Незабываемый

— Мои родители, откровенно говоря, совсем не ладили с твоими, Грейнджер, — начинает свой рассказ Маркус, а я фокусируюсь полностью на нём. Как будто всё вокруг расплывается и совершенно перестаёт существовать, концентрируя всё моё внимание лишь на Маркусе. — И дело далеко не только в постоянной конкуренции их компаний. Тут всё гораздо сложнее. Что же любовь готова делать с человеком. Меня сейчас вырвет. Я прекрасно это вижу на примере не только тебя и Малфоя, но и твоей мамаши. Да, именно её, — подтверждает он, когда я удивлённо замираю, совсем не ожидая этого. — Эта женщина всегда поражала меня. Она всегда смотрела на всё и всех свысока, но вместе с тем и умела ставить себя в обществе так, чтобы её уважали. Впрочем, таких мразей всегда уважают. Твоя мамаша, Грейнджер, безответно всю жизнь любила моего отца. Забавно, не так ли? Папа рассказал мне об этом когда-то и я ещё долго не мог отойти от сей шокирующей информации. Тогда-то я понял, что именно из-за этого она так сильно ненавидела мою мать. Из-за этого она в свою очередь ненавидела и меня, ведь я ребёнок от того самого мужчины, но не от той женщины. Ведь именно она всегда мечтала оказаться на месте моей матери. Именно поэтому она позволяла тебе оскорблять и унижать меня всё моё грёбаное детство, которое хотелось бы просто стереть из памяти. Именно поэтому эта мразь и решила уничтожить нас. Просто стереть в порошок, имея для себя основание лишь безответную любовь. Из-за того, что мой отец не любил её никогда. Хотя, я бы даже назвал это с её стороны грёбаной зависимостью. Её категоричность и твоя тупость погубила мою семью. «Я вас уничтожу!». Именно это она однажды крикнула, когда впервые была в нашем доме, чтобы побеседовать с моим отцом. Она это и исполнила: выполнила своё обещание, думая, раз богатая шишка, то ей ничего не будет. Глупая баба. И сейчас неизвестно, где она сейчас скрывается и поджимает свой трусливый хвост. Как же мне хочется помучить и её, но мне повезло, что её дочурка оказалась здесь. Дочурка той самой, которая гонялась за тем, кто в помине никогда бы не посмотрел на неё. Мой отец и не смотрел. И за это поплатился. И в тот злополучный день я увидел как ты стоишь напротив горящего дома и как тебя забирают люди твоей мамаши. Очевидно, что это она подговорила тебя к этому, но это никакое не оправдание твоему проступку. Ты была в том возрасте, когда могла пораскинуть мозгами и отказаться от этого, но ты слишком глупа, Грейнджер. Слишком глупа, и теперь расплачиваешься за это. Я чувствую, как всё собирается в единый пазл и целостную картинку в голове. Все обрывочные воспоминания складываются воедино, будто они всю жизнь ждали этого момента. И вот наступил тот злополучный момент, когда я всё наконец-то разузнала. Вот только далось мне это ценой того, что я сижу здесь связанная. А мой Драко на полу прижимает руку к месту от удара, не сводя взгляда с Маркуса и меня. Наши взгляды пересекаются. Мы будто ведём безмолвный диалог. Зачем ты пошёл за мной, Драко? Просто зачем? Сейчас ты лежишь на полу побитый, изнемогая от боли. И мне кажется это далеко не конец. И всё потому, что ты захотел спасти меня. Упёртый баран…. В то время как в моей груди разливается привычное чувство вины, в его серых, невероятно красивых глазах скопилось столько злобы, что он непременно бы уничтожил ею Флинта, будь это возможно. И если бы не чёртово препятствие в виде амбала, который крепко прижимает его к полу ногой. Рядом с ним стоят ещё несколько человек, словно сторожевые собаки охраняя вход, чтобы мы не посмели никак сбежать. Рассказ Флинта более чем ужасен. Ещё более ужасно то, что моя мать любила его отца. Получается именно поэтому