Чёрное и белое

— Ты очень необычный человек, — Стивен вертит в руках бокал с вином. Ну, то, что он водит машину после дозы алкоголя, она догадывалась. Разве, что эта доза в разы меньше, чем та, под которой садится за руль сама Чейз, — синестезия — довольно редкий феномен. — Я в курсе, — бормочет она, ковыряя свой салат. Они сидят в каком-то дорогом ресторане, в пару кварталах от «Метро-Дженерал» и по наличию на столе алкоголя, Чейз делает вывод, что это уже перешло рамки деловой встречи. Даже она старается не выпивать на деловых встречах, — сколько четыре с половиной процента в среднем? — Где-то так, — прикидывает Стрэндж. Разные источники давали разные показания и число названное Лоренс действительно было средним, — у тебя только музыкально-цветовая форма? — Фонемно-вкусовая, но она не на все слова, — сообщает Чейз, — фонемно-цветовая, но тоже не со всеми людьми. — К примеру? — ему интересно. Даже когда ты нейрохирург высочайшего уровня, не каждый раз встречаешь таких пациентов. — Я не могу сказать точно, я на этом не фокусируюсь. Просто слышу слово и чувствую запах или ощущаю его на вкус, — пытается пояснить она, — мы можем поговорить о чём-то другом? — девушка явно не планирует быть его подопытной. — Ты сама говоришь, что не можешь научиться контролировать это, — напоминает Стрэндж, — и я хочу сделать тебе функциональное МРТ, — его голос звучит слишком уверенно, это не столько пугает её, сколько бесит. — Что?! — она недовольно смотрит на мужчину, — категорически нет. Я не собираюсь делать МРТ. — У тебя клаустрофобия? — усмехается он, — МРТ — ерундовое обследование, пятнадцать минут в сканере. Лежишь и отвечаешь на вопросы. Ничего страшного. — Это мероприятие не вызывает у меня доверия, — признаётся Чейз. Я ему не очередной пациент, — она недовольна. Ей явно хочется от него другого. — Мы ещё вернёмся к этому разговору, — с кривоватой ухмылкой говорит Стивен. Он находится на кухне слишком долго, но Чейз не рискует пойти за ним. Ей страшно. Страх целиком поглощает её. Она до сих пор сидит голая, с мокрой головой, укутанная в простыню. Больше всего Лоренс болит разговора с Стивеном. Зачем, зачем это ему? — размышляет она, подобрав ноги к груди и обхватив их руками, — лучше бы просто трахались, как было сначала. Мне не нужна его жалость и помощь. Я сама отлично со всем справляюсь. — Как ты? — Стивен ставит на тумбочку две чашки с горячим чаем. Над напитком ещё парят небольшие облака пара. Сам он садится рядом с ней. — Нормально, видимо это из-за перелёта. Часовые пояса и всё такое, — ищет она самое адекватное и правдоподобное оправдание, — и спасибо за чай, — Лоренс берёт чашку. — Я видел у тебя вальдоксан на кухне, ты на антидепрессантах? — а это могло нанести серьёзный удар по её дальнейшей работе. — Это брата, видимо прихватила из дома, собиралась быстро, — выкручивается Чейз, — я знаю, что антидепрессанты несовместимы с нашей работой, выпивкой и вождением машины, тем более «Бугатти». — Хорошая девочка, — Стивен наклоняется и целует её в лоб, коротко и нежно. Ей снова тошно. Она не терпит все эти нежности, и она ёжится, — тебе не хорошо? — он обеспокоен её состоянием. Он снова дотрагивается её лба, но теперь ладонью — температуры нет. Вроде он съел ответ про то, что таблетки брата, — мысленно он выдыхает и снова делает пару глотков чая. — Давай спать, — девушка сонно зевает и ставит пустой стакан на тумбочку, — и прошу, давай не будем усложнять наши отношения всеми вот этими разговорами о чувствах и прочем. Я вообще не хочу таких отношений. — Значит, тупо секс? — вопрошает он, подняв брови. — Да, — сухо отвечает Чейз, — поверь, сейчас мне так проще, да и тебе, я думаю это всё тоже не надо. — Да, конечно, — Стрэндж усмехается и делает вид, что она права. А что, если мне нужно больше? — он ложится рядом с ней, — что если я хочу быть с ней, не только ради секса? Нет, Стрэндж, это бред. Просто сейчас ей нужна помощь, а ты врач — не более. Какая любовь? Да и ей не нужна вся эта любовь. Вообще, тебе скорее интересна её синестезия, чем она сама. Бред. Её синестезия, это её часть. Часть её личности, характера. Просто забей, будь собой. — Обнять хоть тебя можно? — усмехается он, положив руку на её талию. Кожа нежная, мягкая, можно сказать бархатная. — Твой голос, — бормочет она, снова заняв место на его торсе. — Что с ним? — спрашивает Стивен, — что-то не так? — Он пахнет снегом, — девушка мягко улыбается. — Ты удивительная, — он целует её в макушку и погружается в сон. Вскоре и Чейз засыпает. После чая и душа сон идёт лучше. Хотя-бы нет сновидений и это не может радовать.

