Тебе нельзя меня любить

Я всегда была милым и наивным ребёнком… До 11 лет. Каждый ребёнок наверное с детства слышит от своих родителей о том, какой он любимый и желанный. Я тоже слышала… От мамы. Отец всегда относился ко мне скептически. Может это из-за того, что он разучился верить… Не знаю. Моя мама вышла за него замуж, когда родился мой старший брат Никита, который старше меня на восемь лет. Отец думал, что брат не от него, только экспертиза всё подтвердила. Моё же появление всё только усугубило. Однажды я играла с братом в прятки, ну или вернее я думала, что он со мной играет в прятки. Я спряталась в кабинете отца, хотя и знала, что мне за это попадёт, и ждала там Никиту. В кабинет вошёл папа и братец. — Если ты туда улетишь, забудь обо мне! — Кричал отец. — Это теперь сугубо моя жизнь. Если тебе так скучно, то лучше побудь со своей дочкой. Руслана не заслуживает такого отношения. — Спокойно сказал Никита. — Не смей называть её моей дочерью! Эта тварь ничего от меня не получит! — Значит и сына у тебя не будет. — Они обернулись на грохот. Это была я, но теперь другая… «Тварь» — мелькало в моей голове. — Что ты тут забыла?! — Заорал отец в бешенстве. — Ничего. — Старалась я ответить как можно спокойнее, но внутри ещё осталась та девочка, она плакала, кричала и рвалась наружу. Он хотел меня ударить, но брат как всегда меня защитил. Тогда… Я увидела его истинное лицо. Я больше не была той малявкой, которая верит в «единорогов и принцев на белом коне», что-то поменялось во мне… — Пошли вон из моего кабинета! — Никита взял меня на руки и вышел. Я не выдержала и зарыдала. Весь вечер мы болтали в моей комнате, тогда я и рассказала о планах на будущее, братец поддержал меня и дал пару советов. — Скажи, Никит, он всегда меня ненавидел? — Задала я вопрос. Последовало молчание. -…Понимаешь, сестрёнка… Наш… Папа… — Подожди. Давай только без акцента «а-ля помягче». Да или нет? — Прервала я его. -…Да… — Внутри оборвалась последняя надежда. Я просто обняла брата и тихо заплакала. Так мы и уснули. Через неделю Никита улетел в Париж. — Ты прав, Никита, сына у меня теперь точно нет. — Сказал напоследок ему отец. Вот, с тех пор я и стала такой недоверчивой девочкой с жестоким пресечением лжи. Отец же стал делать из меня:"того, кто будет продолжать дело всей его жизни». ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…