Меня незачем спасать

Сидя в университетском кафетерии, Чимин не торопясь потягивает через трубочку холодный чай, и ни на секунду не отрывается от книги, несмотря на достаточно большое количество людей вокруг, музыку и гул студентов. Они с Тэхёном договорились пообедать вместе, но тот внезапно вспомнил, что у него отработка пары, поэтому оставил друга в компании очередного нон-фикшена по возрастной психологии. Не то что бы Чимин скучал, да и компания ему сейчас не особо нужна, но Джэхи видимо решил разбавить его «скуку». — Что читаем? — парень садится напротив, а следом тянет за собой ещё кого-то. — Да так, ничего особо интересного, — Чимин убирает книгу назад в свою сумку. — Понятно. Извиняюсь, что мы тебя отвлекаем, но вот этот, — однокурсник тычет неизвестного Чимину парня в бок. — Очень просил его с тобой познакомить. Так что, Чимин, это Ли Ан, он учится на третьем курсе дизайна и анимации. — Приятно познакомиться! — Взаимно, — Чимин пожимает протянутую руку, но продолжает смотреть на парней крайне растерянно. — Так, свою часть я выполнил. Меня Джиён ждёт, а вы тут уже дальше сами. Не маленькие, разберётесь, — Джэхи подмигивает Чимину и скрывается из виду так же быстро, как пришёл. — Ты только не подумай ничего такого, я по делу, — Ан дружелюбно улыбается и садится более расслаблено. — Какому делу? — На отчётном концерте в конце семестра я был поражён твоей игрой, а когда узнал, что ту композицию ты написал сам, меня хватил второй удар. — Спасибо, приятно слышать, — внезапный комплимент только больше настораживает. — Так вот, я хочу предложить тебе кое-что, — парень лезет в портфель, долго в нём копошится и достаёт планшет. — Через месяц у меня сдача курсовой по анимации, я рисую короткометражный мультфильм, — Ан заметно нервничает, слегка дрожащими пальцами водит по экрану планшета, и когда наконец находит то, что ему нужно, поворачивает экран так, чтобы Чимину было видно. — Вот, пока готов только небольшой кусочек. Чимин берёт планшет в руки, чтобы получше рассмотреть картинку. Графика выглядит простенько, но рисовка безумно милая, и почему-то напоминает старые мультики, которые в детстве включала бабушка. — Нравится? — парень явно неверно истолковал причину улыбки Чимина, которая появилась из-за приятных воспоминаний. — Выглядит мило. Но я не совсем понимаю, что требуется от меня. — В мультике будет очень драматичная сцена, и я бы хотел, чтобы на этом моменте играла мелодия твоего авторства. Мне нравится то, как меланхолично звучит твоя музыка, словно каждая нота пропитана болью. Думаю, никто, кроме тебя, не сможет создать что-то более подходящее. — Оу… Кажется, мне нужно подумать. — Это, конечно же, не бесплатно, любой труд должен быть оплачен, тем более нечто настолько потрясающее. — Спасибо, правда, но с комплиментами уже перебор, — Чимин улыбается, однако продолжает теребить пальцами кулон на шее, ещё с тех пор, как остался с этим парнем наедине. — Прости-прости, не хотел тебя смутить, — Ан смеётся, отрицательно машет руками и старается выглядеть максимально доброжелательно. — Подумай над моим предложением, пожалуйста. Давай я оставлю тебе свой номер? Напишешь мне, когда примешь решение. — Хорошо, — Чимин достаёт мобильный и под диктовку записывает новый номер. — Заранее спасибо. Очень надеюсь на твоё согласие, — парень убирает планшет и вновь протягивает Чимину руку. — Не буду больше тебя тревожить. — Не за что пока меня благодарить, но твоё предложение действительно интересное. Я подумаю над ним. — Тогда с нетерпением жду ответа. Ещё какое-то время Чимин смотрит новому знакомому вслед, но длится это ровно до того момента, пока в поле зрения не оказывается Тэхён. Ким радостно машет руками и улыбается так, словно в лотерею выиграл не меньше миллиона. — Чего довольный такой? — Чимин невольно отзеркаливает улыбку друга. — Случайно заработал себе бонусные баллы к зачёту. — Это за какие такие заслуги? — Оказался единственным, кто смог ответить на вопрос по прошлой лекции. Но это не так интересно, лучше скажи, что от тебя Ан хотел? — Вы знакомы? — Не очень хорошо, но да, знакомы. Помнишь я говорил, что тобой заинтересовался парень? — Это он? — от удивления глаза на лоб лезут. — Так вот почему… — Он приставал? — Нет, ничего подобного не было. Он подходил по делу, но некоторые моменты меня насторожили, и теперь понятно почему. — По какому делу он подходил? — Ему нужна моя помощь с курсовой. Хочет, чтобы я написал музыку для его мультика. — И ты согласишься? — Я хотел, это интересно, но теперь меня беспокоит то, что я ему нравлюсь. — Ну, я сказал ему тогда, что ты занят. Может Ан ничего такого от тебя не хочет и ему действительно нужна помощь, но будь с ним начеку. Он мне не нравится, что-то отталкивающее в нем есть. — Согласен. — Ладно, давай мы поедим уже, а то скоро библиотека закроется, а нам ещё книги получать. — Сегодня я угощаю, — Тэхён оставляет свою сумку на стуле, и прихватив карту, встаёт из-за стола. — Что будешь? — Возьми мне чаджанмён и ещё персикового чая. — Окей. После долгого учебного дня Чимин возвращается домой совсем без сил, и хорошо, что сегодня не нужно на работу. Норан привычно встречает у двери, ластится об ноги, мешая снять обувь, но совсем этим не раздражает, а наоборот вызывает улыбку. — Всего полдня одна, а уже так соскучилась? Или ты просто голодная? — парень подхватывает кошку на руки, и, закинув сумку на плечо, направляется в свою комнату. Несмотря на то, что они с Намджуном в основном проводят время в гостиной и спальне, личное пространство у Чимина всё равно есть: тут все его вещи, книги, синтезатор, да и сконцентрироваться на учёбе здесь проще. К тому же, для приходящих в их дом гостей всё должно выглядеть максимально не подозрительно, а два взрослых парня, полностью живущих в одной спальне, при наличии ещё одной свободной — это очень подозрительно. Подобное сходило с рук, пока им нечего было скрывать, а теперь, когда ничего не должно вызывать подозрение, лучше лишний раз перестраховаться. Библиотечные учебники отправляются на полку, кошка всё же сбегает на кухню, а Чимин переодевается и с протяжным стоном валится на постель, и потягиваясь зевает. Занятная особенность, но парень достаточно вынослив физически. К примеру, не так уж сильно выматывается за смену в ресторане, но если разряжена социальная батарейка, то и тело становится вялым. Частенько после насыщенного дня в университете Чимин возвращается домой, и в девяти случаях из десяти забирается под одеяло и мгновенно засыпает. Собственно, так происходит и сейчас, парень успевает только написать Намджуну и мгновенно отключается, проваливаясь в сон. К моменту, когда домой возвращается старший, кошка уже не приветственно мяукает, а требовательно восклицает, ведь её так никто и не покормил. Намджун тихонько кладёт ключи от машины на комод, и сняв обувь, пробирается вглубь дома, старается лишний раз не шуметь, ведь раз встречает его только кошка, значит Чимин привычно отсыпается после учёбы. Парень бы и сам не прочь сейчас пойти завалиться младшему под бок, но кушать хочется не только кошке, да и Чимин скоро должен проснуться. Его тоже нужно порадовать вкусным ужином. Стоя у плиты спиной ко входу, Намджун естественно не замечает появление на кухне Чимина, лишь вздрагивает, когда тот