Оковы

             Солнечные лучи падали в просторную комнату, придавая ей приятного блеска. Деревянный пол оттенка венге, схожего на чёрный шоколад, был устлан бежевым ковром, на котором выделялись охровые цветочные узоры, лианами скользящие по его периметру. Стены и потолок обладали пастельным персиковым цветом, а на их фоне выделялись широкие белые плинтуса с геометрической резьбой. Два окна делили стену пополам, и каждое обрамляли пара золотистых штор с багровой вышивкой, уходящих под такой же роскошный ламбрекен. По левую сторону от двери, сочетающейся своей тёмной гаммой с полом, находился деревянный полуоткрытый стеллаж, где хранилась коллекция антикварного оружия, что так ценилась в демонических кругах. Её собирали несколько поколений Арджентов, и на подставках красуются с десяток заточённых кинжалов, в чьи ножны инкрустированы сотни драгоценных камней. Сияющий рисунок был по-своему особенным, линии изумрудов граничили с цветами рубинов, а алмазы подобно звёздам озаряли сапфирное полотно. Трудно представить сколько всё вместе это стоит, но самым ценным в композиции был меч, его длинное, узкое лезвие украшали золотом выжженные письмена, и спустя пару веков они выглядели совершенно новыми, словно их нанесли совсем недавно. Напротив всего этого, в уголке, приютился мягкий диван для отдыха с велюровой обивкой миндального оттенка, и рядом с ним невысокий, зато широкий шкаф, где на верхних полках хранились личные архивы семьи: фотоальбомы, целые тома дневников и некоторые документы, а под полками за деревянными дверцами прятался неприкосновенный запас выпивки, что полагался только важным гостям. И завершал эту богатую композицию рабочий стол, где принимались решения, касающиеся особняка и не только. Он был продолговатым, выше среднего, края украшала золотистая окантовка, спускающаяся на массивные, устойчивые ножки, и от посторонних глаз скрывались пару ящиков, ключ от которых хранился у Аллана, что сейчас сидел за этим столом. А перед ним с по-солдатски ровной спиной стоял Стивен, в крации разъясняя планы на ближайшие дни, от него как всегда веяло суровостью, но в глазах не читалась злоба, только некая усталость и флегматизм. — В четверг собрание Совета. Пойдёшь?              — А куда я денусь? — зевнув, ответил Арджент, понимая, как важно для репутации клана сидеть с умным лицом за круглым столом и рассуждать о том, чтобы ещё провернуть в пользу своей партии в Сенате. Политические игры никогда не приводят к добру и не интересуют парня, но время от времени всё-таки приходиться напоминать о том, что именно его семья стоит за величием демонов. Эта неопределённость отразилась на его лице, и Армстронг смог её уловить. — Что ж, ладно… Также напоминаю, что у твоей племянницы пятнадцатого числа День Рождения. Надумал, что подарить?              — Ах, да. Алисе восемь лет. Даже не знаю, может куклу какую-нибудь? Плюшевого медведя? — откинувшись на спинку своего кресла, Аллан слегка прокрутился на нём, рассчитывая, что идея сама к нему придёт, и его словно осенило. — Нет, медведь был в позапрошлом году…              — Я помню, что при последней вашей встречи она просила тигрёнка, — спокойно сказал Стив и сразу поймал на себе скептичный взгляд друга. — Лиана меня потом скормит этому тигрёнку! Нужно что-то другое, менее хищное. Время есть, подумаю как-нибудь. Есть ещё новости?              — В принципе всё, больше ничего такого важного нет. Вуд устраивает очередной приём, но тебе это не интересно, поэтому я пойду, мне нужно заскочить в Канцелярию к часу, — оборотень быстро попрощался с Арджентом и вышел в коридор, оставив его одного в кабинете, где каждое проведённое мгновение напоминало о прошлом, об отце и брате, о лучших и худших моментах жизни.

