Тайны дневника Гермионы

Сердце бешено билось от волнения. Произошедшее переполняло эмоциями. Мало было боя с дементорами, ещё и такие подробности жизни Малфоя-старшего. О сне и речи не могло быть. В голове всё крутилась эта история. И мне было так интересно, что же это за девушка, которая полюбила парня даже не общаясь с ним, не зная его истинных чувств. Как у неё хватило смелости признаться в любви после того, как он оскорбил её, зачем?! Вопросы всплывали один за другим. Наверное, прошло около получаса, когда Драко тихо-тихо вошёл в комнату, осторожно забрался под одеяло. Меня распирало от любопытства, но была почти уверена, что он ничего мне не расскажет. Я повернулась к нему, обняла и прошептала:  — Где ты был?  — В кабинете. Говорил с отцом.  — Как он?  — Вроде, ничего.  — Он рассказал тебе, как у него получилось вызвать Патронуса?  — Да.  — Правда? — я приподнялась на локте. — Расскажешь?  — А ты не слишком любопытна? — усмехнулся он.  — Ты же знаешь, я очень любопытна!  — Он вспомнил… свою первую любовь. Сердце почему-то ёкнуло.  — И?  — И всё.  — Значит, его первая любовь не твоя мама?  — А у тебя… разве я первая любовь? — устало ухмыльнулся он.  — Причём здесь я. Я надулась, но он, похоже, этого не заметил.  — Малышка, давай спать. У меня уже голова раскалывается от всего этого.  — Конечно. Прости. Нарцисса была права. Он ничего больше мне не рассказал. Но вдруг, резко повернулся ко мне и обнял так нежно, со сладким вздохом.  — Ты не представляешь, как я счастлив с тобой, моя гриффиндорка, — выдохнул он мне в шею. Мурашки пробежали по телу.  — Драко… — сердце переполнилось трепетом. — И я с тобой очень счастлива. Он быстро заснул. А я ещё лежала и думала о прошедшем дне. Обо всём. За завтраком царило молчание. Нарцисса была напряжена, очевидно, муж с ней так и не поговорил. Люциус наоборот расслаблен и совершенно спокоен. Драко в хорошем настроении, хоть и немного отчуждённом. Ему предстоял непростой день, но он явно был готов. Мне было как-то неуютно. Молчание давило. Мы с Грейнджи проводили Драко в Министерство, а потом мне нужно было поговорить с Пэтти. Но её не оказалось дома. Миссис Малфой отправила её куда-то с поручением. Когда мы с дочкой играли, в её комнату неожиданно вошёл Люциус. Жар ударил в лицо от неожиданности.  — Деда! — улыбнулась Грейнджи, и он сдержанно улыбнулся ей в ответ.  — Полагаю, нужно было постучать, прошу простить, — тихо произнёс он.  — Ничего, сэр, — выдохнула я. Что-то странное творилось у меня в душе. Я, как будто видела в нём другого человека. Словно не стало того расчётливого циника, каким он был всегда.  — Я до сих пор не поблагодарила вас, сэр, — тихо произнесла я. — Вы так нам помогли. Спасибо. Не могла смотреть ему в глаза. Почему-то представляла себе Драко, только с длинными волосами, каким я видела его однажды во сне. Осознала неожиданно, что Люциус Малфой тоже был когда-то мальчиком. Возможно, ранимым, с чистой душой. Стало так жаль, что однажды он всё это потерял.  — Ни к чему, Гермиона. Вы — моя семья, — устало улыбнулся он. — Я, вообще-то, по делу. Думаю, ближайшие три дня вам нет смысла возвращаться в лабораторию. Помещение понесло серьёзный урон. Мистер Нотт всё уладит.  — Сэр… Он внимательно и выжидательно смотрел мне в глаза.  — Вы восстановите детскую? Люциус раздражённо выдохнул.  — Нечего ребёнку там делать, — спокойно произнёс он.  — Но, сэр…  — Что вы за человек? — всплеснул он руками. Тут Грейнджи подошла к нему и подняла ручки вверх, ожидая, что дедушка её поднимет. Люциус благосклонно улыбнулся.  — Если бы не вы, радость моя, ваша мама получила бы выговор, — и он наклонившись взял её на руки.  — Сэр, это моё дело.  — А Драко что об этом думает? Я молчала, с ним мы это ещё не обсуждали.  — Уверен, он будет против, после того, что произошло.  — Но дементоры уже не вернутся!  — А насколько вы уверены, что их наниматель не придумает ещё что-нибудь?  — Драко арестует её уже завтра.  — Её? — Люциус задумался. — Это кто-то из пожирателей? Я прикусила язык. Это же конфиденциальная информация. Никто, кроме меня и Гарри, ну, ещё Майлза, не слышал имени подозреваемой.  — Не думаю, что имею право разглашать…  — Как хотите, — расслабленно пожал он плечами. — Но я знаю всех Пожирателей и их семьи, включая дальних родственников.  — Тогда, вам было бы хорошо поговорить об этом с Драко.  — Я так и поступлю, — он с нежностью взглянул на Грейнджи, которая всё это время совершенно безнаказанно копошилась в его платиновой шевелюре. — Дедушке пора, юная леди. Грейнджи обняла его за шею и легла на плечо. Люциус с блаженством закрыл глаза, прижимаясь щекой к её пушистому белоснежному хвостику. Каких-то несколько секунд, а я так растрогалась, что ком поднялся к горлу. Он вдруг опомнился.  — Да. Я могу вернуть вашу палочку на место, как и свою. Может случиться, что после происшествия в центр нагрянет комиссия с проверкой. Я вскочила с пола.  — Вы правы, сэр. Это необходимо сделать. Я сейчас. Выйдя из детской, побежала в спальню. Возвращаясь со своей палочкой назад, в коридоре встретила Пэтти.  — Молодая хозяйка хотела видеть Пэтти, — покорно поклонилась она. Всегда чувствую себя страшно неловко, когда домовая так себя ведёт.  — Да, Пэтти, у меня к вам есть вопрос. Пожалуйста, подождите несколько минут. Я переговорю с мистером Малфоем. Когда я вернулась в комнату, застала Люциуса сидящим на корточках. Они с Грейнджи возили по ковру маленькую карету, запряжённую пегасом, и малышка с удовольствием следила за её движением.  — Наша принцесса едет на бал… — услышала я его последние слова, и он поднял на меня глаза. — Ну вот, юная леди, дедушке совсем пора. Он поднялся, а Грейнджи продолжала сама катать карету. Я отдала свёкру свою палочку. Показалось, что он как будто взволнован, словно хочет сказать что-то. Но в итоге произнёс:  — Мистер Нотт пришлёт сову, когда лаборатория будет готова к работе.  — Спасибо, сэр, — ответила я, и Люциус ушёл. В детскую тут же явилась Пэтти. Она виновато переминалась с ноги на ногу, а я почему-то никак не могла собраться с мыслями.  — Пэтти, как могло получиться, что волшебная палочка мистера Гэмпа оказалась в детской? Её глаза стали ещё больше.  — О! Юная хозяйка позвала её! — с восторгом воскликнула Пэтти, а я растерялась.  — То есть, как?  — Палочка лежала под столом в лаборатории, а юная хозяйка увидела и стала тянуться к ней левой ручкой.  — Левой? Вы уверены? Она же всё делает правой.  — Да, молодая хозяйка, но не в тот раз. Она тянулась к ней, и палочка… покатилась по полу…  — Но ведь вы были за стеклом! — воскликнула я, бросая взгляд на Грейнджи, играющую на ковре.  — Палочка подкатилась к детской и стучала по стеклу. Юная хозяйка стала плакать. Пэтти не могла допустить и принесла палочку юной хозяйке. У меня дар речи пропал. Я села в кресло и минуту пыталась прийти в себя.  — Пэтти виновата? — с сомнением спросила домовая. — Пэтти должна слушаться хозяйку, если это не угрожает её жизни.  — Бред какой, — прошептала я. — Вы понимаете, что это воровство?!  — Пэтти не крадёт! — возмутилась она. — Пэтти не вор! Пэтти послушный эльф.  — Но она же маленькая! — воскликнула я. — Разве можно слушаться младенца?! Она же не осознаёт, что делает! На будущее учтите! Я запрещаю вам брать чужие вещи. И слушаться её необдуманных капризов тоже. Если ей что-то нужно, спрашивайте моего разрешения. Ясно?  — Да, молодая хозяйка, — грустно ответила она.  — Почему вы ничего не сказали? — продолжала возмущаться я. — Разве не видели, что мы ищем палочку?  — Пэтти никто не спрашивал, — виновато причитала она. — Пэтти послушный эльф и не вмешивается в дела и разговоры хозяев.  — А воровать вещи хозяев, значит, можно?! — недоумевала я.  — Пэтти не вор. Не вор. Пэтти послушный эльф.  — Это я уже слышала. Я потёрла пальцами виски. В голове не укладывается, как всё это могло произойти?! Грейнджи такая крошка. Откуда у неё столько сил? Меня это пугает. Я вспомнила, как Люциус одним движением пальцев поманил палочку, и она послушалась незамедлительно. Неужели Грейнджи обладает этим даром, двигать предметы не прикасаясь. Для этого нужно иметь очень большую силу. А ей ещё даже года нет. Как это контролировать? Уверена, это моя вина. Конечно, моя. Первые её способности к трансгрессии появились, когда у неё был стресс — внезапное исчезновение папы. А теперь, выходит, что я, занявшись работой, и маму у неё отняла. Сбросила свои материнские заботы о малышке на Пэтти. Она ведь не мать, она считает себя прислугой, а это совершенно другое отношение. Эльф не занимается воспитанием, только выполняет её прихоти. Что же из неё вырастет? Мне хотелось заплакать в тот момент. Я вдруг поняла, что совершаю ошибку. С одной стороны, да, я хочу работать, хочу, чтобы мои разработки служили во благо всем! Но если при этом пострадает мой собственный ребёнок, кнат цена всем моим разработкам! Я не хочу, чтобы из нашего маленького ангела выросла очередная Беллатриса или Том Реддл. Сейчас мы дома. Очень волнуюсь, как прошёл день Драко: заключение договора с дементорами, его посещение поместья Роули. Жду не дождусь его возвращения. 13 августа. Когда Драко вернулся вечером, мне показалось, что он ведёт себя странно. Был не просто задумчивым, он был сам не свой, при том, что у него всё прошло спокойно и успешно. Заключение договора состоялось. Последнее, что сделал предводитель дементоров, отдал Драко портал для перемещения к месту встречи с Юфимией Роули. Дементоры покинули Британию. Можно вздохнуть с облегчением. Но не мне. Я рассказывала Драко о том, как к Грейнджи попала волшебная палочка, а он словно не понимал, что я говорю. Его спокойствие стало больше похоже на безразличие, и это пугало.  — Ты понимаешь, что в таком раннем возрасте обладать столь мощными возможностями очень опасно? — взволнованно говорила я. Драко откинулся на спинку стула и, подвесив чайную ложку в воздухе, крутил её, вращая своей палочкой.  — Драко! Ты меня слушаешь? — воскликнула я. Он взглянул на меня, а ложка продолжала вращаться.  — Чего ты от меня хочешь? — безразлично спросил он. Я начала закипать. Скрестила руки на груди, стараясь сохранять спокойствие.  — Ты понял, что я сказала? Осознал?  — Да. Наша дочь невероятно сильная волшебница для своего возраста. Это… круто?  — Издеваешься? — почти крикнула я. — Что тут крутого? Это опасно! Она может себе навредить!  — Ну да, может… — снова сосредоточив взгляд на ложке, уныло произнёс он. Мне стало страшно.  — Что за зелье ты принимал? — тихо спросила я, с трудом держа себя в руках.  — Что? — снова взглянул он на меня.  — Побочные эффекты должны ослабевать со временем. А тебе становится всё хуже. Драко! — с мольбой заговорила я, с ужасом понимая, что он совсем перестаёт меня воспринимать. — Драко, соберись пожалуйста! Он нахмурился, закрыл глаза. Ложка со звоном упала на стол.  — Скажи мне название зелья! — чётко проговорила я.  — Инджени Празидио. Оно… для защиты сознания от проникновения.  — Где ты его нашёл? В какой книге? Никогда не слышала, — меня охватило беспокойство.  — Книга у отца в библиотеке.  — Ты сам его приготовил?  — Да.  — Когда-нибудь его использовал?  — Нет. Это область… Тёмной магии.  — О, нет! — выдохнула я. — Драко! Зачем?  — Не нашёл ничего лучше, — пожал он плечами.  — Ты мне наврал про пару дней, да? — прищурившись прошипела я.  — Гермиона, не обостряй, — протянул он и снова взял в руки ложку. Я её выхватила.  — Драко! Мне нужна информация. Необходимо противоядие. Оно есть?  — Отдай ложку, — проворчал он. Меня затошнило. Я отдала ему ложку и села. Он снова её подвесил. Мне плакать хотелось.  — Любимый мой, как же ты работал? Тебе же завтра… Роули арестовывать, допрашивать.  — Нормально. Всё в порядке, — внимательно следя за ложкой, задумчиво произнёс он. Холод пробежал по спине.  — Противоядие есть?  — Не помню.  — Ты завтра никуда не пойдёшь! — воскликнула я.  — Как скажешь… — безразлично вздохнул он. Я бросилась писать письмо Гарри. Отправив сову, носилась по дому, не зная, что делать. Пожалела, что нет моей экспериментальной палочки. Не могла больше ждать ни минуты. Грейнджи уже спала. Она никогда не просыпается в это время.  — Драко, иди спать, — тихо попросила я. Он безразлично поднялся с места. Ложка упала. Драко на ходу снял рубашку, бросил на пол, там же оказались брюки, носки и трусы. Он рухнул на кровать и смотрел в потолок. Я побежала в гостиную и вошла в камин. Уже через минуту оказалась в кабинете Люциуса. Он тут же закашлялся, когда я вылетела из камина.  — Вы что, спятили? — возмутился он прокашлявшись.  — Простите, сэр. Это срочно. Драко не в себе.  — Что? — встревожился он, вставая с кресла и откладывая газету. — Что произошло?  — Он использовал зелье — Инджени Празидио.  — О, нет… — выдохнул Люциус. — Это плохо. Идёмте. Он быстрым шагом направился на выход, я за ним.  — Как он мог? — тараторила я. — Раз это тёмная магия, он не должен был…  — А как, по вашему, он должен был защищаться? Или вы бы предпочли, чтобы он в беспамятство впал после легилименции?  — Я уже не знаю…  — Вот и помолчите! Я стиснула зубы, чтобы не отвечать. Мы вошли в библиотеку.  — Акцио «Магия памяти» тысяча пятисотый год.  — Как он мог? Как? — шептала я себе под нос. — Он же мракоборец…  — Он прежде всего — Малфой… — проворчал Люциус, осторожно листая ветхий фолиант. — Это самое эффективное средство.  — Он опасен? — со страхом спросила я.  — Кто? — не понял Люциус и бросил на меня недовольный взгляд.  — Драко. Он опасен? Малфой-старший закатил глаза.  — Он опасен только тем, что бесчувственен. Чем дальше, тем больше. Возвращайтесь домой. Через три часа я принесу противоядие. Я с сомнением смотрела на его горящее азартом лицо. Кажется Люциус был готов погрузиться во что-то очень захватывающее, в то, что, возможно, давно не делал.  — Сэр… Позвольте мне самой.  — Сомневаюсь, что у вас есть нужные ингредиенты. Будет лучше, если вы уделите внимание мужу и дочери. Я прибуду через три-три с половиной часа.  — Но если есть противоядие, почему Драко сам об этом не позаботился? На него это не похоже.  — Это надо у него спросить, — бросил Люциус. — Всё. Вот оно. Отправляйтесь домой.  — Спасибо, сэр.  — Пока не за что. Три часа. Не закрывайте камин. Было уже около одиннадцати, когда я вернулась домой. В окно стучала сова Гарри. Он написал, что подменит Драко, если завтра тот будет не в себе. Никак нельзя упустить момента. Роули нужно взять. Я сходила к Грейнджи, убедилась, что она спит. Потом к Драко. Он тоже спал, развалившись на всю кровать. Долго стояла и смотрела на него, прижавшись спиной к стене. Больше всего на свете не выношу бездействия. Особенно в тот момент, когда нужно что-то сделать. Как мучительно было вспоминать его безразличное выражение лица, пустой взгляд. Это было жутко, тягостно. Отправилась в библиотеку, набрала книг по зельеварению и уселась в гостиной, ожидая Малфоя-старшего. Во втором часу я уже с трудом соображала. Пролистала очень много книг, но ничего нужного для нашего случая не нашла. Вдруг в гостиную вошёл Драко. Совершенно обнажённый. Меня бросило в жар и дыхание перехватило. Он никогда так не ходит по дому.  — Драко, что случилось? — тихо заговорила я. — Тебе лучше одеться…  — Гермиона, мне страшно, — совершенно без эмоций произнёс он, и мне самой стало страшно. Я собрала всю волю в кулак.  — Разве ты испытываешь страх?  — Да. Так странно. Как будто я здесь, а он… — и Драко отвёл руку в сторону. — Он где-то там. Но я его чувствую. Я поднялась с кресла, подошла к нему, обняла. Его сердце билось медленно, лениво. Никогда такого не слышала.  — Всё будет хорошо, — начала я.  — Сделай что-нибудь, — прошептал он. — Пожалуйста, сделай что-нибудь. Я так больше не могу.  — Но что? Что я могу?  — Всё равно. Сделай так, чтобы всё вернулось. Чтобы я мог тебя чувствовать. Быть собой.  — Скоро всё наладится, твой отец…  — Поцелуй меня.  — Что? — я подняла голову.  — Поцелуй. Я приподнялась на цыпочки, нежно коснулась его губ. Он ответил. Сжал меня в объятиях, впиваясь в мои губы с такой яростной силой, что стало больно. Я отстранилась. Это безразличие в его глазах стало пугать ещё сильнее. Он замотал головой и зашептал:  — Что мне делать? Скажи, что мне делать?  — Драко. Это скоро закончится. Не бойся. Твой отец…  — Нужно что-то очень сильное…  — Драко, послушай…  — Сделай что-нибудь. Заклятие хлыста.  — Ты спятил? Я не буду тебя бить! — возмутилась я и оттолкнула его, отходя за кресло.  — Мне нужно, — всё также бесстрастно произнёс Драко.  — Но это же дикость! Вдруг ты пострадаешь?!  — Я этого хочу. Чтобы ты меня ударила. Меня начало трясти. Слёзы выступили на глазах.  — Я не буду, ясно тебе?! Это не нужно! Сейчас придёт твой отец. Он должен принести зелье для тебя. Драко, как будто не слышал. Глаза остекленели. Он резко прыгнул на меня прямо через кресло, схватил за плечи и повалил на пол, стал жадными поцелуями покрывать мою шею.  — Драко, не надо! — взмолилась я, было так жутко. — Это просто побочный эффект, всё пройдёт! Скоро всё пройдёт. Чувствовала с какой животной силой он втягивает мою кожу, до жжения. Понимала, что противясь только провоцирую. Боялась, что он зайдёт слишком далеко. Обняла его.  — Пожалуйста, остановись…  — Мне нужно хоть что-нибудь. Ты должна понять, — тихо говорил он. Я схватила его лицо. Глаза пустые, зрачки почти не видно, так они сузились.  — Драко, я сама, хорошо? Только не нападай, ладно? Я сделаю, что хочешь, только не нападай. Он крепко меня обнял. Это медленное, тягучее сердцебиение с ума сводило.  — Хочешь хлыст? Будет тебе хлыст. Отпусти. Садись на диван. Всё чего я хотела — это потянуть время. Люциус должен был прийти с минуты на минуту. При других обстоятельствах, Драко был бы уже возбуждён до предела. Ему лишь нескольких моих прикосновений достаточно. А в тот момент он был совершенно никакой. Меня это даже пугало. Он сел на диван.  — Разденься, — спокойно произнёс он.  — Драко, я не могу! Сейчас придёт твой отец! — возмутилась я.  — Он не придёт, — равнодушно выдал он. Я закатила глаза.  — Драко, прекрати. Он обещал принести противоядие.  — Разденься. Я психанула. Расстегнула свою рубашку.  — Всё, хватит с тебя! — и швырнула в него диванную подушку. — Прикройся, бесстыдник. Тут на его лице вдруг появилась ухмылка. Я даже немного расслабилась.  — Давай без хлыста? — на всякий случай попросила я.  — Гермиона. Сделай хоть раз, как я прошу. Я направила на него палочку. Внутри всё дрожало. Я ни разу не использовала это заклинание.  — Я не могу! — простонала я.  — Целься в живот.  — Драко, не надо…  — Давай.  — Флагелум! Раздался звук удара кнута. Драко вздрогнул, и на его животе появилась белая полоса.  — Сними рубашку, — выдохнул он.  — Драко, прекрати! Ты и так исцелишься! Зачем это всё?  — Ещё раз.  — Драко.  — Не спорь.  — Флагелум! Флагелум! Он зарычал и бросился на меня. Я завизжала и понеслась по гостиной, швыряя в него диванные подушки.  — Драко перестань! — закричала я, когда он схватил меня за талию со спины и поднял над полом. — Пусти, ненормальный! Он резко поставил меня и развернул к себе за плечи, сдёргивая с них рубашку. Я вцепилась в неё, прижав к себе локти. Он нежно прильнул к моим губам, и я почувствовала, что как будто что-то изменилось. Открыла глаза и встретила его сияющий, весёлый взгляд.  — Спасибо… — с улыбкой прошептал он, и я с облегчением обвила его руками.  — Как же ты меня напугал, — прошептала я. Тут загудел камин. Вспышка. Сердце замерло. Я запахнула рубашку, а Драко просто бессовестно трансгрессировал. Ехидная ухмылка Люциуса говорила о том, что он точно что-то видел. Я выдохнула, надеясь лишь на то, что успела вовремя застегнуться.  — Вижу, меня тут ждали, — обвёл он глазами гостиную, забросанную подушками.  — Простите, сэр, — запыхавшись произнесла я. — Драко решил, что можно попытаться…  — Я так и понял. Это хороший способ, хоть и не очень эффективный.  — Сэр, вы могли… не так понять… — я готова была провалиться сквозь землю. Уши полыхали. Представляла, какое гнездо было у меня на голове.  — Бросьте эту вредную привычку — оправдываться. Вы не обязаны ничего объяснять. Драко полностью одетый вошёл в гостиную.  — Отец, — кивнул он.  — Я вижу, тебе лучше, — ухмыльнулся Люциус, и они обнялись.  — Спасибо, отец. Честно говоря сомневался…  — Неужели? — усмехнулся Малфой-старший. — Думал оставлю неадекватного мракоборца наедине с двумя маленькими девочками?  — Сэр… — хотела возразить я.  — Ладно-ладно! Знаю, вы можете за себя постоять, — закатил глаза Люциус и протянул Драко флакончик с серебристой жидкостью. Он посмотрел на него, поднеся к свету.  — Спасибо, отец. Оно безупречно.  — Благодарю. Только ты мне скажи, как можно быть таким болваном?  — Так вышло…  — Нет. Такого не может быть! — немного сердито заговорил Люциус. — Это невозможно.  — Я отдал своё противоядие Майлзу. План пришлось немного… подкорректировать.  — А потом, ты просто забыл. Успокоился. Ты же знаешь. В этом опасность зелья…  — Отец! Хватит! — нервно бросил Драко, обеспокоенно взглянув на меня. Так и знала, что чего-то он не договаривает.  — Что ж, — быстро сменил тему Люциус. — Если хочешь завтра быть трезвым, сейчас же принимай и спать, иначе завтра за тебя придётся работать заместителям.  — Ну уж нет! — усмехнулся Драко. Мы попрощались. Люциус ушёл. Драко в ту же минуту опрокинул зелье в рот.  — Идём скорее, пока тебе не пришлось меня левитировать, — улыбнулся Драко, обнимая меня за плечи.  — Знаю, ты устал, — взволнованно заговорила я. — Может, сейчас не время, но… скажи мне правду. Что было бы без этого противоядия? Он озадаченно смотрел в пол.  — Я… потерял бы память. Сердце остановилось, горечь подступила к горлу. Я просто сбросила с себя его руку, отвернулась и ушла в спальню. Упала лицом в подушку и разрыдалась. У меня была истерика. Драко с силой развернул меня к себе, как я ни упиралась. Такого отчаяния я никогда не испытывала.  — Прости. Прости меня, — шептал он, изо всех сил прижимая к своей груди.  — Не делай так! Не поступай так со мной! — рыдала я. — Не поступай так со мной!  — Малышка, не надо… — шептал он, целуя мои волосы. — Прошу тебя, успокойся.  — Я люблю тебя! Я… так тебя люблю! Драко! Не рискуй так больше, пожалуйста!  — Я буду осторожен, обещаю. Думал, что успею, но… не успел. Прос-ти… ме-ня… Его руки ослабели. Он обмяк и заснул. Я крепко прижалась к нему, вцепившись в его предплечье. Как же я боюсь однажды его потерять!