Сближение (Closing In)

Когда Гарри проснулся в следующий раз, помещение было погружено в темноту. Сбитый с толку, он уставился в незнакомый потолок. Его разум был странно затуманен, и он медленно приходил в себя. Постепенно к нему вернулось сознание, и он узнал просторную комнату, в которой находился. Больничное крыло. Все еще лежа в постели, Гарри растерянно оглядел комнату. Что он здесь делает? Была ночь, и помещение пустовало, если не считать Гарри. Закрыв глаза, он попытался собраться с мыслями. Он был на уроке со Снейпом - это он хорошо помнил. Однако воспоминания после этого были туманными. Он помнил, как пытался бороться с Боггартом, но за этим последовала неизвестность. Внезапно на Гарри накатила волна головокружения. Голова кружилась, он сжал простыни в кулаках, ожидая, пока неприятные ощущения пройдут. Вздохнув с облегчением, когда головокружение и последующая тошнота наконец утихли, Гарри нахмурился, смущенный тем, почему он чувствовал себя так ужасно. - А, Гарри. Я надеялся застать тебя в сознании. Вскочив на кровати с приглушенным вздохом, Гарри дико оглядел Больничное крыло в поисках источника бестелесного голоса. В следующее мгновение из тени в углу комнаты появилась высокая фигура. Сердце все еще колотилось, Гарри изо всех сил пытался узнать темную фигуру, пока луч лунного света не осветил знакомое лицо… профессора Дамблдора. Останавливаясь перед кроватью Гарри, директор начал говорить, его голос мягким. - Я прошу прощения, Гарри. Я совсем забыл, что ты не знал о моем присутствии. Уверяю, я не собирался тебя пугать. Гарри откинулся на подушку, когда выброс адреналина прошел, усталость снова захлестнула его. - Х-хорошо, профессор, - ответил он скрипучим от неупотребления голосом. Слегка кивнув, Дамблдор откинул в сторону свою серебристую мантию и сел в ногах кровати Гарри. - Я ненадолго, мой мальчик, - мягко улыбнулся он. - Думаю, тебе нужно поспать. Я просто бродил по коридорам и решил заглянуть к тебе. То, что я застал тебя в сознании, является вполне счастливым совпадением. Почему-то Гарри сомневался, что эта встреча была случайной - ничего подобного с Дамблдором никогда не было, - но он все равно держал рот на замке. - Что я здесь делаю, профессор? - спросил Гарри, с трудом подавляя зевок. Дамблдор поднял бровь. - Вчера ты упал в обморок во время урока с профессором Снейпом. Мадам Помфри сообщила мне, что ты страдаешь от тяжелого случая магического истощения. Как оказалось, твое магическое ядро начало истощаться. Боюсь, ты нас всех здорово напугал. Но не волнуйся, с несколькими днями отдыха, я уверен, что ты полностью восстановишься. Гарри медленно моргнул. - Магическое истощение? - наконец повторил он, смущенно нахмурив брови. - Но из-за чего? Дамблдор терпеливо улыбнулся. - Из-за твоих уроков, Гарри. Призыв Патронуса - это продвинутая, сложная магия, и выполнение заклинания может быть довольно истощающим. Боюсь, что во время ваших занятий с профессором Снейпом не были приняты надлежащие меры предосторожности, чтобы предотвратить слабость, которая за этим следует. В сочетании с высокой частотой и длительностью ваших уроков это привело к последующему магическому истощению. За этим заявлением последовала тишина, пока усталый ум Гарри пытался осмыслить то, что сказал директор. Постепенно к нему вернулись воспоминания о прошлой неделе. Он вспомнил свой последний урок со Снейпом… каким опустошенным он себя чувствовал после недели уроков, домашних заданий и тренировок по Квиддичу. Он вспомнил, как Боггарт подплыл к нему во время урока, и у него не было сил вызвать Патронуса. Он вспомнил зеленый свет… Желудок Гарри сжался, когда внезапная волна тошноты накрыла его. Он вспомнил, что видел, когда Боггарт дотронулся до него: его мать, умоляющая Волдеморта убить ее вместо ее маленького сына, и Волдеморт, исполняющий ее последнюю просьбу. Внезапно Гарри все стало до ужаса ясно. Эта женщина - женщина, чьи крики преследовали его в недавних кошмарах - была его матерью. А когда он приблизился к дементорам, то услышал, как она умирает. - ...покончить с ними, конечно. Гарри резко пришел в себя, внезапно настроившись на то, что говорил Дамблдор. - А? - тупо спросил он, глядя на директора широко раскрытыми глазами. Дамблдор просто улыбнулся. - Я говорю, мой мальчик, что мы можем немедленно отменить твои занятия с профессором Снейпом. Я с трудом могу представить, что ты хочешь продолжить после того, что произошло. Гарри почувствовал странное оцепенение. - Нет, - ответил он через мгновение, медленно качая головой. - Нет, мне нужны эти уроки. Я хочу продолжить. Я ведь могу, правда? - спросил он, отчаянно встречаясь взглядом с директором. Глаза Дамблдора яростно сверкнули. - Если ты так хочешь. Однако я настаиваю, чтобы количество и интенсивность этих уроков были уменьшены. Мы не можем рисковать дальнейшим повреждением твоего магического ядра. Я поговорю с профессором Снейпом, и я обязательно буду внимательно следить за твоим прогрессом. Я уверен, что ты не против этого? Волна облегчения захлестнула Гарри. - Да, все в порядке, - ответил он, тяжело моргая. - Очень хорошо. А теперь ложись спать. Тебе нужно отдохнуть. С этими словами директор поднялся со своего места на кровати Гарри. - Спокойной ночи, мой мальчик, - пробормотал он, поворачиваясь, чтобы уйти. - Спокойной ночи, - ответил Гарри, когда Дамблдор вышел из комнаты и исчез в темном коридоре. Прерывисто выдохнув, Гарри закрыл глаза, полностью и абсолютно опустошенный. Однако, несмотря на всепоглощающую усталость, Гарри все же потребовалось некоторое время, чтобы погрузиться в беспокойный сон. В ту ночь его сны преследовали вспышки света и пронзительные крики.