***

             Намыленные тряпки скользили по гладкому, деревянному полу, оставляя после себя мутные слегка пенистые разводы. Селина стояла в раскорячку и всячески старалась не намочить подол своего платья, на ровне с Анной и Вандой драя холл перед главным входом, разделяющий надвое коридор первого этажа. Шаг назад, ещё назад, и она остановилась, наклонившись к ведру с уже посеревшей водой. Смочив и выжав тряпку, девушка продолжила мыть свой участок, чувствуя как дыхание начинает сбиваться, а на лбу выступают капельки пота от перенапряжение. Руки крепко сжимают хлопковую плотную ткань и ведут её из стороны в сторону, тщательно протирая залакированную поверхность. Блондинка с серыми глазами, замерев в паре метров от младших служанок, с довольной улыбкой промолвила. — Ну, половину уже закончили!              Пускай она и излучала непритворную радость, но Лин будто окатили холодной водой. Стоило ей подумать о том, сколько еще займёт времени оставшееся работа, как становилось не по себе. Мытье полов не самое увлекательное занятие… Она, тяжело вздохнув, бросила тряпку в ведро и заговорщически переглянулась с Анной, что тоже решила передохнуть, присев на сухое местечко возле стены. Ванда окинула их скептичным и даже возмущённым взглядом, но спустя пару секунд гляделок поддалась девчонкам, устало сложив руки на груди. — Ладно, убедили, лентяйки. Можем и отдохнуть минутку.              — С тебя берём пример, — Селина не сдержала тихий смешок, а затем немного устало вздохнула, оглядев ещё влажный пол, что блестел из-за моющего средства. Где-то в глубине дома раздались шаги, из тени вышли ноги, поверх которых хрупкие руки держали увесистую коробку. Девушки синхронно обернулись, увидев, как с левой стороны картонного куба высовывается голова миниатюрной шатенки. Виорика притормозила, уставившись на скользкие доски, и чуть вздёрнула коробку, удобнее усадив её на своих руках. Она озадаченно молчала, тревожась за сервиз, спрятанный внутри торбы, но заметив горничных, пролепетала. — Ой, девочки… Вы ещё долго?              — Мы только недавно начали, — протянула Анна, вскочив со своего места, и Рика недовольно поджала губы. — Тогда я лучше обойду. Не хочу разбить посуду, её послезавтра должны отвезти Госпоже Маргери.              — Может мы просто поможем тебе донести до кухни? — вскинув бровь, предложила голубоглазая, но та отрицательно покачала головой, с трудом выглядывая из-за коробки. — Нет. Не стоит, не хочу вас отвлекать.              Она резко сменила курс и направилась к распахнутой входной двери, идя осторожно и маленькими шажками на свет, падающий из проёма. Виорика скрылась из виду, и трое служанок, восстановив немного сил, решились продолжить работу. Ванда задумчиво расставила руки по своим бокам и промолвила, взглядом указав на вёдра. — Нужно воду сменить, такой только грязь размажем.              Анна и Лин быстро уловили намёк, без лишних вопросов подхватив металлические ёмкости, где звонко плескалась мутная жидкость. Несколько капель упали на края платьев, но они этого и не заметили, поспешив во двор. Русоволосая на миг остановилась, словно отчитываясь перед старшей горничной — Сейчас всё принесём!              