Хватит пялиться!

Прошло несколько дней, с тех пор как ребята заселились в общежитие. И пару дней с того, как Мина спалила ее перед девочками, что между ней и Киришимой что-то есть. И все знали, что эти двое друг к другу неравнодушны, хотя она яро протестовала и защищалась. А то, что они все эти дни между собой с Эйджиро не разговаривали и не смотрели в стороны друг друга, только усугубляло. Сваха Мина считала своим долгом примерить их и даже старалась подключить Денки и Серо. Ребята тоже заметили, что Бунтарь был сам не свой все эти дни. Конечно, он привычно улыбался, говорил о мужских вещах, но взгляд у него был тяжёлый. Они не понимали, что ему сейчас должно быть нелегко. В отличие от Акито. Им хотелось веселиться каждый день, быть вечными друзьями и беззаботно жить. Но то, что там произошло с ним — изменило его. И они были слишком глупы, чтобы заметить это. Акито хотела примириться с ним, и если бы Киришима оставался Киришимой, она бы может намекнула ему, чтобы парень сделал первый шаг. Но Исабуро не вправе тревожить его, и если бы он хотел сам, то давно хотя бы прислал ей смс. Она бы могла, невзирая на свою гордость и обиду, подойти к нему, спросить, как он, просто выслушать его. Но он сам избегал ее. Стоило ей подойти на шаг ближе, он отдалялся на три. И это было обидно и неприятно. И все эти игры в сваху нереально раздражали. — Знаешь, что мне сказал Каминари? — Что? — спрашивает хриплым, недовольным голосом. Девочки сидели в комнате Акито на кровати и пялились в потолок. — Киришима смотрит на тебя изо дня в день, что тебя бесит, но он знает о тебе больше, чем кто-либо другой, — начала она свою пластинку, и Мерцающая закатила глаза. — Он знает, как ты не любишь читать при всех на литературе, и поэтому всегда вызывается за тебя, — Мина улыбается, по-доброму завидуя. — Когда ты не успеваешь что-то записать, он переспрашивает у учителя. Хотя сам ничего не пишет! — Хватит, Мина, — просит, потирая лоб. Ей было приятно слышать это, ведь она никогда раньше не замечала подобного. И как только подруга открывает рот, Мерцающая мгновенно перебивает: — Он больше не смотрит на меня. — Но по прежнему любит, я уверена! — Акито замычала, накрывая лицо руками. Наивность Мины поражала. Эти речи могли бы повлиять на Тору, но никак на неё. — Он меня не любит, Мина, — она специально зовёт ее по имени, подчёркивая этим всю серьезность и строгость. — Мы не в кино! Может, я ему и нравлюсь, но любовью тут и не пахнет. — А что, любовь, по-твоему, только в кино бывает? — Ашидо приняла сидячее положение, сложив руки на груди. — Да! — всплеснула руками, а затем покачала головой и отвернулась к стене. — Я хочу побыть одна. — Ну уж нет! — как лучшая подруга, она вскочила с кровати и принялась стаскивать Акито. — О Создатель, — выдохнула Исабуро, хватаясь за одеяла и простыни, но это не возымело успеха. — Старатель! — кричит она плакату, словно он мог бы ожить в этот момент и спасти ее. — Мина! — пищит, когда падает с кровати. Оказавшись на полу, она обиженно подняла глаза на подругу. Виновница лишь рассмеялась и довольно показала ей большой палец. Она отбежала к столу, выдернула фотографию с Эйджиро из фоторамки и вытянула перед собой. — Смотри, какие вы тут счастливые! — Перестань! — она вскочила на ноги, намереваясь вырвать фотографию, а Ашидо лишь подняла руку вверх. — Хватит, Мина, — дрожащим голосом умоляет ее, прыгая за снимком. И Киришима там улыбался ей. Она уже и забыла, когда последний раз получала от него эту улыбку. Она быстро вымоталась и прекратила