Shall we dance?

      В последний раз он был здесь в тот день, когда Алестор Редгрейв покинул Англию в поисках искупления грехов прошлого и в надежде на лучшую жизнь в будущем. Как и прежде старый дом на окраине Лондона выглядел мрачно и заброшенно. Покосившаяся дверь казалась еще более обшарпанной, скрипучие ступени старого крыльца совсем сгнили. Кажется, с тех пор никто не бывал здесь. Но всё же, Северус был уверен, это лишь видимость.       Одного заклинания оказалось достаточно, чтобы выбить дверь. Деревянные щепки брызнули во все стороны, поднимая облака пыли и крошева. Ворвавшись внутрь Снейп на мгновение замер, пораженный открывшейся ему картиной. В комнате почти не осталось мебели, лишь старенький изъеденный молью диван, да обшарпанный стол в углу, над которыми висели оленьи рога — охотничий трофей бывшего хозяина дома. У дальней стены, раскинув руки, в воздухе парила безвольная женская фигура в изорванном платье, голова низко опущена, черные волосы спутанными лохмами спадают на покрытое ссадинами лицо. В первое мгновение Северус испугался, что она не дышит, но присмотревшись, заметил, как грудь едва заметно вздымается при каждом редком вздохе.       Стоящий перед ней мужчина в грязно-коричневом сюртуке резко обернулся, вскидывая палочку.       — Снейп, — грубым, хриплым голосом проговорил он, и его изуродованные шрамом губы расползлись в подобие ухмылки, больше напоминающей оскал волка. — А я всё гадал, кого Дамблдор пошлет за своей собачонкой. Впрочем, скорее кошкой. Ты ведь знал, что она умеет превращаться в кошку?       Повинуясь движению его волшебной палочки, МакГонагалл болезненно дернулась, тихо застонав.       — Дамблдор не знает, что я здесь, — взгляд Северуса на мгновение оторвался от лица Эйдана Макентоша и скользнул по Минерве. Кажется, она была без сознания. Присмотревшись, он заметил кровавые разводы на ее запястьях — манжеты рукавов в тех местах стали почти черными, пропитавшись кровью. — Отпусти ее, Эйдан.        Они стояли друг против друга с поднятыми палочками, но ни один не спешил нападать. Северус боялся угодить заклинанием в МакГонагалл, а Макентошу все происходящее, похоже, доставляло изощренное удовольствие, которое он намеренно растягивал. Мозг Снейпа лихорадочно работал в попытке отыскать выход из сложившейся ситуации. Пожалуй, он поторопился раскрывать своему противнику правду, было бы правильнее соврать, что здесь вот-вот появятся мракоборцы. Или хотя бы послать Дамблдору весточку, чтобы знали, где искать Минерву в случае, если он сам не справится.       — С чего бы мне делать это? — наигранно удивился Макентош. Его палочка немного сместилась в сторону, но затем снова уперлась в Снейпа. Не выпуская Северуса из своего поля зрения, он медленно обошел вокруг парящей в воздухе МакГонагалл, при этом на его лице застыла смесь удовлетворения и ледяной злобы - ему доставляло удовольствие истязать свою жертву. — Она рассказывала, как в былые времена грела меня холодными ночами? Свернувшись клубком у меня под боком, а я гладил ее мягкую шерстку… чудесное было время, — с этими словами он разразился хриплым лающим смехом, который вдруг резко оборвался, и его глаза яростно сверкнули. — Эта дрянь обманула меня, сдав мракоборцам. Она заслужила наказание.       Его палочка сделала едва уловимое движение, и на руке Минервы появился еще один порез. Женщина тихо вскрикнула, но всё также продолжала висеть в воздухе подобно безвольной кукле. Северус непроизвольно дернулся, но Макентош среагировал мгновенно, вновь направив палочку точно ему в грудь.       — Осторожно, Снейп, — предостерегающе прошипел он. — Я никому не позволю отнять у меня мою игрушку. Даже тебе. Если ты здесь не по приказу Дамблдора, то зачем? Не думай, что я поверю, будто ты всё еще верен Темному лорду. Мне прекрасно известно о твоем предательстве.       — Я пришел за ней.       Его голос звучал тихо и размеренно, и лишь лицо выглядело бледнее обычного, выдавая истинное волнение. Больше всего он боялся, что Макентош одним движением палочки оборвет жизнь Минервы, а он, Северус, не успеет этому помешать.       — Неужели волнуешься за свою учительницу, а, Снейп? Не припомню, чтобы тебе нравилась трансфигурация, — ухмыльнулся Макентош. — Или тебе она тоже позволяла себя гладить, а, Северус? — заметив, как переменилось лицо Снейпа, мужчина мгновение медлил, а затем отрывисто засмеялся, отчего палочка в его руках задрожала, вновь сместившись в сторону. — Да ты никак влюбился, Снейп! - с издевкой воскликнул он. Это открытие, похоже, изрядно его веселило. - А ты в курсе, что у нее муж есть? Я с ним неплохо поразвлекся, пока она не заявилась. Видел бы ты, как она молила пощадить его — я едва не прослезился. На всё была готова.       Северус крепче сжал волшебную палочку. Его и без того темные глаза потемнели еще больше, сделавшись антрацитово-черными. Макентош провоцирует его. Нельзя поддаваться.       — А знаешь, мне даже немного жаль тебя, Северус. Я помню, как ты просил Повелителя пощадить ту грязнокровку, Поттер. Тебе ведь она тоже была не безразлична, верно? Ты не задумывался — каждая женщина, в которую ты влюбляешься, умирает…       Снейп не издал ни звука, но с его палочки сорвался яркий всполох. Макентош среагировал в ту же секунду, его высокую фигуру окутало голубоватое свечение защитного заклинания. Но из защиты он сразу перешел к нападению, и Снейпу пришлось тяжко. Пространство между ними наполнилось вспышками заклятий. Боясь случайно угодить в МакГонагалл, Северусу приходилось преимущественно защищаться. Он пытался заставить Макентоша сместиться в сторону для полноценной атаки, но тот, видимо, понимая план противника, не желал покидать выгодного для себя расположения. Отбивая одно летевшее в него заклятье за другим, Снейп лишь надеялся, что действие зелья удачи не иссякнет в самый неподходящий момент.       — Тебе не победить меня, парень, — зло прошипел Макентош, отбивая очередную атаку. Заклинания Северуса плясали вокруг него ослепительным фейерверком, но ни одно не достигало цели. — Но знаешь что? Пожалуй, я тоже не стану убивать тебя… сразу. Сперва ты посмотришь, как я развлекаюсь с твоей драной кошкой. Она будет кричать от боли, умоляя меня о смерти… О да, ее стоны — услада моим ушам. Впрочем, кто знает, может ее стоны будут не только от боли, — он криво ухмыльнулся, уворачиваясь от летящего в него заклятья. — Она вроде еще ничего. Быть может, она сможет доставить мне удовольс….       Всё произошло в считанные секунды. Палочка Снейпа стремительно рассекла воздух, и Макентоша сбило с ног. Невидимая сила подхватила его, словно тряпичную куклу швырнув через всю комнату и со всего размаху впечатывая в стену точно над столом. Его глаза удивленно расширились, когда, опустив голову, он увидел торчащие из своей груди заостренные костяные концы. С его губ сорвался булькающий звук, он закашлялся, выплевывая сгустки крови. Словно завороженный, Северус наблюдал за последними минутами агонии своего противника, нанизанного на оленьи рога, украшавшие стену. Палочка выскользнула из ослабевших пальцев, со стуком ударившись о деревянный пол, глаза Эйдана Макентоша закатились, и он обмяк, больше уже не двигаясь. Его магия развеялась, и Северус едва успел подхватить МакГонагалл, не давая ей упасть.       — Минерва, — он перенес ее на диван, бережно уложив на изъеденные молью подушки. Ее бледность испугала его. — Минерва, ты меня слышишь?       Ее веки задрожали, и Северус увидел синюю радужку замутненного взгляда. Она всматривалась в его лицо, словно пытаясь вспомнить, а затем покрытые запекшейся кровью губы тронула болезненная улыбка.       — Ты пришел...       Ее голос звучал тихо, едва слышно. Такой знакомый и родной. Она попыталась поднять руку, но сил почти не осталось, и Северус перехватил ее дрожащее запястье, вдруг показавшееся ему таким тонким и хрупким.       —Конечно, - он прижал ее ладонь к губам, нежно целуя прохладную кожу. — Я никому не позволю причинить тебе вред.       Нужно как можно быстрее доставить ее в больницу Св. Мунго, там о ней позаботятся. Глупая, глупая гриффиндорка. Одна лишь мысль о том, что он мог потерять ее, приводила его в ужас.       Она смотрела на него так ласково, так доверчиво, и завороженный ее взглядом, Северус не сразу расслышал тихий женский голос.       - Макентош... - Минерва на мгновение прикрыла глаза, собираясь с последними силами. - Он был не один.       Прежде чем Снейп успел осознать смысл услышанного, в воцарившейся в комнате тишине со второго этажа отчетливо послышался шорох. Северус невольно обернулся, прислушиваясь. Сперва он решил, что ему показалось, но шорох повторился снова. В доме явно был кто-то еще. По словам мракоборцев один из соучастников Макентоша был убит в Хогсмиде. Но видимо, он был не один.       Оставив Минерву в гостиной, Северус стал медленно подниматься по лестнице. Наверху снова сделалось тихо. Сквозь заколоченные ставни свет практически не проникал, погружая комнату в полумрак. Держа палочку наизготовку, Северус медленно двинулся вдоль стены, обходя комнату и освещая с помощью заклинания каждый закуток. Внезапно позади него тихо скрипнула половица. Чья-то тень метнулась к лестнице, но метко выпущенное заклятье сбило человека с ног, и, громко вскрикнув, тот повалился на пол, пытаясь ползти. Северусу понадобилось меньше секунды, чтобы настигнуть своего противника. Грубым движением он схватил человека за ворот черного балахона, рывком разворачивая его лицом к себе. В бледном свете показалось испуганное лицо молодого человека. Аристократические черты, русые волосы гораздо длиннее, чем были, когда они виделись в последний раз.       — Северус, — испуганно прошептал Алестор Редгрейв, перестав сопротивляться. Его взгляд напоминал взгляд загнанного в ловушку зверя. Но в этот раз Снейп не чувствовал к нему сострадания. Всё, чего он желал в эту минуту, была месть за любимую женщину, которую едва не отняли у него. — П…прости меня… я не хотел… они нашли меня в Америке, пригрозили, что убьют, если я не вернусь. Ведь я дал клятву служить нашему Повелителю. Я не хотел участвовать в этом… пожалуйста, Северус… ведь ты знаешь меня…       С видом глубокой брезгливости Снейп отпустил корчащегося на полу юношу и молча встал, продолжая держать палочку направленной на него.       — Умоляю, Северус, — Редгрейв попытался ухватиться за полы его мантии, но не дотянулся, и теперь стоял перед ним на коленях, едва ли не плача. — Я во всем признаюсь. Пусть меня отправят в Азкабан. Я согласен на всё, только не убивай меня, прошу… Северус, я…       — Ты говорил, что никогда не совершишь прежних ошибок снова, — голос Снейпа звучал ровно и тихо, но стоящий перед ним на коленях юноша вздрогнул, как от удара хлыстом. — Ты обещал больше никогда не возвращаться к прежней жизни.       — Северус…       — И вот ты здесь.       — Меня заставили… Они бы убили меня… Прошу, позволь мне уйти. Я исчезну, и ты больше никогда меня не увидишь.       — Ты уже давал подобное обещание и не исполнил его. Я помог тебе скрыться, но ты вернулся, нарушив данное мне слово. Больше я не совершу такой ошибки.       Парень испуганно затрясся. Его взгляд метался по комнате в поисках выхода, но он понимал, что спасения нет. Палочка Снейпа была направлена ему точно в лицо.       — Умоляю… — прошептал он, размазывая по щекам катящиеся градом слезы. — Северус… дай мне второй шанс.       