Не лишай меня этой радости, пожалуйста!  — Ладно, — шепнула я. — Просто я не привыкла.  — Всё хорошо! — он аккуратно провёл пальцами по волосам дочки и поцеловал меня в лоб. Встал и вышел. Как же я его люблю! Мне показалось, что я совсем не хочу, чтобы он уходил! Передо мной так и застыл его образ: высокий, красивый, широкие плечи, сияющие любовью глаза, лёгкая улыбка. Драко Малфой — мой муж. Отец нашей дочки. Мурашки пробежали по телу. Это какое-то непрерывное счастье. Почему люди говорят, что счастье быстро исчезает? Это не правда! Мне кажется, я просто в нём живу. Грейнджи уснула. И вот, наконец-то, мы обновили нашу кроватку. Какая же она крошечная, наша девочка! Кроватка кажется просто огромной! Я пошла искать фотоаппарат. Он лежал на столе в гостиной. Решила сфотографировать дочку в кроватке. Не знаю, получилось ли, но вспышка сработала. Я села в кресло и немного расслабилась. Зашли мама с папой. Они закончили уборку. Как же я им благодарна за всё! У меня просто чудесные родители! Бабушка с дедушкой ещё полюбовались внучкой и поехали домой. Проводив их, я, буквально, вползла в гостиную и упала на диван. Драко сел рядом.  — Ты поела хоть что-нибудь? — заботливо спросил он.  — Ой, нет, — опомнилась я. — Как-то не до этого было. Он встал и вышел. Вернулся с полной тарелкой всякой вкуснятины. Сразу видно, что это мамины старания — всё самое полезное! Я улыбнулась, так была ему благодарна!  — Моя самая любимая часть праздника — его завершение! — усмехнулся Драко.  — Да, мне тоже нравится, когда становится тихо и спокойно. Никуда не надо спешить.  — Ешь давай! Нужно пополнять запасы!  — Спасибо, — шепнула я. Мы просто отдыхали, обсуждая прошедший день. Я забралась к нему под бок, Драко обнял меня. Так было хорошо, уютно. Наконец-то мы вдвоём. Я, всё-таки, решилась задать ему давно интересовавший меня вопрос: играл ли с ним отец в детстве. Драко задумался на некоторое время.  — Мой отец был Пожирателем смерти, — со скорбью начал он. — Мать говорила, что я не был в приоритете лет до двух. Сначала война, потом суды, разбирательства. Потом он долго приходил в себя. В общем, я его помню только лет с пяти. Обычно, он просто наблюдал за тем, как со мной играла няня. Делал ей замечания всё время. А она потом… такая грустная была, — Драко потёр лицо ладонями.  — Прости, — прошептала я. Мне стало так жаль, что я затронула эту тему, но, кажется, ему нужно было выговориться.  — Нет, он не играл со мной. Иногда читал. Но больше говорил, — на его лице появилось мученическое выражение. — Учил быть выше других, не замечать чужой боли. Думать… о себе, о своих родителях. Всё остальное — средства достижения целей. Нужен человек — приблизь его к себе. Не нужен… Сама понимаешь. Никчёмный кусок жизни. Я верил, что он любит меня, мать всё время это говорила. Но так ли это — я не понимаю.  — Он любит тебя, Драко! Даже не сомневайся! Ты всё делаешь не так, как он хотел, но он принял тебя таким, какой ты есть! Ему, может, это не нравится! Но он смирился! Это любовь! Драко молча обнял меня, а я обвила его шею. Кажется, мы очень-очень давно не были так близко.  — Я очень рад, что к младшим сыновьям он относится иначе. Они ему уже, как внуки, — усмехнулся Драко. — И смотрит он по-другому, даже на меня.  — Драко, — почти возмутилась я. — Ты столького достиг! Твой отец гордится тобой! Я уверена! Он смотрел на меня с нежностью и усталостью.  — Спасибо, что поддерживаешь меня. Это очень важно для мужчины — надёжный тыл. Знал бы я в двенадцать лет, что когда-нибудь у меня будет шанс, ни за что не обидел бы тебя, ни разу, — он разволновался, я тоже.  — Драко! Ну, ты нашёл, что вспомнить! Я уже давно тебя простила, ты же знаешь! Я вот ни разу не извинилась за то, что расквасила тебе нос, — он медленно удивлённо поднял на меня глаза. — Прости! Но я об этом не жалею! — выпалила я. Он так расхохотался! Просто сложился пополам, а потом сполз на пол и катался по ковру!  — Драко! Ты больной?! — воскликнула я. — Чего ты?  — Ты думала, я жду извинений?! Да ты правильно мне врезала! Я нос потом две недели не мыл, как идиот, потому что его коснулся твой кулачок!  — Что? Ты точно ненормальный! — засмеялась я. От такой новости у меня чуть дар речи не пропал!  — Да! Я влюблённый болван! Был тогда и остаюсь сейчас. Он схватил меня за руку и потянул к себе. Какой он сильный! Я, буквально, взлетела и шлёпнулась прямо на него! Драко поймал моё лицо и впился в губы. Ох, какой же это был восторг! ТАК он меня давно не целовал! Дыхание стало шумным, тяжёлым. Руки были такие горячие, настойчивые. Я стонала от блаженства. Безумно соскучилась по его ласке! Сколько же ещё ждать?! Я с трудом отстранилась и зашептала:  — Ты же знаешь, что мне нельзя?  — Тебе нельзя целоваться? — съехидничал он.  — Нет, целоваться можно! — усмехнулась я. — Не делай вид, что ты меня не понял.  — Да, знаю я. Это же логично! Но ты же не против, если я ещё тебя поцелую? Как раньше, когда ты была моей малышкой Грейнджер?  — Не против, — улыбалась я и наклонилась к нему, нежно касаясь его губ. У меня голова кружилась! Мы просто целовались, больше ничего. Но это было так чудесно! Как будто мы всё ещё студенты, готовящиеся к экзаменам.  — Драко, я так тебя люблю! Ты, как из сказки. Так не бывает. Его глаза были так близко, он улыбался.  — И я тебя люблю, — прошептал Драко. — Мне тоже иногда кажется, что ты — мираж. Но я касаюсь тебя. Ты со мной. Он замолчал, задумался.  — Что с тобой? — встревожилась я.  — Почему у меня рубашка промокла? — озадаченно спросил он.  — Ах! Это молоко! — я вскочила. Стало так неудобно. — Экскуро! Ох, похоже, это будет единственное заклинание, которое я буду использовать! Прости! — виновато шептала я.  — Да ну, ты что! — улыбался он. — Зато освежился! — Сколько времени? Уже три часа прошло! — в ужасе зашипела я и бросилась в детскую. Грейнджи спала. Я с облегчением вздохнула. Драко настоял, чтобы я приняла душ, пока она спит. Кажется, слишком там задержалась. Когда вышла, дочки в кроватке не оказалось. Даже испугалась сначала. Услышала голос Драко в гостиной. Подкралась тихонько. Он сидел в кресле, держа её на руках, и что-то ласково шептал. Какие же они были милые! Наверное, на всю жизнь запомню эту картину. Я вошла в комнату.  — Её высочество готовы принять пищу! — лучезарно улыбнулся Драко. — Они сухие и зверски голодные!  — О, она, несомненно, будет удовлетворена! — улыбнулась я. — Грейнджи плакала? — с замиранием сердца спросила я. Он отрицательно помотал головой.  — Она не успела. Я смотрел, как она просыпается. Сразу переодел, и у неё не было претензий!  — Тогда пойдём есть! — торжественно произнесла я. Драко отдал мне малышку, и мы пошли в детскую. Я кормила, Драко сидел рядом на ковре, глядя на нас. Мы тихонько шептались. И я чувствовала, что теперь мы настоящая семья.