***

- Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь, Гарри? Ты спал целую вечность. - Да, я прекрасно себя чувствую, - заверил Гарри Рона, подавив зевок. Спустив ноги с больничной койки, он вытянул руки над головой, вздохнув с облегчением, когда его суставы встали на место. Гермиона стояла рядом, ее лицо было искажено беспокойством. - Не знаю, Гарри, - задумчиво пробормотала она. - Ты здесь уже почти три дня. Ты уверен, что готов покинуть Больничное крыло? Ты не думаешь, что тебе стоит отдохнуть еще одну ночь? Гарри покачал головой. - Нет, теперь я в порядке, - уверенно сказал он. - Я чувствую себя лучше, чем когда-либо. Кроме того, мадам Помфри разрешила мне уйти, и я все равно буду лучше спать в своей постели. Гермиона фыркнула и покачала головой. - Я не могу в это поверить, Гарри. Вот так истощить свое магическое ядро… ты хоть представляешь, насколько это было опасно? И Профессор Снейп… он частично виноват, конечно. Я не могу поверить, что он не узнал предупреждающие знаки! Гарри слегка пожал плечами, схватив стопку одежды, которую Рон протянул ему. - Это не так уж и важно, Гермиона, - сказал он, закрывая занавеску вокруг кровати, снимая больничную пижаму и переодеваясь в свою собственную одежду. - На самом деле я не пострадал, и Помфри уже достаточно отчитала меня. Кроме того, Дамблдор пришел и поговорил со мной обо всем этом. Он сказал, что отныне мои уроки не будут такими утомительными, так что нет никаких шансов, что это повторится, - выйдя из-за занавески, Гарри увидел по выражению лица Гермионы, что его заверения не сделали ничего, чтобы успокоить ее беспокойство. - Ты продолжишь уроки? После всего, что случилось? - живо спросила Гермиона. За ее спиной Рон тоже удивился заявлению Гарри. Немного поколебавшись, Гарри утвердительно кивнул. - Я действительно хочу научиться вызывать Патронуса, ребята, - тихо ответил он. - Я делал успехи… действительно делал. Мне это нужно, я просто... - голос Гарри оборвался, и он тяжело сглотнул. - Я просто хочу, - закончил он, пристально глядя в землю, не желая вдаваться в подробности - даже думать о смерти матери - сцена слишком часто прокручивалась в его голове. Лицо Гермионы смягчилось. - Я понимаю, Гарри. Правда. Просто пообещай мне, что будешь осторожнее, хорошо? Не надо снова слишком много на себя брать. - Да, - пробормотал Рон. - То, что сказала Гермиона, - за этим заявлением последовала минута молчания, прежде чем Рон широко улыбнулся. - Ну, так что же нам теперь делать? Мы пропустим ужин, а я умираю с голоду. К тому же, тебя уже тошнит от еды в Больничном крыле. Гарри улыбнулся. - Это точно, - согласился он, без колебаний следуя за своими друзьями к двери.