обнимает сзади. — Как спалось, соня? — развернувшись, Намджун обнимает в ответ и нежно касается чужих губ. — Хорошо, но с тобой было бы ещё лучше, — Чимин тычется носом в шею своего парня прямо как котёнок, чем вызывает у него смешок. — Ну ночью мы это исправим, — старший нехотя отпускает, чтобы не сжечь их ужин. — Что готовишь? — Суп с тофу и кимпаб. — Помочь? — У меня почти всё готово, можешь пока накрыть на стол. — Хорошо. Чимин принимается расставлять посуду, и только теперь замечает то, что прежде совершенно упустил из виду. — Что это? — парень указывает на изящный деревянный футляр на столе. — Сегодня подписывали контракт с новым поставщиком. Это подарок от него, в честь удачной сделки. Какое-то супер дорогое французское вино. Не волнуйся, я отвезу его родителям на выходных. — Почему сам не выпьешь? — Мне не импонирует перспектива ночевать в гараже, — Намджун усмехается, продолжая помешивать суп. — Это совсем не обязательно. Ничего такого не произойдёт от одного бокала. — Ты серьёзно сейчас? — Намджун даже отвлекается от готовки, чтобы взглянуть на Чимина. — Абсолютно. — Так, если ты это говоришь, чтобы быть «хорошим парнем», и ничего мне не запрещать, то брось эту ерунду. — Слушай, — Чимин подходит, и снова прижимается со спины, обнимая. — Уже много времени прошло, всё поменялось. Я доверяю тебе, знаю, что ты не напьёшься, поэтому можешь спокойно пить алкоголь дома. И нет, я так говорю не потому, что хочу быть хорошим для тебя. — Уверен? — Более чем, — Чимин встаёт на носочки, чтобы коротко чмокнуть хëна за ухом. — Открывай своё дорогущее вино. — Хочешь попробовать? Оно должно быть очень вкусным, — Намджун откладывает палочки, и вытирает руки, прежде чем лезть за бокалами. — Даже не знаю, у меня со вкусом алкоголя не самые лучшие ассоциации, — парень невольно морщится. — Я не настаиваю. — Не доставай для меня бокал, я попробую немножко из твоего. — Хорошо. Чимин выпускает старшего из объятий, чтобы он мог достать штопор и открыть бутылку, а сам тем временем берётся за нарезку овощей для кимбапа. — Как твой день в университете? Устал? — в процессе поиска штопора, интересуется старший. — Всё как всегда, ну… Почти всё. — Что-то случилось? — Ничего такого из ряда вон, но я в смятении. — Рассказывай, — вино Намджун оставляет в покое, выключает плиту и сосредотачивает всё своё внимание на Чимине. — Помнишь, тогда в Японии я говорил, что в универе есть парень, которому я нравлюсь? — Чимин откладывает нож в сторону и разворачивается к Намджуну. — Помню, — старший заметно напрягается, сильнее хмурит брови. — Меня сегодня с ним познакомили. — Тэхён? — Нет, другой мой однокурсник, но дело не в этом. Он ничего о своей симпатии не говорил, только бесконечно восхищался моей игрой. — Тогда, что ему от тебя нужно? — Он просил помочь с курсовой: написать музыку для его мультика, даже деньги за работу обещал. Предложение правда интересное, я хотел бы попробовать. — Но..? — Но меня настораживает этот парень. Мне бы не хотелось больше оставаться с ним наедине. Да и я не уверен разрешишь ли ты. — Разрешу что? — а вот теперь брови Намджуна ползут вверх. — Общаться с ним во время работы над проектом. — Подожди, — старший проводит ладонью по лицу, словно он очень устал. — То, что тебе некомфортно с этим человеком, я понимаю, но почему ты решил, что я могу тебе что-то запретить? Да, судя по твоему рассказу, мне бы не хотелось, чтобы ты как-то контактировал с этим парнем, но чисто из соображений твоей безопасности. Однако, если ты решишь согласиться ему помочь, то я не имею права тебя останавливать. Ты взрослый человек в конце концов. — И ты даже ревновать не будешь? — Чимин, видя, что Намджун от его вопроса впадает в ещё большее замешательство, начинает неловко кусать губы. — А ты хочешь, чтобы я ревновал? — Нет… Бред несу? — Не бред, но мне сложно понять ход твоих мыслей. Ты боишься этого парня? Или какой-то моей реакции? — Твоей реакции я не боюсь, просто не знаю, как ты на подобное вообще можешь отреагировать, а его… Не совсем, просто мне не хочется оставаться с ним один на один. — Но поработать над проектом ты хочешь? — Да. — Значит, если для работы понадобятся личные встречи, то приводи его к нам домой. Я буду рядом, чтобы и тебе, и мне было спокойнее. И вообще для полного комфорта можешь ещё Тэхёна позвать. — А так можно? — Можно, конечно. Просто предупреди меня заранее, чтобы я точно дома был. — Спасибо. Чимин в два шага преодолевает расстояние между ними, и обняв парня за шею, тянется поцеловать его. Намджун охотно отвечает, притягивает ближе, и подхватив Чимина на руки разворачивается, чтобы усадить его на столешницу. Игриво посмеиваясь, младший зарывается пальцами в волосы Намджуна, и задирает подбородок, чтобы открыть больше места для поцелуев в шею. Мурашки пробегают по всему телу от приятных прикосновений, которым Чимин отдаётся с огромным удовольствием. Если поначалу такие моменты вызывали больше противоречивых чувств, стеснения и неловкости, заставляя очень сосредоточенно прислушиваться к ощущениям, то сейчас всё гораздо легче. Мозг отключается, даёт возможность как следует насладиться ласками хёна, да и сам Намджун стал от этого смелее. — Ты так вкусно пахнешь, — шёпот прямо на ухо рождает особый трепет внутри. — Ты тоже, — голос Чимина немного осип от внезапного возбуждения. — Мне очень нравится твой новый парфюм. В подтверждение своих слов, парень немного оттягивает ворот чужой футболки, ведёт носом по горячей коже и принюхивается, тем самым вызывая у Намджуна мурашки. Старший проходится ладонями по бёдрам Чимина, поднимается выше, забирается под его толстовку, и чувствует лёгкую дрожь, когда доходит до рубцов на рёбрах. Парень всегда так реагирует, но просит не обращать внимание, и, хотя Намджун делает вид, что просьбу выполняет, на деле это заставляет волноваться. — Щекотно, — Чимин смеётся, но снова вздрагивает и прикусывает нижнюю губу, стоит только хёну погладить шрамы большими пальцами. — А так? — тёплые руки ползут ещё выше, пальцы добираются до сосков, что вызывает у Чимина внезапный тихий стон. — Нравится? Парень не отвечает, вместо этого обхватывает бёдра Намджуна своими ногами, тем самым вынуждая прижаться ещё ближе, и обвив руками чужую шею, жарко выдыхает прямо на ухо. Теперь старший чувствует как у Чимина стоит, что ещё больше раззадоривает; градус уже достаточно высок, оба пьяны, хотя вино так и не открыли. — Что мы будем с этим делать? — Намджун возвращает ладони обратно на бёдра своего парня. — Не знаю… — младший взглядом бегает по лицу Намджуна. — Можешь… Договорить у Чимина не получается, его прерывает протяжное и довольно громкое урчание в животе, больше похожее на вой умирающего кита. На долю секунды парни замирают, с недоумением смотрят друг на друга, и, поняв, что произошло, начинают неистово хохотать. — Могу накормить тебя ужином, — Намджун смеётся до колик в боку и слёз в уголках глаз. — Это самый неловкий момент в моей жизни! — парень хлопает старшего по груди, и наигранно насупившись, спрыгивает со стола, но его снова одолевает приступ смеха. — Нет, серьёзно. Давай сначала поедим, я тоже голодный. — Ладно, давай. Чимин расплывается в широченной улыбке, когда Намджун крепко его обнимает со спины и целует в щёку. Как же он чертовски счастлив.