свои попытки забрать фотку. Акито тяжело вздохнула и опять отправилась на кровать. Притягивая к себе все свои игрушки, она легла и прикрыла глаза. — Акито? — тихим голосом позвала ее Мина, но та ничего не ответила. Ашидо вздохнула. Мерцающая старалась не показывать свои настоящие эмоции. И за своей стеной вредности, Мина и подумать не могла, что ей возможно тоже нелегко сейчас. Она хотела ее развеселить, чтобы Мерцающая собралась с силами, пошла к Киришиме и спросила бы «че ты не пялишься?» Но, оказывается, Исабуро подавлена не меньше Красного Бунтаря. — Прости, — извиняется, осторожно присаживаясь на кровать. — Я больше не буду доставать тебя. — Нормально все, — выдавила она из себя. Мина легла рядом и обняла ее. Через некоторое время, Акито меньжевалась, но неловко спросила: — С чего ты решила, что мне нравится Киришима? — А? — она встрепенулась, а потом улыбнулась. Она выждала небольшую интригу, и когда Акито ей развернулась к ней лицом, она ответила. — Я это поняла, когда ты присылала мне фотки, в чем пойти на встречу с Киришимой, — блондинка нахмурилась. — А потом гневно писала мне весь вечер, что Бакуго все испортил. И когда ты доходишь до точки кипения, ты не следишь за словами, так? — утвердительно спрашивает, и получает кивок в ответ. — И, возможно, ты не заметила, но ты буквально написала, что больше в жизни не будешь ходить на свидания! — Неправда! — сразу же начала защищаться. — Я такого не помню. А значит этого не было! — Ну конечно, — рассмеялась Мина. — И, в конце концов, я убедилась, когда ты назвала его по имени, а потом вы так мило обнимались! — и мечтательно протянула последнее слово, за что получила плюшевыми медведем по лицу. — Ах так! Мина прокричала, что она пожалеет об этом, прежде чем у них завязалась битва мягкими игрушками. Они много смеялись, резвились по всей комнате, и Акито на время забыла обо всем на свете. И вспомнила, что иметь лучшую подругу — это замечательное чувство. А если какой-то мальчишка, решил, что может ее игнорировать, то она подождёт, когда он станет мужчиной и подойдёт с извинениями, что заставил ее ждать. — Уф, я устала, — опрокидывая ее на кровать, пожаловалась Мина. — Может, перекусим? — спрашивает заговорщицким тоном. — Время восемь, — деловито осведомилась Акито. Розоволосая печально вздохнула, состроив грустный взгляд. Они переглянулись. — Погнали, — кивает, вскакивая с кровати и они обе идут на выход. Девочки мечтали похудеть, хотя их фигуры и без этого были хороши. Но никогда обе не могли устоять перед чем-нибудь вкусным или вредным. В гостиной ещё было полно народу, мало кто в это время ложился спать или разбредался по комнатам. Идиотское трио (в лице Киришимы, Каминари и Серо), как их прозвала Акито, тоже были тут. Они сидели за барной стойкой и что-то бурно обсуждали. И девочки как раз направлялись в их сторону. — Непруха, — мрачно выдала Исабуро. — Все будет нормально, — поддела ее локтем Мина, чтобы та перестала кукситься. Девочки спокойно, как ни в чем не бывало, прошли к холодильнику и открыли его. Парни на секунду замолкли, наблюдая за ними, а после продолжили разговор. Киришиме было легко не смотреть на них вовсе: он сидел к ним спиной. Подруги долго пялились на полки и, разочарованно вздохнув, закрыли холодильник. — Мы сегодня утром съели йогурт, — удручающе вспомнила Акито. — И доели наш пудинг в обед, — заныла Мина. — Может у нас остались «Pocky»? — загорелась Исабуро, бросаясь к их шкафчику. — Или маршмеллоу! — чуть ли не запрыгивая на подругу, Мина встала на