Хогвартс времен мародеров читает книги о Гарри Поттере

— Глазам не верю! — воскликнул Рон. Хогвартцы ровным строем поднимались вслед за го­стями по каменным ступеням. Рон был вне себя от вос­торга. — Виктор Крам в Хогвартсе! Мерлин, ну почему они, а не я?! — Воскликнул Фабиан. — За что?  — Ох, представляю, как Рон рад, — усмехнулся Гидеон. — Не думала, что Крам окажется школьником, — произнесла Мэри.  ~ — Как он попал в сборную команду страны будучи школьником? — Спросил Джеймс. — Годрик, да он потрясающий. — Ещё одна причина быть очарованным Виктором Крамом. Ему ведь исполнилось семнадцать. Я могла бы встречаться с ним и тоже стать знаменитой, — улыбнулась Марлин. — Делим твои доходы пополам, милая, — ухмыльнулся Сириус.  — Крам! Нет, ты представляешь себе, Гарри? Сам Вик­тор Крам!!! — Что с тобой, Рон, Крам всего лишь игрок в квиддич, — пожала плечами Гермиона. — Всего лишь! — передразнил ее Рон. — Ты что, Гер­миона, не знаешь? Это же один из сильнейших в мире ловцов! Я понятия не имел, что он все еще школьник! — Я тоже, Рон, — вздохнул Генри. — Теперь я на все сто процентов уверен, что я неудачник.  — Вытри сопли, Аббот, — фыркнула Матильда. — Такие, как Крам, один на пятьсот юных волшебников. Если не больше. — Зато студентам Хогвартса повезло. В их школе учится знаменитость, — проговорил Питер. — А Гарри Поттер, по-твоему, кто? Он ведь тоже знаменитость…благодаря тебе кстати, — хихикнул Аббот.  — Прекрати, — нахмурился Петтигрю. ~ — Гермиона, ты просто не понимаешь, — цокнул Регулус. — Моргана, почему этим школьникам из будущего постоянно везёт?  — Да уж. Две звезды на одну школу это слишком, — протянул со смешком Рабастан. — Этот год пройдет очень интересно, — сказала Аделаида. — Может Виктор Крам начнёт встречаться с кем-то из Хогвартса?  — Гринграсс, тебя укусила Стоун? — Хмыкнул Барти. — Отсядь тогда от нас. — Неужели ты хотела бы оказаться той хогварсткой девчонкой? — Выгнул бровь Басти. — Отвали, Лестрейндж. Мне не нравятся парни из Дурмстранга, — закатила глаза Адель. В холле, заметил Гарри, Джордан Ли прыгал на цыпоч­ках, чтобы мельком узреть затылок Виктора Крама, а шестикурсницы лихорадочно шарили в складках мантий. — Не может быть! У меня нет с собой ни одного пера! Что же делать? Может, он подпишет шляпу губной помадой? — Делать им нечего! — высокомерно заявила Герми­она, проходя мимо девушек, чуть не дерущихся из-за тю­бика губной помады. — Мерлин, уверен, если бы эта девчонка встретила того, от кого сама в восторге, то также вела бы себя, — проговорил Антонин.  — Не такая как все? — Хихикнул Магнус. — Может, Крама это и зацепит?  — Если он ей не интересен, какая разница? — Протянул Рудольфус. — Да, но Гермиона подаётся как хорошая и правильная девочка, и при этом она осуждает других за их фанатизм, — закатил глаза Долохов. — Раздражает, что это слизеринцы всегда плохие и неправильные.  — О Моргана, что за чувство справедливости в тебе обнаружилось? — Насмешливо ответил ему Нотт. — Остынь, друг. Среди нас действительно достаточно плохишей.  — Я бы тоже не прочь взять у него автограф. Гарри, не одолжишь перо? — засуетился Рон. — У меня тоже нет. Они все наверху в сумке. — Не упускай эту возможность, Рон, — сказал Златопуст. ~ — Как же это выглядит жалко, — проговорил Люциус.  — Рон Уизли фанат Виктора Крама. Так почему ему бы не взять автограф? — Поинтересовалась Нарцисса. — Крам пробудет в Хогвартсе долгое время, я уверен. Плюс, Виктор только приехал, — ответил ей Малфой.  — Посмотрим, как будет вести наш сын, — надменно произнесла Цисси. — Вот уж кто не обладает хорошим воспитанием. — О, я рад, что ты заговорила об этом, — улыбнулся Люциус. — Возможно, мы любим нашего сына слишком сильно. — Хватит, — остановила его младшая Блэк. — Это странно. Вся эта ситуация странная.  — Нарцисса, я тебе не приятен? — Спросил напрямую слизеринец. — Не хочешь отвечать? Тогда мы поговорим после четвёртой книги. Друзья подошли к своему столу. Рон сел лицом к вход­ной двери, у которой толпились дурмстрангцы во главе с Крамом, высматривая, куда сесть. Гости из Шармбато­на уже сидели за столом Когтеврана, мрачно озираясь по сторонам. — Оу, я рада, что Шармбатон выбрали наш стол, — улыбнулась Амелия.  — Им определённо понравился синий цвет, — произнёс Эдгар.  ~ — И куда же сядут дурмстрангцы? К слизеринцам? — Предположил Джеймс.  — Почему к ним? — Спросила Алиса. — От них исходит примерно одинаковая атмосфера, — пожал плечами Поттер. — Идите к нам, сюда, — махал гостям Рон. — Садитесь! Гермиона, подвинься! — Что? — А-а, уже поздно, — махнул рукой Рон. Виктор Крам с однокашниками двинулись к столу слизеринцев. Крэбб с Гойлом были на седьмом небе. А Малфой не преминул тут же вступить с Крамом в беседу. — Догадливый олень, — усмехнулся Сириус.  — Верная собака, — в тон ответил ему Джеймс. — Рона, конечно, жаль, — грустно произнёс Ремус. — Так и не посидит рядом со своим кумиром.  — У него впереди достаточно дней, чтобы налюбоваться им, — сказала Марлин. — Зато Рон сможет собраться с духом и не сболтнуть лишнего, — протянула Алиса. — Подлизывайся, подлизывайся, — с досадой прого­ворил Рон. — Крам все равно видит тебя насквозь. Хотя... ему не привыкать ко всеобщему вниманию. Интересно, где они будут ночевать? Гарри, давай позовем их к нам в спальню! Я не прочь уступить ему свою кровать. А сам могу спать и на раскладушке. Гермиона фыркнула. — Я понимаю Гермиону. Рон будто перебарщивает, — проговорил Гидеон.  — И вправду, где же будут ночевать заморские гости? — Поинтересовалась Мэри. — Им найдётся место, уверен, — ответил ей Фабиан. — Эти будут повеселее шармбатонцев, — заметил Гарри. Дурмстрангцы сняли лохматые шубы и с любопыт­ством разглядывали темный потолок, усеянный звезда­ми. Некоторые, не скрывая восхищения, вертели в руках золотые тарелки и кубки. — Да-да, наш Хогвартс так прекрасен, — улыбнулся Слизнорт. — Потолок действительно вызывает уважение к нашей школе, — произнесла Стебель, взглянув наверх. Сейчас потолок показывал ясный день.  — Так, пока всё идёт гладко, — произнесла Минерва. — Но, наверное, стоило заранее их рассадить? — А мне, кажется, что хорошая была идея: дать иностранцам самим выбрать. Возможно, они могли заранее что-то прочесть про тот или иной факультет, — проговорил Флитвик.  Завхоз Филч, надевший в честь праздника старый, потертый фрак, добавил к профессорскому столу еще четыре кресла — по два слева и справа от Дамблдора. — Для директоров Шармбатона, Дурмастранга, а остальные кто? — Спросила Марлин.  — Кто-то из представителей Министерства Магии Англии. Это же масштабное событие, — ответила ей Лили. — Возможно, сам Министр Магии будет присутствовать. ~ — Осталось немного подождать и Турнир начнётся! — Радостно провозгласил Локонс. — Да, Златопуст, сразу после ужина мы побежим соревноваться, — хмыкнул Квиррелл. — Не неси чепухи.  — Я говорю образно. После приветственного ужина Турнир действительно начнётся. Ведь все уже приехали, — раздражённо произнёс Локонс. — Добрый вечер, леди, джентльмены и привидения, а главное, наши гости, — наконец начал Дамблдор, лучезарно улыбнувшись иноземным ученикам. — С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведете у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка! При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове все еще был шарф, громко хихик­нула. — Никто тебя здесь не держит, — буркнула с неприяз­нью Гермиона. — Как-то неуважительно к нашему замку, — фыркнула Аделаида.  — Смешно мне с тебя, Адель. Сама же недавно говорила о том, как тебе скучно в этом замке, — прыснул Басти.  — Гляжу, ты мои фразы запоминаешь наизусть, Лестрейндж, — холодно отозвалась Гринграсс.  — Прекратите спорить, — вмешался Регулус. — Все мы в какой-то мере любим или не любим Хогвартс. Не стоит из-за этого ссориться.  После недолгого молчания, Аделаида ответила ему: — Хорошо, хорошо. Ты прав. ~ — Гермионе не нравятся шармбатонки? — Усмехнулся Гидеон. — Они кажутся милыми. — Ну, хихикнула девушка и что? Она могла болтать со своими подружками, — проговорила Доркас.  — Тут сказано про удобства замка. Это шутка от Дамблдора. Как гости могли оценить удобства всего замка, если всё это время они были в Большом Зале? — Пояснил Гидеон. — Официальное открытие Турнира, — как ни в чем не бывало продолжал Дамблдор, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие дру­зья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома! — Очень жду открытие Турнира, — произнесла Молли. — Интригует. Интересно, как это будет происходить? — Спросил Артур.  — Возможно, Хогвартс придумал что-то? Это ведь открытие Турнира Трёх Волшебников, — проговорила Андромеда. Блюда, как всегда, начали наполняться едой. На этот раз эльфы-домовики превзошли себя. Каких только ку­шаний не было, в том числе и заморских! — А это что? — спросил Рон, указывая на блюдо не то с супом, не то с рагу из моллюсков, стоявшее рядом с йор­кширским пудингом из говядины с почками. — Буйябес, — объяснила Гермиона. — Надо же! — удивился Рон. —Это французское блюдо. Я его ела на каникулах по­запрошлым летом. Очень вкусно. — Грейнджер из обеспеченной семьи, — проговорил Антонин Долохов. — Неплохая партия для кого-то. — Она всё равно остаётся магглорожденной, — протянул Рудольфус. — Для кого хорошая партия? Для бедняжки Крауча? — Усмехнулся Магнус. — Пока эта девочка родится, пока вырастет, Барти Крауч станет овощем, — со смешком продолжал слизеринец. — Упаси нас от этих воображений, — покачал головой Долохов.  ~ — Хогвартс встречает хорошо, — улыбнулся Альбус.  — Мы все постарались на славу, — довольно сообщил Слизнорт. ~ — До сих пор смеюсь с этой мини голодовки Гермионы. Голодовка ни к чему не привела её, — сказал Сириус. — Девочка открыла клуб Гавнэ, — напомнил Ремус будничным тоном.  — Когда ты говоришь таким тоном, Лунатик, название клуба Гермионы становится ещё смешнее, — рассмеялся Джеймс. В зале прибавилось учеников двадцать, не больше, а казалось, яблоку негде упасть. Наверное, из-за одежды гостей. Слишком уж она выделялась на фоне черной хогвартской: под шубами дурмстрангцев оказались крова­во-красные мантии. — Дайте мне взглянуть на них поближе, — проговорила Марлин.  — Я завидую студентам Хогвартса из будущего. Перед ними разворачиваются исторические события, — сказала Алиса.  — Как раз ради таких событий мы все и пошли на войну, — ответила ей Лили. — Но ты права. Я тоже хочу быть там и видеть всё своими глазами, а не слушать!  Минут через двадцать дверь за профессорским сто­лом отворилась и в зал вошел Хагрид. Сев на обычное место, он сразу же помахал толсто забинтованной рукой Гарри, Рону и Гермионе. — Соплохвосты оказались не слишком дружелюбными, — усмехнулся Фабиан.  — Представляю, какими большими они уже стали, раз рука Хагрида пострадала, — скривилась Мэри. — Я могу лишь посочувствовать студентам, — протянул Гидеон. — Мерлин, им действительно нужно пожелать удачи в заботе над этими милыми маленькими монстрами.  — Будьте доб'гы, передайте, пожалуйста, буйя-а-бес! — громко попросил чей-то голос. Это была девушка, не сдержавшая смешок во время приветствия Дамблдора. Она наконец-то сняла шарф, и ее белокурые волосы волной падали почти до самого пояса. У нее были большие синие глаза и ровные белые зубы, напомнившие незабвенную улыбку профессора Локонса. — Нет, ну почему я не в том времени?! — Наигранно возмутился Гидеон. — Мне нравится изучать французский язык. Я мог бы с ней подружиться.  — Она определённо не смогла бы устоять перед твоими рыжими волосами, — согласно кивнул Фабиан, а затем рассмеялся.  ~ — Я был не прав, эта книга становится более интереснее, — произнёс Магнус.  — В этом году будут не только драки между парнями, но и кажется между девочками тоже, — усмехнулся Антонин. — Сколько забот на плечах старост, — покачал головой Рудольфус. ~ — Мою улыбку сравнили с красивой девчонкой. Это успех? — Пробормотал Златопуст. Рон покраснел до ушей. Взглянул на девушку, открыл было рот, но вместо слов издал бессмысленное булька­нье. — Пожалуйста, — придвинул к ней блюдо Гарри. — Вы уже поели? — Д-да, о-очень вкусно, — заикаясь, проговорил Рон.  Девушка взяла блюдо и осторожно понесла к своему столу. Рон таращился на нее, как на неземное диво. При­вел его в чувство смешок Гарри. — Неужели вейла? — Удивлённо спросила Аделаида. — Нет, просто Уизли она очень понравилась, — ответил Рабастан. — Потому что с Поттером ничего не произошло. — Он влюблён в Чжоу, этим можно всё объяснить. Да и у Гарри огромная сила воли, — произнесла Гринграсс. — Разве вейлы могут учиться в школах для волшебников? — Выгнул бровь Регулус. — Девушка скорее всего имеет в себе кровь вейл.  ~ — Ох, Рон, ты точно попал под чары любви, — протянул весело Сириус. — В этом году они с Гарри найдут себе девчонок? — Улыбнулся Джеймс.  — Я надеюсь, не все детали будут описываться в книгах, — пробормотал Ремус.  — Вылитая вейла! — осипшим голосом прохрипел Рон. — Глупости, — возмутилась Гермиона. — Ты один ус­тавился на нее с таким идиотским видом. Но она ошибалась. Многие глядели вслед этой девуш­ке, а некоторые, как и Рон, потеряли дар речи. — Нас точно ждут проблемы, — произнесла Минерва с недовольным лицом. — Профессор Макгонагалл, не стоит унывать. Возможно, всё не так плохо, — с надеждой в глазах сказала Бербидж. ~ — Мерлин! Вейла в Хогвартсе. Удивительно, — проговорил Тед.  — Год обещает быть интересным, — протянула Андромеда.  — Говорю тебе, она самая необыкновенная на свете девушка! — вертелся на стуле Рон, стараясь не упускать ее из виду. — В Хогвартсе таких нет. — В Хогвартсе есть и получше! — выпалил Гарри, гля­нув искоса на Чжоу Чанг, сидевшую неподалеку от бело­курой красавицы. — Да перестаньте вы оба пялиться! — рассердилась Гермиона. — Посмотрите лучше, кто еще пришел в зал. — Гарри очень нравится Чжоу, — широко улыбнулась Лили. — Настолько, что ему плевать на чары вейл, — добавил Джеймс с ноткой гордости.  — Конечно, ведь это сам Гарри Поттер, — язвительно ответил ему Северус. — Хорошо, что ты помнишь фамилию моего и Лили сына, — усмехнулся Джеймс.  