Похоронен под землей

— Папочка, здесь странно пахнет. Алек посмотрел на свою дочь, её нос был сморщен от отвращения. — Это точно, Эв, — он нежно провёл рукой по её волосам, пытаясь успокоить. Эвелин была права, город пах огнём, пеплом и чем-то ещё, чем-то тревожащим. Он был очень далёк от оживленного туристического направления, каким был десять лет назад. Короткая прогулка в город прошла относительно хорошо, шумы, которые Алек слышал из леса, больше не повторялись. Тем не менее он почувствовал беспокойство, что-то явно было не так. Город казался совершенно пустым, как будто все только что встали и ушли, и откуда взялся этот туман? Какое погодное явление может создать такое? Но самый важный вопрос, который не давал ему покоя с момента их прибытия: почему Магнус вообще здесь? — Ты знаешь, куда мы идём, папа? — Эвелин выжидающе посмотрела на него. — Парк, Эв, помнишь фотографию дома? — сказал Алек с застенчивой улыбкой, он уже знал ответ. — Та, где вы с папой целуетесь и много улыбаетесь? Мне нравится это фото, — ответила Эвелин, улыбаясь ему. Алеку тоже нравилась эта фотография, хотя в последние три года он начал возмущаться ею. Приятные воспоминания просто заставили ситуацию стать намного более болезненной. Они подъехали к заправочной станции, справа машина была припаркована косо на стоянке неподалеку, водительская дверь открыта. Как будто водитель приехал и уехал в спешке. Станция, как и все другие здания, мимо которых они проезжали, выглядела пустой. — Это далеко? Алек порылся в памяти, пытаясь вспомнить, где находится парк, в вездесущем тумане было трудно различить уличные знаки или ориентиры. Но дорога, по которой они ехали, показалась ему знакомой. — Хм, нет, я думаю, что это должно быть здесь, на этой улице. — Как ты думаешь, папа действительно там? Алек тяжело вздохнул, рассеянно потирая висок, неуверенный в подходящем ответе на этот вопрос, который не давал слишком большой надежды им обоим. — Я не знаю, тыковка. Я надеюсь, что это так, — он заметил, что Эвелин нервно теребит серебряную цепочку на шее, которую она носила ежедневно вот уже два года. На конце всё ещё ярко блестело обручальное кольцо Магнуса. Магнус оставил его на столе в больничной палате Алека. Первое, что увидел Алек, когда проснулся. Образ и пустота, беспокойство, которое он принес, навсегда остались в его голове и сердце. После этого Алек надёжно спрятал его в специальной шкатулке Магнуса, чтобы его не было видно. Шкатулка была местом, где часто бывала Эвелин, так как она любила все его кольца и красочные ожерелья. Она вынимала кольцо всякий раз, когда посещала шкатулку, наконец, спросив однажды, может ли она носить его, пока Магнус не вернется. Он не мог отказать ей в этой просьбе, как бы часто ни было больно Алеку видеть кольцо, мягко свисающее с её шеи и напоминающее о человеке, который больше не носит его. Но он не мог винить её за то, что она хотела носить с собой часть Магнуса. Это чувство не ускользнуло от него. Эвелин нашла подлинное тепло в своих воспоминаниях, завернувшись в них, как в уютное одеяло. Боже, как он надеялся вопреки всему, что Магнус действительно здесь. Даже в своём гневе после всех этих лет, Алек знал, что они нуждались в нём. Она нуждалась в нём. Изношенная грязная тропинка вела их мимо озера к самому городу. Тропинка шла в обход, пока они не вышли на широкую травянистую равнину, ведущую к главной дороге, где они нашли кладбище, его железные ворота стояли открытыми, деревья усеивали ряды надгробий. Некоторые из видимых надгробий были покрыты мхом, некоторые осыпались, в то время как другие упали полностью. Ещё один признак того, что город пришёл в упадок. Группа каменных ангелов сидела рядом с открывшимися воротами, нависая над ними. Это вызвало у Алека внезапный озноб. Алек прищурился, вглядываясь в густой туман, и заметил какое-то движение. Он схватил Эвелин за руку, и она с трепетом посмотрела на него. Алек приложил палец к губам. Медленно