***

Расписание нового семестра радует безмерно, по четвергам всего две пары, никаких дополнительных, и даже эти две пары не какие-то там скучные лекции, а просто несколько часов игры на любимом инструменте и вокал. Более того бывают дни, когда, как сегодня, ещё и на работу не нужно. Уже к часу дня Тэхён и Чимин свободны, осталось только разыскать Ана, чтобы обсудить работу над проектом, и можно по домам. — Ну и где он? — Тэхён беззаботно устраивается на подоконнике. — Написал, что препод задерживает, — Чимин садится рядом. — Мы ведь не торопимся, можем подождать. — Мне главное успеть себя в порядок привести, у нас с Чонгуком вечером свидание. — Успеешь ты на своё свидание, — парень закатывает глаза, цокая языком. — А ты не завидуй. Тэ в шутку толкает друга в плечо, и они оба смеются, но Чимин подозрительно заминается и притихает. — Слушай, а если серьёзно, что ты думаешь об отношениях? Если не хочешь говорить, то ладно, я не настаиваю, просто мне интересно. — Я, честно говоря, не знаю, не думал об этом. — Кто тебе нравится? Парни? Девушки? И те, и другие? Ляпнуть бы сейчас, что никто кроме одного конкретного, хорошо известного Тэхёну, мужчины, но нельзя. Лучше даже в шутку такого не говорить. — Парни, наверное, но я правда не знаю. — Тебе не хочется попробовать встречаться с кем-нибудь? Я помню наш давний разговор о твоей проблеме. Сексуальное возбуждение ты чисто физиологически испытываешь. Загвоздка, наверное, чисто в эмоциональном плане. — Тебе не кажется, что коридор в универе не самое подходящее место для таких разговоров? А если ты просто пытаешься выведать нравится ли мне кто-то конкретный, то я тебя огорчу. — Да нет же, я совсем не это имел ввиду. Мне вот какая мысль пришла: чёрт с ним, с этим Аном, он подозрительный, но, если вдруг с тобой захочет познакомиться нормальный парень? Ты был бы готов к такому? — Думаю нет. Хотя… Не знаю, не хочется мне ни с кем знакомиться, моей социальной батарейки едва хватает на тот круг общения, который есть сейчас. Плюсом сюда мои проблемы с доверием в принципе. Врать Тэхёну оказывается так неприятно, но почему-то выходит легче, чем он думал. Что действительно сложно, так это сдерживать порывы поделиться с другом эмоциями, рассказать почему он иногда светится от счастья, хочется порой попросить его совета и иметь возможность говорить о своих отношениях так же открыто, как это делает сам Тэхён. — Тут ты прав, отношения забирают много энергии, — Чимин невольно кивает. — О, а вот и Ан. По ступенькам со второго этажа к ним торопливо спускается парень несмотря на то, что он запыхался пока спешил, его улыбка, как и в первую встречу, от уха до уха, и взгляд направлен только на Чимина. — Извините, что заставил вас ждать, — ребята жмут друг другу руки. — Ничего страшного, у тебя пары уже закончились? — Тэхён спрыгивает с подоконника и принимается расправлять брюки. — Нет, сейчас перерыв, а потом ещё две пары, — больше внимания на Тэ парень не обращает, полностью внимая только Чимину. — Ты подумал над моим предложением? Решил что-то? — Да, — он всё уже десять раз обдумал, передумал, отказался и согласился, потом снова отказался. Неделя прошла в очень серьёзных раздумьях. — Я хочу попробовать. — Это просто замечательно! Спасибо огромное! — чрезмерная эмоциональность Ана даже Тэхёна вводит в ступор, не говоря уже о том, как некомфортно себя чувствует Чимин. — Пока ещё не за что, — парень выдавливает из себя дружелюбную улыбку. — Только ты не против, если совместно работать над проектом мы будем у меня дома? — Вообще, я думал тебя к себе позвать, но можно и так, — тон сменился, что лишь настораживает ещё больше. — А я с вами за компанию, может тоже чем помогу, — Тэхён хлопает Ана по плечу, наконец отвлекая его от выжигания дыры в Чимине. — Не думаю, что твоя помощь нам пригодится. — Тогда просто буду крутиться под ногами и всячески мешать. Дружеские похлопывания заканчиваются, и Тэхён достаточно ощутимо сжимает плечо парня, давая понять, что вопрос уже решён и последнее слово за ним. — Если Чимин не против, то пусть будет по-твоему. — В таком случае предлагаю в эту субботу, — Чимин умело игнорирует возникшее напряжение. — К полудню сможешь? — Да, конечно. Главное, чтобы тебе было удобно. — Тогда договорились, — парень слезает с подоконника, и не дожидаясь никаких дальнейших действий Ана, делает шаг в сторону выхода. — Я позже скину тебе адрес, нам пора уже бежать на работу. — До встречи, — Тэхён вскидывает руку прощаясь, и уходит следом за другом. — Увидимся! Брошенное в спину прощание вызывает у Чимина гримасу отвращения, которую Тэхёну сложно не заметить, и то, как он напуган, тоже больше не скрывается за улыбкой. — Вот и для чего всё это? Ты мог ему отказать, зачем мучить себя? — Во-первых, мне действительно интересно поработать над его курсовой, во-вторых, мне по жизни будут встречаться разные люди, с ними нужно учиться контактировать, а в-третьих, не вини меня, пожалуйста, я и сам не уверен, что поступаю правильно, — парень толкает массивную входную дверь, и оказавшись на улице тяжело вздыхает. — Ладно, извини. Я буду держать его в узде, не волнуйся. — Спасибо, хотя думаю он не посмеет так себя вести при Намджуне. — А хён будет дома? — Да, я попросил его. Хотя даже если бы не просил, он бы всё равно так сделал, он переживает за меня. — И правильно, причина есть. Чимин поджимает губы, причина гораздо весомее, чем кажется Тэхёну, но об этом снова приходится умолчать.