она всю жизнь пренебрегала мной и моим отцом: мы не та семья, о которой она так мечтала. Именно поэтому она внушила мне пойти на такой отчаянный шаг, за который я расплачиваюсь сполна. И всё из-за любви к мужчине. И всё из-за того, что на ребёнка свалить всю ответственность гораздо проще. Теперь ты довольна, мамочка? А где же был ты, папа? Почему ты не помешал ей? Или ты любил её и даже не думал, что за сущность скрывается в моей матери? Где же ты сейчас? Или ты отобрал у неё весь бизнес, потому что узнал правду? Хотелось бы мне с тобой поговорить сейчас. Хотя бы пять минуток. Интересно, где сейчас и моя мама? Честно, даже знать не хочется. Меня тошнит сейчас из-за того, что я дочь своей матери. Меня тошнит от того, что я позволила доверию к матери взять надо мной верх, что привело меня к ужаснейшей и отвратительной ситуации как сейчас. — Что было дальше? Ну, после того как мне стёрли память? — охрипшим голосом спрашиваю я, вспомнив рассказ Драко об этом. Ожидаю от Маркуса ответа не сводя взгляда и под болючие удары моего разломленного сердца. — А, ты про это уже знаешь? Какой ты молодец, Драко, что почти всё ей изложил, — ядовито произносит Маркус под кислый взгляд Драко, который лежит на полу и еле дышит. Я бы сделала всё, чтобы его обнять сейчас, но это невозможно. И эта невозможность морально убивает, не оставляя и следа живого. — Дальше я жил у своего дяди, пытаясь оправиться после такого невыносимого морального удара как смерть родителей. Пожарные успели вытащить меня из дома, а моих родителей нет. Они скончались в этом кошмарном потоке огня, задохнувшись в бесконечном потоке дыма. И я желал присоединиться к ним всё оставшееся время. Но я остался жив. Как будто это была судьба, не менее, раз она не разрешила мне пока уйти из жизни. И я понимаю, почему: я ещё не всё привёл к финальной точке. А точнее не привёл свою месть в действие. Но теперь всё иначе. Я всё грёбаное время жил у своего дяди, который иногда нажирался в хлам, скорбя по своему родному брату. Со своими братьями и сёстрами я не особо общался, ведь я грезил постоянно о мести. Меня неоднократно называли странным, ведь вместо машинок и роботов я рисовал на бумаге трупы, кровь и всяких чудовищ. Я сломался окончательно, вот только люди слишком глупы, чтобы просто задуматься, что творилось в моей душе всё это время и почему я стал для всех тем самым больным. Я действительно был не как все дети моего возраста. В то время как все играли во дворе, во мне просыпалась такая немыслимая ярость, что контролировать её становилось невозможно с каждым прожитым днём. Мне хотелось отыграться на ком-нибудь, лишь бы мне полегчало. И я неоднократно устраивал драки. Легче становилось только если я представлял, что бью либо тебя с Малфоем, либо твою мамашу. Троих людей, сломавших мою жизнь. Со временем моя жизнь кардинально изменилась, как я и давно желал. Я связался с сомнительной компанией, которая продавала наркотики и срубала крупные бабки. Я привязался к ним, искренне. Можно сказать, они стали моими друзьями, в которых я души не чаял. В последствии я нашёл дом Сломленных душ. К своему изумлению, ведь я не думал, что что-то подобное существует вообще. Решил остаться, пусть и на время. Ведь я устал от постоянного захолустного городишка и вида пьяного дяди. И когда ты произнесла своё имя и фамилию, во мне что-то загорелось. Что-то, что казалось уже давно потухло. Я преисполнился такой ненавистью и желанием отомстить, что еле как сдержал себя, чтобы просто не задушить тебя подушкой ночью, Грейнджер. Или оставить тогда в лесу. Но, заметь, я этого не сделал. Оттягивал момент, чтобы на полную насладиться им. Я в тайне ото всех связался с Паркинсон. После