Он всхлипнул, и вдруг увидел, как Снейп медленно опускает палочку. В его глазах вспыхнул огонек надежды. Утирая рукавом мокрое от слез лицо, он всё же ухватился за подол мантии зельевара, преданно глядя тому в глаза.       Минерва однажды сказала ему, что каждый заслуживает второго шанса. Когда-то Дамблдор сделал для него тоже самое, подарив возможность начать жизнь с чистого листа, и Северус всеми силами исполнял данное директору Хогвартса слово. Он сам три года назад дал Редгрейву шанс, когда помог покинуть Англию. Но Алестор всё равно вернулся к прежней жизни.       — Я больше не подведу тебя. Клянусь.       Северус взглянул в его лицо и не почувствовал ничего, кроме презрения и ненависти. Свой второй шанс он упустил.       — Не подведешь.       Глаза юноши широко распахнулись, когда в наступившей тишине волшебная палочка Снейпа бесшумно рассекла воздух и холодный голос отчетливо произнес:       — Авада Кедавра!       — Где она?       Бледный как полотно Урхарт вбежал в палату, едва не снеся по дороге дверь. За ним следом возмущенной гусыней следовала колдомедик, пытаясь вразумить взволнованного мужчину, что всё хорошо и жизнь его жены вне опасности. Но вряд ли Элфинстоун ее слышал. Его взгляд метался по помещению, пока не замер на поднявшемся с кресла ему навстречу Снейпе. Перед ним на больничной койке, укрытая одеялом, лежала Минерва.       — Она спит, — Северус произнес это тихо, но его уверенный, даже в какой-то степени повелительный голос подействовал на Урхарта отрезвляюще.       Мгновение он смотрел на Снейпа, а затем молча приблизился и опустился на краешек постели МакГонагалл.       — Как она? — осторожно спросил он, не спуская пристального взгляда с бледного лица жены.       — Вне опасности. Ей дали зелье сна, чтобы она отдохнула. Думаю, она проспит до утра.       — Дамблдор сказал, это вы спасли ее.       Директор был первым, кому Северус сообщил о произошедшем. И спустя каких-то десять минут старик был уже здесь. Вместе с ним прибыли человек пять мракоборцев, но были почти сразу же отправлены на место, указанное Снейпом. Дамблдор выслушал его рассказ спокойно, и это спокойствие натолкнуло Северуса на мысль, а не такой ли именно исходи старик и планировал.       — Это уже не важно. Главное, ее жизни ничего не угрожает.       Северус наблюдал, как Урхарт держит ее за руку, чувствуя, как внутри него медленно растет желание любым способом убрать этого человека из палаты. Он провел у ее постели последний час, наблюдая, как она спит. Такая спокойная, безмятежная. Здесь были только он и она, и Северус вновь мог гладить ее волосы, держать за руку, снова и снова повторяя признание, которое не осмеливался произнести вслух.       — Спасибо.       Северус с трудом заставил себя перевести взгляд с Минервы на Урхарта. Слова благодарности из уст этого человека отнюдь не грели душу. Скорее наоборот, раздражали.       — Я знаю, как вы к ней относитесь, — вдруг проговорил Урхарт. — Не могу сказать, что одобряю это, но сегодня я искренне рад, что вы оказались рядом с ней.       Он с благодарностью протянул Снейпу руку.       — Вы ее муж, — холодно проговорил Северус, пронзая стоящего перед ним мужчину ледяным взглядом. — Но вас не было рядом. Вы не смогли позаботиться о своей жене, нарушили собственную клятву, данную у алтаря. А теперь благодарите меня за то, что я исполнил вашу обязанность?       Он видел, как побледнел Урхарт, как медленно опустилась его рука, и это неожиданно доставило Снейпу удовольствие. Ему отчаянно хотелось унизить этого человека, растоптать. Показать, что он не достоин Минервы.       — И вам с этим жить.       Больше не говоря ни слова, он прошел мимо замершего каменным изваянием Урхарата, едва не задев его плечом, и молча вышел за дверь.

