Чёрное и белое

— Бернард, сможете закрыть грудную клетку? — интересуется Стивен, получив снимки Чейз. Даже не смотря на шрамы и синяки, они с её братом не сомневаются в том, что это она. — Разумеется, — кивает Лоренс, — но нужно решить последовательность операций, — они сидят в кабинете Смита — главы госпиталя, вместе с Кристиной и Ником, которых пригласили на консилиум. Стивен зол. И на Чейз, и на себя. Он должен был вытащить её из машины и притащить к себе в кабинет, не думая о том, что будет потом, но сейчас поздно думать об этом. Она уже попала в аварию, и ей уже нужна помощь. — Сначала грудная клетка, — решает Смит, так как это наиболее необходимая в данный момент операция, — потом черепно-мозговая и руки. — Нет, — отрезает Стивен, — потеряем время для регенерации нервной ткани, тогда она просто потеряет функциональность рук. Сначала нужно оперировать их. — Но, грудная клетка, — возражает Бернард, стоявший рядом с креслом в котором сидела Палмер, — ребро сломано и оно может в любой момент задеть лёгкое, тогда она просто не выживет. Да и череп, что с ним? — Субдуральная гематома, — говорит Уэст, просматривая снимок снова и снова, — но она небольшая, и может подождать. — Однако, мы не знаем, как она поведёт себя под действием наркоза, — возражает Кристина, — что думает сама Чейз? — Её привезли без сознания, — сообщает Смит, — в крови алкоголь, можете что-то объяснить мне? — вопрос скорее к Стивену и Бернарду, чем к остальным. — Давайте оставим это на потом, — просит Стрэндж, — будем оперировать грудную клетку и руки одновременно, — решает он, плюс контроль КТ. — В этом есть смысл, — поддерживает его Палмер. Ого, она таки согласна со мной, — он в шоке. — Ладно, — принимает это предложение Смит, — но начинаем с грудной клетки и постепенно подключаем руки. Стивен, кто будет ассистировать вам? — Кристина, — решает он, она кивает в знак согласия, — Ник, следишь за КТ.

***

Господи, что же ты с собой сделала, — внутри у нейрохирурга всё холоднеет, стоит только бросить взгляд на изувеченную Чейз, которую уже привезли в операционную и подключили к аппаратуре. Девушка, молодая и прекрасная, та в которую он влюбился и которую любит, лежит на столе, укутанная датчиками и проводами. Вся в синяках, с пробитой грудной клеткой, в крови и осколках лобового стекла, — ничего, я тебя вылечу, — в его мыслях это скорее клятва, чем обещание. Ты будешь оперировать, я сделаю всё для этого. Он стоит и ждёт, когда Бернард завершит работу больше, чем на половину и он приступит к рукам. В операционной тихо и Билли стоит поотдаль, чтобы не мешать докторам, но и видеть всё происходящее. Даже работая со Стрэнджем не каждый раз такое увидишь. — Доктор Стрэндж, — даёт команду Лоренс и Стивен с Кристиной принимаются за работу. Левая рука выглядит лучше и они начинают с правой. — Я подготовлю штифты, — предлагает Билли. Он что-то, да знает. А если учесть, что уже конец рабочего дня и в госпитале не так много врачей, то любая помощь будет не лишней. — Хорошо, — Стивен проверяет на сколько обширны повреждения, так как снимки МРТ показывали жуткий суповой набор в упаковке из кожи, — здесь минимум часов на семь работы, — говорит он анестезиологу, чтобы тот следил за наркозом. Он работает молча. Говорит только с Палмер и Бернардом, который ставит стенты на разорванные сосуды. В этом он явно лучше Стрэнджа и тот, вполне спокойно признаёт этот факт. В итоге им приходится втащить в руки Чейз два десятка титановых штифтов, в надежде, что это сработает и кости срастутся нормально. После чего удаляют гематому и Чейз увозят в реанимацию.

***

— Ты как? — Палмер находит его около входа в бокс реанимационной палаты, в которой находится Чейз. Она в медикаментозной коме и пробудет в ней сутки, может двое. Бернард сидит около её кровати, а Стрэндж боится. Он первый раз в жизни боится зайти в палату, хотя брат Чейз был в операционной и знал всю ситуацию, но это не успокаивало Стивена. — Сама как думаешь? — шумно выдыхает Стрэндж, принимая из её рук, предложенный стаканчик кофе, — спасибо, то, что нужно. — Главное, что она жива, — Кристина кривит губы, делает пару глотков кофе. — У неё в руках двадцать штифтов из титана. Мы уничтожили её. Я уничтожил её, как хирурга, — он реалист, знает, что вероятность того, что Чейз будет снова оперировать, ничтожно мала. — Но мы спасли ей жизнь… Идиотка ты, Палмер, — мысленно фыркает он, — для нейрохирурга — это не жизнь, если нет возможности оперировать. — Понимаешь, она была гениальным нейрохирургом, она самая талантливая из всех, кого я видел, — ей обидно, ведь когда-то Стивен говорил эти слова ей, — теперь она кто? Калека? — Что говорит Бернард? — меняет тему Кристина. — Ничего, — ухмылка, нервная и скорее грустная, чем радостная, — он считает, что она оправиться. Нужно время и бла-бла-бла… — Время — лечит, — она осторожно кладёт руку на его плечо, но поймав неодобрительный взгляд, тут же убирает, — Стивен, ты сделал всё, что мог и даже больше. Операция итак была на гране фантастики. — Но она не даёт сто процентной гарантии, — фыркает он, — пойду к себе, подумаю. Почему она, почему именно Чейз? У неё только началась карьера? У нас только началось налаживаться, — не давали ему вопросы покоя.