того случая стычки между вами я понял, как сильно она тебя ненавидит. И это сыграло мне на руку. Впрочем, я её понимаю. Ты, Грейнджер, пытаешься казаться самой умной. Но мы-то знаем, что ты лишь тупорылая мразь. Которую не за что любить. Она согласилась проучить тебя в обмен за ночь со мной. Она решила отвлечься от мыслей о Драко, которого, кстати, забрала у неё ты. Кто бы сомневался. Ты ведь любишь забирать у других то, что они называют счастьем. И теперь ты здесь. Наконец-то жизнь хоть как-то расставляет справедливость по местам. Я еле как сдерживался и сдержался до этого момента, когда я хотел всё тебе поведать. Вот только чтобы ты была в роли изгоя, а я главного. Ты же ведь так любила ставить нас с тобой в детстве именно таким образом. Смотри же и наслаждайся, как круто может жизнь всё поменять местами. Моё сердце, кажется, сейчас разорвётся. Пенси ему помогала. Так вот почему она нас поджидала. Вот почему на меня напали те мужчины. Во мне селилась надежда, что у неё есть что-то справедливое и здравое в душе. Но я ошиблась. Она лишь преследовала цель, чтобы избавиться от меня. Но разве это стоило того? Ведь сейчас страдаю не только я, но и Драко. Мне становится окончательно плохо не только от этого, но и от одной только мысли, что в одну из ночей, будучи внутри дома я могла больше не проснуться. Я могла быть задушена подушкой во сне, но этого не произошло. Как будто бы это была судьба, не иначе. Лучше бы он просто придушил меня. Я поворачиваю голову назад, смотря на Драко. Грудь тут же начинает ломить от того, насколько плохо он сейчас выглядит. Он лежит прижатый чужой ногой к полу и с не меньшим шоком слушает рассказ Марка. Как будто прикрывается завеса тайны, что была закрыта от нас обоих. «Которую не за что любить.» Болючие слова эхом повторяются в голове и разносятся неприятной волной по сердцу, в то время как Драко смотрит на меня сейчас с несвойственной ему теплотой. Именно с той самой любовью. Я перевожу взгляд снова на Маркуса. — И теперь ты задушишь меня после всех разъяснений своих планов, как типичный злодей фильма? — шёпотом спрашиваю я, уже заранее зная ответ: он убьёт меня. В этом даже сомневаться не стоит. То, какая ярость в нём играет и как он смотрит на меня, придаёт ему столько негатива и энергии. Чувства власти и всемогущества. Я уже и не боюсь смерти. Как будто она давно приняла меня в свои тёплые объятия, заставив смириться. Как будто она всегда была готова это сделать, вот только оттягивала сей момент. А сейчас он и наступил. Я боюсь, что из-за меня могут убить Драко. Тогда я точно окажусь самым ужасным человеком на этом свете. — Разумеется нет, — отвечает Маркус, — я ещё не всё поведал. Да и тем более просто убить тебя будет неинтересно, — делает он паузу, но в последствии продолжает. В мыслях я уже давно готова к самым наихудшим словам и правде, что он готов изложить по полочкам. Кажется, что я настолько закалённая, что меня больше нельзя напугать. — Собственно, знаешь почему я приплёл моих друзей? Помнишь, Грейнджер, тот день смерти твоей любимой сестрички? Помнишь, как она умерла? Разумеется помнишь. А это были мои друзья. Это я велел им выстрелить в тебя. Но таким мразям как ты вновь повезло: сестричка тебя закрыла. Я был… — Так значит это из-за тебя Луиза погибла?! — я даже не дослушиваю его рассказ и перебиваю, поддаваемая моментально. Луиза — самое больное место для меня. Она была одной из немногих, кто искренне любил меня. И оказывается её убил тот, кто давно мечтал убить меня. Я даже не замечаю как ко мне возвращается некая энергия, а точнее хоть какой-то намёк на неё. Во мне загорается не огонёк, а настоящее пламя. Я с гневом смотрю в голубые глаза