Чёрное и белое

Солнечные лучи нежно ласкали землю, поднимаясь из-за горизонта тонкими золотыми нитями, и играя в окнах домов. Нью-Йорк медленно отходил от ночи и постепенно, улицы мегаполиса заполнялись толпами спешащих людей. Кто-то вышел на утреннюю пробежку, кто-то поехал на работу или учёбу, кто-то по делам. Все спешили. Чейз было не привыкать к такому ритму, ведь её родной Лондон гудел не тише. Она проснулась за пару минут до будильника. Голова адски гудела, а во рту была настоящая пустыня. Потирая заспанные глаза, она в общих чертах стала вспоминать, что произошло вчера после смены. Попавшие в поле зрения ключи от машины, говорили о том, что она доехала до дома на ней, хорошо, что получила права ещё в 21, когда приезжала на учёбу по обмену. Так, значит или я опять пьяная села за руль, — принялась рассуждать Лоренс, сев в постели, — или… Додумать ей не дал грохот, доносившейся с кухни. И вскоре, на пороге спальни появился человек, которого она ожидала увидеть меньше всего. — Доброе утро, Чейз, — Ник мягко улыбнулся. В руках две чашки. Судя по запаху — кофе. — Привет, — пробормотала она. Мы же с ним не переспали? — внутри всё переворачивалось, как в барабане стиральной машины во время отжима. — Ты вчера сильно напилась, — он поставил стакан на тумбочку с её стороны. Ну это не новость, — она мысленно нахмурилась. — Я не мог пустить тебя за руль, ты была слишком пьяна и тебя пару раз стошнило в баре. Я взял твою машину… — Адрес? — перебила она. — Навигатор, — усмехнулся Уэст, присев на край кровати, — он был вбит у тебя, от дома до госпиталя. Да, было такое, — вспоминала Чейз, она искала схему проезда от 241 Централ Парк Вест до «Метро-Дженерал». — Как ты себя чувствуешь? — заботливо спрашивает он, но мысли Чейз заняты другим. — Мы не переспали? — выпаливает она. — Нет, ты была так пьяна, что мне пришлось нести тебя от машины до кровати, — он усмехается. Слава Богу, — Чейз мысленно выдыхает, это волновало её больше, чем дичайшее похмелье. — Голова болит так, будто мне делают краниотомию без анальгетиков в режиме реального времени, — ей казалось, что это самое точно описание. Забрав с тумбочки свой кофе, она коротко благодарит Уэста и почти залпом опустошает стакан, — что я пила вчера? — Много всего, — Ник же пьёт небольшими глотками, озадаченно наблюдая за Чейз, — текила и виски в основном. — Мы поехали в бар после госпиталя? — Нет, сначала мы пили кофе, в кафешке рядом с «Метро-Дженерал», а потом ты сказала, что хочешь отметить приезд, ну и понеслась, — посвятил он её в подробности вчерашнего вечера и ночи, — мы до часа сидели в баре, а потом ты вырубилась. Я отвёз тебя домой и пока ты пила, следил, чтобы не понижала градус. Ни фига себе он добрый, — она в шоке, — или он хотел затащить меня в постель, но обломался, поняв, что я слишком пьяна для секса? — Спасибо, — ей редко бывает стыдно, ну вернее, никогда. — Может тебе принести полисорб? — интересуется Ник, значит выглядит она совсем погнано. А он явно подозревает, что средство от похмелья должно быть в её домашней аптечке, что ж, в этом он прав. — Я схожу в душ и всё будет нормально, — Чейз, закутавшись в простыню идёт в ванную, которая прилегает к спальне, в надежде, что и в этот раз контрастный душ ей поможет. Вода ей помогала всегда, особенно, когда нужно было восстановить события после пьянок, а случалось такое часто. Вот и сейчас, стоя под сильным напором воды, Чейз снова перенеслась во вчера. — Идём пить кофе? — Уэст застал её у выхода из госпиталя. Она вспоминает о своём обещании. — Хорошо но заведение выбираешь ты, — она краснеет, — я не особо хорошо знаю местность. Они пьют кофе