Оковы

             Стоя перед заполненным одеждой шкафом, девушка чувствовала себя продажной, ведь она практически променяла часть себя, своего тела, на жизнь в роскоши. Сомнения давили на неё тонной противоречий, заставив возмущённо хлопнуть дверцами и бурча под нос не самые лестные слова плюхнуться на постель, уткнувшись лицом в подушку. Ей было скучно и одиноко, а оставаться один на один с мыслями, взывающими и к совести и к меркантильной стороне, Селине не хотелось. Трудно представить за сколько дней она сама себя сведёт с ума, размышляя о том, что изменить уже нельзя. И приподнявшись всего на мгновение, Лин уставилась на изголовье кровати, а затем тяжело простонала, утопив свой крик в хлопковой ткани. После одномоментной слабости ей полегчало, и появилась идея зайти к Уолкер, что была её спасательным кругом в этом море, затягивающем на самое дно.              Она лениво поднялась на ноги, подошла к зеркалу и быстро, но внимательно осмотрела себя со всех сторон. На Земле у неё не было возможности носить такие дорогие вещи, где один только материал оправдывал бешеную цену. Решив ничего не менять в своём образе, девушка покинула комнату, направившись к лестнице, зная, что в такое время вампирша сидит в кабинете. Ноги плавно перебирали глухо скрипящие ступени. И оказавшись на предпоследнем пролёте, она увидела поднимающийся силуэт высокого, темноволосого мужчины. Армстронг о чём-то думал, однако невольно подняв янтарные глаза, пересёкся взглядом с Селиной, преградив ей дорогу. — Куда идёшь?              — К Алекс… — отречённый вид оборотня мог не только напрячь, но и испугать, хотя она понимала, что Стив не враждебен, а просто из тех, кто не любит открыто проявлять свои чувства. Он же немного нахмурился, не понимая откуда у них двоих такие тесные взаимоотношения. Ему ещё в самом начале докладывали о случае с двумя стражниками, пытающимися сбросить Лин из окна, так же Стивен помнит, что именно из-за напора Алекс Арджент сжалился над дерзившей ему горничной, да и вчера они как лучшие подружки ездили за покупками. Странно, даже слишком. Однако он не вправе предъявлять им что-то, ничего не смысля женской дружбе. И несмотря на это, Армстронг шёл именно к девушке, которую ждал её Господин. — Сходишь потом. Тебя Аллан хочет видеть.              — Прямо сейчас? — его слова ни чуть не обрадовали Селину, что с трепетом страха ждала встречи с демоном, но было понятно сразу - избегать долго не выйдет. И Стив всего лишь кивнул, а затем холоднокровным взглядом указал на подъём лестницы, она легко догадалась куда нужно идти. « — Он в спальне.»              — Хорошо, до встречи, Стивен, — выдавив из себя прощание, Лин повернулась в обратную сторону и поднялась на третий этаж, хотя вообще могла не мотаться туда-сюда, задержавшись всего на минутку у себя. Притормозив у дверей, она осознала, что страх укуса и присутствия Аллана сменился на неясную тревогу, которая настораживала её. Может стоит перестать его так бояться? Рука сама потянулась вперёд и постучала по лакированной, деревянной поверхности. До ушей доноситься «Входи», и девушка переступает через порог. К этому она уже начинает привыкать…              На чёрном диване, стоящем в ближнем правом углу, восседал демон и смотрел куда-то в центр комнаты, подперев голову рукой, что касалась резного подлокотника. Его усталость была заметна и невооружённым взглядом, но он не казался вымотанным или мрачным, скорее просто не выспался и отгонял дремоту. Зелёные глаза скользнули на Селину, ощутившей прилив волнения. — Я пришла к вам, как вы и просили.              Она пыталась быть учтивой, однако на лице Арджента проскользнуло недовольство. — Ты забыла, о чём я тебя просил? Говори со мной нормально, мне не хочется чувствовать себя старым.              — А, ну, п-прости… Мне трудно привыкнуть, — нервно улыбнувшись, светловолосая не могла понять, радоваться такой поблажке или нет? Месяц она приноравливалась к правильной речи прислуги, а теперь, вот так резко, нужно это позабыть.              — Уж постарайся. Как тебе новая жизнь? Комната понравилась? — он попытался заговорить её и заставить немного расслабиться, ведь от неё так и веяло напряжением, от которого менее стойкий человек мог впасть в панику, чего демон совершенно не хотел.              — Да, спасибо. В ней явно лучше, чем в домике слуг, — то, как шло их общение не нравилось Лин, посчитавшей, что Аллан ждёт похвалы и благодарности в свой адрес, хоть из девичьих уст она получается пустой и неискренней. И он просто пропускает это мимо ушей, выпрямляясь и ненавязчивым жестом пальца подзывая к себе. — Подойди.              Отдалившись от двери, Селина видит, как его глаза изучают её, а на лице парня проскальзывает довольная улыбка. — Отлично, теперь хоть могу рассмотреть твою фигуру.              От такого пристального, хищного взгляда щёки светловолосой сами запылали, позабавив Арджента, что, насытившись видом стройного тела, откинулся назад, забросив руки на спинку дивана. — Я слышал, что ты успела вчера повздорить с Лайлой.              — Она была слишком уж грубой, — невольно повернув голову, она почти прошипела, показывая насколько ей неприятно вспоминать стервозную демонессу, но, внезапно осмелев, Лин вызывающе посмотрела на него. — Неужели тебе понравилось, если бы кто-то унижал меня?              Аллан на секунду почувствовал дежавю и потянулся к ней, желая усадить девушку к себе на колени. — А я разве сказал, что ты поступила плохо? Мне нравится, как ты можешь постоять за себя, но не забывай, нельзя быть такой беспечной всегда…              Он взял её за руки, и Селина сама поддалась вперёд, сокращая расстояние между ними до нескольких жалких сантиметров. Но коснувшись мужских плеч, она будто очнулась от наваждения и попыталась отстраниться, от чего демон крепко сжал тонкие предплечья, удержав светловолосую на месте, и прошептал ей на ухо. — Тебя не должно смущать такое, мы ведь можем сделать что-то более постыдное.              Горячие ладони обвили девичью талию, отчего по всему телу пробежали мурашки, и Лин, пряча свои глаза, растерянно произнесла. — Я не буду ничего такого делать. Я - донор, не фаворитка.              Её блеяние вызвало у Арджента хохот. Он схватил светловолосую за подбородок, заставив смотреть на себя. — Ты будешь тем, кем я захочу! У тебя нет права отказать.              — Тогда зачем ты давал мне возможность выбирать? — она сама не верила, что выбор был, однако сейчас в голове были мысли о другом. О том, как они близко друг к другу, о том, что демон прикасается к ней, и о том, почему ей с каждым мгновением всё меньше хочется отдаляться от него…              — Чтобы ты возненавидела себя, а не меня. Чтобы сама переступила через свою гордость, и поняла, что никуда от меня не денешься, пока я этого не захочу, — в голосе Аллана было столько искушения, но высокомерные слова будто ножом оставили порезы на сердце. Он через голубизну её широко распахнутых, прекрасных глаз увидел взбушевавшийся внутри ураган, что быстро стёр маску стойкости. Селина нахмурилась, еле сдерживая слёзы. Хрупкая вера о улучшении отношений рассыпалась острыми осколками. Обида накатила с такой силой, и уже все равно на то, что перед ней кто-то есть. Арджент, будто ничего не замечая, взял девушку за запястье, присматривая узоры вен под шелковистой кожей. — Успокойся, прими это как должное.              Его клыки вонзились в руку, и она вскрикнула, из-под ресниц упали первые слезинки, скатившись вниз по щеке. Тело через чур сильно напряглось и резко обмякло. Лин тяжело задышала, чувствуя каждой клеточкой, как он жадно высасывает из неё кровь, продолжая удерживать у себя на коленях. Светловолосая измождёно уткнулась в плечо демона, продолжая рыдать из-за душевной тяжести. А Аллан, раздражаясь от девичьего плача, сомкнул челюсть сильнее, впиваясь глубже и обжигая болью до судорожной дрожи.              — Ай! Прекрати, — не выдержав, она пихнула его в бок, но он и не думал останавливаться, сидя с блаженно закрытыми глазами. Её ноги постепенно стали неметь, а кончики пальцем мёрзнуть, Селина слабела, спешно хватая потрескавшимися губами воздух. Ей плохо, очень плохо, она больше не может терпеть. — Остановись, пожалуйста.              