Маркуса. В лицо парня, который убил мою сестру. Одна слеза стекает по моей щеке, затем другая. Мне всегда невыносимо от одного только напоминания о Луизе, а теперь я узнала, кто приказал тем выродкам пристрелить её. Жалкий трус, который не осмелился показаться передо мной. Трус, который находится рядом со мной. Во мне борются две стороны. Одна говорит, что услуга за услугу: у него родители, а у меня сестра. А другая твердит, что это несправедливо. Маркус убил в осознанном и взрослом возрасте, в то время как я была наивным ребёнком, которым манипулировала собственная мамаша.  — О да! Наконец-то чувство мести! — ликует он, видя ярость на моём перекошенном лице с покрасневшей щекой от его удара. — Она сама виновата, что заступилась за такую тварь! Почему такая тварь обрела хорошую семью, спокойно себе жила, не помнила не о чём, а я всю жизнь тонул в воспоминаниях и одном лишь дерьме, а?! Почему так, чёрт тебя подери?! — Маркус, это несправедливо! Я была глупым и наивным ребёнком, которым манипулировали! А ты взрослый парень, который убил человека в трезвом рассудке! — кричу я, уже не сдерживая льющихся слёз и будто бы стараясь сделать всё, что в моих силах. Достучаться до его затуманенного рассудка, хотя всей душонкой понимаю, что это будет невозможно. Даже какие-то шепотки Драко на заднем плане мне не слышны. Настолько я сконцентрирована только на Флинте. — Трус! Ты просто трус, который спрятался за спинами своих друзей! Будто в замедленной съёмке он поднимает свою ногу и каблуком своего кожаного ботинка ударяет ею меня в лоб. Со всей силы. Будто это именно тот удар, который он мечтал испробовать на мне всю оставшуюся жизнь. Стул падает. Вместе с тем падаю и я с мелькающими обрывками воспоминаний, окровавленным лбом и появившимся сгустком крови во рту. — Ублюдок, не смей трогать её! Я слышу отчаянный голос моего Драко, что придаёт мне на долю секунды силу. Будто цветок распускает свои лепестки. Но он не успевает до конца распуститься, лишь сразу завять. Ведь до меня доносятся жуткие звуки ударов и болезненные стоны с выдохами. Это моментально заставляет подкоситься сердце и органы скрутиться в узел. Вместе с тем я ощущаю стекающую кровь из носа и то, как болезненно саднит мой лоб. Как губа треснула, и как затекли мои мышцы. Что ж, Гермиона. Вот ты и достигла дна жизни, поздравляю. Расплывчато я замечаю, как силуэт Маркуса сверху склоняется надо мной и поднимает мой стул. Затем цепко берёт меня за подбородок и поворачивает голову прямо, даже не думая отпускать. Чтобы противиться сил не осталось совершенно. Когда взгляд окончательно фокусируется я вижу как избивают Драко. Внутри меня всё холодеет, словно айсберг. Маркус и не думает меня отпускать. Он преисполнен желанием держать меня в таком положении, чувствуя власть надо мной. Чувствуя мою слабость из-за того, что я не могу ничего сделать. Способна лишь видеть, как парня, который вызвал у меня все возможные эмоции и ощущения, раскрыл правду и вызвал мою любовь из недр души, избивают. Не думая останавливаться. Вчера всё было так хорошо. Но, увы, это хорошо не способно долго длиться. И уже сегодня всё максимально дерьмово. — Я привёл его не только чтобы отыграться, ведь он тоже причастен к моему несчастливому детству. Я привёл его затем, чтобы и он послужил грушей для битья, от которой ты будешь страдать. А я хочу, чтобы ты страдала, Грейнджер… Окажись ты на моём месте, ты бы меня поняла. Я плачу от безысходности. Сейчас я слабее и беспомощнее всех на свете. Словно я раненая птичка запертая в клетке. Это конец. Драко избивают, а он лишь кряхтит. Он не кричит, не молит о пощаде, а лишь кряхтит, мужественно терпя все удары. И я не могу ему никак