***

Гарри приложил ладонь к щеке и тихо вздохнул. Рядом с ним Рон медленно помешивал в котле Успокаивающее зелье. Снейп написал на доске: "Успокаивающее зелье. Перемешивать ровно сто раз, против часовой стрелки, с осторожностью." Сосредоточенно нахмурившись, Рон продолжал осторожно перемешивать варево, высунув язык и продолжая считать про себя. Это был первый урок Гарри с тех пор, как его выпустили из Больничного крыла. Гермиона любезно одолжила ему все свои записи с уроков, которые он пропустил. Но Гарри все еще волновался, что он, в конечном итоге, отстает по предметам и ему нужно было наверстать пропущенное. Блуждая глазами по классу, Гарри позволил своему взгляду упасть на Снейпа, который склонился над стопкой бумаг на своем столе. Это была еще одна вещь, которая беспокоила Гарри - Снейп. Обычно переполненный ехидными замечаниями, Снейп сегодня был ненормально молчалив. Он не подходил к котлу Гарри и Рона, чтобы критиковать их зелье, не делал никаких унизительных замечаний или даже не взглянул на Гарри за весь урок. В общем, это было довольно тревожно, размышлял Гарри. Кроме того, Снейп ни словом не обмолвился о продолжении их уроков. Когда Дамблдор навестил Гарри, он заверил его, что уроки будут продолжаться. Тем не менее, Гарри был уверен, что если Снейп добьется своего, то этот человек воспользуется этой благоприятной возможностью, чтобы навсегда прекратить их занятия. - Сто. Все, - Рон вздохнул с облегчением, отступая от кипящего котла и вытирая вспотевший лоб. - И что теперь? - Э-э, - ответил Гарри, моргая в своих записях. - Добавь глаза жука, - и с этими словами мысли Гарри о Снейпе были забыты, когда он снова погрузился в урок. Через час Рон и Гарри остались с котлом светло-голубого, слегка прозрачного зелья. - По-моему, неплохо, - вздохнул Рон с облегчением, переводя взгляд с описания в книги на их собственное зелье. - Может быть, мы на самом деле получим приличные оценки по этому предмету. Гарри кивнул. - Это было бы здорово, - легко согласился он. Налив зелье в пробирку, Гарри тщательно закупорил ее пробкой и подписал этикетку. Он, конечно, надеялся получить хотя бы "Удовлетворительно" на этом уроке Зельеварения… ему определенно нужны были оценки. Снейп вернул их последние эссе в начале урока - то, которое Гарри поспешно написал в одну бессонную ночь. Ему удалось получить "Слабо", а не "Отвратительно", но все равно это была плохая оценка. Он не мог позволить себе больше провальных отметок, если хотел получить шанс сдать Зелья в этом году. Встав, Гарри схватил свою и Рона пробирки, чтобы отнести их Снейпу. Подойдя к столу профессора, Гарри сглотнул комок в горле и поставил пробирки на нужную подставку. Он осторожно посмотрел на профессора, ожидая какой-либо реакции… Однако Снейп продолжал яростно писать, опустив голову, и, казалось, даже не заметил Гарри, стоящего перед ним. Повернувшись, чтобы вернуться на свое место, Гарри вздрогнул, когда позади него раздался голос. - Останьтесь после урока, мистер Поттер, - тихо выдохнул Снейп. - Есть вопросы, которые мы должны обсудить. Гарри подавил дрожь. - Да, сэр, - ответил он, прежде чем поспешно вернуться на свое место. Скользнув в кресло, Гарри прошептал Рону на ухо: - Снейп хочет видеть меня после урока. Вы с Гермионой пойдете обедать без меня. Глаза Рона расширились, но он утвердительно кивнул. - Ладно, приятель. Я возьму твою порцию и сохраню ее до твоего прихода. - Спасибо, - ответил Гарри. - Надеюсь, я не задержусь надолго. Через несколько минут Снейп отпустил класс. Бросив на Гарри жалостливый взгляд, Рон схватил Гермиону за руку и потащил к двери, несмотря на ее протесты, бормоча себе под нос, пока объяснял, что происходит. Через несколько мгновений класс полностью опустел. - Подойдите, мистер Поттер, - сказал Снейп, все еще не поднимая глаз от стола. С бешено колотящимся сердцем Гарри перекинул сумку с книгами через плечо и зашаркал к профессору. Снейп писал еще несколько мгновений, прежде чем отложить перо и со стоическим выражением лица посмотреть на Гарри. - Надеюсь, вы полностью восстановились после пребывания в Больничном крыле, мистер Поттер? Гарри вытаращил глаза. - Да, - ответил он через мгновение. - Я в порядке, сэр. Снейп бросил на него оценивающий взгляд, от которого Гарри ощетинился от неудобства. Через мгновение профессор просто кивнул. - Хорошо. Если вы чувствуете себя хорошо, мы возобновим наши уроки в ближайший понедельник. Я считаю, что сокращение количества уроков до двух раз в неделю должно быть достаточным. - Да, сэр, - мягко ответил Гарри, стараясь, чтобы на его лице не отразилось облегчение, которое он почувствовал при этих словах. В конце концов, Снейп не отменял уроки, как опасался Гарри. Снейп на мгновение заколебался, прежде чем продолжить говорить, его лицо ничего не выражало, а голос был рассчитан на следующие слова. - Возможно, мистер Поттер, я был чересчур честолюбив в своих ожиданиях от вашей работы во время наших уроков. Это, возможно, способствовало вашему перенапряжению и, как следствие, вашему плохому самочувствию. В свете того, что произошло, мне кажется уместным принести свои извинения. Глаза Гарри резко расширились при последнем слове профессора, и только с большим самообладанием он смог сдержаться, чтобы не открыть рот. Честно говоря, он не знал, какого ответа ожидал от Снейпа, но явно не извинений. Не зная, как ответить, он просто смотрел в ошеломленном молчании. - О, не смотрите так шокировано, Поттер, - прорычал Снейп, его лицо исказилось в знакомой, но странно успокаивающей усмешке. - Это совершенно неуместно. Гарри покраснел и резко отвернулся. Последовало короткое молчание, и Гарри почувствовал, что должен что-то добавить к разговору. - Мне тоже жаль, профессор, - внезапно выпалил он, прежде чем потерять самообладание. - Ну, знаете, за то, что так беспокоились и все такое, - быстро добавил он, увидев испуганное выражение на лице Снейпа. - Я знаю, что вы не должны учить меня этому, и я действительно ценю это, клянусь. Лицо Снейпа превратилось в невыразительную маску, и когда он заговорил, Гарри не мог точно определить его тон. - Вы свободны, мистер Поттер, - спокойно сказал он, кивнув Гарри в знак согласия, прежде чем отвести взгляд и снова заняться бумагами. После окончания разговора Гарри развернулся и практически выбежал из класса, с пылающим от унижения лицом. Однако, как только он был на полпути к Большому залу и его смущение несколько рассеялось, мысли Гарри зациклились на странном извинении Снейпа. Каким бы неловким ни был их разговор, Гарри поймал себя на мысли, что это была самая вежливая встреча, которая у них когда-либо была со Снейпом.

