4
1 августа 2019 г., 22:00
***
Намджун пытался найти к своему подопечному особый подход, вернуть друга и верного напарника в работе. Чонгук перестал доверять многим, хотя и знал, что в смерти Дэйзи Брокман никто не виноват. Кроме некоторых людей. — Ты сегодня рано, — Намджун наблюдал за мужем поверх чашки с горячим ароматным чаем, которую сжимал в руках. Сняв очки, Сокджин обернулся и встретил мужчину мягкой улыбкой. — Я подумал, что хочу провести вечер рядом с тобой, — пожал плечами Намджун и подошёл к нему вплотную, чтобы поцеловать. Сокджин чуть наклонился и подставил губы для поцелуя. — Я скучал, — прошептал он и поморщился, почувствовав щекой трёхдневную щетину мужа. — Ты бы побрился, что ли. Намджун усмехнулся и обернулся к зеркалу, висевшему на стене рядом с книжным шкафом и мольбертом с уже засохшими от старости красками на рабочей подставке. — Мне кажется, так я выгляжу брутальнее. — Ты выглядишь так, будто совсем забыл о существовании бритвы в нашем доме. — Я заработался. — Я знаю, — Сокджин привстал и обнял мужа. Намджун положил голову ему на плечо и закрыл глаза. — Я тоже скучал. Они познакомились в Новом Скотланд-Ярде больше десяти лет назад и с тех пор не расставались. Только если не брать в расчёт трагедию двухлетней давности, когда жизнь Сокджина висела на волоске, когда он был в шаге от смерти, а Намджун пообещал, что если тот выкарабкается, то больше никогда не пустит его на службу. Джин выкарабкался, а Намджун сделал всё возможное, чтобы исполнить своё обещание. Они злились друг на друга, два месяца не разговаривали вовсе, а на третий – Джин пришёл сам и попросил прощения. Его карьера закончилась, не успев начаться. Он не потерял звание лейтенанта. Он ушёл на отдых и мужу был благодарен, потому что никогда бы сам этого сделать не смог. Его мечтой была работа, спустя время его мечтой стал Намджун. И непригодные для работы шрамы ему помог залечить именно он. Но полицейскую жилку в нём не затоптала даже смерть, с которой Джин встретился в ту ночь. Она ему улыбнулась и протянула руки, а он повернулся к ней спиной. Сокджин не готов был умирать, а Намджун бы ни за что не позволил этому случиться. Через полгода после увольнения и долгой реабилитации он устроился на должность помощника в библиотеку Министерства обороны в Новом Скотланд-Ярде. Но даже после преждевременной отставки Намджун нередко обращался к мужу за помощью. Они вместе обсуждали дела, над которыми он работал. Сокджин был счастлив, даже если в его счастье не было места для полиции. Он не мог действовать, но мог помогать, за что Намджун был ему очень благодарен. — Ты приготовил на ужин мои любимые гренки? — одним глубоким вдохом втянув едва уловимый аромат хрустящего хлеба, мужчина облизнулся и крепко сжал ладонь мужа, ту, где давно затянулся глубокий шрам, напоминающий им о прошлом. Намджун научился жить с этим, Сокджин соврал бы, если бы сказал, что не ждал любимого каждый день с паническим страхом. С паническим страхом того, что могло повториться. Он боялся потерять его так же, как когда-то боялся потерять его Намджун. — Я хотел съесть их раньше, чем ты придёшь. Но кто-то разрушил все мои планы, — театрально надулся Джин и, чмокнув мужчину в колючую щёку, вышел из комнаты. — Как работа? — Ничего нового, — Намджун последовал за ним, на ходу расстегивая рубашку. — Чонгук в порядке, Тэхён – тоже. — А ты? — Сокджин обернулся, держа в руках тарелку, и посмотрел на мужа. Тот без слов понял, о чём его спрашивают. — Он не слушает меня и делает так, как считает нужным. — И ты с ним не согласен. — И я с ним не согласен. Джин поставил перед ним тарелку с поджаренным с двух сторон хлебом и стаканчик с обезжиренным йогуртом и сухофруктами. Намджун открыл рот, чтобы заговорить, потом закрыл его и резко выдохнул. — Думаешь, Чонгук откажется от него? — Сокджин рассуждал вслух, потому что знал достаточно много, чтобы спрашивать. — Ты ведь не сказал, чей он сын? — Нет, — Намджун покачал головой, а Джин на это ничего не ответил. — Он поставил красную точку. — Тогда займись этим делом сам. — Он пугает его огнём, — Намджун сделал паузу, а после добавил, поднимая полный уверенности и злобы взгляд. Они оба знали, о чём говорят. — Но нет сильнее человека, который потерял в огне любимую.***