Снегг сжал ладони в кулаки. Ярость бушевала внутри него.  И она кивнула на преподавательский стол. Два пус­тых кресла наконец обрели хозяев. Рядом с профессо­ром Каркаровым сел Людо Бэгмен, а слева от мадам Мак­сим — начальник Перси мистер Крауч. —  Что они тут делают? — удивился Гарри. — Они — организаторы Турнира Трех Волшебни­ков. — Гермиона, как всегда, знала все. — Полагаю, при­ехали посмотреть начало Турнира. — Держитесь подальше от моего отца, — фыркнул Барти. — К хорошему он не приведет.  — Только подведет ко входу Азкабана, — рассмеялся слегка Рабастан. — Нам стоит держаться от тебя подальше?  — От вас сложно избавиться. Вы чертовы пиявки, — хмыкнул Крауч-младший. ~ — Давайте уже там начинайте шоу, — обратился к книге Генри. — Вам не кажется, что мы как-то долго читаем? — Это всё из-за наших долгих обсуждений над каждой строчкой, — закатила глаза Матильда.  Скоро появились вторые блюда, и среди них опять незнакомые. Рон хорошенько рассмотрел светлое блан­манже и слегка подвинул его вправо — пусть заметят за столом Когтеврана. Но девушка, похожая на вейлу навер­ное, была сыта, и бланманже не соблазнило ее. — Не расстраивайся, Рон. Однажды вы будете одной семьей, — хихикнул Гидеон. ~ — На самом деле, я пока не вижу ни одну девушку, с которой Рон мог бы стать одной семьей, — произнесла Молли. — Гермиона? — Спросил Артур. — Что? Нет. Они такие разные, понимаешь? Постоянно спорят, — покачала головой Молли. — Тогда не будем задумываться об этом сейчас. Рон сам решит с кем ему быть, — сказал мистер Уизли. — Ох, от этой вейлы нужно держаться подальше, — угрюмо сообщила миссис Уизли. — Торжественный миг приблизился.— Дамблдор ог­лядел, улыбаясь, обращенные к нему лица. — Турнир Трех Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как вне­сут ларец... —Что-что внесут? — не понял Гарри. —..я хотел бы коротко объяснить правила нынешне­го Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. — Слуша­тели вежливо похлопали. — А также Людо Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта. — Кто же их не знает, — закатил глаза Крауч. — Зачем моему отцу столько внимания?  — Это надолго. Барти его ненавидит, — прошептал Регулус Аделаиде.  Девушка грустно улыбнулась.  ~ — Ларец? Для чего он нужен? — Спросила Нарцисса. — Явно для того, чтобы определить участников Турнира, — ответила ей Беллатриса.  — Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Тур­нира, без устали работали несколько месяцев, — продол­жал Дамблдор. — И они войдут в судейскую бригаду, ко­торая будет судить состязания. — Неплохо, неплохо, — проговорил Слизнорт. — Такие деятельные волшебники в Хогвартсе… — Жалеете, что вы не находитесь в Хогвартсе в то время? — Снисходительно спросила профессор Стебель. — Ах, вы так понимаете меня, Помона! — Кивнул Гораций. — Знаете, трудно осознавать, что я больше не работаю в Хогвартсе. Конечно, Северус один из лучших моих учеников, и зельеварение с ним не пропадёт, но какая досада, что я ушёл. Гарри Поттер! Ну надо же.  — Филч, — улыбнулся он, — ларец сюда, пожалуйста. Филч, который до этой минуты прятался где-то в даль­нем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустирован­ный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся. Дэннис Кри­ви даже встал на стул, чтобы лучше видеть, но был так мал, что все равно едва возвышался над соседними головами. — Вау, — протянул Локонс. ~ — Грандиозное событие, — восхищенно произнёс Кингсли. — И вы там присутствуете.  — Стажёр, ты считаешь, что сидеть в Хогвартсе и смотреть на шоу для иностранцев – это лучшее, что может происходить со мной в будущем? — Спросил Аластор. — Но, аврор Грюм, Турнира Трех Волшебников не было несколько столетий. История пишется на ваших глазах, — аргументировал Бруствер. — Моргана, как тебя занесло в авроры? — Вздохнул Аластор.  — Инструкции к состязаниям мистером Краучем и мистером Бэгменом уже проверены. Для каждого тура все готово. Туров — три, состязания основаны исключи­тельно на школьной программе. Чемпионам предстоит продемонстрировать владение магическими искусства­ми, личную отвагу и умение преодолеть опасность. — Ну слизеринцы тут в пролёте, — проговорил со смешком Фабиан.  — Показать насколько я хорошо владею магическими искусствами, Пруэтт? — Улыбнулся слегка Антонин.  — С удовольствием, Долохов. Но хватит ли у тебя личной отваги? — Ответил ему Фабиан, перестав улыбаться.  — Молодые люди! — Вмешалась Минерва. — Никаких дуэлей!  ~ — Интересно, кто же станет чемпионом от Хогвартса? — Задумалась Алиса. — Не все подходят под эти три критерия.  — Уверена, та вейла не подходит. Вряд ли в ней есть личная отвага, — произнесла Марлин.  — Сложно сказать, но знаешь, не зря ведь её упомянули в книге. И Рону она очень понравилась. Поэтому в этой книге эта шармбатонка будет мелькать часто, — проговорила Лили. При последних словах зал притих, затаив дыхание. А Дамблдор невозмутимо продолжал: — В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оце­нивать по тому, как они справились с очередным состя­занием. Чемпион, набравший во всех турах самое боль­шое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристраст­ный выборщик — Кубок огня. — Книга ведь так и называется «Гарри Поттер и Кубок огня», — протянула Доркас.  — Слова директора звучат очень серьезно. Могу лишь пожелать удачи чемпионам, — произнесла Мэри. — Действительно, на чемпионах лежит огромная ответственность за свою школу, а также страну, — согласилась Медоуз. ~ — Хогвартс! Хогвартс! — радостно прокричали Джеймс и Сириус.  — Победа за нашей школой, — усмехнулся Блэк.  — Мерлин, я однозначно буду болеть за Хогвартс, даже если представлять школу будет слизеринец, — сказал Сохатый. — Я буду болеть за Крама. Он наверняка чемпион от Дурмстранга, — проговорил Бродяга. — А ты, Лунатик? — Думаю, за Хогвартс, — пожал плечами Ремус.  ~ — Интересно, что получают победители помимо славы и внимания? — Спросил Люциус.  — Славу и внимание, — хмыкнул Антонин. — Этого недостаточно, — ответил Малфой. — Никакого денежного выигрыша или дополнительных баллов на экзаменах?  Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ни­чего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на нее Кубок, что­бы все хорошо его видели. — Ух ты! — Воскликнула Марлин. — Настоящий восторг. — Эта книга интереснее других, — произнесла Алиса. — Состязание между тремя волшебными школами - это очень интересно. — Прошлая книга тоже была очень интересной, — добавила Лили. — Хоть и грустной.  — Ох, Лилс, — Марлин приобняла Эванс. — Мы тебя с Алисой очень любим. Стоун согласно кивнула. ~ — И как же будет происходит отбор? Как Кубок огня поймёт, какой ученик достоин? — Спросил Рудольфус.  — Интересный артефакт. Тот, кто его создал был гениальным волшебником, — сказал Магнус.  — Желающие участвовать в конкурсе на звание чем­пиона должны разборчиво написать свое имя и назва­ние школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им дается на размышление двадцать четы­ре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трех Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. — Я начинаю волноваться, — сказал Тед. — Будто я присутствую в том времени. — Ты просто впечатлительный, — произнесла Андромеда.  — Жду не дождусь начало Турнира. Будет одновременно забавно и страшно наблюдать за всем происходящим, — проговорил мистер Тонкс. — Думаю, в этот раз Турнир Трёх Волшебников пройдёт без смертей, — улыбнулась миссис Тонкс. — Иначе о нём забудут ещё на пару столетий, — добавил Тед. ~ — Кубок знает, что нужно только три чемпиона от конкретных школ или я мог бы написать любую школу рядом со своим именем, и меня бы взяли? — Поинтересовался Барти. — Не неси бред. Кубок огня сильный артефакт. Вряд ли он может так ошибиться, — ответил ему Рабастан. — Нужно всего лишь пошевелить мозгами, Басти, — фыркнул Крауч. — Артефакту наверняка уже тысячелетие стукнуло, так что обмануть его вполне реально. — Только такие как ты, Барти, и могут обмануть древний артефакт, — смеялся Регулус. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. — Так значит, Кубок огня может выбрать несовершеннолетнего? — Спросила Эйлин. — Вряд ли у младших курсов найдётся волшебник, превосходящий возможности волшебников со старших курсов, — ответила ей мягко мадам Помфри.  ~ — Верное решение провести запретную линию, — согласилась с решением книжного Альбуса Августа. — Это опасное состязание. Дети не должны пострадать. — Но кинуть свое имя в кубок будет их решением. И ответственность также ляжет на них, — сказал Фрэнк. — Нет, дорогой. Профессора обязаны следить за своими учениками, — отчеканила миссис Лонгоботтом. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, прими­те к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до кон­ца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним маги­ческий контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите уча­ствовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи. — А это уже серьезная вещь, — протянул Антонин. — С магическим контрактом всё становится намного труднее. — Что ж, удачи не умереть, — произнёс Магнус. — Я кинул бы свое имя, — сообщил Рудольфус. — Интересно, Кубок огня выбрал бы меня?  — Конечно! Ты ведь староста школы, — усмехнулся Нотт. — Спасибо, что напоминаешь мне по сотне раз, Магнус. Благодаря тебе я не забываю свои обязанности и статус, — саркастично ответил Лестрейндж. ~ — Гриффиндорцы, я верю в вас! — Прикрикнула Марлин.  — С чего ты решила, что чемпион будет с Гриффиндора? — Выгнула бровь Амбридж — А почему не Когтевран?! — Спросил громко Эдгар. — Ну, ребят, давайте будем честны. Студенты с Гриффиндора определено имеют больше всех шансов, — проговорил Гидеон.  — Да что ты? — Рассмеялся Малфой. — Петтигрю уничтожил всю вашу репутацию храбрых. — Когтевран также силён. Мы очень умные, — возмутилась Амелия. — Студенты! — Дамблдор применил сонорус. — Прошу всех успокоиться и прекратить спорить. Нет необходимости выяснять чемпиона от Хогвартса. Кубок Огня сам выберет студента.  — Запретная линия! — воскликнул Фред, выходя из зала, глаза у него возмущенно сверкали. — Ее наверняка можно обмануть зельем, ну, которое набавляет возраст. А когда уже имя в Кубке, кричи «ура»! Кубку — умора! — все равно, сколько тебе лет! — Дело не в возрасте, — возразила Гермиона. — Мы еще очень мало знаем, и нам такие состязания не по плечу. — Фред, ты серьезно думаешь, что директор Дамблдор настолько глуп? — Проговорил Фабиан.  — Иногда ответы лежат на поверхности, — произнесла Мэри. ~ — Не нравится мне всё это, — хмуро сказал Карлус. — Какое-то нехорошее предчувствие.  — Не волнуйся. Дамблдор и другие директора не допустят несовершеннолетнего чемпиона. Что мне интересно, так это будет ли обнародовано содержание магического контракта? — Поинтересовалась Дорея.  — Говори только за себя, — обозлился Джордж. — Гар­ри, ты ведь хочешь принять участие в конкурсе? Гарри вспомнил наставление Дамблдора. Всем, кому меньше семнадцати, запрещено участвовать в конкурсе. Но он представил себя победителем Турнира... Здорово! А Дамблдор? Как он рассердится, сумей кто-нибудь млад­ше семнадцати переступить запретную линию... — Скромный мальчик Поттер и его внутренние желания, — ухмыльнулся Рудольфус.  — Заметил, что он никогда не признаётся о своих мыслях вслух, — произнёс Антонин.  — Ты что? Поттер не смеет быть высокомерным мальчишкой. Это противоречит всем законам Гриффиндора, — сказал со смешком Нотт. ~ — Извини, Гарри, но никто не допустит 14-летку к Турниру, — проговорил Сириус. — Так что облом. — Хей, мне не нужны лишние переживания. Всё-таки Турнир - опасное состязание, — добавил Джеймс. — Где же он? — Рон их не слушал, высматривая в тол­пе Крама. — Дамблдор не сказал, где будут жить гости из Дурмстранга? Ответ не заставил себя ждать. Друзья как раз порав­нялись со слизеринским столом. — Всем обратно на корабль, — распорядился Карка­ров. — Виктор, как ты себя чувствуешь? Хорошо поел? Может, послать на кухню за глинтвейном? — беспокоил­ся он. — Но почему они не остались в Хогвартсе? — Поинтересовалась Мэри. — Замок огромен. — Боятся, что ночью устроим на них охоту, — хмыкнул Фабиан.  — Пусть эти иностранцы делают, что хотят, — проговорил Гидеон. — Меньше мороки для принимающей стороны.  ~ — Виктор Крам…— с улыбкой протянул Сириус. — До сих пор не могу поверить, что звезда квиддича ходит по тем же коридорам, что и я.  — А ведь он ещё не родился, — произнесла Марлин.  — Мне нужно обязательно запомнить всё происходящее в книгах, чтобы я мог встретиться с Крамом в будущем, — сказал Джеймс. — Профессор, мне бы хотелось выпить вина, — разо­хотился другой ученик. — Я предлагаю не тебе, Поляков, — рявкнул Каркаров, и заботливый отеческий вид мгновенно испарился. — Ты опять, неряха, закапал едой всю мантию! — Мне срочно нужно переводиться в Дурмстранг. Я тоже хочу пить вино на ужин, — рассмеялся Рабастан.  — Уверен, что ты будешь из числа тех, кому предлагают выпить вино? — Усмехнулся Регулус. — Я Лестрейндж. Конечно, мне будут предлагать выпить вино, — проговорил Басти. — Вряд ли в наше время в Дурмстранге преподают такие же профессора, как Каркаров, — сказал Барти.  — Спасибо, — небрежно бросил Каркаров, мельком взглянув на Гарри. И застыл в изумлении — прямо-таки уставшись на Гарри, точнее, на его шрам.  Его подопечные тоже остановились позади директора, с любопытством та­ращась на Гарри, на многих лицах читался испуг. Парень в заляпанной едой мантии толкнул локтем стоявшую ря­дом девушку и беззастенчиво ткнул в Гарри пальцем. — Ого, известность Гарри вышла за пределы Англии, — изумленно проговорил Фрэнк.  — Вот это да, — протянул Гидеон. — Гарри Поттер действительно большая шишка в магическом мире. ~ — Знаете, я наверное только сейчас осознал насколько Гарри известный человек. У меня даже мурашки пошли, — произнёс Джеймс.  — Это всё из-за того, что мы уже привыкли к Гарри и обществу вокруг него, — сказала Лили.  — Каким бы вырос Гарри, если жил бы он у волшебников? — Поинтересовалась Марлин. — Стал бы он высокомерным? — Он обязательно подружился бы с Драко, — хихикнула Алиса. — Я бы почитала такой сюжет.  — Да, это Гарри Поттер, — прохрипел кто-то сзади.  Профессор Каркаров резко обернулся. Грозный Глаз Грюм стоял, опираясь на свою палку, его волшебное око, не мигая, буравило директора Дурмстранга. Каркаров побледнел, на искаженном лице проступи­ла ярость, смешанная со страхом. — Какая встреча, — усмехнулся Кингсли. — Каркаров один из Пожирателей смерти. — Запомни его имя, — фыркнул Аластор. — С помощью книг мы узнаем много имён. — Жду с нетерпением, — сказал немного со злостью Бруствер. ~ — Ах, это книга собирает всех старых знакомых? — Немного посмеялся Гораций. — Кто же будет следующим? — Мерлин, надеюсь, все старые знакомые останутся всё также в прошлом, — произнесла раздраженно Минерва. — Ты! — только одно слово сорвалось с его губ. — Да, я, — мрачно кивнул Грюм. — И если тебе нечего сказать Гарри Поттеру сделай милость, проходи, не за­держивайся. Ты не даешь пройти. — Как вы ему ответили, — восхитился Кингсли. — Хотя мне интересно, если он потенциальный пожиратель, почему он на свободе? — Малфой тоже на свободе, — скривился Аластор. — Так что какая разница? ~ — Этот год однозначно будет трудным, — проговорил Питер. — Держись, Гарри. Толпа фанатов определённо ещё не скоро спадет, — произнесла Матильда. — Зато девочки из Шармбатона должны оценить Поттера по достоинству, — усмехнулся Генри. — Аббот! Какой ты безобразник, — покачала головой Гримблхок. По субботам ученики спускались завтракать позже. Но в этот выходной не только Гарри, Рон и Гермиона вста­ли пораньше. В холле уже собралось человек двадцать. Кто-то жевал тосты, и все глазели на Кубок огня. Он сто­ял в центре холла на табуретке, на которую обычно кла­ли Волшебную шляпу. Его обегала начерченная на полу золотая линия, образуя окружность радиусом три метра. — Интересно, мы уже в этой главе узнаем чемпионов? — Поинтересовался Генри. — Я бы не хотел, чтобы это затягивалось на несколько глав. — Вряд ли затянется, — пожала плечами Матильда. ~ — Интересно, что в итоге придумали близнецы? — Спросил Ремус. — Кажется, они совсем не думают о последствиях. — Уверена, они не смогут пройти за линию даже на сантиметр, — произнесла Марлин.  — Возможно, они смогли придумать хороший способ обойти линию, — сказал Джеймс.  — Интересно, кто-нибудь уже бросил в Кубок перга­мент со своим именем? — спросил у третьекурсницы Рон. — Дурмстрангцы бросили все. А из Хогвартса я еще никого не видела. — Студенты из Хогвартса кидали ночью, — усмехнулся Магнус.  — Странно, что студенты Хогвартса так тянут с этим, — проговорил Антонин. — Доверять словам одной девчонки? — Хмыкнул Рудольфус. — И тем более раннее утро.  Кто-то сзади Гарри хохотнул. Обернувшись, он уви­дел близнецов и Ли Джордана. Они бежали по лестнице вниз, вид у всех троих был вдохновенный. — Свершилось, — шепнули они брату и его друзьям. — Мы его выпили! — Что? Что? — не понял Рон. — Выпили зелье старения, тупая ты башка, — пояс­нил Фред. — Провал. Думаю, Дамблдор предусмотрел это, — сказал Сириус.  — Может у них получится? — Спросил с надеждой Джеймс. — Я бы хотел, чтобы кто-нибудь из близнецов участвовал. За этим было бы интересно наблюдать. ~ — Я не могу. Что не так с близнецами? Почему они лезут в опасности? — Обеспокоено произнесла Молли.  — Милая, Альбус Дамблдор не допустит несовершеннолетних к Турниру Трех Волшебников, — мягко улыбнулся Артур.  — А вдруг близнецы смогут закинуть свои имена в этот кубок. И кто-нибудь из них станет чемпионом? Что тогда? В прошлом на этих Турнирах умирали студенты, — сказала миссис Уизли. — Близнецы ещё не родились, но я не хочу видеть и слышать, что кто-то из них умер. — Всё будет хорошо. Вот увидишь, — ответил мистер Уизли. — Если кто из нас победит — делим тысячу галлеонов на троих! — Лицо Ли расплылось в широченной улыбке. — Думаю, из этого вряд ли выйдет что-нибудь пут­ное, — предупредила Гермиона. — Уверена, уж это-то Дам­блдор предусмотрел. — Полностью согласен с Гермионой. Зелье старения самый простой вариант. И Дамблдор не глуп, — проговорил Барти.  — Интересно, как работает запретная линия на несовершеннолетних студентах? — Спросила Аделаида. — Вот сейчас и узнаем, — проговорил Регулус. ~ — Парни, я верю в вас, — протянул Фабиан.  — Мерлин, а вдруг сработает? — Произнёс Гидеон. — Тогда я буду очень громко смеяться. — Ты в любом случае громко смеешься, — фыркнул Фабиан. «Неужели обман сработал?» — поверил на какой-то миг Гарри. Джордж тоже поверил. Издав победный клич, он без промедления прыгнул за братом. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой ката­пультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воз­духу метра три, они приземлились на холодный камен­ный пол. Было не только больно, дерзость еще и кончи­лась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов вы­росли длинные белые бороды. — Это очень смешно, — громко смеялся Гидеон. — Мерлиновые подштанники, а директор Дамблдор знает толк в шалостях, — хихикнул Фабиан. — Близнецы получили то, что заслуживали. Они не проходили по возрасту, — закатила глаза Доркас. — По крайне мере они попытались осуществить задуманное, — ответила ей Мэри. — Ладно, думаю тут мало кто верил в их успех, — сказал Гидеон. ~ — Мерлин! Я правда надеялся, что они смогут пройти запретную линию, — немного с грустью произнёс Джеймс. — Что ж, но план был все равно провальным, — проговорил Сириус. ~ — Артур! У них не получилось. Не думала, что буду радоваться провалам моих детей, — сообщила Молли. — Зато сейчас ты можешь быть спокойна, — подбодрил жену мистер Уизли. — На некоторое время да, — кивнула миссис Уизли. Все помирали со смеху — даже Фред с Джорджем, — поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга. — Я же предупреждал, — послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали веселые искорки. — Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосетт из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бо­роды ни в какое сравнение не идут с вашими. — Что ж, будет что вспомнить, — усмехнулся Антонин. — Иногда эти ребята мне нравятся, — проговорил Нотт. — Но они придурки гриффиндорцы. — Я пошёл бы кидать свое имя ночью, будь я несовершеннолетним. — Чтобы никто не видел твой бородатый позор? — Со смешком спросил Рудольфус. — Думаю, я и с бородой девчонок завлекаю. Так что не позор, — ответил Магнус. — О, может наколдуем тебе тогда бороду? — Поинтересовался Долохов с улыбкой. — Соплохвост тебя дери, мне сейчас не до девчонок, — фыркнул Нотт. ~ — Вы хорошо придумали, директор Дамблдор, — усмехнулся Флитвик. — И наказали и пошутили. — Да, директор Дамблдор, вы хорошо провели запретную линию.. Надеюсь, никто из несовершеннолетних не смог закинуть свое имя в Кубок, — сказала Минерва. — Говорят, Уоррингтон бросил, еще на рассвете, — сообщил Дин. — Ну, тот, похожий на ленивца увалень из Слизерина. Уоррингтон играл в команде слизеринцев, Гарри его хорошо знал. Не дай бог, Кубок кого-нибудь из слизерин­цев выберет! Гарри даже передернуло от отвращения. — Поттер, такой идиот, — фыркнул Малфой.  — Мы тоже обладаем силой, — произнесла Беллатриса. — Мальчишка.  ~ — Гриффиндорцы как всегда со своим никому ненужным мнением, — скривился Эван.  — Будь я однокурсницей этого Поттера, я присоединилась бы к Малфою-младшему, и мы вместе с ним поиздевались бы над этим гриффиндурцем, — сказала Селестия. — Как же меня раздражают гриффы, вы бы знали. Они никогда не меняются, — добавил Монтегю.  — Они все тупицы, — заключил Флинт. ~ — Приятно знать, что кто-то из Слизерина тоже кинул бумажку со своим именем в Кубок, — немного удивлено произнесла Лили.  — Его не выберут, — сказала уверенно Марлин. — Он слишком увалень. Неуклюжий и медлительный парнишка. Разве такого могут выбрать в чемпионы от Хогвартса? —А пуффендуйцы поговаривают о Диггори, — пре­зрительно пожал плечами Симус. — Но вряд ли этот кра­савчик захочет рисковать своей внешностью. — Пуффендуй вперед! — Крикнула Матильда. — Седрик Диггори в чемпионы!  — Прекрати! Ты привлекаешь к нам внимание, — попросил её Питер. — Теперь ты не любишь внимание к своей персоне? — Усмехнулась Гримблхок. Питер резко замолчал и отвернулся от нее. — Прекрати его обижать, — протянул Генри. — Эй, Питер Петтигрю, я осуждаю твой будущий поступок… но не тебя настоящего, — произнесла Матильда. — Ты вроде уже должен был как привыкнуть к моему характеру за эти несколько часов, пока мы читаем 4 книгу. И я вряд ли согласилась бы, будь ты мне противен, чтобы ты сел рядом с нами. — Извините, — проговорил Питер. — За что? — Удивился Генри. — Просто так, — пожал плечами гриффиндорец. — За мою слабость, — позже добавил он. Из холла донеслись возбужденные голоса. Гриффиндорцы повернули головы: в зал входила со смущенной улыбкой Анджелина Джонсон, высокая черноволосая де­вушка — охотник гриффиндорской команды. — Ну вот, — сказала она, подсев к друзьям. — Я броси­ла свое имя. — Гриффиндор вперед! — Хлопали громко ладонями близнецы Пруэтты. Гриффиндорцы подняли шум. Сириус громко свистнул, громко хохоча с Джеймсом.  — Гриффиндор! Мистер Блэк! — Прикрикнула профессор Макгонагалл. — Вы забыли где мы находимся?  — Извините, профессор Макгонагалл, мы просто очень рады, что кто-то из нашего факультета тоже бросил свое имя в Кубок, — проговорил быстро Сириус. ~ — Идиоты, — закатил глаза Регулус. ~ — Отвратительно! — Скривилась Вальбурга. — недостойное поведение для аристократа. — Мерлин, Гриффиндор всегда такой шумный, — пробормотал Орион.  — Орион, что мы будем делать с сыном? Он только нас позорит, — сказала Леди Блэк. — Ничего, — сухо ответил ей лорд Блэк. — Жизнь его в будущем ещё накажет.  — Двенадцать лет в Азкабане научат его манерам? — Немного с истерикой в голосе спросила Вальбурга. — Что ты несешь, Орион? Сириус не должен попасть в это место! Наш род Блэков будет опозорен на века!  — Прекрати истерить. На нас уже поглядывают, — прошипел лорд Блэк. — Мы давно не заходили к Хагриду, — напомнил Гарри. — Потопали, — согласился Рон. — Но берегитесь, а то он еще уговорит нас скормить пальцы его любимцам. — Зато у нас появилось новое словечко, — усмехнулся Фабиан. — Не надо, я снова буду смеяться, — произнёс Гидеон, едва сдерживая смех. — Соплохвост тебя дери… ~ — Я держу только милых зверюшек, — проговорил Хагрид. — Вы же знаете, я бы не допустил, чтобы со студентами что-то случилось. — Да, Рубеус, ваши зверюшки очень милые, — саркастично протянула мадам Трюк. Лицо Гермионы вдруг вспыхнуло озарением. — Как же я раньше об этом не подумала! — восклик­нула она. — Хагрида надо пригласить в мой союз! Подож­дите меня здесь, я мигом сбегаю за значками. — Бегите! Не стоит Хагриду слушать эту чушь, — произнесла Амбридж.  — Моргана! Может уже перестанем дискутировать на эту тему? — Громко попросил Фрэнк. — Пусть история идет своим чередом. — Лонгоботтом, многие из присутствующих против деяний Гермионы. Эльфы не могут быть свободными. Это против их природы, — ответила ему Долорес.  — Кто-то должен остановить эту маглу, — согласился с Долорес Флинт. — Студенты! Прошу прекратить поднимать шум! — Громко объявил Альбус.  Из входных дверей в холл потянулись шармбатонцы и среди них девушка, похожая на вейлу. Мадам Максим вошла последняя и гуськом повела свой выводок к Кубку огня. Стоявшие вокруг Кубка вежливо уступили место вновь прибывшим, с любопытством наблюдая за ними. Один за другим гости переступали золотую линию и бро­сали кусочки пергамента в синевато-белое пламя — огонь при этом пунцовел и выбрасывал сноп ярко-крас­ных искр. — Определенно, эта вейла будет чемпионкой от Шармбатона, — проговорил Рудольфус. — Из всех студентов Франции только её упоминают часто. — Книжная логика, — усмехнулся Антонин. — А что будет с теми, кого Кубок не выберет? — шеп­нул Рон Гарри, наблюдая, как вейла бросает в огонь пер­гамент. — Как, по-твоему, они вернутся домой или оста­нутся смотреть Турнир? — Не знаю. Наверное, останутся. Мадам Максим ведь будет судьей. — Конечно, останутся. Кто же будет поддерживать чемпионов? — Произнесла Мэри. — Интересно, они будут обучаться в Хогвартсе? Турнир, кажется, продлится до конца учебного года, — прокомментировала Доркас. Друзья шли в том же направлении: хижина стояла на опушке Запретного леса. Подойдя к ней, Рон получил на­конец ответ на мучивший его вопрос. Метрах в двухстах от хижины синела гигантских размеров карета, в кото­рой приехали гости из Шармбатона, и сейчас они вере­ницей лезли в нее по золотым ступеням. А неподалеку во временном загоне паслись слоноподобные крылатые кони. — Хм, кажется, это удобно, — сказала Амелия. — Думаю, у них в карете всё обустроено. — Может однажды мы узнаем, как карета выглядит изнутри, — усмехнулся Эдгар. — Вряд ли Гарри подружится с кем-то из Шармбатона, ответила брату мисс Боунс. ~ — Зато Хагрид теперь живет рядом с мадам Максим, — поиграл бровями Джеймс.  — Хагрид, ты прелесть! Так держать! — Прикрикнул Сириус. — Точно на свиданки будут бегать, — улыбнулся Ремус. — О, кажется, Лунатик возвращается с луны на землю, — ухмыльнулся Бродяга. —  Я рад, — улыбнулся широко Сохатый. — Мы были очень, очень заняты, Хаг...— Гермиона от изумления поперхнулась, взглянув на Хагрида. На нем был его парадный (чудовищный!) коричневый костюм и оранжево-желтый в клеточку галстук. Но не это было самое страшное. Он, видно, пытался укротить свои во­лосы с помощью дегтя и даже сделал пробор, разделив одну большую копну на две поменьше. Скорее всего, хо­тел сделать прическу «конский хвост», но шевелюра ока­залась слишком густа. Разумеется, красоты Хагриду это не добавило. — Кажется, насчёт свиданий Рем не соврал, — изумленно проговорил Сириус. — Действительно, — протянул Джеймс. ~ — Мерлин, даже у нашего лесничего жизнь налаживается, — сказал Антонин. — Как же мне интересно узнать, кто стал твоей женой, — произнёс Магнус. — Она должна быть под стать тебя. — А как мне интересно на ком женился ты, — хохотнул Долохов. — А вот мне и гадать не нужно, — пробормотал Рудольфус.  — Чуток погодите, — улыбался он. — И увидите такое, чего отродясь не видели. Первое задание... Но молчок, как бы оно... не проговориться... — Ну скажи, Хагрид, ладно тебе... — подначивали ре­бята, но лесничий только тряс головой и улыбался. — Да ладно, Хагрид, почему ты им не сказал? — Спросил Гидеон. — Они ведь все равно не будут принимать участие в Турнире. — Я не могу подводить директора Дамблдора, — ответил Рубеус. Гостеприимный Хагрид пригласил друзей отобедать: перед их приходом он как раз зажарил кусок говядины. Но они только поковыряли мясо: Гермиона обнаружила у себя в тарелке довольно большой коготь. За обедом раз­говор продолжился — безуспешно пытались выведать у Хагрида задание, гадали, кто из претендентов будет вы­бран и всё ли еще Фред с Джорджем бородаты. — Так ощущается встреча давних друзей, — произнесла с улыбкой Алиса. — Действительно, напоминает время, когда мы с вами едем в Хогвартс 1 сентября, — сказала Марлин. — Приятное воспоминание, — проговорила Лили. ~ — Мадам Помфри наверняка уже убрала их бороды, — сказал Генри. — Но это было всё равно очень смешно. — Интересно, что представляет из себя первое задание, — задумчиво протянул Питер. — Пусть это остается загадкой. Иначе у чемпионов будет преимущество, — проговорила Матильда. ~ — Брр, не допускаете Хагрида к готовке, — произнёс Локонс. После полудня зарядил мелкий дождь. Как уютно си­деть у камина и слушать легкий стук капель по стеклу. Хаг­рид сел в кресло штопать носки, и у них с Гермионой за­вязался спор о домашних эльфах. Она показала ему знач­ки ассоциации, но он наотрез отказался в нее вступать. — Хоть Хагрид и тупица, но что-то дельное он может выдавить из себя, — хмыкнул Люциус. — Глупая грязнокровка. — Она хочет помочь эльфам, не зная всю их ситуацию, — покачала головой Нарцисса.  — Всего лишь глупая девчонка, — закатила глаза Беллатриса. — Терпеть не могу таких маглов. Вас приняли в наш мир, так какого Мерлина вы пытаетесь поменять устоявшийся порядок? — Неладное ты задумала, — насупясь, говорил Хагрид, вдевая в толстую костяную иглу желтую шерстяную нит­ку. — Прислуживать людям у домовиков... э-э... от приро­ды. Ну, отнимешь у них работу, знаешь, какое будет стра­дание! А уж если денег предложить... хуже обиды не вы­думаешь... — Так держать, Рубеус, — улыбнулся Гораций. — Всё-таки не зря вы стали преподавателем. — Профессор Слизнорт! Спасибо, так приятно слышать! — Воскликнул Хагрид. ~ — Ох, Гермиона, это пропавшее дело. Ни к чему оно тебя не приведет, — покачал головой Барти. — Пока она студентка, конечно, дело встрянет в тупик, — протянул Рабастан. — Но вот, когда она окончит Хогвартс, то Гермиону Грейнджер уже ничего не остановит. Плюс она подружка знаменитого Поттера.  — Подруга, друг, — поправил Крауч. — А он как сказал? — Со смешком спросил Регулус. — Идите вы оба в задницу Мерлина, — хмыкнул Барти. — Ох, Барти, ты думаешь, что Гермиона останется одинокой? Уверена, кто-то из её друзей в будущем станет мужем, — произнесла Аделаида. — Прекрати, Адель… — попросил Крауч. — Ты знаешь Гермиону всего несколько дней. Ты всерьез думаешь, что влюбился в книжного персонажа? Она ведь ещё даже не родилась! — Возмущался Регулус. — Моргана, мы срочно должны найти тебе подружку! — Сказал Рабастан.  — Но Гарри же освободил Добби, и он на седьмом небе от счастья! — возражала Гермиона. — Мы все слышали: здесь он получает зарплату. — В каждой семье свой чудик. Я не говорю, что домо­вики все против свободы. Но многих, Гермиона, тебе... э-э... не удастся уговорить. — Давай, Хагрид, уговори её одуматься, — сказала Нарцисса. ~ — Как же меня раздражает эта грязнокровка! Может стоит передать Темному лорду, чтобы мы поискали семью Грейнджеров? — Произнесла Булстроуд. — Какая же ты жестокая, — протянул довольный Розье. — А ведь это хорошая мысль, — задумчиво проговорил Эйвери. С этими словами Хагрид встал, пошел к комоду рядом с кроватью и зарылся в один из ящиков. Как вдруг им в нос ударил сильный, неописуемо мерзкий запах. — Хагрид, что это? — закашлялся Рон. — А? — У Хагрида в руке был большой пузырек. — Тебе не нравится? — Жидкость для бритья? — спросила Гермиона осип­шим голосом. — Хагрид точно готовится покорить директрису Шармбатона, — улыбнулся Ремус.  — Мы можем только порадоваться за него, — усмехнулся Джеймс. Все трое вышли из-за стола и осторожно, чтобы не видел Хагрид, посмотре­ли в окно: из кареты выходили шармбатонцы, возглав­ляемые мадам Максим, тоже, очевидно, спешили на праз­дник. Слов Хагрида не было слышно. Но глядел он на ве­ликаншу затуманенно-восторженным взором. Гарри лишь однажды видел его таким, когда он любовался дракончиком Норбертом. — Мерлин, это просто чудо какое-то, — смеялся Нотт. — Вот она высокая любовь! — Не быть же ему столько лет одиноким. Судьба существует. Мадам Максим идеально подходит Хагриду, — усмехнулся Рулольфус. — Поздравляем нашего полувеликана, — сказал Антонин. ~ — Это книга очень милая, — произнёс Тед. — Действительно. Все нашли себе любовный интерес, — улыбнулась Андромеда.  — Вопрос. Кого найдёт себе Гермиона? — Поинтересовался Тед.   — Смотрите, — прошептала Гермиона. — Это они...  Со стороны озера к замку приближались дурмстрангцы. Виктор Крам шагал рядом с профессором Каркаровым. Остальные тянулись сзади. Рон не отрывал взгляда от Крама, тот шел, не глядя по сторонам, и, опередив не­разлучную троицу, скрылся в дверях замка.  — Виктор Крам…наверняка Кубок выберет его. У него сильная личность, — проговорил Гидеон. — Он школьник, но уже играет за сборную страны, — сказал Фабиан. — Кубок определенно выберет его. Освещенный свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора. Фред и Джордж, опять с гладкими лицами, как видно, стоически перенесли разочарование. Гарри, Рон и Гермиона сели рядом. — Осталось немного времени, и мы узнаем чемпионов, — восхитился Златопуст. — Я так жду! ~ — Я в предвкушении, — протянул Джеймс. — Ну зато близнецы хоть как-то попытались попасть на Турнир, — сказал Сириус. — Мне больше понравилась идея директора Дамблдора с бородами, — слегка улыбнулся Ремус. — Будто не он один тут с бородой в замке. — Дамблдор не лишён юмора, — произнёс Джеймс. — Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Фред. — Я тоже! — горячо откликнулась Гермиона. — Теперь совсем скоро узнаем! — Мы верим в тебя Анджелина! — Прикрикнул Гидеон. — Гриффиндор! Гриффиндор! — Воскликнул Фабиан. — Мистер Пруэтт! Мистер Пруэтт! Ведите себя соответствующе статусу студента Хогвартса! — Возмутилась Минерва.  ~ — Я скоро начну снимать с Гриффиндора баллы, — произнесла Помона. — Невозможно шумные. — Хоть я и декан Гриффиндора, но моё терпение уже не выдерживает, — вздохнула Макгонагалл.  