Девушки переступили небольшой порог и оказались на широком крыльце. Ясная тёплая погода словно улыбалась им, приобняв мягким ветерком. Цветы на клумбах распустились и проявили всю яркую палитру красок и сладких ароматов, а вдали промелькнула чёрная машина, подъезжающая к воротам. Прислуга спустилась по нескольким ступеням и шагнула на тонкую тропинку, ведущую на задний двор. Они молчали, хотя эта тишина была невесомой, им обеим легко друг с другом, поэтому слова необязательны. Но стоило им завернуть за угол особняка, как раздался женский вскрик, затем притуплённый хруст, словно что-то разбилось. Подруги, вздрогнув от неожиданности, ускорились, выскочив на задворки поместья, и их будто оглушили чем-то тяжёлым. В пару метров от них на пыльной земле лежала Рика, что с трудом пыталась подняться, опираясь на руки, а дальше от неё валялась раскуроченная коробка, из которой выглядывали осколки фарфорового сервиза. Ведро само выскользнуло из рук. Селина побежала к шатенке, что вся дрожала от плача, захлёбываясь собственными слезами. Она, присев возле неё, протянула руку, не зная какие слова подобрать. — Ты… Ты в порядке?              Глаза то и дело падали на помятую коробку, трудно представить какую ценность имеет эта посуда. Битая тарелка с золотой каймой и лиловым узором, что походил на бутоны ирисов, торчала наружу, и надежда на то, что хоть что-нибудь уцелело быстро испарилась, а со стороны раздался сдавленный смех. Лин оборачивается и замечает две знакомые физиономии, стоящие возле невысокого кустарника с раскидистыми ветвями. Теперь ей всё ясно! Она поднимается и срывается с места, но Виорика, словно зная, что сейчас начнётся, хватает её за подол, пускай это и не останавливает светловолосую. — Вы! Это вы, придурки, сделали!              Лицо оборотней исказилось от вспыхнувшей ярости, а к голубоглазой подскочила Анна, заслонив её перед надзирателями, хотя она сама была то ли напугана, то ли напряжена. — Лин, успокойся. С чего ты так решила?              — Да… Да они постоянно задирают нас, и если бы Рика сама упала, то коробка не отлетела так далеко! — задыхаясь от возмущения, крикнула в ответ Селина и попыталась обойти русоволосую, чтобы заглянуть в наглые и бестыжие глаза парней. Однако подруга не позволяла этого сделать, раскинув руки и преграждая ей путь. Она стиснула зубы и резко обернулась к служанке, которая до сих пор не решалась встать на ноги, ведь всё тело парализовал страх. — Скажи же что-нибудь! Не молчи.              В ответ послышалось неуверенное бурчание, рыдая, девушка не могла и слова вставить в свою защиту, только сильнее раззадорив двух недоумков. — Видишь, убогая, что-то она не спешит подтвердить этот бред.              Это окончательно вывело Лин из себя, инстинкт самосохранения был подавлен сильным гневом, и она уже готова наброситься на них с кулками, но чей-то низкий голос остановил её, обратив к себе внимание остальных. — Что здесь происходит?              К ним размеренной походкой подошёл Армстронг, пряча что-то небольшое в карман чёрных брюк. Янтарные глаза устало, но грозно прошлись по каждому, пытаясь самостоятельно сформировать картину событий. И первым подаёт голос один из надзирателей, усмирившись перед начальником. — Бестолковая служанка обронила сервиз, а её подруга пытается оговорить нас.              — Всё не так было. Они толкнули Виорику, чтобы поглумиться над ней, — возразила Селина, встретившись с подозрительным взглядом Стивена, что не сильно то и горел желанием разбираться в этом. Он подошёл ещё ближе, встав напротив неё, и пытался понять, что так настораживает его в простой, пускай и знойной горничной. Почему-то ему хотелось поверить именно ей, но на зло собственному предчувствию Стив спросил. — Ты видела это? Или можешь доказать?              — Нет, но… — девушка запнулась, невольно опустив голову и понимая, что на сама деле ничем не может оправдать Рику. От это осознания стало так досадно. Анна же молча пристроилась с боку, поддерживающе взяв её за руку, и наконец на ноги поднялась шатенка. Лицо служанки припухло и покраснело от слёз, а ладони и передник формы были испачканы пылью. Колени всё ещё саднили, но она не может так просто лежать на земле, пока Лин не в первый раз заступается за неё. Ей стало стыдно, и она решилась не выглядеть полным ничтожеством в глазах остальных. — То, что сказала Селина - правда, но я готова искупить свою вину, как никак это я не удержала коробку, хотя должна была донести в целостности.              