***

Ресторан давно пуст, в зале ещё горит приглушенный свет, открыты окна, что позволяет сентябрьской прохладе свободно гулять по помещению. Намджун, засучив рукава рубашки, моет полы в коридоре и раздевалке для персонала, при этом что-то монотонно мычит себе под нос. Уборка сродни медитации, и, наверное, он так себе начальник, раз выполняет работу уборщика, но ему очень нужны эти несколько часов наедине в собой и без какой-либо работы головой. Уже почти неделю он ходит мимо сейфа в кабинете с тревогой и опаской, пару раз брал флешку в руки, один раз даже принёс её домой, но Чимин вернулся с учёбы раньше. Страшные кадры, которые находятся на ней, в равной степени хочется и не хочется увидеть. Парень боится того, что там, и своей реакции тоже боится. Однако, есть острое ощущение, что это необходимо сделать, чтобы лучше понимать Чимина, чтобы быть ещё более надёжной опорой для него. С уборкой Намджун заканчивает ближе к одиннадцати часам вечера, младшего он предупредил заранее, что сегодня дома будет очень поздно, поэтому беспокоиться об этом не нужно, а вот другие поводы для волнения есть, и лежат они всё ещё в злосчастном сейфе. В очередной раз, стоя у открытого шкафа, он смотрит на ящик с кодовым замком и никак не может решиться. А ведь идеальнее момента не придумать, он тут совсем один, никто ничего больше не увидит и не услышит, Чимин точно не узнает… Плюнув на последние сомнения, Намджун быстро вбивает нужный пароль, и дверца с писком открывается. Парень хватает флешку, не даёт себе времени на раздумья, тут же садится за свой рабочий стол, и втыкает устройство в ноутбук. Накопитель старенький, грузится долговато, а страх с каждой секундой набирает обороты. Внутри оказывается куча разных папок, в них и те же документы что в бумажном виде, фотографии, аудиозаписи показаний и отдельная папка с видеоматериалами. Намджун пробегается по роликам глазами, среди записей заседания суда и допросов видит ту самую, нужную ему; боясь передумать, он быстро щёлкает на файл, но тут же жмёт на паузу. Намджун замирает, держа палец прямо над пробелом, не решается включить видеоролик, одна только заставка которого леденит кровь в жилах. В маленьком окошке отчётливо видно, как позади полицейского на полу лежит труп в луже крови. Картинка выглядит кинематографично, и вовсе не она вызывает такое чувство страха. Подобные кадры в сотнях фильмов встречались, но ни в одном из них не было самого дорогого его сердцу человека. Облизнув пересохшие губы, парень вдыхает поглубже, и резко, словно на спусковой крючок, жмёт на плей. Видео начинается с вида на вход в квартиру, полицейский за кадром называет место, дату и время начала оперативной съёмки, двое других в это время уже начинают открывать дверь. Офицеры не церемонятся, врываются внутрь с оружием наготове, словно там внутри затаился самый опасный преступник, а не до смерти напуганный ребёнок. Намджун чувствует подкативший к горлу ком. Кухня, на которой всё случилось, находится прямо от входа, тело видно сразу, но больше никого. Полицейский громко требует всех, кто находится внутри, выйти с поднятыми руками, а в ответ только зловещая тишина, сквозь которую, едва-едва можно разобрать тонкий голосок. «Мамочка, мама…» — звучит в наушниках на максимальной громкости. Сердце Намджуна заходится в бешеном ритме, он останавливает видео, и закрыв глаза откидывается на спинку кресла. — Господи… Он точно знает кому принадлежит голос, знает со слов Чимина всё, что происходило в тот день, но рассказ даже в сравнение не идёт с этим роликом. Намджун не готов воочию увидеть Чимина там. Парень открывает глаза, и вновь смотрит на экран. Там, в застывшем видео, чётко видно плиту, с кастрюлей на ней, стол, и ту самую упаковку лапши, которую готовил себе мальчишка. Там же, на разделочной доске, словно так и должно быть, лежит нож, перепачканный в крови. На то, чтобы собраться с силами, и вновь запустить видео, у Намджуна уходит порядка двадцати минут. Картинка оживает, полицейский с камерой всё ближе к кухне, двое других вновь громко требуют немедленно выйти с поднятыми руками, но по голосам ясно, что уже сами на это не надеются. Один из мужчин проходит на кухню, и останавливается, уставившись в угол слева от входа, на мгновение словно все замирают, даже кажется, что это видео зависло, но полицейский убирает пистолет в кобуру и берёт в руки рацию. «Пришлите бригаду скорой по адресу вызова» — басит мужчина, в то время как на кухню проходит его напарник. Человек с камерой так же подходит ближе, а у Намджуна спина покрывается холодным потом и мурашками. Тихий голос, что продолжал звать маму всё это время, становится отчётливее, картинка дрожит, немного опускается вниз, и Намджун каменеет, не способный теперь даже сделать вдох. На полу, забившись в угол, сидит Чимин, с прижатыми к груди коленками и опущенной головой. Его тонкие, болезненно худые руки крепко зажимают уши, он весь в чужой крови, дрожит, при этом бесконечно повторяя «Мамочка, мама, забери меня». Экран больше не видно, пелена слёз перекрыла вид, на то, как сотрудники полиции пытаются что-то спрашивать у Чимина, Намджун слышит только голоса и отчаянный детский плач, который перетирает в пыль последние крупицы самообладания. Парень жмёт на паузу, упирается локтями в стол, закрывает лицо ладонями, и даёт полную волю своим слезам. Действительно хорошо, что он сейчас в ресторане совершенно один, глупо было надеяться на то, что увиденное может подействовать на него как-то иначе. За Чимина душа всегда болела, с самого первого дня их встречи. Все его рассказы о прошлом всегда пробирали до костей, но то, что Намджун сейчас увидел даже рядом со всем тем не стояло. Сколько же силы было в том хрупком мальчике, раз он смог пройти через весь этот ужас, и насколько же ценна каждая его улыбка сейчас. Намджуна охватывает невероятное желание увидеть Чимина сию секунду, обнять крепко-крепко, убедиться что у него всё хорошо, услышать голос, не тот тихий и измученный, а уверенный, звонкий, полный жизни. Это не более чем совпадение, но младший словно сквозь километры расстояния почувствовал то, насколько сильно Намджун нуждается в нём; как знал, что в эту самую секунду его сообщение будет подобно глотку свежего воздуха. Он пишет самое обыденное «Мне утром к первой паре, ложусь без тебя, возвращайся скорее», а у Намджуна тяжеленный груз с плеч. Всё в прошлом, вся та боль, страх и ужас, которые пришлось пережить Чимину уже давно закончились, и ничего из этого больше никогда не вернётся. Парень шумно выдыхает, вытирает глаза, печатает ответное «Через полчаса буду», и вынув из ноутбука флешку, поднимается, чтобы вернуть её обратно в сейф. Пора домой. Полоска света падает на угол кровати, когда Намджун пробирается в спальню, но стоит ему только щёлкнуть выключателем, как комната тут же погружается во мрак. Какое-то