Бордовые вансы

***

      Проходит ровно неделя с момента сестринской свадьбы. Сыльги, льстясь мечтами о светлом совместном будущем, упорхает в их с Минхеком новую квартиру. И Чонгук остаётся нести эту тяжкую ношу – забота о себе и родителях. Благо те у него люди далеко не старой закалки и в случае чего могут понять и дать возможность разобраться со всем самому, при этом давая честное слово, что не под каким предлогом не будут лезть в его, Чонгука, личную жизнь. Это неимоверно радует и значительно облегчает задачу.       По своей ли подростковой беспечности или по обычной детской увлеченности, Чонгук, к своему огромному сожалению, в день встречи с Тэхеном банально забыл попросить у того номер телефона. А потому возможности связаться с ним не было. Но козырем все еще служила одна немаловажная вещь – Чонгук знал, где Тэхен работает.       Сам он vr-реальностью не увлекался да и начинать не планировал. Но, как говорится, все когда-то приходится делать в первый раз. С Тэхеном вообще все как в первый раз. Хотя почему «как». Они действительно за тот совместный день окунулись в новшества глубже, чем младшему когда-либо удавалось. Парень все не мог понять, что же служит настолько притягательной чертой старшего, что, находясь с ним рядом, Чонгук словно погружался в него с головой и получал кайф от любого тэхенового жеста, действия, а вместе с тем и узнавал о себе все новые и новые вещи. Например, кто бы мог подумать, что он любит чертову пиццу с ананасами и итальянские булки с корицей, запах которых не раз заставлял заходиться кашлем. Правда, все это имело смысл лишь в компании Тэхена.       Как бы сильно Чонгук не сомневался в себе и своих действиях, желание вновь увидеть старшего шло наперекор любым нервозным заскокам, а потому было решено действовать.       Собрав всю свою гвардию воедино, Чонгук, лично ее возглавив, отправился в местный торговый центр. Доблестные рыцари в лице Юнги, Хосока и Джуна нашли уместным всю поездку на метро напоминать Чонгуку о том, какой он неумелый бестолочь, и что его давно надо было сводить к местной премиум-шлюхе. И вообще, «Ты еще спасибо скажешь». Чонгук с хеновыми причетами смирился, потому как и без того был весь на взводе. Предстоящая встреча с Тэхеном заставляла нервно грызть ногти.       Когда же все они благополучно прибыли на место, Чонгук железно осознал, что делает ошибку. Он действительно не был уверен, захочет ли Тэхен видеть его снова. Что, если старший просто очень дружелюбен. Ко всем. И Чонгук не капельки не особенный.       Но Хорс, Юн и Нам как солнце летом – очень быстро заёбывают. Поэтому, махнув на все рукой, Чонгук глубоко вдохнул воздух и, прежде чем выдохнуть, последний раз взглянул на хенов, глядящих на него гордыми праотцами. В унисон прокричав слова поддержки, парни толкнули младшего в сторону светящейся ярко-красным комнаты и оперативно удалились в ближайший бар.       Завидев вдалеке сидящего в одиночестве Тэхена, Чонгук ощутил, с какой неимоверной силой забилось сердце. Старший уткнулся в телефон, незаметно вцепившись зубами в воротник серой кофты. И Чонгук просто не знал, что ему делать. Типа... Подойти и сказать, что-то вроде «Привет, хен, прости, что не приходил все это время. Просто я, вроде как, безумно в тебя влюблен. И, честно говоря, сражен наповал, как малолетняя школьница». Как бы постыдно не звучал сей крик души, он был абсолютно правдив. И делать было просто-напросто нечего. Обратного пути нет.       Чонгук делает шаг, второй, третий. На четвертом осознает, что это словно олицетворяет его жизненный путь – тернистый, неизвестный и до жути пугающий. На пятом проклинает все и вся, потому что все еще понятия не имеет, что первым делом скажет. На шестом испуганно икает, видя, как Тэхен, осознав чужое присутствие, несется навстречу. А на седьмом ловит старшего в крепкие объятия, понимая, что это порог.       Снова учится дышать. — Ты все-таки пришел! — Тэхен хватается за чужие щеки, несильно сжимая и разжимая. Признаться, он мечтал об этом еще с встречи в магазине, когда красные, как мак, щеки младшего сияли детским смущением. — Ты действительно рад? — неверяще интересуется Чонгук, опуская старшего на землю. — Еще бы! Я думал, тебе хватило того утомительного вечера. И того утомительного меня, — Тэхен смеется, несмело хватаясь за чужую руку. — Нет, конечно. Я вот и подумать не смел, что смогу тебе понравиться, — тушуется Чонгук, красуясь очаровательной улыбкой. — Издеваешься? Да я был твоим уже на «здрасьте».       Чонгук с горечью на душе вспоминает тот злополучный день, когда концентрация стыда в организме превышала все возможные рамки. Но ведь и правда – именно с того момента он терял дар речи всякий раз, стоило только бордовым вансам появиться в поле зрения. Он смущенно лыбится, чувствуя, как чужие губы смыкаются на собственных. И остается лишь истекать слюнями, понимая, насколько же Тэхен ахуенен, и как неимоверно сильно от него ведет в сторону. — Блять, — выдыхает Чонгук, отстраняясь, и смотрит с явным непониманием, дергаясь, когда Тэхен высовывает раздвоенный язык. Черт, все еще напрочь повержен, — какой же ты ахрененный, — улыбается Чонгук, сцеловывая тэхенову довольную ухмылку.       Кажется, их действительно ждет счастливое будущее... С коричным пинчером, годовыми запасами чупа-чупсов, шкафами, полными черных шаблонных футболок; с силиконовыми браслетами, разноцветными резинками, шоколадными яйцами; с кофе без сахара, старыми мартинсами и бордовыми вансами.       И никаких классических костюмов – официально.