Голубоглазая потеряла дар речи. Она не может поверить, что Виорика так просто позволяет сбросить на себя вину, хотя есть шанс отстоять свою правоту. Армстронг не кажется заносчивым или тем, кто презрительно смотрит на всех ниже его, возможно с ним бы получилось нормально поговорить. Нельзя всё портить! — Хей! Ты что говоришь? Пускай отвечают те, чьи поступки привели к такому.              — Лин, прекрати, это уже перебор, — Анна крепче сжала девичий локоть, надеясь усмирить её, и сразу поймала на себе пылающий хоть и растерянный взгляд Селины. Девушка терялась в собственных мыслях и не могла найти подходящий ответ, само нутро подсказывало, что бесполезно что-то доказывать или возмущаться. Однако принципы невозможно заглушить. Она хотела взвыть и даже позвать Алекс, которая в её надеждах должна была помочь. Но только светловолосая собиралась обратиться к Стивену, как ощутила знакомое и будоражащее напряжение за своей спиной, и сразу проследила за янтарными глазами смуглокожего оборотня, что смотрел куда-то вверх. Обернувшись, она недоумевающе уставилась на приоткрытое окно второго этажа, ведущее в коридор. Сейчас же в него уж через чур заинтересованно выглядывал он…              « — Да за что мне всё это? — » судорожно сглотнув, подумала Лин и опустила голову, чтобы не видеть надменное лицо Арджента. Её охватило тоже чувство как тогда, на лестнице. Дрожь пронзила за долю секунды. Однако она постаралась не выдать себя. И внезапную тишину нарушил Стив. — Хоть я и сам мог разобраться, но что думаешь, Аллан?              Демон загадочно вскинул бровями и ухватился за оконную раму. Слегка отступив вглубь комнаты, он в миг исчез! Его силуэт тенью промелькнул в воздухе, а затем парень оказался на земле перед своими подчинёнными и прислугой. Взгляд падает на искорёженную коробку, и Аллан тяжелее обычного вздыхает. Это был очередной сервиз матери, что на выходных должны были отвезти к ней в особняк. Видимо, теперь придётся его вычеркнуть из списка её коллекции. Арджент не следил за этим цирком с самого начала, но в голове легко сформировалась полная картина случившегося. Служанку толкнули, посуда разбилась, начались разборки на тему «кто виноват». И увидев Селину, что так рьяно защищала свою подругу, он не был удивлён. Где-то уже такое происходило. — Тебе, видимо, нравится заступаться за всех подряд…              В его голосе нет ни презрения, ни упрёка, но даже так фраза смогла её задеть. Все молчали, не осмеливаясь перебить их диалог. Девушка приподняла голову и через силу посмотрела на ухмыляющегося демона. — Считайте, как хотите. Я поступила правильно.              — Ты хотя бы понимаешь, как наивно и глупо это выглядело со стороны? — Лин восприняла близко каждое слово. Пускай она не такая мелочная и может пропустить такое мимо ушей, но сейчас её будто растоптали и унизили. Убрав руку Анны со своего локтя, светловолосая распрямляется, собирая внутри себя всю волю и храбрость. Отступать поздно. — Глупо - это когда личные подчинённые творят беспредел.              