время парню требуется на то, чтобы привыкнуть к темноте, разбавленной слабым лунным свечением. Чимин мирно сопит, его сон спокоен и глубок, его давно не беспокоили кошмары. Осознание этого вдруг наполняет сердце Намджуна счастьем невероятных масштабов. После всего того, что он видел, в голове не укладывается, каким чудом сейчас этот парень способен жить полноценной жизнью, вот так сладко спать, радоваться, смеяться… Намджун старается как можно тише раздеться, находит свою домашнюю футболку, и натянув её на себя, залезает в кровать. Ему совсем не хочется тревожить Чимина, но так сильно хочется коснуться его, обнять, почувствовать его тепло. После пережитого, парень чувствует себя крайне подавлено, отчего проснулась острая жажда тактильности. Однако, старший позволяет себе лишь самую малость, убирает спавшую на лицо прядь волос, едва касаясь виска, и оставляет мимолётный поцелуй на кончике носа, вот только Чимин тут же хмурится, шумно вздыхает и приоткрывает один глаз. — Хён?.. — вслед за тихим голосом следует зевок. — Прости, что разбудил, — Намджуну правда жаль, но он отчасти рад, теперь можно спокойно сгрести Чимина в объятия, что он и делает. — Ты чего так поздно? — прильнув щекой к тёплой груди парень разулыбался, и снова закрыл глаза. — Ужасно много работы было, а потом занимались бумажной волокитой с господином Юном. — Тебе нужно больше отдыхать, — парень уже привычно лезет рукой старшему под футболку; гладить живот Намджуна сродни игрушке-антистрессу. — Знаю, но пока не до этого. — Извини, что из-за моего дела тебе приходится ещё больше работать. — Перестань извиняться за это. — Но… — Без каких-либо «но». Мы делаем это ради твоего будущего, чтобы отмыть твоё честное имя. — Я бы с удовольствием сменил его. — Имя? — Фамилию. Я думал о том, чтобы взять бабушкину, мне не хочется иметь ничего общего с отцом. Хван Чимин неплохо звучит, как думаешь? — А что насчёт Ким Чимин? — внутреннее напряжение от упоминания этой сволочи с трудом удаётся не показывать. — Хочешь, чтобы я взял твою фамилию? С чего бы? — Чимин смеётся, хлопнув хёна ладошкой по животу. — У нас вроде не принято брать себе фамилию супруга, да и пожениться мы в Корее не сможем. — Мы всегда можем слетать в Вегас, чтобы заключить брак. Но я не об этом, ты без проблем можешь сменить свою фамилию на фамилию опекуна. — Хм… Об этом я не думал. — Я ни на чём не настаиваю, можешь делать так, как посчитаешь нужным. Однако, в любом случае сделать это можно будет не раньше, чем после окончания всех экспертиз и судов, — Намджун целует своего парня в лоб, и закрыв глаза, расслабленно поглаживает ребристую кожу на его предплечье. — Я узнал точную цену лазерной операции, и сроки, в которые мне смогут убрать практически всё, — внезапная смена темы, и снова парень съёживается под прикосновениями к шрамам, а про операцию говорит с виноватым тоном. — С этим тоже лучше повременить. Наш юрист консультировался с коллегами, у которых был опыт в похожих делах, они все наперебой говорят, что любые видимые физические увечья будут только в плюс. Старший этого, к счастью, не видит, но Чимин сникает. В последнее время желание избавиться от любых внешних изъянов стало слишком острым, и то, что этот вопрос снова остаётся висеть в воздухе, ужасно расстраивает. — Почему ты вдруг так сильно захотел убрать шрамы? Мы, конечно, обсуждали такую возможность и раньше, но в последнее время ты всё чаще и чаще поднимаешь эту тему. Чимин долго не отвечает, поджимает губы, кусает их, отвечать предельно честно вовсе нет никакого желания. — Не хочу напоминаний, а эти со мной круглосуточно. Я постоянно их вижу, ощущаю, и мне это не нравится. — Хорошо, но ведь так было и раньше. Тогда почему настолько остро вопрос встал именно сейчас? Случилось что-то, о чём ты не хочешь мне рассказывать? — Почему, если в моём поведении происходят изменения, то обязательно что-то случилось? На самом деле, Намджун его как раскрытую книгу читает, ведь он прав. Но не говорить же ему, что Чимин до жути сильно хочет как можно скорее стать идеальным именно для него. Поэтому младший огрызается, недовольно фыркает, выбирается из тёплых объятий и даже отворачивается. — Чимин… — Я хочу возобновить терапию, — совсем неожиданное для Намджуна заявление вводит его в ступор. — Кажется, я перестаю справляться самостоятельно. — С чем справляться? — старший осторожно подбирается ближе, утыкается носом в плечо и слегка обнимает, ладонью касаясь груди Чимина. — С собой, со своими чувствами, с новой реальностью, где нам с тобой нужно скрывать отношения. Мне тяжело и нужна помощь. — Я завтра же позвоню доктору Чхве, хорошо? — Да, пожалуйста… Хотя, лучше я сам, — Чимин кладёт свою ладонь поверх намджуновой. — Возможно не стоило делать такой большой перерыв, — вспоминая жуткие кадры, которые видел ещё совсем недавно, Намджун чувствует мурашки по всей спине. — Мне нужно учиться самостоятельно разбираться с проблемами, и до недавнего времени это отлично получалось. Мне просто нужно обсудить некоторые вещи со специалистом, но это не значит, что мне нужна постоянная помощь. — Твоё состояние связано с началом наших отношений? Намджун загнал в тупик, теперь уже выкрутиться, придумать что-то или перевести тему не получится. — Да… — Ты больше не хочешь?.. — С ума сошел? Конечно нет, просто… — Чимин кусает губы, судорожно ищет что ответить. — Есть моменты в моих чувствах и ощущениях, которые мне непонятны, и я хочу разобраться с этим, чтобы было легче двигаться дальше. Так красиво завуалировать свои комплексы по поводу внешности ещё постараться нужно, но, кажется, сработало, ведь Намджун понимающе мычит и прижимает ближе к себе, заметно расслабляясь. — Я мало что понимаю, но надеюсь, что ты мне расскажешь в чём дело уже после сеансов, и после того, как доктор Чхве тебе поможет со всем разобраться. — Спасибо, я обязательно всё тебе расскажу позже. Чимину не очень нравятся объятия со спины, поэтому он разворачивается назад лицом к старшему, и коротко поцеловав, ложится удобнее. Намеревается пожелать спокойной ночи, но Намджун вдруг выпаливает неожиданное. То, от чего мурашки тут же разбегаются по всему телу. — Сегодня я много времени провёл наедине с собой и много разных мыслей вертелось в голове, но в определённый момент я пришёл к тому, что очень хочу сказать тебе кое-что важное. Наш разговор в Японии… Мало времени прошло, но ты говорил, что лучше мне сказать это, когда действительно почувствую, — парень прерывается, но лишь для того, чтобы с улыбкой встретить обеспокоенный взгляд Чимина. — Я люблю тебя. Как парня, как человека, это вообще не важно как, просто люблю и всё, и буду говорить тебе об этом так часто, как только смогу. Губы Чимина тянутся в самой широкой счастливой улыбке. Такой, что глаза превращаются в две маленькие щёлочки. — Я тоже люблю тебя, — и нежный шёпот тает в поцелуе.