— А хотите мы вместе пойдём к сержанту Чону? — Чимин поправил рюкзак на плече и облокотился на спинку стула. Сержант стоял напротив него и упирался поясницей в стол. — Он сказал тебя не пускать, — нахмурился Смит. — Тогда отведите меня к кому-нибудь другому, — заскулил парень, а потом поднял неожиданно радостные глаза на мужчину. — Лейтенант Ким точно примет меня. Лаки вопросительно посмотрел на свою напарницу, но Нора ничего не ответила, пожала плечами и кивнула в сторону двух офицеров, которые вели знакомого мальчишку в камеру. — А по-моему, ты юлишь, — он негромко усмехнулся и поднял взгляд туда, куда увели задержанного. — За что его так? — запал Чимина чуть спал, вместо этого его взгляд остановился на сцепленных наручниками руках за спиной и бровях, сосредоточенно сведённых на чужом лице. Тот парень не выглядел как человек, который способен на преступление. Он был расстроен и думал точно не о том, куда его ведут. — Мелкий воришка и хулиган, — Смит сжал ладони вместе, а после наклонился к Чимину. — Хочешь закончить, как он? Сесть за свою упрямость? — Но я ничего не нарушал, — нахмурился Чимин, а после снова посмотрел туда, где минутой раннее закрылась дверь. — Куда его увели? Оба замолчали. Чимин подумал о том, как долго сможет ещё продержаться и добьётся ли он своего, пока его не выгонят или не закуют в наручники, как того парня. Он умеет добиваться своего. Он сказал, что справится. Обещал отцу, что будет в безопасности. — Лейтенант Ким поставил его делу зелёную точку. Смит не знал, поймёт ли Чимин, но на вопрос ответил. Больше всего он ненавидел лгать. — Тогда я буду надеяться, что с ним всё будет хорошо. Смит промолчал. Они долго мерили друг друга взглядами, пока в дверях отдела не появился Чонгук. Почему-то Чимину показалось, что сегодня его снова оставят ни с чем. И он был прав, когда на удивление совершенно спокойный сержант выставил его за дверь. И только они оба знали, что этот день снова повторится. Пока Пак Чимин, сын капитана Пак Сэджуна, храбро погибшего в огне при исполнении ровно год назад, не добьётся своего. Он обещал, что будет в порядке. И он своё обещание выполнит.***
— Мин Юнги, — прочитал имя на корешке папки Тэхён и перевёл взгляд на мальчишку, который сидел на стуле напротив и внимательно смотрел на него в ответ. — Рад встретиться с тобой лично. Юнги насмешливо оскалился и прищурился, пряча пугающе тёмный взгляд за густыми чёрными ресницами. — А чему радоваться, лейтенант? — он чуть выпрямился и пошевелил затёкшими запястьями. — Чем же я заслужил такое радушное приветствие? Вам больше ловить некого? Конечно, он был весьма логичен, когда задавал этот вопрос, потому что рядом с его досье лежало два нераскрытых дела и куча незаполненных бумаг. Юнги не глуп, а Тэхёну незачем отрицать. — Ты ведь знаешь, что Лэнквуды хотят суда? Парень склонил голову набок и обвёл лейтенанта с пояса, где пряталась кобура, до лица сосредоточенным взглядом. — А вам-то что? Тэхён положил толстую папку на стол. Листы не помещались, поэтому вываливались. И он представить себе не мог, сколько преступлений висит на плечах у этого юного создания. Но Тэхён был уверен в том, что мальчишка раскусил его ещё пять минут назад, когда только появился в этом кабинете. — Мне не нужны проблемы и судебные иски. Видишь это досье? — Тэхён положил ладонь на одну из папок. Юнги без ответа проследил за его движением и прикусил щёку изнутри. — Девушка была жестоко убита на Карнаби Стрит в полночь прошлой ночью, а убийца на свободе. Что думаешь об этом? — Что я думаю? — Юнги усмехнулся, а после отвёл взгляд. — Я думаю, что это не моё дело, лейтенант. Или посади за решётку, или отпусти. — Я думал, что ты умнее. — А ты умный, значит? Тэхён ничего не ответил, резко встал, обойдя рабочий стол, схватил парня за воротник и поднял его над стулом. Пару раз встряхнул и сжал ткань сильнее, не отпустил. Он не любит жестокость, но этот мальчишка способен вывести его из себя одним словом, одним взглядом. Чонгук бы удивился, будь он здесь сейчас. Они учились в одной школе, закончили одну академию и получили должность в одном отделе лондонской полиции. Они стали лучшими напарниками, лучшими друзьями, способными друг для друга на всё. — Отпусти, — прохрипел задыхающийся Юнги, но ничем не мог себе помочь. Руки скованы, сил бороться не осталось. Мужчина над ним был гораздо сильнее и однозначно увереннее. — В ту ночь дома её ждали две маленькие девочки и муж, вернувшийся из командировки на день раньше. Хотел сделать сюрприз любимой жене, но не смог. Её убили раньше, чем он успел взять трубку. Её нашли мёртвую в луже собственной крови и чужой сперме. Она была изнасилована, а позже жестоко убита. И никто не мог ей помочь, потому что она была одна. Тогда ответь мне на один вопрос, Юнги. Какого чёрта я должен сюсюкаться сейчас с тобой, а не ловить преступника, который убил ни в чём не повинную девушку, м? — голос Тэхёна прозвучал чуть тише, он притянул бледного парня к своему лицу и посмотрел в его глаза. — Ты трус и глупец, если решил, что можешь всё и это сойдёт тебе с рук. Но так дела не делаются, парень. У тебя ведь есть младшая сестра, да? — он почувствовал, как мышцы под футболкой напряглись, Юнги дёрнулся снова и беспомощно захрипел. — Хочешь мне что-то сказать? — Тэхён наклонился немного вперёд, едва касаясь носом его щеки. Он ждал, что Юнги согласится. А Юнги согласился с тем, что играть на нервах офицера интереснее, чем быть на свободе. — Иди в задницу, коп, — прохрипел он ему в ухо и из последних сил громко засмеялся. — Думаю, парочка дней в камере остудит твой пыл. Уведите! И последнее, что Тэхён увидел, – полные страха и боли чёрные глаза.
