Смерть тоже может любить

Прошло несколько лет. Элизабет начала задыхаться от жизни в королевском дворце. Постоянные придирки со стороны свекрови, пассивность мужа начали изматывать ее. Она даже подумывала о самоубийстве, да только духу не хватило. Провозгласив, что принадлежит сама себе, она потеряла сознание. Это было идеальной возможностью забрать ее, но я вновь отступил. Но кинжал я забрал. Он мне пригодится в будущем. Я решил действовать извне. Разжечь недовольство среди населения. И работу выполню, и императору насолю. Как он может не ценить то, чем обладает. Сперва я посетил Венгрию. Эта страна давно пытается добиться независимости, жертвуя ради этого своими жизнями. Но там Элизабет с триумфом вышла победительницей. Группировка революционеров потерпела поражение. А один собирался пристрелить ее. Этого допустить я не мог. Пообещав им поддержку в Вене, я спас ей жизнь. Правда, знать об этом ей не стоит. В Вене обстановка действительно неспокойна. В кафе, спрятавшись за газетой, я слушаю, как люди устали от одних и тех же новостей. При этом жизнь лучше не становиться. Одного неверного шага будет достаточно, чтоб зажечь ненависть. А вот и мои венгерские революционеры. Надо же, как быстро они спелись. Нашли общую почву, поделились идеями. Надо подойти поближе. Хм, венгры меня помнят. Предложили к ним присоединиться. Мол, с таким, как я им все удастся. Интересно, каким они меня видят? Что за ирония! Они заключают сделку с самой Смертью. Причем делают это с таким энтузиазмом и рвением, что мне становится смешно. Посидев с ними некоторое время, незаметно ускользаю. Впервые за долгое время решил нанести визит Элизабет. Прячась в ее будуаре, я слышу, как ее супруг просит, чтобы она впустила его. А вот это интересно. Значит, у моей девочки действительно все несладко с императором? Чем этот провинился, что она не пускает его к себе. А, вот в чем дело. Она устала оттого, что его мамочка лезет в их жизнь. А еще слишком жестко воспитывают сына. Неужели она характер проявила. Я чуть было не зааплодировал такой смелости. Но эта ее решительность быстро угасла: предъявив свои требования, она сдавленно всхлипнула. Тогда-то я решил появиться и предложить ей уйти со мной. Я говорил, что ей лучше уйти со мной сейчас. Я знал, что дальше будет хуже. Скоро она превратиться в безутешную тень себя прежней. И на минуту она потянулась ко мне. Я задержал дыхание: ей осталось несколько шагов. Но наваждение прошло. Решительно Элизабет качнула головой и заявила, что она не сдастся. И справится она и без меня. Я потерял дар речи: она отсылала прочь меня. Саму Смерть. Какая смелость, граничащая с глупостью. Что ж, если она этого хочет. Я с легкой улыбкой кланяюсь, а потом выхожу через дверь. И тут на меня накатывает отчаяние. Впервые за мое долгое существование я чувствую жуткую боль. Словно меня пронзили моим же мечом, вывернув душу наизнанку. Спотыкаясь, я ухожу прочь. Прихожу в себя я только на улице. Мимо меня пробежала толпа бедно одетых женщин с маленькими бидончиками. Очевидно, они хотели купить молока. Какая разница. Прислонившись к стене, я слушал, как люди выражают свое недовольство. На моих губах заиграла коварная усмешка. Что ж, пора немного ускорить развитие событий. Смешавшись с толпой, я подзадориваю их. Мол, все молоко во дворце. Оно используется для ванн, Габсбурги в роскоши, а люди голодают. Пора взять свое. Хватит терпеть. И люди заражались моими эмоциями. Всю боль, ярость и обиду на ее отказ я излил на них.