***

Суббота наступает слишком быстро, Чимин заметно нервничает, ожидая появление Тэхёна и Ана, а выливается это в то, что с самого утра он носится по всему дому, вычищает каждый уголок, готовит закуски; когда в очередной раз парень берётся за тряпку, чтобы протереть столик в гостиной, Намджун тормозит его, притянув к себе на колени. — Всё уже просто сверкает, посиди спокойно хоть десять минут, — старший обнимает, умостив голову на плечо Чимина. — Не могу, мне спокойнее, когда я чем-то занят. — Тогда лучше сядь сыграй что-нибудь, заодно разомнёшься. — Зачем я на это согласился? — Чимин наигранно хнычет, облокачивается локтями на стол и закрывает лицо ладонями. — Ты справишься, — Намджун касается губами чужого плеча, крепче обнимая. — Не бойся, я буду рядом, а если всё будет выходить из-под контроля, то я немедленно выставлю его за дверь. Договорились? — Спасибо, — парень поворачивается, чтобы поцеловать, но именно в этот момент раздаётся звонок в дверь, отчего Чимин моментально вскакивает и уже норовит бежать в коридор, но Намджун его не отпускает. — Так, выдохни. Расслабься, ничего страшного не произойдёт. — Давай ты им откроешь? — Чимин один в один копия кота из Шрека. — А я как будто в туалете был, выйду через пару минут. — Если тебе так будет спокойнее, то конечно. Мимолётное касание губами, второй звонок побуждает наконец подойти к двери, и пока Чимин скрывается в уборной, Намджун уже доброжелательно открывает гостям. — О, хён, — Тэхён первым заходит в дом. — А Чимин куда подевался? — И тебе привет, — Намджун учтиво отходит в сторону, и ловит на себе растерянный взгляд незнакомца. — Ты, видимо, Ли Ан? — Да, — парень неловко кланяется. — Можно просто Ан. — Приятно познакомится. Проходите в гостиную, Чимин сейчас придёт. Совершенно беззаботно Намджун уходит назад на кухню, где на обеденном столе его рабочий ноутбук и куча разных бумаг, а главное отличный обзор на всю гостиную зону. Тэхён тоже по-свойски, как у себя дома, плюхается на диван, и только нежеланный гость топчется на ковре у журнального столика. — Отличный у вас дом, — Ан осматривает комнату, тормозя на Намджуне, словно изучая непонятный экспонат в музее. — Спасибо. — Вы с Чимином здесь живёте вдвоём? — Втроём, — парень активно делает вид, что чересчур занят работой, взгляд от монитора практически не отрывает. — С мамой? — С нашей кошкой, — Намджун кивает головой в сторону, где на подоконнике со стороны улицы спит Норан. Ан явно намеревается спросить что-то ещё, но тут в коридоре появляется Чимин, и всё внимание парня в миг переключается на него. Теперь то Намджун понимает волнение Чимина в полной мере. От такого пристального пожирающего взгляда кому угодно не по себе станет. — Привет, ребят, — на удивление старшего, Чимин входит в комнату абсолютно спокойно. От того робкого и напуганного зверька, что был ещё десять минут назад, не осталось и следа. — Привет, — Ан чуть ли не из кожи вон лезет, улыбается так фальшиво, что Намджун невольно морщит нос. — Извиняюсь, что пришлось меня ждать, — парень проходит вглубь комнаты, и садится на пол возле столика. — Вы с хёном уже познакомились? — Чимин смотрит то на Намджуна, то на Ана. — Да, уже познакомились, — только гость собирается ответить, как Намджун тут же его опережает. — Хорошо, тогда можем начинать работать? — Думаю начнём с просмотра момента, к которому нужно написать музыку, и я расскажу историю в общих чертах, чтобы у тебя было представление о сюжете. Ан садится рядом с Чимином, не настолько близко, чтобы нарушать его личное пространство, но достаточно, чтобы Намджун уловил на лице любимого тень волнения. — Может для начала кофе, ребят? — вне зависимости от того, каким будет ответ, старший уже поднимается с места. — Действительно, давайте для начала перекусим, — Чимин, правильно истолковав затею, тоже встаёт. Пока Намджун всячески гремит на кухне кружками и включает кофемолку, младший подходит к нему, чтобы шепнуть «Спасибо». Он на самом деле безмерно благодарен, что два самых близких человека вообще согласились участвовать в этой сомнительной авантюре. — Всё хорошо? — пользуясь тем, что этой части кухни не видно из гостиной зоны, Намджун чуть приобнимает Чимина. — Всё под контролем, постарайся меньше на него смотреть, а то мне кажется ты сожрёшь его. — Я теперь окончательно понял, что тебя так насторожило. — Ничего, несколько часов потерпим. — Давай, если совсем край, договоримся об условном знаке? Например, ты попросишь принести мороженое и я тут же выгоню его. — Договорились. Возможно, это от шёпота практически на ухо, а может от столь грозного тона, или от самого факта, что Намджун готов активно защищать в случае чего, но у Чимина аж колени подкосились. За время приготовления кофе, парень успевает успокоиться, снова взять себя в руки, и уверенно возвращается в гостиную с чашками, пока старший следом за ним приносит тарелку с печеньем. Тэхён со своим умением заболтать кого угодно, успел завести разговор о предстоящем университетском мероприятии в честь Чусока, и теперь они с Аном неотрывно ведут спор о том, нужны ли праздничные блюда в столовой в эти дни. — То, что ты не любишь сонпхён, не значит, что его не должно быть в меню. — Да я не говорю, что не должно быть вообще, просто пусть всё праздничное добавят к основному меню, а не заменят этими блюдами все остальные, — Ан явно раздражен, но под конец фразы голос смягчается, ведь Чимин ставит ему кружку. — Спасибо большое. — О чём вы тут спорите? — Он ненавидит сонпхён! — Тэхён всплескивает руками так, что чуть не выбивает тарелку из рук Намджуна, который имел неосторожность стоять сзади. — Боже, да что такого?! Мне просто не нравится вкус! Чимин-то знает, что Тэ это не всерьёз, но Ан похоже не понимает шуток, и то, как он агрессивен очень настораживает. — Ну и какой ты после этого кореец? — Ты блять серьёзно сейчас? — парень сжимает руку в кулак. — Прекратили, — Намджун ставит на стол всю посуду, что у него в руках, и смотрит на Ана так, что кажется сейчас одним только взглядом пригвоздит к полу. — Я не потерплю в этом доме никакой агрессии и ругательств. Это понятно? — для вида парень и на Тэхёна переводит строгий взгляд. — Или вы нормально общаетесь, или будете выставлены за порог. — Прости, хён, — Тэхёну нужно было поступать на актёрское. — Извините. Сложно представить скольких усилий Чимину стоит сдерживать порывы расхохотаться в голос от этого представления, однако на Ана воздействие оказалось колоссальным. Парень притих, опустил взгляд и теперь