и бесшумно приближаясь к каменной дорожке, ведущей дальше на кладбище, он теперь мог ясно различить очертания человека. Среднего роста, худощавого телосложения, длинные рыжие волосы. Женщина. Она лениво шла рядом с надгробиями, рассматривая их, как будто что-то искала. Алек сделал паузу, пытаясь найти свой голос. — Привет! Женщина подняла глаза и отступила на несколько шагов назад, положив руку на грудь. — О боже мой! — она чуть не закричала, — Вы меня напугали! — Алек смущённо поморщился. — Извини, я просто, мы не видели здесь ни одной живой души, я хотел убедиться, что ты настоящая. Она улыбнулась этому. — Я действительно настоящая, моё бьющееся сердце является свидетельством этого. — Извини, меня зовут Алек, — он посмотрел вниз, положив другую руку на плечо Эвелин, — Это Эвелин. — Привет. Женщина схватила протянутую руку Алека и коротко пожала её. Её руки были как лёд. — Клэри. Что ты здесь делаешь? Особенно с маленьким ребёнком, без обид мистер но это не место для ребёнка. — Мы ищем моего папу, — возмущенно заговорила Эвелин, — И мой папа будет охранять меня. Клэри рассмеялась: — Хорошо, дорогая, я в этом не сомневаюсь, — она снова посмотрела на Алека, — Ты пытаешься найти мужа? В этом месте? Алек откашлялся: — Да, мы пытаемся добраться до Розуотер-парка, но я не могу вспомнить точное направление. Всё выглядит незнакомым с тех пор, как я был здесь в последний раз. Клэри указала мимо кладбища. — Там только одна дорога впереди, Натан-Авеню, парк должен быть недалеко справа от тебя. Вы не можете пропустить это. — Хорошо, спасибо. Я не хочу совать нос не в своё дело, но что ты здесь делаешь? Ты сказала, что это небезопасно, — Алек вопросительно посмотрел на неё. Клэри нервно прикусила нижнюю губу: — Эм, Я... я ищу свою мать. Она должна быть здесь, но всё выглядит иначе, чем раньше, — лицо женщины потемнело. — О, прости, я не понял. — Нет, — Клэри махнула на него рукой, — Всё в порядке, она уже давно ушла, я просто давно её не навещала, — она, казалось, поморщилась при этой мысли. — Я понимаю, — сказал Алек. Им нужно было идти, задерживаться здесь было небезопасно. — Ладно, спасибо за указания и оставайся здесь в безопасности. Надеюсь, ты найдёшь свою мать. — Спасибо, удачи тебе. Надеюсь, вы тоже найдёте своего мужа, — Клэри посмотрела на Эвелин, которая крепко держала Алека за руку, — Приятно познакомиться, Эвелин, — Эвелин застенчиво улыбнулась ей. Алек в последний раз помахал рукой, и они повернули обратно к дорожке, ведущей с кладбища. — И, Алек, будь осторожен! — крикнула ему вслед Клэри, — Это место, оно не правильное, — затем она повернулась и пошла обратно в туман, исчезая, как будто её там никогда и не было. Алек смотрел ей вслед, чувствуя внезапный ужас. — Папочка, я устала, — заговорила Эвелин, потирая глаза. — Я знаю, Эв, я тоже, — он огляделся, заметив несколько скамеек за воротами, — Почему бы нам не присесть и не отдохнуть минутку. Мы можем достать те закуски, которые принесли. Эвелин села на потёртую деревянную скамью, свесив ноги с края. Алек расстегнул молнию на её ярком рюкзаке с единорогом, её любимом аксессуаре. Она была дочерью своего отца, когда дело касалось гардероба. Что-то, чем она не пренебрегала даже в отсутствие Магнуса. Алек очень старался помочь ей выразить себя так, чтобы она чувствовала себя счастливой: он научился правильно наносить лак для ногтей (после краткого урока с его сестрой Изабель, которая была слишком рада помочь), смотрел видео по плетению волос на YouTube, чтобы делать ей забавные причёски, но часть с одеждой была вне его Лиги. Он обнаружил это после многих неудачных попыток помочь ей. — Как ты себя чувствуешь, малыш? — он передал ей бутерброд с арахисовым маслом. Она с готовностью взяла предложенный ей сэндвич. — Здесь жутко, и почему здесь больше никого нет? — Я не знаю, и ты права, здесь жутко. — Я хочу поскорее найти папу, чтобы мы могли вернуться домой. Алек нутром чувствовал эти слова. — Я