***

Как только он перестал слышать торопливые шаги Поттера, эхом разносящиеся по подземелью, Снейп отложил перо и бросил притворяться, что пишет, тяжело вздохнув. Ему было достаточно трудно извиниться перед мальчиком… Он определенно не из тех, кто легко признает свои проступки. То, что мальчику удалось так же вежливо извиниться, как и ему самому, было неудивительно. Конечно, тогда Поттер должен был взять и превратить обычное дело во что-то большее, извинившись в ответ. Типичный Поттер, подумал Снейп. Выстраивает ситуацию вокруг себя. Однако это обвинение было в лучшем случае половинчатым, и оно осело, как свинец в желудке Снейпа. Подавив стон, Снейп закрыл глаза, потирая виски в попытке отогнать головную боль, которая, как он чувствовал, быстро приближалась. Он все еще слышал слова мальчика, эхом отдающиеся в его голове. Что за чушь насчет того, что Поттер его ценит? И, ради Мерлина, ребенок действительно извинился за беспокойство. Снейп недоверчиво фыркнул. И все же, даже с его попытками преуменьшить значение того, что только что произошло, одна повторяющаяся мысль прочно укоренилась в сознании Снейпа. Предположение, что Джеймс Поттер никогда бы не осмелился извиниться перед профессором, особенно за такую тривиальную вещь, как надоедливость. Поттер и его приспешники всегда были выше таких поступков, как извинение или самобичевание. Снейп сглотнул от внезапного кислого привкуса во рту. Нет… Извиниться, как это сделал мальчик, было гораздо больше похоже на его мать. Вне всяких сомнений, Лили поступила бы именно так. И хотя ему не хотелось признаваться в этом, мысль об этом совершенно ужаснула Северуса Снейпа.