носочки. Акито с чувством раскрыла дверцы. — Пусто! — разочарованно в один голос. Акито закрыла шкафчик и чертыхнулась. — Пошли отсюда. — Может, мы успеем в магазин? — предложила авантюру Мина. Акито взглянула на часы, затем сверилась с часами на своём телефоне и кивнула. — По коням, — говорит она серьезно, и они обе бегут на выход. Парни краем уха слышали их разговор, да изредка поглядывали на них. Киришима невольно улыбался, а у парней эта сцена вызывала откровенный смех, особенно когда девочки с криками забежали обратно за деньгами. — Эй! — крикнул им в след Иида, которого они сбили на пути к лифту. — Не бегайте! — и он был успешно проигнорирован. — Когда с Исабуро мириться будешь? — задаёт вопрос Серо, пихая в рот очередную кунжутную булочку. Эйджиро отвёл взгляд. — На тебя это не похоже. — Вот-вот, — поддакнул Денки, — сколько раз себя мужиком звал, а тут к девчонке подойти боишься! — Я не боюсь, — выдохнул он, подставив руку под голову. — Просто не уверен, что это что мне сейчас нужно, — ему было тяжело это признать. — Как это? — возмутился Ханта. — Ты столько хотел быть с ней, а сейчас не уверен? — Не по-мужски это, я считаю, — подстёгивает Денки. Он при любом удобном случае подкалывал его, потому что Эйджиро ему постоянно говорит быть мужиком. — Любовь прошла, завяли помидоры? — повёл плечом Ханта. Девочки спустились вниз и побежали к дверям. Киришима взглянул на неё. Такая беззаботная, счастливая. Ее щеки чуть раскраснелись от бега без причуды, на губах цвела улыбка, а янтарные глаза в свете ламп казались золотыми. — Я хочу тайяки, — слышит обрывки диалога, когда они пробегают мимо. Она говорит это легко, непринужденно, и в голосе не чувствуется показушная холодность, как при разговоре с остальными. Помидоры цветут и пахнут. Хотя точнее яблоня живет и процветает. Эх, как же давно он не слышал ее запаха. — Земля вызывает Киришиму! — он несколько раз моргает, когда перед его лицом проводят рукой. — Приём! — Приём, — глупо выдыхает в ответ, и пацаны ржут над ним. — Я опять пялился, да? — он запускает руку в волосы, криво улыбнувшись. — Да ты стопроцентно залип, дружище, — хитро улыбнулся Серо. — Кстати, — Денки склонился ближе к ребятам и зашептал: — Тодороки и Исабуро после школы проводят время вместе в гостиной! — поделился он новостью, в надежде расшевелиться друга, но получил удар в плечо от Ханты. Эйджиро помрачнел. Может, ему вовсе и не стоит что-либо предпринимать? Все-таки Шото хороший парень. И если он ей нравится, то ему нечего стоять у неё на пути. — Все нормально, — он улыбнулся, когда Денки нервно начал что-то тараторить невпопад. — Это ее личное дело. Я пойду потренируюсь и спать, — он попрощался с ребятами и пошёл наверх. Серо нахмурился и поджал губы. Каминари удивленно взглянул на друга. — Ты чего? — Не знаю, что у него там в голове происходит, но мне это не нравится, — он достал телефон и быстро застучал по клавишам. На вопрос Денки, что он делает, Серо быстро ответил: — пишу Мине, что мы в деле! Парни широко улыбнулись друг другу. Пусть уж лучше Киришима ведёт себя, как влюблённый идиот, чем как поникший, отвергнутый всеми, страдалец. Девочки же в это время возвращались с пакетами сладостей. Мине пришла смс на телефон, и та вся засветилась от счастья. — Чего такая довольная? — подозрительно спросила Акито, хрустя печеньем. — Да так, — загадочно улыбнулась розоволосая и быстро сменила тему. Если бы эти двое знали, что их друзья задумали, им бы явно это не понравилось. А Акито так вообще бы стёрла их всех с лица земли.