в небольшом кафе с стеклянными столиками, говорят о медицине, Англии, что-то ещё. Если она не помнит, значит это была пустая болтовня и она не имеет никакого значения. — Хочу отметить свой приезд, не знаешь тут есть хороший бар? — спрашивает она, оплачивая свой счёт. — Есть одно местечко… Закончив с душем и замотав волосы в пушистое полотенце, она натягивает на себя длинный, почти до щиколоток, банный халат серого цвета и покидает ванную. Ник сидит на угловом диване в гостиной, большая часть которой завалена коробками и сумками с вещами. Он смотрит утренние новости и Стейси Джонс уверенно вещает о погоде в Нью-Йорке на ближайшие дни. — Тебе если нужно в душ, то иди, там есть полотенца, — сказала Чейз, проходя к большому шкафу-купе с зеркальными дверями. — Нет, спасибо, — вежливо отказывается он, — там у тебя телефон разрывается просто. Сонно зевая, Лоренс топает назад в спальню, чтобы собраться и за одно проверить, кто ей названивает. «Пропущенные от: Стивен Стрэндж (4) 7:45» Что ему надо, — фыркает она, стягивая с головы полотенце, чтобы просушить волосы, — до работы ещё больше часа, — её смена начинается в девять утра. Сейчас без десяти восемь. С её навыками вождения ехать минут десять-пятнадцать, с учётом пробок, так что, спешить особо некуда. Приведя себя в порядок и натянув чистое бельё, а затем рубашку цвета морской волны и чёрные зауженные джинсы, она захватила кожаную куртку, сумку и покинула спальню. — Твоя машина, как я полагаю, осталась на парковке больницы? — Да, — Ник коротко кивает. — Тогда, поехали, — Чейз ждёт, пока он вырубит телек и заберёт свой пиджак. По наличию на диване простыней, она делает вывод, что Уэст оказался слишком порядочным, даже порядочнее, чем она могла подумать. — Сама за руль сядешь? — интересуется он, пока они ждут лифт. — Само собой, — фыркает Чейз. Я в состоянии вести свою машину сама, — думает девушка. — Только не газуй, как вчера, — с мольбой просит Ник, идя по подземной парковке, вслед за Лоренс к месту Т79, где он оставил её машину. — Доктор Уэст, — ехидно прошептала она, — иметь такую машину как «Бугатти Вейрон» и не газовать — просто смертный грех. — Сколько у неё максимальная скорость? — спрашивает Ник. Спорт-кар не вызывает у него доверия, хотя и выглядит очень роскошно. Чёрного цвета, он притягивает к себе, хотя и выглядит не как типичная машина. Длинный, больше 4 метров корпус, обтекаемой формы с двадцатидюймовыми дисками, никаких лишних элементов, да машина шикарная, с этим он согласен, но опасная. Такая малышка — прямой путь на стол хирурга или патологоанатома, особенно если за рулём неопытный водитель. Интересно, где она взяла столько денег? — мелькает в голове у Уэста, — такая машина больше миллиона евро стоит. — Почти двести пятьдесят миль в час, — она садится на водительское кресло, Ник рядом. Он был в шоке, когда вчера узнал, что ему придётся вести это, — тысяча лошадей, машина мечты. — Не люблю спорт-кары, — он бледнеет. Чейз, ещё не отошедшая от вчерашней ночи и эта машина — ужас, — для меня важней безопасность, — вопрос о том, откуда у начинающего доктора такая машина не покидает его даже тогда, когда Лоренс выезжает на дорогу и несётся вдоль Центрального Парка. — Утолю ваше любопытство, — она словно читает мысли, — это подарок. Мой отец — крупный бизнесмен. Отели и гостиницы в Европе. Вот и иступляет вину, за испорченное детство, — тонкие пальчики ещё сильнее обхватывают руль. — Ты можешь ехать медленнее? — просит он, с опаской смотря на спидометр, показания которого явно превышают норму. — Ладно, — Чейз тяжело вздыхает и медленно сбавляет скорость до приличной, по меркам Ника, отметки.