Сквозь плачь протянула она, уже не надеясь до него достучаться. Однако хватка демона ослабла. Аллан нехотя вынул свои клыки и напоследок облизал края свежей раны, что стало последней каплей. Лин вскочила на ноги и, замерев на месте, посмотрела на его совершенно спокойный вид и расслабленную позу. Она прикрыла ладонью место укуса, и в её туманном взгляде парень увидел разочарование, от которого ему стало не по себе. Он собирался что-либо предпринять, но светловолосая, слегка пошатнувшись, сорвалась с места и молча выбежала в коридор. А ошарашенный Арджент остался сидеть на диване, отчётливо слыша удаляющиеся через стенку шаги. Всего миг назад демону было плевать на чувства девушки, теперь же его тревожила странная пустота внутри него, что так давно себя не проявляла.              Селина забежала в свою спальню и отчаянно хлопнула дверью, упав на кровать. Она не могла остановить ни слёзы, ни дрожь в теле. Ей сложно поверить, что так легко поддаётся ему, уничтожая себя и свою гордость. Рьяно ударив подушку, Лин перевернулась на спину и уставилась на верхушку балдахина. Болезненная ухмылка проступила на заплаканном лице, и она прошептала. — А чего я ожидала?              Может девушка и надеялась, что он проявит себя с менее холодной стороны, развеяв удушающее безразличие ко всему, но Аллан - демон! Тот, кому плевать на других, ведь этот мир принадлежит и подчиняется подобным ему. Досада сдавила её грудь, и Селина вновь зарыдала, утопив пальцы в белоснежных прядях волос. Голова гудела, мысли смешались, а в сердце болело, словно его искромсали. Она зажмурила веки и попыталась усмирить свои эмоции, но это получалось с трудом, и Лин отвлёк настойчивый стук в дверь. Отвечать или впускать кого-либо ей не хотелось, однако кто-то пробрался в комнату без разрешения.              — Селина? — встревоженный голос испугал девушку, заставив приподняться. Разглядев перед собой Анну, она спешно стала вытирать слёзы, прячась за кружевом балдахина. Горничная обошла кровать и присмотрелась, заметив раскрасневшуюся подругу. — Всё хорошо?              — Да. Ты что-то хотела? — Селина натянула дружелюбную улыбку, но заплаканные глаза с потрохами выдавали её. Русоволосая пыталась не пялиться на неё и перебирала пальцы в ладонях, растерявшись. — А, ну… Я хотела спросить, что ты хочешь на обед?              — Ничего, — довольно категорично ответила Лин и подползла к краю постели, спустив ноги на пол, хотя, немного подумав, изменила решение. — Сладкое. Неси всё сладкое, что есть на кухне.              Заесть горе килограммами сахара звучало не плохо, особенно, когда это реально помогало, однако она рассчитывала поступить иначе. Анна же поспешила выполнить заказ, быстрым шагом покинув спальню. Девушка, склонив голову, сверлила взглядом пол, и, невольно вытянув руку вперёд, убедилась, что кровь остановилась, а края раны затягивались. Но по-прежнему ощущалась глубина укуса, от которой по телу прошёлся неприятный. Сжав ладони в кулаки, она оперлась о собственные колени, как молниеносно вернулась горничная с двумя подносами, переполненными выпечкой, конфетами и миниатюрными пирожными. — Всего понемножку!              — Спасибо, — Селина встала и поравнялась с подружкой, что направилась к угловому креслу, но притормозила, позволив из тарелки взять одно песочное печенье. Светловолосая в один присест съела его, стряхнула с пальцев крошки и с невозмутимым, хотя подавленным видом добавила. — Что-то перехотелось уже…              — Я, конечно, понимаю, у тебя настроение ни к чёрту, но не выбрасывать же всё это! — возмущённо поведя бровью, протянула Анна, пытаясь вразумить её. А Лин настаивала на своём. — Я не говорю выбрасывать, поделите с девчонками, как раз после обеда самое то будет.              — Ты опять? — этим вопросом служанка поставила девушку в тупик. — Что «опять»?              — Опять строишь из себя добродетельницу? В прошлый раз может повезло, сейчас могут и прознать… Тогда нас всех накажут, — русоволосая произнесла это с некой долей обиды и негодования, не понимая, зачем она так поступает. Селина же была совершенно спокойна. — Просто скажите, что я настояла.              — Ты какая-то ненормальная! — вспылила горничная, чуть не потеряв равновесие и не выронив подносы.              — Есть такое… Просто сделай и не переживай. Всё будет хорошо, — Лин стояла на своём, и Анне пришлось сдаться. Она тяжело вздохнула и смиренно сказала. — Хорошо. Но завязывай, вряд ли Господину или Стивену с Алекс подобное понравиться.              — Ничего страшного, — заведя руки за спину, девушка ладонью крепко обхватила укус, зажав его, помня о том, через какие эмоциональные качели она сегодня прошла.