просто молча пьёт кофе. — Всё хорошо, можешь идти, — в подтверждение своих слов Чимин кивает, и слегка улыбается. — Мы будем работать. Намджун тоже кивает, после чего уходит назад на кухню, что, несомненно, даёт Ану возможность немного расслабиться, но прежнего гонора и приставучести в нём уже нет. Атмосфера наконец становится максимально рабочей: они втроём смотрят отрывок мультика, потом Ан, как и собирался, рассказывает сюжет, ведь ещё далеко не всё нарисовано, а позже начинаются споры уже между Чимином и Тэхёном, но эти споры носят сугубо профессиональный характер, и ни Намджун, ни Ан их сути не понимают, слишком уж далеки от мира написания музыки. После долгих дебатов, Чимин наконец садится за пианино, и понемногу начинает перебирать клавиши, наигрывая то, что пришло в голову, и что подсказал Тэхён. Остальные в это время затихают, наблюдая за рождением чего-то стоящего. Игра, как и сама музыка, расслабляют, парень забывается, уплывает, даёт волю своей фантазии. Намджун даже выходит из кухни, чтобы, облокотившись о стену, насладиться своим любимым зрелищем. На то, как Чимин играет, можно как на огонь и воду – смотреть вечно. Однако стоит старшему перевести взгляд на такого же завороженного Ана, как внутри тут же что-то переворачивается. Как же наивно было полагать, что он слишком взрослый и рассудительный для ревности. На деле уверенность в этом тает как сахар в кипятке. Конечно, на Чимина с восхищением смотрят многие. Если обратить внимание на зрителей в зале, когда парень играет, то там невозможно будет найти хоть одно равнодушное лицо. Но взгляд у Ана совсем иной, в нём читается желание обладать Чимином, и естественно, это злит и раздражает Намджуна. — Ну как? Было из этого что-то годное? — Чимин обводит взглядом всех, и чуть дольше задерживается на совершенно нечитаемом выражении лица хёна. — Я всё записал, можем переслушать, и попробовать наложить на видеоряд. Ан перематывает аудиозапись на самое начало, пока Чимин возвращается за столик. Намджун же уходит назад на кухню, чтобы вернуться к своей работе и отвлечься от вспыхнувшей внутри злости. В течение ещё целого часа ребята трудятся над музыкой, Чимин вновь и вновь играет, каждый раз доводя композицию до совершенства, а в момент, когда дело доходит до монтажа с финальным вариантом музыки, Тэхён сообщает что ему пора, дома ждут Джин и Ёнсо. Он обещал им сегодня посидеть с малышкой Наён. Скрепя сердце, Чимин провожает друга и сразу возвращается назад, чтобы поскорее закончить и спровадить гостя восвояси. Он, конечно, был в курсе, что Тэ уйдёт раньше, да и Намджун никуда не делся, но всё равно неприятно вот так оставаться с Аном вдвоём. — Тебе точно нравится этот вариант? — Чимин вновь перематывает смонтированный кусочек на начало. — Да, очень! Идеальнее тут однозначно ничего не придумать, — парень опять начинает вести себя как в самом начале сегодняшней встречи, благо хоть сидит не так близко. — Давай тогда в начале недели я схожу в нашу университетскую студию, запишу этот вариант, обработаю, и тебе скину? — Давай. В принципе можешь отдать мне лично, — парень быстро выуживает из кармана флешку. — Закинь сюда. Как всё будет готово, напишешь. — Ладно. Пока Ан собирает свои вещи, Чимин уносит на кухню грязные кружки и ненадолго задерживается рядом с Намджуном, чтобы сказать ему, что сейчас проводит гостя и вернётся, но старший зачем-то поднимается и идёт вслед за ним. — Спасибо за гостеприимство, Господин Ким, — лёгкий поклон сопровождается полным избеганием встретиться взглядом. Намджун на это только кивает, никаких дружественных дежурных фраз говорить не хочется, поэтому Ан обувается в полной тишине, и вроде пора прощаться, но парень вдруг решительно выпрямляется и снова смотрит на Чимина. — Могли бы мы поговорить наедине? Чимин пугается, но вида не подаёт, только бросает на Намджуна мимолётный взгляд. — Конечно, — робко произносит парень, при этом всё ещё ожидая реакции своего парня. — Я пока пойду кошку со двора пригоню домой, — Намджун берёт с вешалки свою куртку, и одним только взглядом дав понять, что будет рядом, выходит на улицу. — Слушай, — Ан обращает на себя внимание. — Я немного иначе представлял нашу совместную работу, хотел побыть с тобой один на один, чтобы поговорить, но раз уж обстоятельства сложились иначе, пусть хоть так. — О чём ты хочешь поговорить? — Чимину эти разговоры ой как не нравятся, успокаивает только силуэт Намджуна, что маячит за окном. — Ты нравишься мне. Изначально я хотел познакомиться с тобой как с парнем, позвать на свидание и всё такое, но Тэхён сказал у тебя кто-то есть, однако даже это меня не сильно оттолкнуло. Да и Тэхён вполне мог соврать… В общем я это к тому, может попробуем…? — Тэхён не соврал, — Чимин перебивает, не хочет дальше ничего слышать. — У меня действительно есть любимый человек. — А не сам ли это Тэхён? — хитрый высокомерный тон не пугает, но начинает изрядно злить. — А вот это уже не твоё дело. Если по моему поведению непонятно моё отношение к тебе, то скажу прямо: мне интересен только твой курсач, всё остальное мне до лампочки. Это понятно? — Хах… Да вы с этим мужиком, — Ан кивает в сторону двери. — Однозначно друг друга стоите. Кто он тебе вообще? Явно не брат, вы совсем не похожи. Так может ты с ним? — Свои предположения оставь при себе, — Чимин делает шаг назад. — А теперь прошу на выход. У меня нет ни малейшего желания продолжать этот диалог. — Как скажешь, — усмешка на чужих губах выбешивает до скрипа зубов. — В любом случае, спасибо за помощь. Буду ждать запись. Выпроваживая парня из дома, Чимин выходит на крыльцо, тут же кивая Намджуну, что всё в порядке, но старший-то по выражению лица прекрасно видит, что ничего нормального в том разговоре не было. Тем не менее, Джун дожидается пока ненавистный гость наконец уберётся с их двора, скроется из виду и только после поднимается к Чимину на крыльцо. Норан пулей пробегает мимо них и шмыгает в открытую дверь. — Идём домой, здесь прохладно, а ты совсем раздет. Однако Чимин предложение пропускает мимо ушей и вместо этого делает то, о чём мечтал последние несколько часов: крепко обнимает любимого, уткнувшись лбом в его грудь и облегчённо выдыхает. — Всё закончилось, котёнок, — Намджун ласково гладит по волосам, и несколько раз коротко чмокает макушку. — Ты огромный молодец. — Это ты ещё наш разговор сейчас не слышал, — Чимин усмехается, он собой горд невероятно. — Что ещё ему от тебя нужно было? — Признался в симпатии, предложил «попробовать», решил сначала, что