Лицо было совершенно спокойным, тон ровным и уверенным, а в глазах всего на мгновение промелькнул странный отблеск. Аллан похолодел, ощутив резкий и неприятный импульс, нашедший внутри него отклик. Он одним шагом преодолевает расстояние между ними, и ладонь невольно смыкается на тонкой девичьей шее. Почти сразу прозрев, однако успев её придушить, парень разжимает руку. Она не смогла удержаться на ногах и упала. Теперь каждый тяжёлый вздох и стук сердца выражали неподдельный испуг. Селина всего за секунду смогла в его бешеном взгляде разглядеть свою смерть… Так же как и он в её. Поморщившись, Арджент удивлённо смотрит на светловолосую, не веря, что инстинкты распознали в ней угрозу. Демон нахмурился. — Я же предупреждал тебя, не создавать неприятности и не дерзить мне… Раз ты такая смелая, будешь наказана вместо своей подруги. Надеюсь, десять ударов плетью и пару ночей в темнице усмирят тебя.              Он собрался уходить, но к нему подошёл обеспокоенный друг и что-то тихо сказал, а затем косо посмотрел на двух оборотней, которые заранее обрадовались, оскалисто смотря на горничных. Аллан бросил в ответ всего одно слово и ушёл. Лин попыталась подняться. Ноги налились свинцом и не хотели подчиняться. Лицо стало болезненно бледным, а в горле застрял ком. Она пытается дышать, но не может из-за страха, сковавшего лёгкие. И девушку осторожно приподнимает Анна, что не менее напугана. Её голос подрагивает. — Вот до чего доводит безрассудство…              Селина промолчала. Постепенно осознание накрывает разум, растворяя пелену смятения и отрешённости, ей становиться легче, однако мысли о наказании, вновь попытались подкосить. Она устояла, ухватившись обеими руками за ладони русоволосой. К ним подошла Рика, с глаз скользнули новые слезинки. Чувствуя свою вину, Виорика хотела броситься к ней в ноги или хотя бы приобнять и вымаливать прощение. Но Лин кто-то внезапно схватил за предплечье, одёрнув на себя. Это был один из тех ублюдков с звериной ухмылкой. — Думаю, медлить не стоит.              — Оставь её, — Армстронг осадил его, и невероятное ликование сменилось недоумением. — Но приказ…              — Вы больше не работаете здесь, — как отрезал оборотень с совершенно серьёзным выражением лица. Бывшие надзиратели пораскрывали рты, а светловолосая не сдержала издевательской улыбки, хоть её участь и в разы хуже. Парни молча поспешили уйти, злобно скрипя зубами. Стивен безразлично провёл их взглядом и приподнёс ко рту два пальца, засвистев. Через пару секунд из-за угла выбежал один из его подчинённых, он быстро разъяснил, что ему нужно делать, и направился вдоль заднего фасада поместья. Высокий брюнет без лишней болтовни подошёл к Селине, желая её скрутить и повести за собой, но осмелевшая от радостного события девушка самостоятельно двинулась к темнице. Справедливость в той или иной мере восторжествовала, и теперь ей не так страшно. Проходя под окнами, она мельком поглядывала в них, словно хотела кого-то там увидеть. А путь выдался недолгим, оказавшись возле ступенчатого спуска в подвальную часть особняка, они вошли в довольно сырой и узкий проход. Одно касание к выключателю, и тусклый свет заполнил всё помещение, очертив коридорную часть и камеры, отделённые друг от друга стальными прутьями, что вгрызались в каменные пол и потолок. Лин приказали остановиться у третьего каземата, и Стив достал связку ключей из кармана своей лёгкой куртки, бросив парню, что так же был оборотнем. Он молча открыл дверь, подтолкнув вовнутрь горничную. Первое, что попалось на глаза - свисающие сверху цепи с крупными, ржавеющими наручами. Она смекнула, зачем они, и предательское волнение заставило её сглотнуть, уставившись на них. Из прострации вывел монотонный голос брюнета, обошедшего и ставшего перед ней. — Подними свои руки.              