В одной лодке

На следующий день Глеб не смог прийти к Ваньке – его до позднего вечера задержала работа. И на следующий день тоже. Но на третий день он, наконец, смог вырваться. И вот он уже стоял на пороге Ваниной квартиры. Тот открыл дверь и приглашающим жестом указал вглубь дома. -Вот, решил в ответ нанести тебе неожиданный визит. Ваня широко улыбнулся и привычно пошел на кухню за пивом. -Знаешь, - щелкая открывалкой и передавая Глебу бутылку, сказал Ваня, - А ведь Ягун два дня назад весьма и весьма горячо любопытствовал, с какой целью и какого черта я ошиваюсь с «Душикошечкиным», - изобразив тон возмущенного Ягуна, Ванька засмеялся и ждал того же от Глеба. Но Глеб не улыбнулся, сказав лишь: -А это его касаться не должно. -Ну, всё-таки, Ягун – мой лучший друг, - вступился Ванька, - Он хочет знать, как у меня дела, и всё ли хорошо. Я заверил его, что всё в полном порядке, что мы соседи, и поэтому порой общаемся. А он в ответ: «Что-то я раньше не наблюдал за тобой стремления общаться с любимцем мертвяков», - снова передразнил Ванька. -Ставлю свою трость на то, что весь Тибидохс в ближайшее время будет знать о том, что Бейбарсов и Валялкин теперь ходят под ручку, как милые подруженьки, и плетут друг другу фенечки «Лучшие друзья навсегда». -Э-эй, ты слишком плохо думаешь про Ягуна. Да и к тому же, тебе не плевать? -Мне-то как раз плевать. А вот наш неподражаемый и всеми обожаемый комментатор и игрок высшей лиги по совместительству, всегда был главной сплетницей Буяна, и вряд ли сейчас что-то изменилось. -Ну и ерунду городишь, Глеб. Ягун – отличный друг, с самого детства таким был и никогда про меня сплетни не распускал. -И, тем не менее, лучше бы ты тщательнее подбирал друзей, - проворчал Глеб. -И кого предлагаешь? Себя что ли? -Ну, это был бы точно вариант получше. -Отлично, тогда, может, все-таки сплетешь мне фенечку? – с всё более возмущенным тоном и легкой издевкой сказал Ваня. -Нет, с этим лучше к Лотковой обратись. Все равно она как замуж выскочила – ничем не занимается. -Ну все, довольно, - Ваня изменился в лице и, сам того не замечая, сжимал кулаки, - Ты приходишь ко мне домой и оскорбляешь моих друзей. Если тебе не нравится, с кем я общаюсь, может, и ты со мной общаться не будешь? Мало ли, чего я там нахватался от этих идиотов? Или ты со мной так, от скуки общаешься? Глеб молчал и внешне был спокоен. Ваня же был в бешенстве, но себя сдерживал. Глеб спокойно смотрел на горящие от гнева большие глаза, на румянец, вспыхнувший на бледной шее и скулах, на причудливо растрепавшиеся светлые волосы, цвета спелой пшеницы или белого морского песка, но в глубине его души всё трепетало и переворачивалось. Он не думал о том, что Ванька неправ, что злится на него. Он думал о том, что тот привлекает его даже сейчас. Глеб понял, что он окончательно попал. -Нет, не от скуки. Ванька отвернулся, пытаясь справиться со своим гневом. Какое-то время они сидели в напряженной тишине. Глеб думал о том, что, кажется, этот разговор был ошибкой. Он хотел стать к Ване ближе, а внезапно для себя отдалил его. Наверное, ему следует быть осторожнее в разговорах с ним, научиться изящно обходить спорные темы. -Может, хотя бы извинишься? – спросил Ваня, даже не поворачиваясь. -Извини. Ваня обернулся и внимательно посмотрел на Глеба, наполовину с удивлением, наполовину с облегчением. Внутри ему хотелось верить в то, что Глеб извинился искренне. Наконец, он отвел взгляд, резко выдохнул и снова посмотрел на Глеба: -Ладно, проехали. Ты говорил, что хотел показать что-то насчет нового артефакта. Мне хотелось бы посмотреть. И дальше вечер уже потек абсолютно нормально. Кажется, Ванька его и вправду простил. Он по-прежнему шутил, смеялся, задавал иногда достаточно интересные вопросы об артефактах, а иногда совсем глупые. Они смешили Глеба, но он терпеливо и подробно объяснял, делился нужной информацией. Ванька то и дело хватал его за плечо, когда был очень увлечен обсуждением. Глеб пытался вспомнить, была ли у того эта привычка раньше. Ваня и вправду его простил, потому что без заминки разрешил остаться переночевать у него, когда они снова проболтали до полуночи. Глеб лежал на диване и пытался заснуть, уставившись в угол на темный квадрат фотокарточки. Он не видел изображения, но чувствовал её взгляд. Она смотрела как всегда спокойно и сосредоточенно, вглядывалась в Глеба, пыталась понять, что же он здесь делает. Что он делает в этой квартире? Почему бежит от неё из своей? Глебу кажется, что он знал ответ, но тот вылетел у него из головы. Он перевел взгляд на диван напротив и подумал о том, что хочет дождаться и вновь посмотреть, как выглядит Ваня, когда спит. Но усталость быстро утащила его самого в сон.