я с Тэхёном встречаюсь, потом что с тобой. Сказал, мы друг друга стоим, — иронию в голосе не скрыть. — И что ты ему на всё это ответил? — Поставил на место, дал понять, что лучше ко мне не лезть. Надеюсь сработает. — Да тебе оказывается палец в рот не клади, — Намджун поднимает лицо Чимина за подбородок, чтобы мягко его поцеловать. — Горжусь тобой невероятно. — Спасибо, что был рядом, — за вторым поцелуем Чимин тянется сам. — Идём домой, здесь и правда уже холодновато. — Идём-идём, — пропустив парня вперёд себя, старший входит сам и закрывает дверь. — Хочу сейчас стирку запустить, если есть что-то грязное, то неси в ванную. — Хорошо, сейчас посмотрю. Вроде в моей комнате что-то было. Привычка Намджуна снимать с себя то, что носишь прямо перед стиркой, и щеголять потом в одних трусах, точно до добра не доведёт. Чимин входит в ванную с кучкой грязных вещей, и тормозит на пороге, тут же окунаясь в уже столь давнее воспоминание. Старший заталкивает вещи в машинку, а Чимин засматривается на его широкую спину, плечи, ноги… Помниться в прошлый раз после такого зрелища пришлось подавлять в себе желание коснуться желанного тела и спускать пар в душе. Только вот теперь всё совсем иначе в их отношениях, по идее Чимин может себе позволить вольность, хотя это и оказывается достаточно неловко. — Давай всё сюда, — Намджун разворачивается и протягивает руку. Абсолютно машинально Чимин отдаёт одежду, но никуда не уходит, становится облокотившись о стену, и наблюдает, как от каждого движения парня перекатываются его крепкие мышцы. Младший дожидается, пока Намджун закончит возиться со стиркой и только после решается подойти ближе. Чимин проводит ладонями по чужим плечам, спускается ниже к лопаткам, а потом, обвив руками его талию, прижимается всем телом. — Кажется, кто-то хочет поиграть? — Намджун чувствует, как в его ягодицу упирается стояк. — Как тут не захотеть? — голос сам по себе опустился до шёпота. Намджун разворачивается, но только для того, чтобы подхватить Чимина и усадить его верхом на стиральную машинку. — Ты помнишь, что в любой момент можешь меня остановить? — старший вдруг становится серьёзным. — Помню. — Хорошо. Придвинув парня ближе к краю, Намджун становится вплотную к нему, а Чимин, в свою очередь, обвивает его руками и ногами так, что они становятся почти единым целым. Только теперь и младший чувствует чужой член, ведь они буквально прижимаются пах к паху. — Ох… — Чимин выдыхает, и отстраняется немного, но лишь для того, чтобы взглянуть вниз, и убедиться, что ему правда не показалось. — Что такое? — Ты возбуждён из-за меня? — А из-за кого же ещё? — легкая усмешка растворяется в их поцелуе, Намджун касается любимых губ нежно, тягуче, при этом крепко обнимает, гладит ладонями спину и спускается ниже, к бедрам. — Попробуй потереться… — шёпот заставляет мурашки разбегаться по всему телу. — Обещаю, тебе понравится. Чимин коротко кивает и на пробу пытается потереться о пах Намджуна. Даже одного более плотного прикосновения хватает, чтобы неожиданный стон сорвался с губ младшего. Он повторяет движение снова и тело начинает слегка потряхивать. — Вау… Это… — парень вновь прерывается на протяжный стон, ведь Намджун сам начал тереться о него. Это очень странно, вот так стоять в ванной тереться членами, не снимая одежды, но Чимин прекрасно понимает, что к чему-то другому пока не готов, и искренне рад, что Намджун это тоже понимает, и даже не пытается настаивать на большем. Тяжелое дыхание старшего заставляет всё внутри скручиваться, но осознание того, что Намджун правда так возбуждён из-за него, всё никак не приходит. — Тебе нравится? — хриплым шёпотом парень выбивает из мыслей. — Да, очень, — что-то среднее между стоном и вскриком вырывается из груди Чимина, когда Намджун вдруг вернув ладонь на поясницу, буквально вжимает его в себя. — Ещё… Чимину происходящее кажется каким-то сумасшествием. Он никогда прежде не испытывал столь сильного возбуждения, никогда не получал такого удовольствия от обычных прикосновений, никогда не был так близок с Намджуном. — Так хорошо… — младший откидывает голову назад, а хён тут же целует открывшуюся шею. — Ах… Каждое движение Намджуна вызывает целый пожар внутри, Чимин уже на грани, крепче сжимает руками плечи парня и тихо скулит от переизбытка чувств. — Ты можешь кончить, — слова вызывают дрожь во всём теле, и уже в следующее мгновение оргазм накрывает с головой. — Умница. А старший всё продолжает двигаться, даже более активно, чем до этого, что заставляет Чимина стонать и извиваться от гиперстимуляции, но длится это недолго; замерев на долю секунды, Намджун кончает сам, сквозь ткань трусов теперь виднеется белёсое пятно, и, видимо, грязного белья в машинке прибавится. — Невероятно, — пересохшими губами шепчет Чимин. — Не то слово… Намджун улыбается так нежно, расслабленно целует и без конца ласкает тело своего парня, никак не может отпустить. — Если от этого так хорошо, то что будет дальше? Глупые смешки, ленивые поцелуи и объятия — неотъемлемые атрибуты послеоргазменной неги. — Дальше будет душ и постель, хочу проваляться с тобой бок о бок весь оставшийся день. — Точно бок о бок, а не… — Эй! — Намджун хохочет, и снова лезет за поцелуем. — Если захочется, то можем повторить и член о член. Чимин ладонью хлопает старшего по груди, но при этом заливисто смеётся, из-за чего даже не может с первого раза слезть со стиралки. Душ приняли по очереди, а вот в кровать забрались вместе, долго-долго целовались, да так и уснули в объятиях друг друга. Это несомненно собьёт им весь режим, наверняка ведь проснутся ближе к ночи, и больше до утра не уснут, но на это так искренне плевать сейчас. Первым просыпается Чимин, в комнате темно и душно, а из крепкой хватки спящего Намджуна едва получается выбраться. Удивительно, что внутри энергии столько, что, кажется, можно весь Сеул оббежать и не устать. Однако парень решает бросить силы на более полезное дело — на уборку кухни. Он неторопливо загружает посудомойку, протирает столешницу, кормит Норан, даже включает рисоварку, чтобы было что поесть, когда Намджун проснётся. Всё бы и дальше проходило так беззаботно, если бы Чимин не решил убрать все вещи Намджуна с обеденного стола. Точнее, если бы он не уронил одну толстенную папку, из которой, по воле случая, вылетает бумага, что не должна была попасть в руки Чимина так скоро. Сердце с ужасом замирает в груди; в оглавлении листа с печатью, крупными буквами написано «Свидетельство о смерти», а следом самое ненавистное имя.