Хотелось разреветься и сбежать из этого мрачного места, плевав на всё, но гордость заставляла повиноваться, проявляя небывалую храбрость или упёртость. Вскинув над собой ладони, Селина зажмурилась, надеясь хоть немножко абстрагироваться от жестокости и своего наказания за неповиновение. Металлический холод сковал её запястья и крепко стиснул, не позволяя хоть немного их развести. Она услышала как менее раздражающий надзиратель отошёл от неё. Шаги вели из камеры вглубь темницы, но он скоро вернулся, остановившись где-то за спиной. Лин глубоко вздохнула и предвкушающе стиснула зубы.              — Раз! — тонкий хлыст звонко полоснул по девичьей спине. В один миг смесь жара и адской боли впилась тело, задев каждый нерв и каждую клеточку. Крик замер где-то в груди, но не вырвался, растворившись в огне, окутавшем светловолосую. Ей показалось, что её рассекли надвое, а жжение проникло аж до костей, пожирая всё до последнего. Ноги подкосились, и она повисла на цепи, отчаянно запрокинув голову назад. В этот миг девушка проклинала всю свою жизнь.              — Два! — новый удар заставил Селину змеёй прогнуться обратно. И вновь она молчит. Пронизывающее мучение опутывало и дурачило, стараясь завладеть её разумом. Некая немота всего на мгновение остудила кожу, но по спине медленно стали стекать алые струи, лишь подыгрывая этой пытке, ведь рваная, но не глубокая рана пульсировала и саднила, пропитав платье кровью. Через секунду парень вновь произносит число, третья волна боли беспощадно нахлынула на неё. Лин почти шипит сквозь зубы, из последних сил подавляя стоны и вопли. Она раскрывает глаза и видит перед собой камеру… Такую пустую и враждебную. Почти у самого потолка находилось узкое, прямоугольное окно, пропускающее в темницу свет, и яркие лучи ослепили её, иссушив глазницы. Следующий удар сильнее рассёк спину. Она невольно ворочается и дёргается в оковах, не зная чем перебить эту агонию, лишь бессмысленно стирая кожу на руках. Горячая кровь уже скользила к пояснице, частично проникая в хлопковую плотную ткань, что прилипла к телу. Затем ещё удар и ещё… Девушка извивается и испытывает всё больше мучений, а голос, что эхом отражался в голове, не позволял сбиться со счёта. Брюнет с кнутом будто насмехался, даруя ей несколько мгновений, чтобы сполна прочувствовать мощь хлыста.              — Семь! — в этот раз спина не отозвалась болезненным импульсом на очередной удар. Кожа онемела, разбавляя в себе отголоски пламени, ставшим единым целым с Селиной. Последние мгновения были не так тяжелы, но почему-то на глаза стали наворачиваться слёзы. В горле запершило, но даже так она не решалась вскрикнуть, смутно проявляя свою человеческую гордость, которую не сломить. Десятый удар вообще показался ей менее адским, и она облегчённо смогла разжать затёкшие и стёртые в синяки запястья. Первый глоток воздуха за эти минуты был самым бодрящим и желанным, отрезвив мысли. Оборотень подошёл к ней и заглянул в покрасневшие глаза, пока возился с наручами. После звонкого щелчка её руки были свободны, но ноги не смогли удержать свою хозяйку, и Лин упала в объятия надзирателя, что еле успел подхватить ослабленное тело. Он, не желая испачкаться кровь, просто осторожно усадил девушку на пол, а сам направился к своему начальнику, который внимательно наблюдал за наказанием. Армстронг прищурено смотрел на неё, призван, что она довольно стойкая, раз сумела сдержать крики. Стивен сделал пару шагов к камере, ладонью уперевшись в металлический прут. — Ты пробудешь здесь две ночи… Время от времени к тебе будет заходить Джон.              Селина была не в силах промолвить и слова, хоть он и не ожидал от неё чего-то подобного. Куратор сталкеров подозвал к себе брюнета, и они, закрыв скрипучую дверь на замок, поспешно вышли из темницы, благо оставили включённым мигающий время от времени свет. И как только оборотни оказались достаточно далеко, Лин позволила себе пролить слёзы, склонившись вниз и тихо постанывая от жгучей боли.