тоже милая, я тоже. После короткого обеда они пошли по главной дороге в город. Вдоль одной из сторон тянулась проволочная изгородь, придавая дороге шероховатый вид. Алек посмотрел вниз, когда они дошли до угла рядом с пустой аптекой, заметив кровь, струящуюся по тротуару, тянущуюся дальше, как будто что-то тащили или уползло. Кровь всё ещё была влажной, что означало, что она была относительно свежей. Холодок пробежал по его спине, дыхание застряло в горле, он прислушивался к любым звукам движения. Там ничего не было. Эвелин посмотрела на него: — Ты в порядке? — Алек в замешательстве поднял бровь, разве она не видела кровь? Это было прямо перед ними. — Ничего, милая, — он указал на улицу, — Давай продолжим, — она кивнула. Он остановился прежде, чем она ступила прямо на кровавый след. — Не надо! — он оттащил её обратно. Она посмотрела на него в замешательстве. — Что? Алек боролся за слова, она действительно не видела крови? Она не должна была этого делать, если собиралась пройти прямо через неё. Что происходит? — Я... э-э... ничего, извини. Просто иди рядом со мной, а не впереди, хорошо? — Ладно, — сказала Эвелин, понизив голос. Алек опустился перед ней на колени, пытаясь успокоить нервы. — Всё в порядке, я не должен был кричать, но я обещал, что буду держать тебя в безопасности, а это значит, что тебе нужно быть рядом, хорошо? — она кивнула. — Окей, — он встал, снова сжал её руку и осторожно повёл их по кровавому следу. Всмотревшись дальше по дороге, он разглядел припаркованный пикап, рядом с которым бесшумно двигалась какая-то фигура. Его походка была спорадической, дико дергалась. Фигура продолжала медленно двигаться, пока не исчезла в тумане. Здесь определенно что-то было. В этом можно было не сомневаться. Им нужно было убраться с улиц. Справа от них появился зелёный дорожный знак, сообщающий, что впереди находится Розуотер-парк. Кирпичный тротуар вёл ко входу в парк. Их ждала каменная лестница с колоннами по обе стороны и уличными фонарями наверху, которые, конечно же, не были включены. Алек остановился, настороженно глядя вниз на лестницу. Может вся поездка была рецептом для дальнейшей сердечной боли и разочарования в дополнение к последним трём годам? Он взглянул на лестницу, полностью окутанную туманом. Алек почувствовал, как Эвелин крепко сжала его руку. — Папа, это место выглядит жутко. Почему папа должен быть здесь? — Это всего лишь туман, я уверен, что внутри всё в порядке, — он замолчал, охваченный беспокойством. — Я не знаю, что мы можем здесь найти, поэтому ты должна пообещать, что всегда будешь рядом со мной. Обещаешь? Она посмотрела на Алека, сжала его руку и слегка улыбнулась. Парк представлял собой лабиринт каменных скамеек изношенных и обветшалых, несколько возвышающихся статуй ангелов и расположенную в одном углу беседку, её краска потрескалась и облупилась. Алек искал любые признаки движения, что было трудно в густом тумане. Он ничего не нашёл. Они направились к другому входу в парк, ведущему к дорожке и бетонным перилам, выходящим на озеро Толука. Место было необитаемым. Здесь никого не было. У Алека упало сердце. Как он мог быть настолько глуп, чтобы думать, что Магнус действительно будет здесь? Он провел рукой по волосам и громко вздохнул. Эвелин вдруг схватила его за ногу и крепко обняла. — Его здесь нет, не так ли? — тихо сказала она. Алек почувствовал, что вот-вот расплачется, время, проведённое на прогулке, и эмоциональное напряжение в его голове начали брать своё. — Нет, Эвелин, извини, — он обнял её одной рукой там, где она всё ещё цеплялась за его ногу. Неужели эта поездка была напрасной? Почему Магнус написал письмо, в котором просил Алека приехать, а потом не пришёл? Действительно ли он написал это письмо? В голове у Алека всё плыло. — Что нам теперь делать, папочка? Прежде чем Алек смог сформулировать ответ, что-то твёрдое ударило его по голове. Он услышал, как Эвелин закричала, и тут же наступила темнота.