***

— Ого, а вы оказывается знаете толк в машинах, — Стивен идёт к ней от своей «Ламборджини», через парковку и Чейз рада, что Ник уже ушёл проверить свою машину, которая всю ночь простояла у госпиталя. Стрэндж в лёгкой серой рубашке и джинсах с удивлённым взглядом обходит машину Чейз. Да, покупка «Бугатти» определённо этого стоит. На неё смотрят все. Это просто магнит. — Завидно? — ухмыляется она, присев на край капота. Машина низкой посадки, так что даже с невысоким ростом, Чейз дотрагивается кроссовками до асфальта. — Нет, — он кривит губы в ухмылке, — прокатиться дадите? — Стивен смеётся. Мужчина видел такую машину много раз, но не у знакомых, поэтому давно мечтал посидеть за рулём, чтобы решить — купить ли такую себе или не стоит. — Да без проблем, — она отпускает солнцезащитные очки на глаза и кидает ему ключи, — но я еду с вами. — Ладно, думаю на десять минут опоздать позволительно, — Стрэндж доволен, как мальчишка, которого пустили за руль в первый раз. Что-что, а машины, особенно такие дорогие и быстрые, его вторая любовь, после медицины естественно. — Стрэндж, осторожней! — вопит она, вцепившись пальцами в кресло, через минут десять поездки, — я конечно люблю скорость, но не так, чтобы заносило на поворотах, и машина чуть ли не подскакивала. — Дико извиняюсь, — он плавно выжимает тормоз, — я увлёкся. Машина — космос, — Стивен возвращается на парковку госпиталя, и замечает, что на крыльце его ждёт Кристина и походу она видела, как он сел в машину Чейз. Неловко, — мелькает в голове нейрохирурга, — придётся объясняться, а надо ли оно? — в последние десять минут он чувствовал себя таким свободным, как никогда ранее. Всё же в скорости есть какая-то своя магия. — Может устроим гонку? — спрашивает Лоренс, — хочу испытать её на полную мощь. — У вас будет преимущество по скорости, — отмечает он, хотя его машина спокойно преодолевает рубеж в двести миль в час. — На вашей стороне опыт, — усмехается Чейз, достав из сумки свой смартфон, — я вожу не так давно, а эту крошку и во все пятый месяц. — Ладно, я подумаю, — Стрэндж покидает салон, затем открывает дверь для Чейз и подаёт руку. — Ого, а вы джентльмен, — Лоренс забирает свою сумку, щёлкает кнопкой по брелоку сигнализации, — и может на «ты»? — Да. Определённо на «ты», — соглашается врач и они идут к больнице. — Доброе утро, доктор Палмер, — с кривой ухмылкой здоровается Чейз и удаляется в здание, чтобы не стать свидетелем сцены их разборок, а то ещё и крайней останется, а она что, она ничего. Стивен сам подошёл к ней и попросил прокатиться. В этом нет ничего криминального или противозаконного. Просто у них обнаружился ещё один общий интерес — тачки — дорогие, быстрые и презентабельные. — И как это понимать? — Кристина была явно в шоке о того, как мило они беседовали с Чейз и то, как он выходил из её машины. — Как тебе удобно, — фыркает он. Как же бесят это разборки, — думает Стивен, — она считает, что у нас какие-то особые отношения, а по факту? Так секс, иногда ресторан и конференции — явно не пахнет свадьбой, собакой и детьми. — Это ты так пытаешься сохранить наши отношения?! — она говорит громко, пара проходящих мимо людей даже оглянулись в их сторону, точка невозврата пройдена. Он берёт её за локоть и оттаскивает в нишу, которая разделяет два входа — центральный и подъезд скорых. — Наши прости что? — Палмер оказывается зажата между Стивеном и стеной, покрытой декоративной кирпичной кладкой, — какие отношения? Мы с тобой спим или ты забыла? Просто секс. Я предупреждал тебя, но нет же, — он в гневе. Голос строгий, порой переходящий на крик. — Какой же ты мерзкий, — отрезает она и оттолкнув его, уходит. Стрэндж стоит на месте пару минут и собравшись с мыслями, заходит в здание. Он устал о того, что она устраивает ему сцены ревности при любом удобном случае. И спроси она в этот момент спал ли он с Чейз, Стивен бы ответил положительно без зазрения совести. Сама надумала, сама решила, сама сделала выводы, — думает он, ожидая лифт, — в этом вся Палмер.