***

Солнце нежно ласкает горизонт первыми лучиками, и Чейз ныряет под простыню с головой. Она хочет спать, особенно после тяжёлой ночи. Кошмары выматывают её сильнее, чем самое сложное ночное дежурство, через каких-то три-четыре часа ей уже заступать на смену, да и спящему рядом Стивену тоже. — Чейз, я пошла, завтра выставка, нужно проверить всё ли готово, — голос Марты ласкает её слух. Она улыбается сквозь сон, ощущая приятный аромат весенних цветов. — Ладно, — бормочет она в ответ. — Пообедаем вместе? Я заеду в Бартс, — предлагает девушка и Чейз шепчет что-то в ответ. Будильник выдёргивает её. Из чего? Она так и не поняла, был это сон или воспоминание. Девушка открывает глаза и отключив сигнал, понимает, что в кровати она одна. Стивена нет. Может, это был один большой сон? — думает она и сонно зевает, но в гостиной кто-то возится, а значит дома она не одна, — нужно выпить кофе, — решает Чейз. Она убирает одеяло и потянувшись, уже хочет встать, но понимает, что что-то не так. Ноги лежат неподвижно и не слушаются её. Они также неподвижно лежат на кровати. Не болят, нет дискомфорта или ещё чего-либо, словно ног нет вообще. Твою же, — ругается она, но это не особо помогает, — так, Чейз, успокойся. Ты врач. На твоей кухне варит кофе самый успешный нейрохирург США, всё будет в порядке. Паника охватывает её разум, накатывают слёзы. Ей страшно. Сколько раз она видела такое и своих пациентов, но одно дело, когда это происходит с кем-то, а другое — когда с тобой. Что делать? Что делать? — Лоренс не привыкла просить какую-либо помощь. Даже год назад, когда она сломала руку, всё равно сама села за руль и поехала в Бартс, дабы не будить Бернарда, который остался ночевать у неё. Но сейчас она понимает, что сама сделать ничего не сможет. Нужна рефлексометрия, МРТ, рентген, возможно УЗИ сосудов нижних конечностей, но в любом случае, сначала нужно добраться до больницы. — Стивен! — зовёт она, приструнив своё эго и собрав волю в кулак. — О, ты уже проснулась? — он появляется на пороге минуты через две, и даже одного взгляда на перепуганную Чейз ему хватает, чтобы стереть улыбку с лица, — что случилось? — Стрэндж смотрит на неё обеспокоено. — Я не чувствую ног, — бормочет она, отпустив взгляд. Ей стыдно, она не хочет доставлять ему проблем. — Так, не паникуем, — Стрэндж старается сохранять спокойствие и у него это получается куда лучше, чем у Лоренс, которая начинает биться в истерике, — сейчас я осмотрю твои ноги и поедем в больницу. — Л-ладно, — соглашается Чейз. Найдя в аптечке пару игл от одноразовых шприцов, коллега возвращается в спальню и потыкав в разные части ног, понимает, что дело точно дрянь — реакции на раздражение нет. Отложив иглы, Стивен берёт с кровати свой смартфон, кому-то звонит, — Билли, да я понимаю, что рано, — понятно с кем он разговаривает, — нужно МРТ срочно. Я сейчас подъеду. Минут двадцать, максимум полчаса. Всё, хорошо. — Всё же будет хорошо? — снова страх берёт верх над разумом. Её колотит. — Ну, конечно, — спокойно говорит Стивен, — сейчас поедем в больницу. Сделаем пару тестов и поняв, что с тобой, назначим лечение. Не переживай, у меня огромный опыт работы. Я помогу тебе.