***

      Все постепенно возвращалось на круги своя. Теплые погожие деньки, согреваемые весенним солнцем, озаряли жизнь Хогвартса ярким светом, даря надежду на теплое безоблачное лето. Но не все в эти дни радовались весеннему теплу.       Северус в негодовании перечеркнул лист пергамента, исписанный торопливым детским почерком и, поставив жирное «о» в конце, отложил свиток в сторону, опустив голову на ладони и прикрыв глаза. Как бы он ни старался, но сосредоточиться на проверке последней в этом году контрольной пятого курса никак не получалось. Его раздражало буквально всё, начиная с неумения некоторых студентов понять разницу между лечебной настойкой и исцеляющим отваром и заканчивая чересчур приветливым лицом директора за утренней трапезой. Хогвартс жил своей обычной жизнью, а вот Северус явно выпал из привычной колеи. И его это несказанно злило.       Минерва вернулась в Хогвартс этим утром, проведя в больнице Св.Мунго несколько последних дней. Северус больше так ни разу и не навестил ее там, ограничившись короткой запиской с пожеланиями скорейшего выздоровления, на которую так и не получил ответа. О его причастности к гибели одного из самых опасных Пожирателей смерти и спасению заместителя директора Хогвартса было мало кому известно (спасибо Дамблдору!), так что, не считая нескольких допросов в Министерстве, Северус мог снова вернуться к прежней спокойной жизни. Вот только ему никак не удавалось выкинуть из головы последние события. Перед глазами то и дело вставал образ Минервы, парящей в воздухе с раскинутыми в стороны руками, безвольной и кажущейся совсем неживой. И всякий раз ему отчаянно хотелось кинуться в больницу, чтобы убедиться, что она в порядке. Но он сдерживался. Для него это стало своеобразным демаршем против ее необдуманного поступка, едва не стоившего ей жизни. Утром, когда она вошла в распахнутые двери Большого зала, все, кто был там в тот момент, устроили ей оглушительные овации. Коллеги пожимали ей руки, поздравляя с возвращением и рассказывая о собственных переживаниях. Она любезно отвечала на все пожелания, но Северус чувствовал ее взгляд на себе. В это утро он покинул Большой зал раньше всех, оставив ее в недоумении. Он злился на нее, и хотел, чтобы она это поняла. Глупо? По детски? Возможно.       Он устало прикрыл глаза, откинувшись на спинку стула, пытаясь выбросить из мыслей синеглазый образ, но и так было понятно, что ничего у него не получится.        Внезапный стук в дверь заставил зельевара резко вскинуть голову. Бросив быстрый взгляд на часы, он вышел из-за стола, направляясь к двери. Кроме студентов, посетителей у него почти никогда не было. Но уроки на сегодня закончены. Так кого же там принесло? Первой мыслью было не открывать. Желание скрыться ото всех было настолько сильно, что несколько минут Снейп молча смотрел на дверь, решая открывать или нет. Но затем всё же протянул руку к дверной ручке.       На пороге стояла МакГонагалл.       — Я уж думала, ты не откроешь. Могу я войти? — отрывисто бросила она и, поведя плечами, торопливо добавила, будто то был весомый аргумент в ее пользу: — Тут ужасный сквозняк.        Снейп молча отступил в сторону, впуская гостью в комнату. Его лицо превратилось в маску, и только черные как бездна глаза блестели в полумраке освещенного свечами класса.       — Меня могло и не быть здесь.       — Я слышала, как ты дышишь из-за двери, — тут же парировала МакГонагалл.       Окинув помещение быстрым взглядом, она едва заметно скривилась, когда на глаза попались банки с заспиртованными магическими тварями, выставленные на верхних стеллажах. Поговаривали, что Снейп специально их туда поставил, что бы пугать первокурсников, впервые оказавшихся на уроке зельеварения. Правда это была или нет, но эффект они производили впечатляющий.       Не удостоив ее даже взглядом, Северус вернулся к себе за стол, кладя перед собой следующую работу очередного ученика. Несколько минут Минерва молча наблюдала, как он водит пером по пергаменту, делая пометки и будто не замечая ее присутствия.       — Я хотела поблагодарить тебя, — наконец, заговорила она.       — Не за что, — не поднимая глаз, проговорил Снейп.       Глаза Минервы недовольно блеснули.       — Ты за что-то злишься на меня? — скрестив на груди руки, спросила она.       Тишина в ответ.       — Ну, хорошо. Я поступила глупо, никому ничего не сказав. Но у меня была веская на то причина…       — Причина! — он отшвырнул перо в сторону, резко вскакивая на ноги, так что кресло едва не перевернулось. — Ты едва не погибла! Это не просто глупо! Это… — он запнулся, подбирая подходящее слово. В его глазах пылало бешенство. — Безрассудно. Думала, что в одиночку справишься с Макентошем? В прошлый раз он убил пятерых мракоборцев, прежде чем был схвачен. Пятерых, Минерва! Чего ты хотела этим добиться?       — Я пыталась спасти мужа! — вдруг выкрикнула она, прожигая Снейпа не менее яростным взглядом. — Разве ты не сделал бы тоже самое для Лили? Ты бы пожертвовал всем ради нее. Даже собственной жизнью.       Она видела, как изменилось выражение его лица. Как он побледнел. Еще мгновение назад его сжигала злость, но теперь он казался растерянным.       — Я уже теряла любимых людей, Северус, тебе это известно, — уже спокойнее проговорила МакГонагалл. — Если с Элфинстоуном что-то случится, я не уверена, что смогу это пережить.       Он молчал. Впервые за долгое время ему нечего было сказать. Должно быть, он эгоист — думал лишь о себе, о собственных чувствах. Она права: будь он на ее месте, тоже не раздумывая пожертвовал собой ради любимой. Но она ошиблась в одном. Он бы поступил так не только ради Лили.       — Я благодарна вам, профессор, за то, что вы сделали для меня, — ровным тоном проговорила Минерва, направляясь к двери. Прежде чем уйти, она обернулась. Снейп все еще стоял у своего стола, буравя взглядом столешницу. — Если я могу как-то отблагодарить вас, только скажите.       Что ж, он злится на нее — ну и пожалуйста. Она всё равно не жалеет о том, что совершила. Ему больше некого терять, он не понимает, что она чувствует.       — Я собирался на прогулку вокруг озера, — мягкий, бархатистый, почти шепот достиг МакГонагалл, когда она была уже в коридоре. — И был бы не прочь компании, — он стоял в дверях своего кабинета и смотрел на нее. — Разумеется, если вы не торопитесь домой к мужу.       Они смотрели друг другу в глаза лишь несколько мгновений, но Северусу показалось, будто прошла вечность.       — Думаю, я могла бы задержаться ненадолго, — наконец, произнесла Минерва, и на ее губах медленно расцвела знакомая улыбка.