Наконец золотые тарелки засияли первозданной чи­стотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Дамблдор под­нялся с места. Сидящие по обе стороны от него профес­сор Каркаров и мадам Максим замерли в напряженном ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то тому, то другому в зале. У Крауча, напротив, вид был безу­частный, почти скучающий. — Будто ему есть дело до всего происходящего, — фыркнул Барти. — Твой отец приехал открыть Турнир, как представитель от Министерства. Прекрати ерничать, — сказала Аделаида. — Мой отец любит свою работу, — горестно усмехнулся Крауч-младший. ~ — Неужели этот день настал, — с восторгом проговорил Генри. — Крам определённо должен стать чемпионом. — От Хогвартса будет Диггори. Вот увидите, — усмехнулась Матильда. — Пуффендуй самый крутой факультет. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дам­блдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к сто­лу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. — Ох, как же я жду начало Турнира. Так интересно, какие задания будут, — проговорила Лили.  — Уверена, задания будут не из легких, — сказала Марлин. ~ — Мерлин, не терпится услышать имена чемпионов, — произнёс Квиррелл. — Осталась одна секунда, — сказал Ли Джордан.  Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор гром­ким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам». — ДА-А! — Воскликнули Джеймс и Сириус. — Я ЗНАЛ! Я ЗНАЛ! — Крикнул Аббот. — Крам! — Близнецы Пруэтты были в восторге. ~ — Это было ожидаемо, — проговорила Беллатриса. — В Дурмстранге только он привлекает внимание. — Мне тоже так кажется, — улыбнулась Нарцисса. — Виктор Крам силен духом. — Ха! Учись он в Хогвартсе, он мог бы попасть на Слизерин или Гриффиндор, — фыркнула мисс Блэк. ~ — Хороший выбор однако, — сказал Рабастан. — Интересно, кто-то из наших будет принимать ставки?  — О Драккл, кто о чем думает, — закатила глаза Аделаида. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, враз­валку двинулся к Дамблдору повернул направо и, мино­вав профессорский стол, исчез в соседней комнате. — Браво, Виктор! Браво! — перекричал аплодисмен­ты Каркаров, так что его услышал весь зал. — Я знал, в тебе есть дерзание! — А мы-то как рады, — проговорил Фабиан. — Не могла представить никого другого в роли чемпиона от Дурмстранга, — произнесла Мэри. ~ — Ну вот, мы узнали первого чемпиона, — усмехнулся Альбус.  — Радует, что всё проходит без происшествий, — заявила Минерва. — Лишние переживания нам в будущем ни к чему. — Увы и ах, но помните, что среди нас помощник Сами-Знаете-Кого, — протянула Бербидж. — Мы все должны быть начеку. — «Чемпион Шармбатона — Флер Делакур!» — возве­стил Дамблдор. — Смотри, Рон! — крикнул Гарри. — Это она! Девушка, так похожая на вейлу легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей по­ходкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя. — Какое красивое имя, — протянул Златопуст.  ~ — Руди, ты снова оказался прав. Это уже настораживает, — прищурился наигранно Магнус. — Ты точно не используешь маховик времени? — Ты все равно не узнаешь об этом, будь это так, — ухмыльнулся Лестрейндж.  — Книжная логика победила, — заключил Долохов. ~ — Поздравляю! Поздравляю! — Прикрикнула Матильда. — Девушки вперед! — Кто же чемпион Хогвартса? — Поинтересовался Питер. — Вы только гляньте, как они расстроены! — восклик­нула Гермиона, кивнув в сторону стола, где сидели шарм­батонцы. Расстроены — слабо сказано, подумал Гарри: две де­вушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд. Флер Делакур удалилась в соседнюю комнату, зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса. — Бедняжки, — проговорила Марлин.  — Так хотели участвовать в смертоносном Турнире Трех Волшебников, — покачала головой Лили. — Думаю, девушки из Шармбатона очень недовольны выбором Кубка, — сказала Алиса. — Наверняка, — хмыкнула Макиннон. ~ — Посмотрим, как эта вейла сможет справиться с заданиями Турнира, — фыркнул Эван. — Будет завлекать своей внешностью, — гоготнул Флинт. Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дам­блдор поймал его и прочитал: — «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори». — Ну почему он?! Почему? — возопил Рон. — Поздравляем! — Протянули громко близнецы Пруэтты. — ПУФФЕНДУЙ! ПУФФЕНДУЙ! — Воскликнула Матильда. — Мерлин! Мы лучшие!  ~ — Не-е-ет, Анджелина. Ты должна была быть на его месте, — проговорил Джеймс.  — Этот Седрик Диггори ещё успеет нам надоесть за эту книгу, — произнёс Сириус. — Диггори так много. Он может не появляться так часто?  — Его отец наверняка рад за сына, — улыбнулся Ремус. Кроме Гарри, его, однако, никто не услышал: взорвал­ся криками стол Пуффендуя. Все до единого пуффендуйцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, при­ветствуя идущего к профессорскому столу Седрика. Ап­лодисменты не смолкали долго. — Пуффендуй не перестает меня удивлять, — проговорил Антонин.  — Хоть раз они должны выделиться, — хмыкнул Нотт.  — Честно говоря, вроде ожидаемо, а вроде нет, — произнёс Рудольфус. — Противоречивые чувства. — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад... Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. — Нет! Ну не говорите только, что…— взмолился Северус. — Я не вынесу этого. — Что же такое у них происходит? — Удивлённо спросила Эйлин. ~ — Я говорила как замечательно, что все проходит без происшествий? Забудьте мои слова, — с милой улыбкой на лице произнесла Минерва. — Профессор Макгонагалл… дышите! — Сказал Флитвик. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пер­гамент. — ЧТО?! — Воскликнул Джеймс. — Как это понимать? — Вот в чём заключается план Волан-де-Морта, — истерично протянул Ремус.  — Нет, нет, прошу не надо, — проговорил Сириус. ~ — Неужели это то, о чём я думаю? — Нахмурился Карлус. — Возможно, всё обойдется? И наш внук останется в стороне, — произнесла Дорея. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная па­уза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер». — КАК?! Один вопрос как? — Спросил Фабиан. — Неужели Гарри смог закинуть бумажку со своим именем? Но когда он успел? — Что? Ты правда думаешь, что Гарри сам закинул своё имя? — Возмутилась Лили. — Его подставили. — Но он ведь хотел…представлял, — согласилась со своим парнем Мэри. — Но я не знаю. — Вы все издеваетесь! Гарри ни за что не смог бы пройти запретную линию. — Возразил Джеймс. — Он несовершеннолетний. — Да, брат. Я не думаю, что Гарри удалось бы обмануть всех, — проговорил Гидеон. ~ — Драма, — протянул Магнус. — Глава окончена.  — Вряд ли Поттеру удалось бы пройти запретную линию. И почему он вообще стал четвертым? — Хмуро говорил Рудольфус. — Всё очень запутано, — кивнул Антонин. — Без разницы. Пусть у меня уже заберут эту книгу, — фыркнул недовольно Нотт. — Эй, девчонка с Когтеврана.  — Ты мне? — Обернулась Доркас на слизеринцев.  — Тебе, когтевранка, — усмехнулся Магнус.  — У когтевранки есть имя, — закатила глаза Медоуз. — Уверен, оно у тебя есть. Держи книгу. Я думаю, ты превосходно читаешь, — сказал Нотт, добавив самую милую улыбку. — Хорошо. — Доркас левитировала себе книгу. — Глава называется «Четыре чемпиона». — Громко объявила когтевранка.