помочь. Даже если бы я и могла, то как бы я смогла справиться с такими крупными амбалами? Мы поменялись с Маркусом местами. Мы пешки не только в игре, но и управляемые руками самой жизни. — Хва… Тит… — выдыхаю я, чувствуя, что сейчас точно потеряю сознание. Я и мечтаю, чтобы это произошло. Желаю, чтобы я никогда не открывала глаза и не видела всего этого. Но я не проваливаюсь в забытьё, а всё ещё наблюдаю за тем, как лицо Драко становится почти полностью красным и разбитым. Резко всё останавливается. Будто в замедленной съёмке амбалы прекращают свои пытки над парнем, а Маркус, в свою очередь, отпускает меня. Подбородок неимоверно сильно щиплет, лицо всё мокрое из-за слёз, но дышать становится гораздо легче. Вокруг я улавливаю звуки суматохи и звуки оружия. — У нас на тебя, Маркус Флинт, давно заведено дело, учитывая то, что вы вытворяли всё это время. Как хорошо, что помог нам выйти на твой след твой же человек, — вновь всё расплывается перед глазами. Я будто нахожусь на грани реальности и вымысла. Это был сейчас голос полицейского где-то недалеко от меня? Пожалуйста, спасите… Пожалуйста, приди, надежда. Хотя бы для Драко… — Уберите от меня руки, поганые ничтожества! Арестовывайте эту суку! Я расплывчато вижу как Маркуса арестовывают. А он сам указывает пальцем на меня. Флинта уже невозможно привести в чувства и остановить. Он полностью под властью жажды славы, наслаждения и мести. Уверена, он до конца жизни не забудет ничего. Я всё ещё могу хоть как-то видеть и оставаться в рассудке. Могу улавливать происходящее, но силы стремительно покидают меня. Огрызками я вижу картинку чётко, а другими нечётко. — Алек?! Черт бы тебя побрал, за что ты разрушил мне всю малину?! — с яростью кричит Маркус, удерживаемый руками полицеского. Весь его гнев выливается наружу, как будто он сейчас разрушит всю комнату своей силой. — За то, что ты подсадил моего брата на вещества, из-за чего он скончался! Я давно мечтал это сделать, поэтому и заполучил твоё доверие. Но ты захотел отомстить этим ребятам? Отлично. Теперь я мщу тебе. Жизнь в очередной раз решила сделать мне поблажку? В который раз? Я, считай, в третий раз избежала смерти. Осознание этого проносится по каждой клеточке души. Мне хочется и смеяться, и плакать, и ненавидеть, и радоваться. Я не знаю, что со мной. Наплыв эмоций обрушивается смертоносной лавиной. — Да пошёл ты! Ничего ты не знаешь, мразь!!! Маркуса арестовывают, но я всё ещё не могу прийти в себя. Смириться с мыслью, что нас спасают, с которой я уже давно успела попрощаться. Ведь на этот раз я была целиком уверена в отсутствии спасения. Но, как оказалось, Маркусу тоже желали отомстить. Но знакомый Флинта Алек вместе с тем и спас нас, незнакомых людей. Вот это точно была сама Судьба. Облегчение настигает меня также быстро, как пришли полицейские. Тут ко мне кто-то подходит, от чего я моментально вздрагиваю. — Это я… — говорит мне успокаивающий голос. Меня кто-то нежно берёт за щёки. Тепло от ладоней даже смягчают горящий след на щеке от удара. В душу сразу же приходит спокойствие и умиротворение, как бы глупо это не звучало в данный, весьма напрягающий момент. Весь страх с болью притупляются от этого прикосновения. Кого-то до ужаса родного. Это Драко? Я не выдерживаю и всё же вырубаюсь. Тёплые ладони придерживают моё лицо, не давая голове склониться вперёд, к груди. Но перед тем как потерять сознание я чувствую чужие губы на своих. Сердце делает удар. Данный поцелуй пробуждает на столь короткое мгновение хоть что-то живое в душе. Я слабо отвечаю на него, желая продлить этот мерцающий огонь в душе на как можно дольше. Но, увы, он сразу потухает после того как мои веки закрываются, а слабость.